Контрольные вопросы и задания

  • 1. Раскройте понятие и сущность безопасности уголовно-исполнительной системы.
  • 2. Выделите основные детерминанты безопасности и компоненты основ ее обеспечения применительно к УИС и ее правоохранительной деятельности.
  • 3. Перечислите субъекты, оказывающие непосредственное влияние на обеспечение безопасности УИС.
  • 4. Охарактеризуйте специфику пенитенциарной преступности.
  • 5. В чем заключается организация деятельности по обеспечению безопасности пенитенциарных учреждений?
  • 6. Раскройте основные направления обеспечения безопасности личности в учреждениях УИС.
  • 7. Какие существуют подходы к пониманию безопасности УИС?
  • 8. Какие недостатки, по вашему мнению, могли присутствовать в приведенных ранее определениях понятий «пенитенциарная безопасность», «безопасность уголовно-исполнительной системы»?

Зарубежный опыт обеспечения безопасности пенитенциарной системы и возможность его использования в отечественной практике

В отечественной правовой науке важное место отводится сравнительно-правовому методу исследования, ориентированному на сопоставление различных правовых систем, социоправовых категорий и явлений (нормативных и институциональных1)- Прак-

1

тическая значимость данного метода (в том числе применительно к изучаемой теме) очевидна и состоит в возможности восприятия позитивного зарубежного опыта в ходе реформирования российской УИС, с учетом обозначенного приоритета обеспечения ее безопасности1. При этом постановочно, с опорой на основополагающие нормативно-правовые положения и доктринальные разработки, следует обозначить отправные посылы к пониманию основ такого рода восприятия применительно к рассматриваемой теме.

Во-первых, речь не идет о «слепом» (автоматическом) копировании зарубежных моделей организации и функционирования пенитенциарных систем и обеспечения пенитенциарной безопасности. Параметры восприятия зарубежного опыта (в том числе в рассматриваемой сфере) должны быть увязаны с положениями Конституции РФ, типом национальной правовой системы (в частности, с конструктивными положениями российского уголовного, уголовно-процессуального и уголовно-исполнительного законодательства, что не исключает возможности его совершенствования во взаимосвязи с восприятием прогрессивного международного опыта регулирования рассматриваемых отношений), концептуальными положениями развития УИС РФ и потребностями обеспечения ее безопасности[1] .

Во-вторых, определение параметров восприятия прогрессивного международного и зарубежного опыта в пенитенциарной сфере предполагает трезвую оценку как возможностей государства (в частности, экономико-финансовых, ресурсных), так и уровня и реального состояния криминально-криминогенных, а также иных угроз национальной безопасности (включая безопасность УИС).

Современные исследователи отмечают значимость для оптимизации реформирования УИС РФ конструктивного изучения деятельности пенитенциарных учреждений ведущих иностранных государств, в том числе по следующим вопросам:

  • — внесение в порядок отбывания наказаний корректив, касающихся структуры построения самих ИУ, объединяющих в себе различные условия содержания осужденных (с проживанием на полусвободном режиме и в условиях строгой изоляции — в помещениях камерного типа), обеспечение максимальной безопасности объекта при минимальных затратах на средства охраны;
  • — способы и методы диагностики личности осужденных с перспективой определения для конкретного индивида порядка исполнения и отбывания наказания не судом, а администрацией ИУ;
  • — критерии дифференциации осужденных при их первичной и последующих классификациях;
  • — целостная централизованная система учетов лиц, отбывающих наказание, с правом доступа администрации ИУ в целях оптимизации порядка отбывания наказаний;
  • — поиск инновационных решений на постоянной основе путем проведения независимых исследований, предоставление грантов с целью выработки эффективных инструментов противодействия пенитенциарной преступности;
  • — постоянное совершенствование форм и методов общественного и государственного контроля реализации уголовного правосудия и обеспечения безопасности общества и государства1.

В целом разделяя приведенную точку зрения, полагаем возможным в развитие позиции, обоснованной в параграфе 1.2 данного учебного пособия, обозначить два узловых направления обеспечения безопасности УИС, где может быть воспринят позитивный зарубежный опыт:

  • 1) безопасность пенитенциарных учреждений (прежде всего осужденных и персонала, а также всех лиц, находящихся в пределах ИУ);
  • 2) безопасность общества в связи с пенитенциарной деятельностью (в том числе в связи с освобождением лиц, отбывших уголовные наказания).

Следует иметь в виду, что данные направления органично взаимосвязаны, учитывая комплексный характер профилактических, контрольных и иных мер обеспечения пенитенциарной безопасности, корреляцию работы пенитенциарных учреждений с социально значимыми процессами ресоциализации и адаптации осужденных и отбывших наказание лиц. В свою очередь, в рамках этих узловых [2]

направлений можно выделить более узкие, объединяющие организационно-правовые и иные меры.

Следует отметить, что обозначенные ранее проблемы пенитенциарных учреждений (в первую очередь закрытых ИУ), связанные с явлением пенитенциарной преступности, негативным воздействием криминальной и тюремной субкультуры, а также другие проблемные вопросы (в частности, переполненность ИУ) являются общими для подавляющего большинства стран и им уделяется серьезное внимание, в том числе на доктринальном уровне1. В свою очередь, научные разработки учитываются в ходе формирования и реализации уголовно-исполнительной политики и социальной политики в целом.

Несмотря на широкий (по сути, общемировой) характер гуманизации уголовно-исполнительной сферы, введение и динамичное развитие института пробации, расширение практики применения и исполнения наказаний, альтернативных лишению свободы (о чем уже было сказано и на что еще будет обращено внимание ниже) и в целом устойчивую современную тенденцию экономии уголовной репрессии[3] , следует признать, что удельный вес указанного вида уголовно-правового воздействия остается весьма значительным. Соответственно, сохраняет актуальность вопрос надлежащего исполнения наказаний, связанных с изоляцией осужденного от общества, с учетом выполнения функций и задач пенитенциарными учреждениями и обеспечения их безопасности.

Изучение специальной литературы, посвященной анализу зарубежного опыта исполнения уголовных наказаний в закрытых пенитенциарных учреждениях, позволяет вести речь о разнообразии подходов различных стран (с учетом проводимой уголовной и уголовно-исполнительной политики, уровня преступности, социально-экономических показателей, технической оснащенности, формы строения пенитенциарной системы и управления ею и других факторов). Вместе с тем соблюдаются некоторые общие положения, касающиеся дифференциации исправительных учреждений и контингента осужденных, отбывающих наказание (также наполняемые конкретным содержанием с учетом национально-правовой специфики).

Так, в Новой Зеландии, занимающей в международном рейтинге третье место по количеству заключенных1, за тяжкие и особо тяжкие преступления заключенные попадают в отделение строгого режима, где также существует четкое разделение осужденных на категории (например, сексуальные извращенцы, гомосексуалисты содержатся в отдельных камерах); прогулки (продолжительностью не более часа) допустимы лишь в коридоре[4] . Наряду с полностью закрытыми ИУ в данной стране существуют тюрьмы открытого типа (аналоги российских колоний-поселений), куда осужденные переводятся за примерное поведение. В контексте рассматриваемого вопроса следует также обратить внимание на то, что в пенитенциарных учреждениях Новой Зеландии в качестве средства исправления активно используется трудотерапия (в рамках работы на расположенных в ИУ предприятиях в среднем осужденные получают от 6 до 9 новозеландских долларов, что эквивалентно 3—5 евро в день). Начиная с 2011 г. в местах лишения свободы по решению администрации были изъяты видеоигры (по мнению сотрудников, они могли провоцировать в заключенных жестокость).

В Австралии основная тенденция в организации исполнения наказания в отношении тяжких и особо тяжких преступлений может быть выражена тезисом: преступник должен осознать содеянное через полную изоляцию от общества. В связи с этим:

  • — устройство тюрьмы представляет собой сеть камерных блоков, которые расходятся от одного общего центра (при этом к каждому блоку примыкает дворик для прогулок, разбитый на изолированные участки по количеству одиночных камер);
  • — вновь прибывший осужденный проводится в камеру с закрытыми глазами, чтобы он не видел никого из заключенных и не мог разобраться в планировке здания;
  • — сотрудникам предписывается соблюдение абсолютной тишины, категорически запрещается вступать в разговоры с заключенными.

В целом здесь прослеживаются традиции так называемой пенсильванской системы наказания1, оценка которой в специальной литературе далеко не однозначна[5] . При этом нужно признать, что данная система оказала существенное влияние на развитие одиночного тюремного заключения и в целом выполнила задачу специальной превенции новых преступлений (а следовательно, в определенной части она представляет интерес в плане обеспечения безопасности УИС).

Справедливости ради, следует отметить, что указанный подход не является исключительным для пенитенциарной системы Австралии в целом и сам процесс отбывания наказания последовательно проходит этапы: от одиночного заключения к переводу осужденного в общие камеры; далее — пребывание в так называемой «переходной тюрьме» (промежуточная ступень от лишения свободы к освобождению); далее — условное освобождение (осужденному выдается отпускное удостоверение, где указывается перечень ограничений, которых он должен придерживаться, находясь на свободе).

В США, которые традиционно занимают первое место в международном рейтинге по количеству заключенных, существует диверсифицированная система ИУ, при этом в современный период наблюдается процесс их приватизации (перевод в частное управление при сохранении основных режимных требований). Вследствие дуалистической модели федерализма в США параллельно существуют и функционируют правовые, судебные, пенитенциарные системы федерального уровня и в рамках каждого отдельного штата. Однако при этом независимо от уровня власти деятельность пенитенциарных учреждений основывается на строгом соблюдении закона, подчинена цели внутренней безопасности государства и обеспечению эффективного функционирования органов государственной власти и местного самоуправления1.

Важно отметить, что каждому пенитенциарному учреждению присвоен уровень безопасности — от первого до четвертого, причем:

  • — ИУ местного подчинения имеют первый или второй уровень безопасности; более половины содержащихся в них правонарушителей имеют разрешение без сопровождения на определенное время покидать охраняемую территорию для работы по найму или обучения какой-либо профессии;
  • — тюрьмы и другие ИУ третьего и четвертого уровней безопасности находятся под юрисдикцией штатов или федерального правительства (однако и в этих пенитенциарных учреждениях существуют подразделения с более мягким режимом, соответствующим второму уровню[6] ).

Заметим, что дифференциация осужденных и, соответственно, определение необходимого уровня безопасности пенитенциарного учреждения осуществляются не только на основании приговора (так, если суд приговаривает виновного к сроку заключения до одного года, то для отбывания наказания осужденный водворяется в окружную следственную тюрьму или в одно из местных ИУ), но и во взаимосвязи с работой центров приема, диагностики и классификации заключенных (в случае отбывания лицами заключения более одного года).

В ИУ действуют различные программы, ориентированные на ресоциализацию осужденных. Кроме того, в США функционируют:

— центры реституции («мягкая» альтернатива тюремному заключению; в них направляются осужденные, впервые совершившие правонарушение, трудоспособные и психически здоровые, не имеющие проблем с наркотиками и алкоголем; также по решению суда в эти центры могут направляться осужденные, срок тюремного заключения которых подходит к концу. Осужденные проходят курс социализации, обязаны ходить на работу и бесплатно выполнять общественные работы, из заработанных денег оплачивают свое проживание в центре, судебные издержки и возмещают ущерб потерпевшим);

  • — центры принудительного лечения (в них направляют нуждающихся в лечении от алкоголизма и наркомании. В этих центрах действуют образовательные программы и программы социализации; заключенные также проходят курс профессионального обучения, им оказывается квалифицированная помощь в трудоустройстве после освобождения);
  • — исправительные лагеря (в них направляются молодые здоровые мужчины, впервые осужденные на срок до пяти лет за преступления, не связанные с насилием, причем если они сами выражают такое желание. Осужденные заняты на тяжелых общественных работах, например постройке дорог, и также обязаны пройти образовательную программу и курс профессионального обучения1).

В Испании (так же, как и в Португалии) предусмотрены четыре категории содержания осужденных: закрытое, полуоткрытое, открытое (ночного пребывания) и условно-досрочное освобождение под домашний арест. Они могут применяться путем перевода из одного ИУ в другое (так называемая прогрессивная система наказания[7] ).

В Финляндии также предусмотрены различные виды режима исполнения наказания, связанного с изоляцией от общества. При этом, с учетом поведения осужденного, свидетельствующего о его исправлении, действуют правила о переводе из более строгого в менее строгий режим содержания.

Отдельные из приведенных положений опыта функционирования зарубежных пенитенциарных систем представляют определенный интерес для российской УИС и могут быть восприняты в процессе ее реформирования, с учетом приоритета безопасности данной системы. К таким положениям относятся:

— дифференциация осужденных на основе выводов специализированных центров (куда, очевидно, должны входить психологи, социологи, юристы и представители других направлений, связанных с изучением пенитенциарной системы и ее безопасности) об уровне их опасности и принимаемое в связи с этим решение о направлении лица (в ряде случаев также и с учетом его согласия) в соответствующее пенитенциарное учреждение, где действует соответствующая программа социализации;

— возможность перевода осужденного, срок заключения которого заканчивается, в пенитенциарное учреждение с более «мягким режимом» с одновременным прохождением соответствующих программ адаптации и ресоциализации.

Что касается частных тюрем и иных пенитенциарных учреждений, то в массовом порядке в США они начали создаваться в 1980-е гг., а в настоящее время имеются в 27 штатах и управляются 20 частными компаниями, их вместимость составляет 4,4 % лимита мест всех американских тюрем1.

К положительным их сторонам исследователи относят:

  • — возможность обеспечить в них для заключенных более справедливые, безопасные, гуманные и конструктивные условия жизни;
  • — снижение нагрузки на государство по содержанию пенитенциарной системы при одновременном решении вопросов с трудоустройством заключенных (при этом экономическая деятельность частных тюрем вносит реальный вклад в национальную экономику[8] );
  • — улучшение взаимоотношений между осужденными и персоналом.

С другой стороны, отмечается недостаток у персонала таких учреждений опыта работы с контингентом осужденных. Кроме того, с приватизацией тюрем связывают рост числа заключенных (и, следовательно, удорожание их содержания, а также переполнение тюрем и изоляторов), злоупотребления и небывалое распространение принудительного труда в местах лишения свободы.

Заметим, что модель частных пенитенциарных учреждений (с теми или иными модификациями) получает распространение в ряде зарубежных стран.

В отечественной специальной литературе высказывается мнение о возможности постепенного восприятия зарубежного опыта в этой части в России. На первом этапе (в рамках эксперимента) необходимо продумать и законодательно оформить проект привлечения в УИС частных российских инвесторов к участию в строительстве, реконструкции и обслуживании следственных изоляторов, предусмотрев для них различные льготные налоговые условия1.

Представляется, что постановка вопроса о введении модели частного пенитенциарного учреждения в УИС РФ, принимая во внимание отмеченные положительные и отрицательные ее стороны, а также с учетом современных условий функционирования и развития указанной системы, требует очень тщательной проработки с привлечением широкого круга авторитетных отечественных специалистов в сфере уголовно-исполнительного права и смежных областей научных знаний, а также практиков. В любом случае, ее введение может быть постепенным (от отдельных экспериментальных «пилотных» проектов, при условии принесения ими не только экономической выгоды для государства, но и соблюдения всех соответствующих, установленных законодательством и иными нормативными правовыми актами требований к организации и функционированию ИУ, включая вопросы безопасности, — к возможному расширению практики создания такого рода учреждений. Кроме того, введение модели частного пенитенциарного учреждения должно быть оформлено законодательно.

В контексте обеспечения безопасности пенитенциарных учреждений следует указать на важную роль технической составляющей (в первую очередь это касается экономически развитых стран). Так, в Нидерландах места лишения свободы оснащены видеокамерами, которые осуществляют постоянное наблюдение за осужденными (заключенные практически не имеют личного пространства, не считая туалета и душевой[9] ).

В Испании система безопасности пенитенциарных учреждений (в том числе средства ее технического обеспечения) коррелирует с видом учреждения. При этом и в центрах социальной интеграции, в целом не являющихся закрытыми и функционирующих на основепринципа доверия к осужденным (последние имеют возможность работать и проходить лечение за пределами данных заведений), действует эффективная система безопасности, позволяющая контролировать осужденных с помощью, в частности, электронных браслетов GPS-контроля, индикаторов содержания алкоголя в крови, персональных определителей голоса1.

Наиболее совершенная система технического оснащения пенитенциарной безопасности существует в США[10] , где:

  • — важным средством по осуществлению оперативного контроля преступной среды является централизованный учет, который позволяет осуществлять сбор, накопление, хранение, систематизацию и выдачу оперативной информации (информационно-аналитическая автоматизированная программа мониторинга поведения лиц и преступных сообществ; при этом главными объектами учета являются заключенные, имеющие высокую криминальную активность, что проявляется в нарушении порядка отбывания наказания и поддержке лиц, нарушающих этот порядок, обладающие устойчивыми связями с криминально активными лицами на воле, и т. п.);
  • — современным методом оптимизации осуществления контроля и надзора, повышения уровня обеспечения порядка и условий исполнения и отбывания наказания в виде лишения свободы выступает возможность применения персоналом технических и специальных средств (в том числе новейших аудиовизуальных, электронных и иных технических достижений), в частности для предупреждения побегов и других преступлений, нарушений установленного порядка отбывания наказания, а также в целях получения необходимой информации о поведении осужденных.

В целом, как отмечают исследователи, использование компьютерных технологий с применением цифровых систем контроля и наблюдения позволяет эффективно реализовывать задачи по осуществлению комплексного контроля территории пенитенциарного учреждения, оперативно реагировать на возникающие внештатные ситуации и тем самым обеспечивать безопасность в пределах пенитенциарного учреждения1. Данный аспект, вне всякого сомнения, должен учитываться и по возможности (с учетом развития отечественной научно-технической базы и внедрения ее в сферу правоохранительной деятельности) реализовываться в рамках обеспечения безопасности функционирования ИУ.

Следует также обратить внимание на особенности функционирования пенитенциарных учреждений (и, соответственно, обеспечение в них безопасности) в условиях чрезвычайных ситуаций. Как обоснованно отмечается в специальной литературе, к числу указанных особенностей относятся: установление особого правового режима; создание временных структурных образований; создание временной системы управления и связи; использование специальных тактических приемов (включая проведение специальных операций, привлечение значительных сил и средств органов внутренних дел и внутренних войск, а также других правоохранительных структур, применение специальных средств и оружия[11] ).

В этой связи уместно привести и опыт стран «ближнего» зарубежья. Так, в ИУ Республики Беларусь при введении режима особого положения решением начальника учреждения могут быть приостановлены свидания, прием передач, продажа продуктов питания и предметов первой необходимости, отправка писем осужденных и вручение присланных им писем, посылок и бандеролей; ограничены передвижения осужденных в пределах жилой и производственной зон; отменены или ограничены выезды или вывоз осужденных за пределы ИУ; запрещены или ограничены посещения ИУ представителями общественных объединений, религиозных конфессий и средств массовой информации, проведение массовых мероприятий культурно-просветительского и физкультурно-оздоровительного характера. В рамках данного режима производится изоляция в пределах данного ИУ либо перевод в другое учреждение осужденных, организующих или провоцирующих групповые противоправные действия, либо активных их участников. Одновременно с введением этого режима в ИУ устанавливается усиленный вариант охраны и надзора.

Заметим, что в зарубежной пенитенциарной практике применяются довольно строгие меры к заключенным, грубо нарушающим безопасность пенитенциарного учреждения. Так, в Великобритании заключенных, участвовавших в массовых беспорядках, неповиновениях, захватах заложников и нападениях на представителей администрации в местах лишения свободы, переводят в тюрьму строгой изоляции. При совершении подобных действий в тюрьме их помещают в камеры категории безопасности «А» (при этом они лишаются личного довольствия и подвергаются наиболее строгому наблюдению: еженедельно производятся обыски как их лично, так и камер, где они содержатся1).

Характеризуя внешнюю сторону пенитенциарной безопасности и зарубежный опыт в этом плане, с опорой на научные и эмпирические источники, тезисно обозначим некоторые используемые в зарубежной практике институты и меры, отдельные из которых, как представляется, имеют перспективы адаптации к современной УИС РФ.

1. За рубежом существует и динамично развивается система социального контроля за лицами, освобожденными из ИУ (в первую очередь рецидивоопасными[12] ). В связи с этим следует позитивно рассматривать пробацию (в том числе как форму социального контроля и надзора), создаваемые в ее рамках службы и другие структуры, выполняющие функцию надзора за условно-досрочно освобожденными, а также функции ресоциализации и адаптации. Так, в США среди лиц, состоящих на учете у органов, исполняющих наказание, более половины — находящиеся под надзором службы пробации условно осужденные с отсрочкой исполнения приговора и условно-досрочно освобожденные.

Следует также обратить внимание на особенности постпенитенциарного надзора в отношении отдельных категорий лиц, отбывших наказание (с учетом характера совершенного преступления). Так, в Англии осуществляется строгий надзор за теми, кто был осужден за преступления сексуального характера (практически на протяжении всей жизни таких лиц).

2. В отдельных зарубежных странах предусмотрены уголовно-правовые инструменты, применяемые к лицам, совершившим особо тяжкие преступления и отбывшим тюремное заключение. В частности, речь идет о применяемых в рамках пенитенциарной системы Германии так называемых превентивных арестах (Sicherheitsverwahrung) к лицам, осужденным за совершение особо тяжких преступлений насильственного характера1. При этом нужно обратить внимание на реформирование данного института, в том числе под влиянием решений Европейского Суда по правам человека[13] . В целом представляется, что данный институт вызывает вопросы с точки зрения его легитимности.

3. Наблюдается тенденция повышения роли потерпевшего от преступления при решении вопроса условно-досрочного освобождения. В частности, в Великобритании Служба условно-досрочного освобождения обязана консультироваться с жертвами половых и насильственных преступлений о возможности уголовно-досрочного освобождения. При этом в случае его применения, в целях обеспечения безопасности потерпевшего, для освобождаемого могут быть установлены ограничения на места проживания, работы и передвижения. В США в настоящее время решение об условно-досрочном освобождении из пенитенциарных учреждений принимают специальные комиссии, которые в конфиденциальном порядке запрашивают мнение потерпевших по поводу возможности данного акта, причем потерпевший имеет право быть выслушанным в комиссии. Аналогичный порядок действует в Канаде.

В специальной литературе на основе анализа рекомендательных международных правовых документов выражена позитивная оценка такой практики и сформулирована рекомендация о ее восприятии в России, с учетом именно безопасности (личной, членов семьи и близких) от угроз лица, совершившего преступление1.

В результате обобщения материала настоящего параграфа можно сделать следующие выводы относительно зарубежного опыта обеспечения пенитенциарной безопасности и перспектив его восприятия в современной УИС РФ.

  • 1. Процесс восприятия зарубежного опыта (в том числе в рассматриваемой сфере) должен быть увязан с положениями Конституции РФ, типом национальной правовой системы, концептуальными положениями развития УИС РФ и потребностями обеспечения ее безопасности, а также учитывать возможности (экономико-финансовые, ресурсные и др.) государства.
  • 2. К узловым направлениям обеспечения безопасности УИС, где может быть воспринят позитивный зарубежный опыт, относятся органично взаимосвязанные проблемы безопасности пенитенциарных учреждений (прежде всего осужденных и персонала, а также всех лиц, находящихся в их пределах) и безопасности общества в связи с пенитенциарной деятельностью (в том числе в связи с освобождением лиц, отбывших уголовные наказания).
  • 3. Для современной УИС РФ (в том числе в плане обеспечения ее безопасности) представляют практический интерес и выглядят перспективными следующие аспекты зарубежного опыта:
    • — дифференциация осужденных на основе выводов специализированных центров (куда, очевидно, должны входить психологи, социологи, юристы и представители других направлений, связанных с изучением пенитенциарной системы и ее безопасности) об уровне их опасности и принимаемое в связи с этим решение о направлении лица (в ряде случаев также и с учетом его согласия) в соответствующее пенитенциарное учреждение (где действует определенная программа социализации);
    • — возможность перевода осужденного, срок заключения которого заканчивается, в пенитенциарное учреждение с более «мягким режимом» с одновременным прохождением соответствующих программ адаптации и ресоциализации;
    • — повышение технической оснащенности ИУ и иных учреждений и органов, исполняющих уголовные наказания;
    • — развитие форм социального контроля и надзора за лицами, освобожденными из пенитенциарных учреждений (прежде всего рецидивоопасными);
  • 1

См.: Брусницын Л. О правах потерпевшего в стадии исполнения приговора. С. 89—95; Быков В. М. Новый Закон о правах потерпевшего в уголовном судопроизводстве // Законность. 2014. № 4. С. 36—40; Николюк В. В., Терекян В. А. Вправе ли потерпевший обжаловать судебное постановление об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания? //Уголовное право. 2015. № 3. С. 106—111.

— более полное и принимающее во внимание безопасность жертвы преступления (ее родных и близких) подключение потерпевшего к решению вопроса об условно-досрочном освобождении.

Контрольные вопросы и задания

  • 1. Опишите изученный вами зарубежный опыт обеспечения пенитенциарной безопасности в сравнении с современной УИС РФ.
  • 2. Раскройте возможности и перспективы применения зарубежного опыта обеспечения пенитенциарной безопасности в современной УИС РФ.
  • 3. Какие из приведенных примеров зарубежного опыта обеспечения пенитенциарной безопасности наиболее приемлемы для отечественной пенитенциарной системы?
  • 4. Что представляет собой зарубежная пенитенциарная система в рамках обеспечения безопасности ИУ?
  • 5. Как вы считаете, какая пенитенциарная система зарубежных стран в рамках обеспечения безопасности наиболее подходит отечественной пенитенциарной системе?

Глава 2

  • [1] Исследователи также обращают внимание на возможность использования в России положительно зарекомендовавших себя в иностранных пенитенциарных системах форм и методов работы с осужденными, с учетом предварительной адаптации к условиям национальной УИС. См.: Голодов П. В., Спасенников Б. А. Анализ зарубежного опыта пенитенциарной деятельности. С. 10—14. 2 Здесь в полной мере применимы сформулированные и обоснованные отечественными учеными выводы о пределах сближения национальных правовых систем. См., например: Бахин С. В. Сотрудничество государств по сближению национальных правовых норм (унификация и гармонизация права) : автореф. дис. ... докт. юрид. наук. СПб., 2003. 3 В связи с этим весьма селективно нужно подходить к изучению возможностей использования в российской УИС, к примеру, пенитенциарного опыта Норвегии (страны с самым высоким уровнем комфорта жизни, где сутки содержания одного заключенного обходятся примерно в 200 евро, и, кроме того, имеющей относительно низкий уровень преступности). См., например: Букалерова Л. А., Минязева Т. Ф. Отбывание лишения свободы: опыт Российской Федерации и Норвегии // Административное и муниципальное право. 2013. № 3. С. 280—283.
  • [2] Быков А. В., Калужина М. А. Обеспечение безопасности в пенитенциарных учреждениях США. С. 32.
  • [3] См., например: Вальтер Е. Основные принципы современной системы исполнения наказаний: взгляд руководителя учреждения // Вестник института: преступление, наказание, исправление. 2008. № 2. С. 46—50. 2 См., например: Гармаш А., Аносов М., Музалева Л. Ресоциализация бывших заключенных: опыт зарубежных стран. 3 См., например: Куркина И. Н. Международная практика исполнения уголовных наказаний // Уголовная и уголовно-исполнительная политика на современном этапе развития общества и государства: отечественный и зарубежный опыт : материалы международной научно-практической конференции (Владимир, 29—30 ноября 2012 г.). Владимир : Владимирский юридический институт ФСИН России, 2013. С. 145—149; Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции // Уголовно-исполнительная система: право, экономика, управление. 2013. № 4. С. 19—22 и др. 4 См.: Багреева Е. Г. Об организации пенитенциарных систем в международной практике. С. 21—24.
  • [4] По некоторым данным, на 100 тыс. жителей приходится 126 осужденных, отбывающих наказание в виде лишения свободы. См.: Куркина И. Н. Международная практика исполнения уголовных наказаний. С. 146. 2 Куркина И. Н. Международная практика исполнения уголовных наказаний. С. 146. 3 Там же. 4 Там же. 5 Там же. С. 147.
  • [5] В свое время эта система наказания получила признание в США, Англии и некоторых других странах. См., например: Алексеев В. И. Пенсильванская и оборнская системы содержания осужденных: аспект соотношения (1860—1917 гг.) // Адвокатская практика. 2010. № 4. С. 46—48. 2 См., например: Познышев С. В. Очерки тюрьмоведения. М., 1915. С. 62. 3 См.: Уголовно-исполнительное право России : учебник / под редакцией B. И. Селиверстова. М., 2000. С. 495. 4 Куркина И. Н. Международная практика исполнения уголовных наказаний. C. 148. 5 См.: Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 19—22. 6 См., например: Шамсунов С. X. Частные тюрьмы в мире: нужны ли они современной России? С. 25—28. 7 См., например: Шумилов В. М. Правовая система США : учебное пособие. М., 2013. 8
  • [6] См.: Быков А. В., Калужина М. А. Обеспечение безопасности в пенитенциарных учреждениях США. С. 28. 2 См.: Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 19, 20. 3 См.: Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 19, 20. 4 Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 19, 20.
  • [7] Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 19, 20. 2 См.: Тепляшин П. В. Современный уголовно-исполнительный анализ иберийского типа европейских пенитенциарных систем. С. 113—120. Оценка данной системы с точки зрения восприятия ее элементов в УИС РФ дана в отечественной современной специальной литературе. См., например: Горбань Д. В. Прогрессивная система исполнения и отбывания исправительных работ. С. 176—183. 3 См.: Тохова Е. А. Зарубежный опыт социально-правового контроля за лицами, освобожденными из исправительных учреждений [Электронный ресурс].
  • [8] См.: Шамсунов С. X. Частные тюрьмы в мире: нужны ли они современной России? С. 25—28. 2 В указанных учреждениях производится: 100 % военного снаряжения и обмундирования; 98 % монтажных инструментов; 36 % бытовой техники; 30 % наушников, микрофонов, мегафонов; 21 % офисной мебели, а также авиационное и медицинское оборудование, выполняются и многие другие социально полезные виды деятельности. См.: Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 20, 21. 3 См.: Шамсунов С. X. Частные тюрьмы в мире: нужны ли они современной России? С. 25—28. 4 См.: Ковалев О. Г., Шереметьева М. В. Пенитенциарная система США: особенности организации и современные тенденции. С. 20, 21. 5 См., например: Радочина Т. Н. Государственные институты и правовые системы // Право и политика. 2014. № 1.
  • [9] Шамсунов С. X. Частные тюрьмы в мире: нужны ли они современной России? С. 28. 2 См.: Куркина И. Н. Международная практика исполнения уголовных наказаний. С. 148. 3 Система пенитенциарных учреждений Испании включает 68 исправительных учреждений (закрытого типа), 32 центра социальной интеграции (полуоткрытого и открытого типов), 2 психиатрических центра, 3 центра матери и ребенка, а также 56 учреждений для несамостоятельных лиц. В Каталонии — 15 исправительных учреждений (пенитенциарных центров открытого и закрытого типов) и один медицинский центр. См.: Тепляшин П. В. Современный уголовно-исполнительный анализ иберийского типа европейских пенитенциарных систем. С. 113—120.
  • [10] Тепляшин П. В. Современный уголовно-исполнительный анализ иберийского типа европейских пенитенциарных систем. 2 Здесь следует обратить внимание на то, что пенитенциарные учреждения минимального уровня опасности не имеют вооруженной охраны, заключенные в этих учреждениях находятся на полусвободном режиме (в частности, им предоставляется возможность трудиться за пределами учреждения). Однако в случае нарушения режима заключенный может быть переведен в охраняемый тюремный сектор учреждения. См.: Быков А. В., Калужина М. А. Обеспечение безопасности в пенитенциарных учреждениях США. С. 28—32. 3 Central Inmate Monitoring System, 28 C.F.R. pt. 524, subpt. F; Program Statement 5180.05. 4 В частности, речь идет об успешно применяемой с 2000 г. в большинстве федеральных тюрем США радиочастотной системе непрерывного слежения и идентификации (система электронного слежения и графического позиционирования в режиме реального времени). См.: Быков А. В., Калужина М. А. Обеспечение безопасности в пенитенциарных учреждениях США. С. 28—32.
  • [11] Быков А. В., Калужина М. А. Обеспечение безопасности в пенитенциарных учреждениях США. С. 28—32. 2 См.: Глушков А. И. Зарубежный опыт регламентации деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы в условиях чрезвычайных ситуаций // Международное публичное и частное право. 2013. № 3. С. 28—30. 3 Глушков А. И. Зарубежный опыт регламентации деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы в условиях чрезвычайных ситуаций. С. 28—30.
  • [12] См.: Coyle A. The Prisons We Deserve. Harper Collins Publishers. London, 1994. P. 96—98. 2 См.: Тохова E. А. Зарубежный опыт социально-правового контроля за лицами, освобожденными из исправительных учреждений [Электронный ресурс]. 3 См., например: Крайнова Н. Ресоциализация осужденных. Зарубежный опыт // Уголовно-исполнительное право. 2002. № 2. 4 См.: Квашне В. Преступность в США: реальность позитивных изменений или «временное исключение»? // Уголовное право. 2005. № 5. С. 98, 99. 5 См., например: Смирнов Г. Г. Криминологическое учение о предупреждении преступности: содержание, развитие, реализация / под редакцией А. И. Алексеева. Екатеринбург : Издательство Уральского университета, 2004. С. 38.
  • [13] См.: Гулина О. Р. Пенитенциарная система Федеративной Республики Германия в современных условиях // Российский юридический журнал. 2012. № 4. С. 136—142. 2 См.: Reform der Sicherungsverwahrung. Bund und Landern Konnen Sich Nicht Einigen // Stern-Magazin. 2011. 16 августа. 3 Данная тенденция прослеживается и в России: УПК РФ в настоящее время дополнен рядом положений, предусматривающих среди прав потерпевшего и его представителя право участия в судебном заседании при решении вопросов, связанных с исполнением приговора. См.: Брусницын Л. О правах потерпевшего в стадии исполнения приговора // Уголовное право. 2013. № 6. С. 89—95. 4 См.: Реорганизация службы условно-досрочного освобождения в Великобритании // Борьба с преступностью за рубежом. 2002. № 11. 5 См.: Квашис В. Е., Вавилова Л. В. Зарубежное законодательство и практика защиты жертв преступлений. М., 1996. С. 46—48. 6 Квашис В. Е., Вавилова Л. В. Зарубежное законодательство и практика защиты жертв преступлений. С. 57. 7 Обзор практики применения программ по защите свидетелей Канадской королевской конной полиции // Зарубежный опыт правового регулирования и практика его применения по вопросам защиты участников уголовного судопроизводства : сборник правовых актов, организационных документов и информационно-аналитических материалов / под общей редакцией В. В. Черникова. М., 2000. С. 345.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >