Формирование государственной политики в сфере культуры, искусства и образования

Государственная политика в сфере культуры, искусства и образования основывается на некоторых основных положениях, по которым развивается само общество. Эти положения, как правило, оказывают серьезное влияние на состояние самого общества, на различные сферы жизнедеятельности и в первую очередь на саму сферу культуры, искусства и образования, а поэтому имеют свою нишу в исследованиях современных деятелей политики, практиков в этой сфере и менеджеров [3; 7; 12]. Познание законов развития общества и культуры, искусства и образования как его частей открывает возможность более эффективного использования этих законов в практической деятельности людей (культуре, искусства обучении, труде, отдыхе и т. д.). В условиях различных типов обществ использование законов связано с интересами социальных групп и слоев, условиями для сознательного использования объективных законов, изменением соотношения стихийности и сознательности в общественном развитии, возрастанием возможности научного управления процессами в сфере культуры, искусства, образования, воспитания и т. д. Эти потенциальные возможности могут использоваться для выработки научно обоснованной политики в рассматриваемых сферах, для предвидения тенденций и направлений становления, функционирования и развития современной социальной и культурной деятельности и т. д. [1; 8; 10; 11; 13; 15].

Рассматривая современные проблемы в культурной сфере, искусстве или образовании с точки зрения выявления каких-то тенденций, закономерностей развития, необходимо определить основные направления анализа, которые, на наш взгляд, кроются в соотношении диады общество-личность. Если рассматривать общую линию исторического развития, то выражающий ее общесоциологический закон «гармонии общества и личности», например, выступает как основополагающий в разработке стратегии развития культуры, искусства и образования. Наряду с предпринимаемыми мерами по реформированию, модернизации современной политики в анализируемых областях деятельности человека, что, безусловно, положительно и должно рассматриваться как необходимое условие дальнейшего развития не только современной культуры, искусства и образования, но и самого общества, его национальной безопасности, органам управления при формировании государственной политики в этих направлениях также необходимо учитывать некоторые особенности, которые в последние десятилетия начинают проявляться в достаточной мере и включают на современном этапе, во-первых, генетическую усталость нации и всего общества, во-вторых, глобальные демографические сдвиги, в-третьих, низкую культуру межнационального общения в условиях нарастания межнациональной и межконфессиональной напряженности, в-четвертых, региональные и местные особенности развития социально-культурной сферы и наконец, в-пятых, мировой кризис, проявляющийся как мировоззренческий, нравственный, культурный, политический, психологический, т. е. системный.

Что касается генетической усталости нации и всего общества: окружающий нас мир с его экологией (вырубки лесов, загрязнения рек и озер, бесконтрольные добычи ископаемых и др.) и сложившимися традициями нездорового образа жизни (питание, злоупотребления, увлечения и т. д.), низкопробными проявлениями в культурной сфере (от проявления парикмахерских «выкрутасов» до демонстрации неуважения к памятникам культуры) привели к тому, что рождающиеся поколения детей оказываются нездоровыми уже при рождении. К школьному периоду здоровье оказывается таким, что само общество встает перед проблемой дифференциации обучения, поскольку дети приходят не просто с различным способностями и увлечениями, а с различными отклонениями от норм, и нормой собственно становится открытие школ различных видов. Этот тезис требует не только особенного внимания на самом высоком уровне управленческих структур, но и специального исследования на макро-, мезо- и микроуровнях (государственном, региональном и муниципальном). Если же обратить внимание еще и на усталость самого общества, проявляющуюся в различных формах кризиса, то актуальность этого тезиса многократно возрастает. Об этом довольно серьезно в своих работах заявляют различные исследователи проблем молодежи, воспитания, школы и т. д., но особенно убедительно получается у ученого и педагога-новатора Е. А. Ямбурга [14].

Другая особенность, присущая современному обществу, — глобальные демографические сдвиги, проявляющиеся в том, что в некоторых, особенно развитых странах, уровень рождаемости упал настолько, что общество начинает тревожиться по поводу того, кого обучать в школах и кто будет работать на производстве через несколько лет. В современных развитых обществах статистика регистрирует такой низкий уровень рождаемости, что в большинстве таких стран этот показатель ниже единицы на семью. А это означает не просто старение общества, но е его отставание от современных требований динамики общественных процессов. Отсутствие в семье даже одного ребенка приводит, в том числе, и к внутрисемейным психологическим проблемам, формированию психологической напряженности в обществе.

Все эти особенности в полной мере относятся и к российскому обществу. Поскольку рождаемость в стране не повышается, наполняемость в классах современной российской школы падает, возникает необходимость различных управленческих манипуляций, связанных с реструктуризацией, оптимизацией, а по существу с сокращением вначале числа класс-комплектов, а затем — образовательных учреждений, возникновением проблем свободных рабочих мест, удовлетворенностью образовательными услугами и т. д. Все перечисленные проблемы в отношении наполняемости сельских клубов или библиотек, возможностей их содержания и сохранения, не говоря уже о развитии, в полной мере относятся к сфере культуры, особенно к объектам сельской культуры (школьных библиотек, сельских клубов, спортивных сооружений, музыкальных и школ искусств и др.). Все это в своей совокупности порождает проблемы, которые, безусловно, должны учитываться при формировании государственной политики в сфере культуры, образования на всех уровнях (муниципальном, региональном и государственном).

В условиях постоянно расширяющихся межнациональных связей и усиления взаимозависимости между народами особенностью социально-культурного развития современного общества становится низкая культура межнационального общения и нарастание межнациональной и межконфессиональной напряженности, которые не только приводят к деформациям воспитательной функции современного общества, но и вносят существенные изменения в сферу культуры и систему образования в целом.

Культура межнационального (межконфессионального) общения зависит от уровня общего развития населения, его умения соблюдать общечеловеческие нормы нравственности и поведения, взаимной готовности правильно воспринимать инонациональные ценности, стремления обогащать себя знанием этих ценностей, т. е. умения жить в поликультурном мире.

Знания в общей концепции культуры межнационального (межконфессионального) общения включают информированность об истории, культуре, обычаях и традициях нации, конфессии, характеристику социальных групп — участников общения, анализ их практической деятельности, общих процессов социального и личностного взаимодействия. Государственная политика в сфере культуры должна быть ориентирована на формирование определенных качеств личности, таких как:

  • — способность увидеть как внешние, так и внутренние взаимосвязи между разными культурами (национальными, конфессиональными, гендерными, поселенческими и др.);
  • — умение быть посредником и способность интерпретировать одну культуру в терминах другой;
  • — критическое и аналитическое понимание собственной и иной культуры;
  • — осознание детерминированности собственного взгляда на мир культурными и мировоззренческими традициями.

На наш взгляд, под культурой межнационального (межконфессионального) общения следует понимать совокупность специальных знаний и убеждений, а также адекватные им поступки и действия, проявляющиеся как в межличностных контактах, так и во взаимодействии целых этнических общностей и позволяющие на основе межкультурной компетентности быстро и безболезненно достигать взаимопонимания и согласия в общих интересах [6].

Что касается региональных и местных особенностей развития социально-культурной сферы, то в первую очередь следует отметить, что они проявляются в том, что регионы России существенным образом отличаются по своему социально-национальному, поселенческому и конфессиональному многообразию. Это накладывает определенные обязательства на организацию, содержание, создание условий, сложившиеся традиции и обычаи социально-культурной деятельности и духовной жизни местности, региона в целом.

В реальных условиях в учебных заведениях, готовящих учителей, работников социально-культурной сферы по различным специальностям, не знакомят не только с национальными традициями, обычаями, фольклором и эпосом, но даже с литературой народов, проживающих на территории региона или конкретного населенного пункта. В Алтайском крае, например, всегда на слуху имена наших земляков В. Шукшина, В. Золотухина, М. Юдалевича, Л. Квина, Л. Мерзликина и Р. Рождественского. Многие жители знакомы с их творчеством и по праву гордятся ими, однако мало кто, кроме специалистов, может что-то сказать о Б. Укачине, Л. Кокыше-ве, И. Графе, Э. Каценштейне, И. Шеленберге, хотя их произведения как писателей, художников и публицистов известны далеко за пределами России и ближнего зарубежья, а некоторые имена за рубежом занесены в число классиков мировой литературы. Аналогичные примеры можно приводить и в отношении подготовки учителей истории, когда мы с подробностями можем услышать о проблемах какого-нибудь племени или небольшого государства в Африке, но с большой долей вероятности не услышим о времени появления первых русских на Алтае. Учебный процесс в наших учебных заведениях построен таким образом, что свое прошлое, свои достижения кажутся или представляются менее значимыми, а отсюда и такое пренебрежительное отношение и к своему народу, и к его духовным и материальным ценностям.

Тенденция в развитии национальных культур и отношений между этносами, основанная на действии закона малых чисел, предполагает самоценность любой национальной культуры, независимо от ее места в мировой культуре, категорически противится стандартизации, внедряемой во все сферы жизни современного общества. Есть основания полностью согласиться с выдающимся русским культурологом Н. С. Трубецким, утверждавшим: «Момент оценки должен быть раз и навсегда изгнан из этнологии и теории культур, как и вообще из всех эволюционных наук, ибо оценка всегда основана на эгоцентризме. Нет высших и низших. Есть только похожие и непохожие» [11, с. 42—43].

Сложившаяся ситуация требует при формировании государственной политики в сфере культуры, искусства и образования учитывать именно региональные и местные особенности истории и жизнедеятельности народа, глубоких знаний истории, языков, культуры, обычаев и традиций рядом проживающих людей, что не только обогащает духовный мир самих участников коммуникаций, но одновременно создает благоприятные условия для взаимного доверия на принципах гуманизма и доброты. Уважение к национальным языкам, обычаям и традициям в сфере общения, межличностных отношений — безусловно, признак истинной культуры и воспитанности. Ожесточение, раздраженность, отсутствие лояльности по отношению к другому человеку, представителю другой культуры, восприятие его как потенциального недруга, во многом характерные для современных межнациональных и межличностных отношений, усугубляют их напряженность и конфликтность. Достойное место в исследованиях находит и социально-культурная деятельность в дополнительном образовании [4].

Особенностью современного уровня развития общества можно считать и проявляющийся мировой кризис, проявляющийся как мировоззренческий, нравственный, культурный, политический, психологический т. е. системный, который в первую очередь затрагивает содержательную сторону разработки культурной и образовательной стратегии современного общества [13; 15].

В этом смысле модернизация культурной политики, современной системы образования как перманентное улучшение современного общества и его сегментов может, на наш взгляд, предполагать как минимум два основных направления в развитии.

Первое — это организационно-экономическое или технократическое. В фокусе понимания технократического направления культура и образование выступают как сферы услуг, учитывающие собственные экономические ресурсы (которые, кстати, большими не могут быть по определению), бюджетные ресурсы, а также имеющиеся соответствующие ограничения (которых, очевидно, больше, чем ресурсов).

Авторитарно-догматическая организация учебного процесса, веками ориентированная на формирование «адаптивной личности» и основанная на передаче готовых знаний (преподавании или транслировании истин), контроле и оценивании степени их освоенности учащимися, приносившая многие десятилетия успех и пользу, оказалась на определенном уровне развития общества несостоятельной в плане реализации новых целей общества. На смену такой организации, которая многие века успешно осуществляла подготовку образованных специалистов и воспитание законопослушных граждан, приходит принципиально новая форма организации обучения, получения знаний нового качества, т. е. возникла необходимость смены приоритетов образовательных парадигм.

При всех имеющихся трудностях экономического, социально-политического, духовного развития мирового сообщества мы находимся в начале новой эры — перехода от машин к кибернетике, к нанотехнологиям. В новых условиях человек становится рядом с производством, являясь не исполнителем машинных функций, а оператором, программистом, исследователем. Решающие факторы материального производства переключаются с физической энергии на интеллектуальную силу. В связи с этим современное производство требует от человека высокого интеллекта, самодисциплинированное™, научных знаний, профессиональных компетенций, развития всех профессиональных потенций личности, с одной стороны, и усиления внутренней мотивации деятельности, ответственности за произведенный труд, за свои поступки, за результаты своего труда (духовной составляющей) — с другой. Это связано с необходимостью внутреннего контроля за сложным трудом на производстве, с важностью принятия управленческих решений руководителями в коллективе, обсуждением законов в Парламенте или оценкой знаний студентов преподавателями — всех, чьи профессиональные действия затрагивают интересы и судьбы конкретных людей, коллективов, целых этносов и всего общества. Поэтому не случайно в послании Президента в качестве главной задачи современной школы ставится раскрытие способностей каждого ученика, воспитание личности, готовой к жизни в высокотехнологичном, конкурентном мире [9].

В настоящее время востребованность выпускника учебного заведения любого уровня определяется не только и не столько объемом знаний по различным дисциплинам или специальностям, полученным в стенах учебного заведения. Отношение «выпускник — общество» выражаются и совершенно новыми понятиями: «конкурентоспособность», «профессиональная компетенция», «нравственная культура», «социальная зрелость», которые определяют успех в процессе профессиональной адаптации, социализации и самореализации личности.

Инструментальными характеристиками образования в рамках этого направления являются, по меткому предложению А. Г. Асмолова, качество, доступность и мобильность, не являясь тем не менее ценностными и целевыми ориентирами образования [2].

Одним из безусловных вызовов нашего времени является требование прямого и профессионально обеспеченного решения проблемы производства и воспроизводства человечности и человеческого, что также относится к организационно-экономическому, технократическому направлению. Однако именно это является частью общесоциологического закона гармонии личности и общества (чем больше общество ориентирует личность на развитие, тем, в конце концов, больше получает) и ничто кроме культуры и образования с этими задачами не справляется. Думаем, что не ошибемся в своем позиционном утверждении, что из всех форм общественной практики именно культура и образование, и, прежде всего, их инновационные формы, пытаются и способны решать эту проблему не утилитарно, а по существу. Не случайно в подавляющем большинстве современных концепций и программ развития культуры и образования появляется принципиально новое их измерение — гуманитарно-антропологическое, социально-культурное. В этом и есть суть второго направления модернизации культурной и образовательной политики. Фактически речь идет о постановке беспрецедентных задач для культуры и образования: они должны стать универсальными формами становления и развития базовых, родовых способностей человека, позволяющих отстаивать собственную человечность, быть не только материалом и ресурсом социально-культурного производства, но, прежде всего, подлинным субъектом культуры, исторического действия — общественного развития.

Социально-культурное направление модернизации рассматривает культуру и образование как институты развития общества. Такой подход предполагает, что каждый раз, говоря о модернизации, нужно понимать ту социокультурную картину, в которой мы оказываемся.

Культура, искусство и образование как институты развития общества могут реализовываться по двум векторам: первый — когда культура, искусство и образование решают задачи адаптации учащихся к меняющимся социокультурным ситуациям, воспроизводят существующий образ жизни. Этот вектор означает пассивную позицию и приспособление к уже сформированной социокультурной ситуации.

Второй вектор предполагает самостоятельное проектирование будущего (собственная социально-культурная, образовательная траектория). В этом смысле само понятие социокультурности так или иначе предполагает отношение к культуре, искусству и образованию как опережающим, прогнозирующим институтам развития общества: чем больше общество вкладывает в культуру, искусство и образование, тем больше получает через эти институты. Человек впитывает, вбирает, усваивает, становясь хорошим специалистом, профессионалом и зрелой личностью с высокой мировоззренческой, профессиональной и нравственной культурой, а соответственно и лучше работает, а затем больше обществу возвращает, отдает. Проявляя активную жизненную позицию, интегрируясь в современное общество, личность сама влияет на окружающий мир — в этом и есть суть современного понимания социализации, которая основывается не на адаптации, а на интеграции в современную социально-культурную ситуацию [5; 6].

Таким образом, формирование личности, готовой к социализации в современных условиях, актуализируется необходимостью подготовки современного молодого человека в постоянно меняющемся мире и упрочением интеграционных процессов в мировом сообществе. Такой подход предполагает не приспособление, а интеграцию в современное поликулыурное общество. Активная позиция со стороны субъекта означает не приспособление и «растворение» в сформированной социально-культурной обстановке, а социализацию, предполагающую сохранение своей «самости», и активное влияние на окружающий мир. Пока эта задача только начинает ставиться и решаться и не может не привлекать внимание исследователей и практиков культуры, искусства и образования в различных точках мира.

Еще одна проблема заключается в том, что в XXI в. усиливаются интеграционные процессы между различными культурами современного мира (национальными, конфессиональными, половозрастными, поселенческими и др.) и становление поликультурного мирового сообщества. В этой связи вектор подготовки в школе, колледже или вузе должен быть направлен на изучение различных традиций, обычаев и культурных особенностей, вписанных в естественно-историческую природу развития человечества, и связан с формированием различных компетенций личности, чтобы способствовать ее социализации в постоянно и быстро меняющемся поликультур-ном мире. Суть межкультурной компетенции, на основе которой строится и культура межнационального и межконфессионального общения, представляет собой сложное образование, включающее в том числе и определенные знания, умения, навыки и качества личности.

В связи с этим в содержательном плане культура межнационального и межконфессионального общения включает в качестве основных элементов знаниевый, мировоззренческий, поведенческий компоненты [3].

На мой взгляд, который, кстати, не является оригинальным, разумное сочетание основных парадигм в образовании личностно-ориентированной, призванной развивать потенциального «Рафаэля в каждом ребенке», когнитивной (знаниевой), убеждающей в необходимости упорно трудиться для достижения успеха, независимо от возраста и места приложения сил, компетентностной, готовящей личность к выбору послешкольной образовательной траектории и трудового пути, формирования профессиональной культуры и вместе с тем культурологической, пронизывающей все этапы получения образования и духовного взросления, а затем и развития гражданских, нравственных и духовных качеств человека (нравственная культура) [5; 6] — это единственно правильный путь в образовании и воспитании культуры современного человека, готового к социализации в быстро меняющемся мире. За государственной политикой, учитывающей наши особенности при выработке нормативной базы в сфере культуры, безусловное будущее.

Литература

  • 1. Алешкин, А. И. Законодательное регулирование и государственная поддержка культуры / А. И. Алешкин, А. А. Ильина // Культура: управление, экономика, право. — Москва : Юрист, 2009. — № 1.
  • 2. Асмолов, А. Г. Стратегия и методология социокультурной модернизации образования / А. Г. Асмолов. — Москва : Изд-во ФИРО, 2011.
  • 3. Бодрова, Е. В. Государственная политика Российской Федерации в области культуры и образования на рубеже XX—XXI вв. / Е. В. Бодрова, М. Н. Гусарова, А. В. Мешкова. — Москва : МГУПИ, 2008.
  • 4. Комарова, Л. Н. Социально-культурная деятельность в дополнительном образовании: проблемы, поиски, перспективы : учебное пособие / Л. Н. Комарова. — Москва : МГПУ, типография КГУКИ, 2009.
  • 5. Матис, В. И. К вопросу о методологии формирования государственной политики в сфере культуры, искусства и образования / В. И. Матис // Мир науки, культуры, образования. — 2012. — № 6.
  • 6. Матис, В. И. Педагогика межнационального общения : учебник для студентов / В. И. Матис — Барнаул : Изд-во БГПУ, 2003.
  • 7. Мешкова, А. В. Формирование государственной политики в сфере культуры и ее государственно-правовое регулирование / А. В. Мешкова // Научные труды МосГУ. — 2007. — № 76.
  • 8. Павлович, А. А. Становление культурной политики в современной России: региональный и муниципальный уровни: диссертация на соискание ученой степени кандидата культурологии / А. А. Павлович. — Москва, 2008.
  • 9. Послание Президента Российской Федерации.
  • 10. Работа Комитета Государственной Думы по культуре по совершенствованию законодательства в сфере культуры / [Е. А. Сизова] // Справочник руководителя учреждения культуры. — 2010. — № 3.
  • 11. Троицкий, Е. С. Русский народ в поисках правды и организованности / Е. С. Троицкий. — Москва : АКИРН, 1996.
  • 12. Фетисов, А. В. Теоретические и практические основы социальнокультурной политики / А. В. Фетисов. — Москва : Дело, 2010.
  • 13. Царева, Е. Г. Программа развития культуры как фактор социально-экономического развития региона / Е. Г. Царева // Справ, руководит, учреждения культуры. — 2009. — № 9.
  • 14. Ямбург, Е. А. Школа и ее окрестности / Е. А. Ямбург. — Москва: Центр книги «Рудомино», 2011.
  • 15. Ярошевская, Т. Л. Культурная политика современной России / Т. Л. Яро-шевская // Глобальный экономический кризис: реалии и пути преодоления : сборник научных статей. — Санкт-Петербург : Ин-т бизнеса и права, 2009. — Вып. 7.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >