Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Этика и эстетика arrow Этика

Соотношение добра и зла

В данной главе мы до сих пор рассматривали добро и зло как отдельные феномены, но в реальности они сосуществуют рядом. Каково их соотношение на земле? В истории этики мы видели оптимистические оценки, основанные на вере в ничтожность зла и, как следствие, провозглашавшие его скорое и полное исчезновение (Бруно, Фихте), а также и пессимистические представления, считавшие зло основной сущностью мира, а добро – чудесной случайностью, явленной отдельными подвижниками (А. Шопенгауэр). Чего же больше в мире: добра или зла?

По этому вопросу в истории моральной философии выделяются три генеральных линии.

Первую можно условно назвать дуализмом добра и зла. Это означает, что они понимаются как равномощные силы, ведущие длительную борьбу друг с другом. Соответственно, человек должен выбрать, на какую сторону встать, и от его выбора и последующих усилий непосредственно зависит исход борьбы. Данное мировоззрение очень часто превращается в сюжеты популярных фильмов и книг. На зрителей завораживающе действует разыгранная на экране ожесточенная схватка темных и светлых сил с неизбежным счастливым концом. Однако в этих повествованиях достаточно редко приводится разумное обоснование, по какой причине одни силы считаются положительными, а другие – разрушительными. Тем более, если в схватке друг с другом они используют приблизительно одинаковые методы.

Но столь популярный в произведениях массовой культуры взгляд па соотношение добра и зла крайне редко встречался в философской мысли. Считается, что он составил нравственное содержание проповедей персидского пророка Заратустры (предположительно конец VI – начало V в. до н.э.) – основателя религии зороастризма. В его понимании мир представляет собой арену битвы между богом добра Агура-Маздой и богом зла Ариманом. Но более внимательное изучение священных текстов зороастризма показывает, что все-таки силы добра воспринимаются в нем как субстанциальное основание мира, а зло – как соблазн, вызванный желанием противоположных сил основать свое царство. Более последовательно дуализм добра и зла был развит в учении манихейства, основанном другим персидским пророком Мани (217-276 г. н.э.), который пытался реформировать зороастризм, основываясь на идеях иудаизма и христианства. В представлении Мани в мире происходит битва сил света и тьмы, причем с переменным успехом. Но, в конечном итоге, добро все же одолеет зло. Начиная с III-го в. н.э. дуализм в чистом виде не встречался. Появлялись лишь некоторые мотивы, метафорически трактовавшие мораль как схватку добра со злом. В этой связи можно снова вспомнить Ницше.

Однако простое этическое рассуждение показывает несостоятельность рассмотренной точки зрения. Добро и зло представляются полярными явлениями пашей жизни, но это не значит, что они – абсолютные полюса. Если абсолютное добро еще можно представить в качестве идеального состояния мира и человека, то существование абсолютного зла невозможно в силу его разрушительной природы. Такое зло неизбежно бы уничтожило само себя. Кроме того, добро и зло никак не могут быть равноценны – ми силами. Это становится понятным хотя бы из такого простого факта, что добро всегда строило свою жизнь, не руководствуясь мотивами соперничества. Оно стремилось созидать, в то время как зло разрушало. То есть, в конечном итоге первичное действие проистекало от добрых сил, а зло лишь реагировало на уже существующую действительность.

Вторая точка зрения может быть обозначена как моральный релятивизм. Ее можно охарактеризовать как более умеренную, не придающую человеческим конфликтам характер мировой битвы. Она полагает, что между добром и злом нет абсолютного различия. То, что иногда кажется нам их схваткой, может запросто оказаться противоборством различных представлений о благе. Более того, экстремальный вариант релятивизма утверждает, что добро и зло – суть одно и то же, и различаются они только в зависимости от взгляда каждого конкретного человека или сложившейся ситуации. Например, убийство – несомненный пример зла, но убийство на войне, во имя спасения своей Родины большинством людей станет прославляться как добрый поступок. Отсюда соотношение добра и зла в мире напрямую зависит от количества мнений, оценивающих нравственное состояние общества.

Как теоретическая программа релятивизм родился в античной софистике и был развит в философии скептиков – современников стоиков и эпикурейцев. Новый импульс он получил в просвещенческих учениях, защищавших право человека на личное счастье, а также в философии прагматизма. Критика данного взгляда нами уже была проведена в пункте, где доказывалось объективное значение добра. В данном случае мы только обратим внимание на следующий аспект. Если одно и то же явление в зависимости от ситуации может быть названо добрым или злым, то какая реальность лежит за этими характеристиками? В таком случае мы должны спросить: что именно в данной ситуации делает явление добрым, а в другой его же – вредным? В итоге мы будем вынуждены сформулировать некий абсолютный критерий, общий для всех возможных ситуаций, который будет считаться добром. Если же продолжать упорствовать, настаивая на радикальной относительности добра и зла, то закономерным итогом было бы вообще отказаться от этих понятий, заменив их иными, например выгодой, личной пользой или чем-то еще. Но это будет означать, что мы покидаем пределы этики и переходим в мир прагматического расчета, который находит свое описание в ряде социальных наук.

Наконец, последняя точка зрения встречалась в нравственной философии чаще всего. Ее принято называть "онтологической концепцией"; от древнегреческого слова "онтос" (сущее). Находясь на ее позициях, следует утверждать, что реально (онтологически) в мире существует только добро. Зло – это всего лить недостаток добра, пародия на него, паразитирование на нем. Зло действует в мире, но оно нс укоренено бытийственно и полностью зависит от слабости или непоследовательности воли к добру. Этот оригинальный взгляд на мир связывают с именем великого отца церкви Августина Блаженного. На самом деле она присуща всем религиозным и светским концепциям, склонным к отождествлению добра и бытия. У Августина получается следующая картина: зло проистекает от недостатка добра, когда человек, вместо того, чтобы любить Бога и следовать Его заповедям, любит материальный мир и следует своей похоти. Бог допускает зло, т.е. допускает наше своеволие, чтобы оно еще больше оттеняло добро. Августин подтверждает свое учение метафизическим положением: человеческое несовершенство происходит из "ничто", того, из которого Господь сотворил мир. Момент этого "ничто" есть онтологическая пустота в добре, из которой произрастает грех и зло.

Учение Августина замечательно своей проницательностью и нравственным оптимизмом. Но у него находится много критиков, особенно из стана атеистов. Что это значит: зло – небытие, ничто? Разве зло – это не вполне реальная воля людей, оборачивающаяся не менее реальными поступками? В нашем мире зло научилось творить такие вещи, которые, пожалуй, не под силу доброй воле. Мировые войны, тоталитарные государства, международные преступные синдикаты – все это позволило даже некоторым христианским теологам сомневаться: не допустил ли Бог возможности злу становиться онтологическим? Но ведь Августин имел в виду другое. "Небытие" зла он понимал, главным образом, в антропологическом смысле, как разрушение личности. Эту мысль нам приходилось повторять уже несколько раз. Человек, творящий зло или потворствующий ему, разрушается сам как индивидуальность и закрывает себе путь к налаживанию нормальных отношений с окружающими. Наконец, он перестает существовать физически, ибо век поджигателей войн, организаторов преступных группировок или массовых репрессий, как правило, был нс долгим.

Как бы мы ни относились к мнению Августина, следует признать, что ему удалось чрезвычайно точно указать основные характеристики зла. Перечислим их еще раз:

  • – разрушительное воздействие на личность, ведущее ее к одиночеству, болезням, деградации, нередко безумию и в итоге к смерти;
  • – паразитирование на добре, использование его слабостей в своих целях;
  • – двуличность, скрытность, стремление выдать себя за добро путем обмана, приписывания себе благих помыслов и мнимых заслуг;
  • – соблазнение добра путем порождения в нем сомнения в правильности избранного пути; обещание скорейших благ и выгод;
  • – момент шутовства: иронизирование над благими помыслами, осмеяние прекрасных поступков, общее критичное убеждение относительно способностей людей приходить друг другу на помощь.

Это далеко не исчерпывающий перечень характеристик зла. Так или иначе, но мы в дальнейшем будем вынуждены возвращаться к их различным интерпретациям. Если же подводить итог размышлениям о соотношении в мире добра и зла, то, на наш взгляд, представляется очевидным, что добро имеет изначальное и неоспоримое преимущество перед злом. Если бы зло было доминирующей тенденцией в развитии человечества, то оно уже давно прекратило бы свое существование. Даже в самых страшных условиях разгула ненависти людей спасала солидарность и взаимопомощь, дарившие не только возможность выжить, но и силы бороться. И нередко бесчеловечная сила жестокости отступала перед человеческой силой любви.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы