Мышление и речь

Для мыслительной деятельности человека существенна ее взаимосвязь не только с чувственным познанием, но и с языком, речью. В этом проявляется одно из принципиальных различий между человеческой психикой и психикой животных. Элементарное, простейшее мышление животных всегда остается лишь наглядно-действенным; оно не может быть отвлеченным, опосредованным познанием. Оно имеет дело лишь с непосредственно воспринимаемыми предметами, которые в данный момент находятся перед глазами животного. Такое примитивное мышление оперирует с предметами в наглядно-действенном плане и не выходит за его пределы. И лишь с появлением речи становится возможным отвлечь от познаваемого объекта то или иное его свойство и закрепить, зафиксировать представление или понятие о нем в специальном слове. Мысль обретает в слове необходимую материальную оболочку, в которой она только и становится непосредственной действительностью для других людей и для нас самих. Мышление, в каких бы формах оно ни осуществлялось, невозможно без языка: всякая мысль возникает и развивается в неразрывной связи с речью. Чем глубже и основательнее продумана та или иная мысль, тем более четко и ясно она выражается в словах, в устной и письменной речи. И наоборот, чем больше совершенствуется, оттачивается словесная формулировка какой-то мысли, тем отчетливее и понятнее становится сама эта мысль.

Иногда создается впечатление, что мысль существует вне словесной оболочки; что иную мысль трудно выразить словами. На самом деле это означает: мысль еще не сформулирована; это скорее не мысль, а смутное представление. Ясная мысль всегда связана с четкой словесной формулировкой. Неверным является и противоположное мнение о том, что мысль и речь, по существу, одно и то же; что мышление – это речь, лишенная звучания, а речь – это "озвученное мышление". Подобное мнение ошибочно хотя бы потому, что одну и ту же мысль можно выразить разными способами и даже на разных языках. Вместе с тем существуют слова-омонимы (от греч. homos – одинаковый и onyma – имя) – разные, но одинаково звучащие и пишущиеся единицы языка (например "корень", "коса", "ключ" и т.п.). Таким образом, одно и то же слово может выражать разные мысли, разные понятия.

Специальные наблюдения в ходе психологических экспериментов показывают, что трудности, испытываемые при решении задачи, исчезают, как только испытуемые сформулируют свои рассуждения вслух. Воспроизводя свои рассуждения для других, человек тем самым формулирует их и для себя. Благодаря формулированию и закреплению в слове мысль не исчезает и не угасает, она прочно фиксируется в речевой формулировке – устной или письменной.

Мышление нормального взрослого человека неразрывно связано с речью. Мысль не может ни возникать, ни протекать, ни существовать вне языка, вне речи. Мы мыслим в речевой форме – вслух или про себя, во внутренней речи. Мысль в речи не только формулируется, но и формируется, развивается.

Не оспаривая связь мышления с речью, психологи расходятся в анализе их генетических корней, а также в вопросе о степени их взаимосвязи и взаимовлияния. Так, первые исследования мышления и речи показывали, что и речь, и мышление ведут свое происхождение от практической деятельности, однако Л. С. Выготским было доказано, что мышление и речь имеют разные корни.

Отрицая отождествление языка с поведением, лингвисты выдвинули свою теорию, ключевым понятием которой стало представление о порождающей грамматике. Изучая, каким образом человек способен производить и понимать уникальные грамматические конструкции, они пришли к выводу, что человек обладает неким доопытным механизмом усвоения языка, языковыми универсалиями, которые детерминируют процесс формирования речи. Языковые универсалии способствуют овладению естественным языком и помогают овладению сходными языками, чем и объясняется тот факт, что дети во всем мире осваивают язык с одинаковой скоростью, демонстрируя при этом сходные последовательности этапов. Исследования взаимосвязи мышления и речи рассматриваются и с точки зрения того, что является здесь ведущим параметром. Так, концепция лингвистической относительности Сепира – Уорфа[1] исходит из позиций лингвистического детерминизма, доказывая, что структура языка определяет мышление и способ познания реальности. Предполагается, что люди, говорящие на разных языках, по-разному воспринимают мир и по-разному мыслят. Язык, организуя индивидуальный и коллективный опыт, является медиатором между индивидом и социумом, задавая не только способы мышления, но и нормативные структуры поведения. В то же время в психологии есть доказательства того, что способность мыслить появилась раньше, чем способность реализовывать мысли в языке. Это доказывается, например, в экспериментах, демонстрирующих высокий уровень интеллекта у животных и у маленьких детей, еще не владеющих речью.

Главный вопрос, который сейчас обсуждают ученые, – это вопрос о характере реальной связи между мышлением и речью, об их генетических корнях и преобразованиях, которые они претерпевают в процессе своего развития. Значительный вклад в решение этой проблемы внес Л. С. Выготский. Он полагал, что слово так же относится к речи, как и к мышлению. Оно представляет собой живую клеточку, содержащую в самом простом виде основные свойства, присущие речевому мышлению в целом. Слово – это нс ярлык, наклеенный в качестве индивидуального названия на отдельный предмет: оно всегда характеризует предмет или явление, обозначаемое им, обобщенно и, следовательно, выступает как акт мышления. Но слово – это также и средство общения, поэтому оно входит в состав речи. Будучи лишенным значения, слово уже не относится ни к мысли, ни к речи. Обретая свое значение, оно сразу же становится органичной частью того и другого. "Именно в значении слова, – писал Выготский, – завязан узел того единства, которое мы называем речевым мышлением".

Мышление и речь имеют разные генетические корни. Первоначально они выполняли различные функции и развивались отдельно. Исходной функцией речи была коммуникативная функция, а сама речь как средство общения возникла в силу необходимости разделения и координации действий в процессе совместного труда людей. Вместе с тем при словесном общении содержание, передаваемое речью, относится к определенному классу явлений и, следовательно, уже тем самым предполагает их обобщенное отражение, т.е. факт мышления. Однако такой, например, прием общения, как указательный жест, никакого обобщения в себе не несет и поэтому к мысли не относится. В свою очередь, есть такие виды мышления, которые не связаны с речью, например наглядно-действенное (этот вид мышления имеется и у животных). У маленьких детей и у высших животных обнаруживаются своеобразные средства коммуникации, не связанные с мышлением. Это выразительные движения, жесты, мимика, отражающие внутренние состояния живого существа, но не являющиеся знаком или обобщением.

  • [1] Сепир Эдуард (1884–1939) – американский языковед и этнолог. Уорф Бенджамин Ли (1897–1941) – американский лингвист. Выдвинули гипотезу о воздействии языка на формирование системы представлений человека о мире (гипотеза Сепира – Уорфа), которая легла в основу этнолингвистики (от греч. ethnos – племя, народ и лингвистика) – направления в языкознании, изучающего взаимодействие языковых, этнокультурных и этнопсихологических факторов в функционировании и эволюции языка.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >