Эволюция теории и практики регулирования заработной платы в промышленно развитых странах в период ХVIII — первой половины ХIХ в.

Регулирование заработной платы на протяжении большей части истории основывалось на индивидуальных договорах. Начало государственного регулирования фиксируется только в XVI в. в Англии, когда в 1563 г. был принят Статут о ремесленниках (Статут об ученичестве), в котором законодательно определялся минимальный срок ученичества (продолжительностью в 7 лет), а мировым судьям предоставлялось право определять заработную плату (ее верхний предел) и изменять ее в соответствии с временем года и ценами на товары (прежде всего на хлеб)1.

Такое регулирование заработной платы ремесленников, несмотря на развитие капитализма, сохранялось и дополнялось вплоть до конца XVIII в. Только в 1814 г., с началом развития крупной промышленности, были отменены законы, регулирующие верхний предел заработной платы.

Во второй половине XVIII — первой половине XIX в., в период становления индустриального общества, кардинально изменился весь комплекс товарно-денежных и социально-трудовых отношений. Массовый характер промышленного производства сопровождался организацией наемного труда на постоянной основе (более 40—50 % трудоспособного населения), в связи с чем закономерно возникла необходимость выработки общих правил установления заработной платы наемным работникам.

А. Смит первым начал разрабатывать теоретические подходы к организации института заработной платы наемных работников, исследуя доходы населения на базе распределительных отношений в рамках капиталистической формации. Согласно А. Смиту, капиталистическое общество состоит из трех классов: собственников капиталов (предпринимателей), земельных собственников и наемных работников. Каждый из трех субъектов получает от своей деятельности и собственности (на капитал, землю и труд) доходы: собственники земли — земельную ренту, собственники капитала (предприниматели) — прибыль, а наемные работники — заработную плату за свой труд.

По мнению А. Смита, заработная плата является частью капитала: «Эти средства существования обычно авансируются работнику из капитала его хозяина или фермера, который нанимает его и который не имел бы никакого интереса нанимать его, если бы не получал долю с продукта его труда или если бы его капитал не возмещался с некоторой прибылью»[1] .

Ключевым моментом здесь выступает зависимость работника от предпринимателя, что проявляется в наличии у последнего финансовых ресурсов для организации производства, приобретения материалов и вознаграждения труда рабочего. Это принципиальное положение в отношениях работник — предприниматель объясняет, по мнению А. Смита, экономические интересы субъектов трудовых отношений: «Во всех ремеслах и производствах большинство работников нуждаются в хозяине, который авансировал бы им материалы для работы, а также заработную плату. Этот хозяин получает долю продукта их труда, или долю стоимости, которую труд прибавляет к обрабатываемым им материалам, эта доля и составляет прибыль хозяина»1.

Главное в контексте установления размера заработной платы А. Смит видел в зависимости между спросом на рабочую силу («спросом на тех, кто живет на заработную плату») и финансовым ресурсом, выделяемым предпринимателями для найма рабочей силы («фондами, предназначенными для выплаты заработной платы»), а также в возможностях увеличения размера заработной платы, обусловленного повышением общественной производительности труда на основе усиления его разделения, инициированного применением машин.

Обратить внимание!

Комментируя концепцию А. Смита по поводу зависимости между спросом на труд и величиной заработной платы, современный американский ученый М. Блауг отмечает, что она, по сути дела, выступает прообразом концепции краткосрочного соотношения между спросом и предложением, когда предложение задается как объем услуг труда, а рост (увеличение фонда) заработной платы сочетается с теорией долговременного прожиточного минимума[2] .

Исследование зависимости между спросом на труд и величиной заработной платы интересовало А. Смита с точки зрения определения того уровня заработной платы, ниже которого она не может опуститься. Для этого он ссылался на экспертные оценки, сделанные в то время, а низкую (на уровне физиологического выживания) заработную плату, которая может обеспечить физическое существование рабочих без расчета на то, что у них могут быть семьи и дети, называл несовместимой с «простой человечностью».

По убеждению А. Смита, «ни одно общество, без сомнения, не может процветать и быть счастливым, если значительная часть его членов бедна и несчастна. Да и, кроме того, простая справедливость требует, чтобы люди, которые кормят, одевают и строят жилища для всего народа, получали такую долю продуктов своего собственного труда, чтобы сами могли иметь сносную пищу, одежду и жилище».

А. Смит выделял естественную и рыночную цену труда. Первая определяется сложившимися в каждой отдельной местности средними уровнями заработной платы, прибыли и ренты. Вторая — спросом на труд и ценами на предметы первой необходимости. Иными словами, рыночная цена труда отклоняется от его естественной цены под влиянием спроса и предложения, складывающегося на рынке труда.

Важнейшим регулятором баланса экономических интересов субъектов трудовых отношений А. Смит считал процедуру договора между работниками и предпринимателями: «Рабочие хотят получить как можно больше, а хозяева хотят давать как можно меньше. Первые стараются сговориться для того, чтобы поднять заработную плату, последние же — чтобы ее понизить»1.

При этом распорядители финансовых ресурсов имеют намного больше возможностей для установления заниженной заработной платы. В связи с этим А. Смит отмечал, что «в Англии нет ни одного парламентского акта против соглашений о понижении цены труда, но имеется много таких актов, которые направлены против соглашений о ее повышении»[3] .

Во многом это объяснялось тем, что в период промышленной революции уровень благосостояния семей наемных работников воспринимался в обществе как исключительно частное дело самих рабочих. При этом игнорировалось то, что размеры заработной платы рабочих были настолько незначительными, что ее с трудом хватало на текущую жизнь и речи быть не могло о возможности сэкономить хотя бы немного на случаи утраты заработка. Это было связано с тем, что рабочие были полностью заняты каждодневной проблемой выживания и поэтому не думали об отдаленных проблемах своего существования. Постоянная забота о сведении концов с концами не позволяла им делать сбережения на «черный день». Более того, им нечего было отложить про запас даже на случаи таких рисков, как болезнь и безработица.

На этапе становления крупной промышленности условия труда наемных работников были столь тяжелыми, а заработная плата столь низкой, что их труд мало отличался от рабского и полурабского труда (применявшегося во времена А. Смита на плантациях и в работных домах), поэтому работники часто меняли место работы. В связи с этим предприниматели на крупных мануфактурах, фабриках и в шахтах применяли различные меры административного характера, направленные на удержание рабочих (введение цеховых уставов и трудовой книжки рабочего), а также дисциплинарные наказания вплоть до передачи работника за проступки в судебные инстанции.

Справочно

Трудовая книжка, впервые введенная в 1780-х гг. во Франции и отменная только в 1890 г., позволяла контролировать трудовую занятость работника, была необходима при приеме на работу, заменяла паспорт при контроле полиции, а также содержала информацию о задолженностях рабочего перед предыдущим работодателем. Тем самым трудовая книжка давала работодателю инструмент влияния на рабочего при приеме на работу и увольнениях, что существенно ослабляло возможности последнего при оформлении трудового договора и фактически лишало его каких-либо реальных прав по защите своих интересов.

При этом цеховой устав, который имел право принять собственник предприятия, обладал силой закона и регулировал режимы труда и отдыха, требования безопасности и гигиены труда, трудовую дисциплину.

Непостоянный характер труда, отсутствие квалификации, чередование периодов занятости и незанятости, хроническая безработица — эти и другие угнетающие условия жизнедеятельности наемных работников вынуждали их соглашаться на кабальные условия договоров, поэтому экономическая свобода трудящихся низводилась до ничего не значащей фикции. Указанные черты характерны для общества «первичного накопления капитала» (конец XVIII — первая половина XIX в.) с его системой низких зарплат; политикой, ориентированной на «дешевого работника»; отсутствием трудового законодательства и систем социальной защиты от социальных рисков безработицы, инвалидности, болезни и старости; острейшей конфронтацией; тяжелыми финансовыми кризисами; политическим и социальным бесправием населения.

Развитие на протяжении второй половины XVIII — первой половины XIX в. крупного машинного производства способствовало формированию не только индустриального производства, но и нового типа работника — фабричного рабочего, жизнь которого протекала в тяжелой повседневной борьбе за выживание (собственное и своей семьи), балансировании на грани голода в случаях болезни, безработицы и старости.

Обратить внимание!

Атрибутом жизни рабочего был постоянный социальный риск потерять трудоспособность или место работы, а значит, и скромный доход. Вот что писал в связи с этим французский ученый А. Лихтенберже: «Известны потрясающая трагедия пролетарской нужды, бесстыдная эксплуатация не только рабочих, но и женщин и детей, бесконечное удлинение рабочего дня, антигигиенические условия работы, голодная заработная плата, кризисы безработицы, повергающие в отчаяние целые районы»[4].

Столь неудовлетворительные условия жизни огромных масс трудящихся приводили к острейшим конфликтам между наемными работинками и капиталом: чартизм в Англии (30—60-е гг. XIX в.), восстание лионских ткачей во Франции (1831, 1834), голодные бунты силезских ткачей в Германии (1844).

«Высокий градус» социального противостояния требовал принятия мер, направленных на кардинальное преобразование отношений между трудом и капиталом. Кроме того, изменение форм найма, придание им более гуманного характера были объективно необходимы для организации и стабильного функционирования машинного производства.

Во многом требования модернизации условий жизнедеятельности наемных работников были обусловлены переходом к малой (нуклеарной) семье и урбанизированной жизни, что приводило к отмиранию существовавших в то время форм социальной поддержки, характерных для традиционного общества.

Глубоко осознавая новые тенденции, А. Смит первым среди мыслителей предложил рассматривать заработную плату с позиции вознаграждения за физические и умственные усилия работников, а также ресурсов, предназначенных не только для материального обеспечения тех, кто затрачивает трудовые усилия, но и их семей.

Основные положения теории заработной платы, разработанные А. Смитом, базируются на постулатах распределительных отношений, которые необходимо учитывать при найме рабочей силы, что обусловлено характерными свойствами рынка с присущими ему механизмами регулирования спроса и предложения на товары, в том числе и на специфический товар «рабочая сила».

Столь универсальный подход к измерению стоимости не только материальных издержек, но и труда носил технократический характер, поскольку не учитывал социальную природу потребностей наемных работников. Это демонстрировала существующая практика оплаты труда, которая учитывала прежде всего спрос и предложение на товары и на рабочую силу1.

Важно отметить, что А. Смит в своих взглядах выходил за рамки существующей в его время практики оценки стоимости труда. Он считал необходимым включать в заработную плату и финансовые ресурсы, предназначенные для компенсации затрат на восстановление трудоспособности наемных работников, требующиеся для целей воспроизводства рабочей силы: «Заработная плата, выплачиваемая поденщикам и рабочим всякого рода, должна достигать в среднем таких размеров, чтобы давать возможность поддерживать общее число поденщиков и рабочих на том уровне, какой требуется возрастающим, уменьшающимся или стационарным состоянием спроса общества на них»[5] .

Постепенное распространение в обществе взглядов, основанных на таком подходе, и решительная борьба рабочего класса за повышение своего благосостояния на протяжении всего XIX в. позволили преодолеть стереотипное отношение к заработной плате как обеспечивающей только прожиточный минимум самого работника. Чрезвычайно важным моментом явилось осознание необходимости признать существование двух фаз в жизнедеятельности человека — периода трудовой жизни и пенсионного периода.

Важнейшим регулятором баланса экономических интересов субъектов трудовых отношений, по мнению А. Смита, является процедура договора (торга) между работниками и предпринимателями. Таким образом, заработная плата отражает товарный характер социально-трудовых отношений работодателя и работника, в которых главную роль играет работодатель, устанавливающий заработную плату исходя из сложившейся ситуации на рынке труда, с размером которой наемные работники с неизбежностью соглашаются.

Важно отметить, что А. Смит одним из первых в истории экономической мысли исследовал феномен заработной платы в контексте всего трудового периода (трудовой жизни) и рисковой природы трудовой деятельности. В качестве важнейших факторов дифференциации заработной платы он называл: профессиональную квалификацию (возможность получить сложное профессиональное образование, постичь тонкости которого удается не всем), а также экономический и профессиональный риски, обусловленные природой трудовой деятельности.

Так, по мнению А. Смита, адвокаты, военнослужащие, аптекари, моряки и купцы в своей деятельности зачастую находятся в ситуациях неопределенности (на языке страхования — ситуациях риска), требующих принятия ответственных решений. Их профессиональная деятельность сопряжена с риском утраты значительных материальных средств и/или повреждения здоровья, что требует от них определенных качеств. Поэтому для ряда профессий требуется отбор людей по их природным склонностям к деятельности, связанной с рисковыми ситуациями.

Иллюстрируя свою мысль, А. Смит приводит случаи из практики организации денежных лотерей и страхового дела, которые сопряжены с вероятностными процессами протекания, а потому обеспечивают в общей своей массе ненадежные доходы и при рассмотрении с позиции их получения в длительных временных рамках приносят в среднем меньшее вознаграждение, чем профессии с более низким финансовым риском. Тем не менее данные профессии, связанные с ситуациями риска, привлекают определенных по своим склонностям людей, которые отличаются авантюристическим складом характера[6].

Рисковую природу заработной платы и механизмы мотивации рабочих к ее сбережению на случай неблагоприятных событий изучал немецкий экономист И. фон Тюнен (1783—1850)т, который рассматривал заработную плату с позиции источника возможных накоплений капитала, в том числе для страховых целей.

Таким образом, ключевыми характеристиками формирующегося капиталистического общества выступали, с одной стороны, быстрый рост экономики, а с другой — низкий уровень заработной платы наемных работников, что свидетельствовало о глубоком кризисе общественных отношений.

Систему заработной платы, сложившуюся в первой половине XIX в., трудно было признать справедливой. С ее помощью было невозможно обеспечить даже сносные условия жизни для большинства наемных работников. Кризисное ее состояние стало предметом изучения в Великобритании, Франции и Германии. Диагностика положения дел в этой сфере, рецепты по улучшению ситуации зависели от принадлежности исследователей к одному из двух враждующих лагерей — либеральному или марксистскому, которые предлагали свои модели политического устройства общества и экономики.

Либеральный подход иллюстрируют первые парламентские дебаты по вопросам бедности и пауперизации рабочего класса в Англии (1834). Их итогом явилось заявление членов комиссии о том, «что для изменения положения дел к лучшему следует рассчитывать не на какие-либо экономические меры, а на влияние нравственного и религиозного воспитания»[7] . Таким образом, либеральными рецептами являлись призывы к нравственному воспитанию трудящихся.

Марксисты видели решение социального вопроса в радикальном переустройстве общественного строя (революции) на принципах коллективной собственности, государственного регулирования всех сфер экономической, социальной и политической жизни.

Справочно

Развивая теорию трудовой стоимости Д. Рикардо, К. Маркс в середине XIX в. разработал учение о прибавочной стоимости, согласно которому за каждое произведенное благо можно выручить только такую цену, которая соответствует издержкам на его производство. К. Маркс назвал ее меновой стоимостью блага. Данный теоретический постулат, по его мнению, также действует и в отношении такого блага, как труд, цена которого (т. е. величина заработной платы) должна соответствовать издержкам на его воспроизводство, обеспечивая прожиточный минимум для семьи работника (т. е. рабочей силы).

К. Маркс провел водораздел между понятиями «труд» и «рабочая сила», а также обосновал сущность заработной платы с помощью концепции стоимости (цены) рабочей силы, в основе которой лежит фонд жизненных средств, необходимых для воспроизводства работника и членов его семьи, отметив, что этот фонд включает предметы не только личного, но и совместного потребления. Данная теоретическая конструкция впоследствии была реализована в СССР при формировании и обосновании общественных фондов потребления.

По мнению К. Маркса, рабочая сила является совершенно особым благом, поскольку она в состоянии производить большее количество благ, чем то, которое необходимо для ее воспроизводства. Эту дополнительную потребительную стоимость, которую он назвал прибавочной стоимостью, присваивает капиталист, заинтересованный в ее постоянном увеличении. Присвоение прибавочной стоимости К. Маркс определил как эксплуатацию труда капиталом, а тип социально-трудовых отношений между наемными работниками и капиталистами назвал антагонистическим.

Маркс раскрывает способы эксплуатации труда капиталом, а также механизмы занижения цены рабочей силы как путем удлинения рабочего дня, так и на основе повышения интенсивности труда рабочих[8].

Рассматривая интересы наемных работников и предпринимателей как антагонистические по своей природе, К. Маркс трактовал капиталистическую формацию как исторически преходящий общественный способ производства. Данный постулат он обосновывал исходя из предложенной им трактовки стоимости товара. Рабочая сила рассматривалась им в качестве сугубо специфического общественно-производственного отношения людей, характерного лишь для условий товарного производства и обращения.

Анализ взглядов мыслителей XVIII—XIX вв. позволяет оценить влияние различных факторов на установление размеров заработной платы, глубинные противоречия между интересами предпринимателей и рабочих в этой сфере, а также возможности рынка в установлении справедливой и достойной заработной платы.

Данные взгляды на роль заработной платы были раскрыты в теориях прожиточного минимума, фонда заработной платы и производительности, а также в теории торга и покупательной способности и др. С их помощью были объяснены многие важные аспекты заработной платы.

Справочно

В середине XIX в. немецкий ученый и политический деятель Ф. Лассаль (1825—1864), опираясь на разработки В. Петти и А. Тюрго, пришел к выводу о том, что в условиях острой конкуренции рабочих на рынке труда они могут рассчитывать на заработную плату весьма низкого размера, достаточную только для физического выживания их и их семей. Его позиция опиралась на предложенное Д. Рикардо положение, согласно которому заработная плата рабочих не может увеличиваться, поскольку присутствует некий экономический закон, ограничивающий ее долю во внутреннем национальном продукте размером физического выживания.

По мнению Ф. Лассаля, в капиталистическом обществе действует «железный и жестокий закон заработной платы», согласно которому она не может надолго подняться выше минимума средств существования, поскольку в этом случае происходит рост численности рабочих, увеличивается конкуренция на рынке труда, что ведет к понижению заработной платы1. Кроме того, предприниматель пытается «заморозить» фонд заработной платы, поскольку если заработная плата рабочих выше уровня, который определен величиной этого фонда и численностью рабочих, то снижается норма прибыли.

С опровержением теории фонда заработной платы выступил Дж. С. Милль: «Размер заработной платы зависит не только от соотношения между численностью трудящегося населения и капиталом... Для рабочего класса важны не абсолютный объем накопления или абсолютный объем производства, даже не абсолютная величина средств, предназначенных для распределения среди работников, а соотношение между этими средствами и численностью людей, между которыми делятся эти средства»[9] .

Поэтому Дж. С. Милль считает, что «положение класса работников нельзя улучшить каким-либо иным способом, кроме изменения этого соотношения в пользу трудящихся; и любой план улучшения положения работников, построенный не на основе этого принципа, с точки зрения, предусматривающей постоянные положительные сдвиги, является заблуждением».

Данный вывод Дж. С. Милля о распределении результатов труда звучит крайне актуально и сегодня, когда норма прибыли во многих странах, включая Россию, безудержно растет, а покупательная способность заработной платы большинства наемных работников либо стагнирует, либо понижается.

По мнению М. И. Туган-Барановского, существовавшие в XIX в. теории заработной платы можно сгруппировать в две основные группы:

  • 1) теории заработной платы как цены товара, в качестве которого выступает рабочая сила;
  • 2) теории заработной платы как цены рабочей силы — средства производства1.

Следует отметить, что эти теории не смогли сформулировать принципы и количественные параметры справедливой и достойной заработной платы. Они ограничивались обоснованием критериев для определения минимально необходимой заработной платы, обеспечивающей простое воспроизводство рабочей силы, что было равнозначно только возможности выживания семей работников.

В качестве кардинального способа решения вопроса в данной сфере и достижения справедливой оплаты труда ряд социал-демократических партий Германии предложили политические формы борьбы, для чего в своих программных документах, принятых на съездах[10] , провозгласили намерение добиться перехода к ним государственной власти, включая революции.

Последующая практика высветила необходимость новых подходов к формированию распределительной политики государства и применения с его стороны новых инструментов для установления консенсуса между субъектами трудовых отношений с учетом повышения уровня жизни работников и членов их семей.

Во многом это было связано с объективными причинами. Крупное машинное производство, применение сложных технологий вызывали необходимость повышения качества труда и профессиональной квалификации работников, что предполагало формирование новых механизмов воспроизводства рабочей силы на основе нормативного регламентирования затрат на заработную плату, социальную защиту и образование. Однако признание данных установок происходило в среде капитала медленно и непоследовательно, в частности их реализация охватывала только высокообразованные, малочисленные слои наемных работников высокой квалификации.

  • [1] Рикардо Д. Начала политической экономии и налогового обложения. Избранное. С. 386. 2 Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. С. 117—137.
  • [2] Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. С. 118. 2 Блауг М. Экономическая мысль в ретроспективе. С. 39, 40. 3 Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. С. 128, 129. 4 Там же. С. 130.
  • [3] Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. С. 119. 2 Там же.
  • [4] Лихтенберже А. Современная Германия. М. : Изд-во М. и С. Сабашниковых, 1914. С. 58.
  • [5] Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. С. 171. 2 Там же. С. 131.
  • [6] Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. С. 158—161.
  • [7] Цит. по: Зунтум У. ван. Невидимая рука: экономическая мысль вчера и сегодня : перевод с немецкого. М. : Мысль, 2017. С. 65—67. 2 Jones G. S. Outcast London. A Study in the Relationship between Classes in Victorian Society. Oxford : Clarendon Press, 1971. P. 76.
  • [8] Маркс К., Энгельс Ф. Заработная плата, цена и прибыль // К. Маркс, Ф. Энгельс. Сочинения. Т. 16. С. 101—155; Т. 13. С. 532—618.
  • [9] Лассаль Ф. Сочинения : в 2 томах. М. : Госиздат, 1925. Т. 2. С. 59, 60. 2 Милль Дж. С. Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии. С. 407, 408. 3 Имеется в виду соотношение между распределением прибыли капиталиста и фондом заработной платы. 4 Милль Дж. С. Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии. С. 408.
  • [10] Туган-Барановский М. И. Основы политической экономии. СПб. : Тип. акц. общ. «Слово», 1909. С. 537. 2 Нюрнбергский (1898), Эйзенахский (1869), Эрфуртский (1891) съезды. См.: Большая советская энциклопедия : в 30 томах. 3-е изд. М. : Советская энциклопедия, 1969—1978. Т. 24. С. 348.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >