Определение степени сложности труда — основа тарифного регулирования заработной платы в СССР

Важнейшим механизмом регулирования соотношения меры, квалификации труда и заработной платы в советский период служили практика и теория определения сложности труда, что было связано с промышленной революцией. С середины XIX в. в промышленно развитых странах, включая Россию, наблюдается широкое применение машин, новых источников энергии и сложных технологических процессов.

В период с 1820 по 1913 г. энерго- и фондовооруженность труда увеличилась более чем в 15 раз1. В итоге труд становился все более механизированным, в нем во все больших масштабах присутствовали элементы инженерного труда. Такой труд требовал приобретения специальных профессиональных знаний и практического опыта, что для первой половины XX в. можно оценить как труд техников и инженеров.

Советские ученые рассматривали сложный труд как базирующийся на получении предварительного профессионального знания, пытаясь оценивать его с позиции продолжительности учебы[1] , а также на основе анализа интеллектуальных и физических усилий работника, затрачиваемых в ходе выполнения работы: «Сложный труд можно оценить по совокупности усилий (физических и умственных), затрачиваемых в процессе применения ранее накопленных знаний и опыта, направленных на преобразование предмета труда в соответствии с поставленной задачей».

В связи с этим проблема оценки сложности труда становится ключевой при организации труда и регулировании заработной платы. Теоретическим обоснованием данной проблемы служила доктрина редукции труда, предложенная К. Марксом и основанная на рассмотрении природы сложного труда с помощью его сведения к простому труду, что было важно для аналитических целей. Механизмом для этого, согласно К. Марксу, мог служить метод суммирования временных затрат на выполнение работы с помощью соответствующих коэффициентов: «Простой средний труд хотя и носит различный характер в различных странах и в различные культурные эпохи, тем не менее для каждого определенного общества есть нечто данное. Сравнительно сложный труд означает только возведенный в степень или, скорее, помноженный простой труд, так что меньшее количество сложного труда равняется большему количеству простого труда»1.

Действительно, всякий труд в зависимости от своего содержания различается по степени сложности. Сложный труд сопряжен с дополнительными затратами на подготовку квалифицированной рабочей силы и с повышенным ее расходом в процессе производительного применения. В единицу времени сложный труд создает большую стоимость, чем простой труд. По мнению К. Маркса, сложный труд — это возведенный в степень (или помноженный) простой труд. При обмене товаров, являющихся продуктами простого и сложного труда, меньшее количество сложного труда приравнивается к большему количеству простого труда. «Товар может быть продуктом самого сложного труда, но его стоимость делает его равным продукту простого труда, и, следовательно, сама представляет лишь определенное количество простого труда»[2] .

Данный метод измерения труда К. Маркс считал целесообразным рассматривать с двух позиций: 1) способности работника к труду в результате профессиональной подготовки; 2) расхода рабочей силы в процессе труда. К. Маркс отмечал, что сложный труд — это труд, который «возвышается над средним уровнем как труд более высокой напряженности, большего веса, что позволяет сводить его к сложенному простому труду, возведенному в степень, так что, например, один день сложного труда равен трем дням простого труда».

Эта абстрактная схема использования стоимостных характеристик труда подкупает своей простотой, но уже в конце XIX в., когда индустриальный труд еще в полной мере себя не проявил, она вызвала споры среди зарубежных ученых. Например, австрийский ученый О. Бём-Баверк в 1890-е гг. подвергает критике предложенное К. Марксом разделение труда на простой и сложный. По мнению ученого, сложный труд требует предварительного обучения и получения определенных навыков. Соответственно, при меновых взаимоотношениях продукта сложного труда учитывается и предварительный труд на обучение. О. Бём-Баверк указывает, что подход оценки сложного труда на основе его редукции изначально неверен.

Другой австрийский ученый — Р. Гильфердинг, напротив, критикует О. Бём-Баверка по поводу его несогласия с позицией К. Маркса о соподчиненности сложного и простого труда1.

Метод редукции труда подробно рассматривался и советскими учеными. По их мнению, в капиталистическом обществе редукция труда является стихийным общественным процессом, проявляющимся через обмен товаров. При социализме же, в условиях общественного труда, это планомерный процесс, который можно использовать для достижения различных целей[3] , включая разработку методов оценки квалификации работников для различных видов труда по степени сложности.

В наиболее общем виде, по мнению Е. И. Капустина, в понятие «качество труда» следует включать:

  • • сложность труда;
  • • условия труда;
  • • его народнохозяйственное значение.

В качестве оценки сложности труда используют два метода: первый, базирующийся на суммарном учете времени выполнения работы, в том числе времени на приобретение квалификации; второй (аналитический) метод, основанный на анализе квалификационных требований для обеспечения всех этапов трудового процесса.

В арсенал средств оценки сложности труда с помощью аналитического метода входят анализ отдельных трудовых функций, выполняемых работником, и сопоставление их сложности для различных профессиональных групп. В частности, анализируются:

  • 1) функция выполнения всех расчетов, производимых перед началом рабочего процесса, включая изучение чертежей, технологических и регламентных установлений, определяющих ход работы;
  • 2) функция подготовки рабочего места и/или работы с целью начала трудового процесса, включая подбор инструментов, наладку оборудования, установку деталей и приспособлений;
  • 3) функция ведения рабочего процесса, обеспечивающая изготовление продукта труда, изменение его свойств или предоставление услуг их потребителям (медицинская, образовательная деятельность, социальная помощь);
  • 4) функция управления (обслуживания) оборудованием.

Как отмечает Е. И. Капустин, помимо четырех указанных рабочих функций, которые отражают основное содержание процесса труда, при оценке сложности работ важно учитывать фактор надежности (ответственности) в работе. Под этим фактором понимаются требования к квалификации рабочего, соответствие которым гарантирует ведение процесса при особо ответственных работах, а также предотвращение в процессе работы опасности как для себя, так и для других лиц1.

Вышеизложенный метод оценки сложности труда подробно рассматривает и развивает Я. И. Гомберг, предлагая использовать для этого факторный анализ измерения сложности технологического задания и его осуществления, а также ответственности работника[4] .

На практике доктрина редукции труда в СССР использовалась для совершенствования тарифно-квалификационных справочников, являвшихся важным инструментом организации заработной платы и обеспечения единства в распределении по труду. Для этого были разработаны:

  • • различные методы исчисления коэффициентов редукции, определяемых путем сравнения общественно необходимых затрат труда на подготовку работников с учетом их квалификационного уровня;
  • • соотношение тарифных ставок (заработной платы) работников различных квалификационных групп;
  • • сравнительный анализ сложности функций и факторов трудового процесса (аналитический метод в технологическом варианте).

Тем самым предлагалось устанавливать взаимосвязь, с одной стороны, количества и качества труда, а с другой — размера его вознаграждения. Для этого использовались следующие показатели:

  • • продолжительность рабочего времени, приходящегося на единицу производимой продукции;
  • • уровень квалификации работника, выполняющего работу определенной сложности;
  • • напряженность трудового процесса (интенсивность труда);
  • • условия труда (состояние производственной среды, предметов и орудий труда), в которых протекает трудовой процесс.

Дифференциация заработной платы была организована на основе тарифных ставок, величина и структура которых отражали сложность труда с помощью профессионально-квалификационных характеристик, что служило одним из основных инструментов планирования и регулирования отраслевых систем заработной платы, которые применялись предприятиями.

В 1930-е гг., в начале форсированной индустриализации, важнейшими направлениями государственной политики в области заработной платы были стимулирование высококвалифицированного труда и повышение его производительности. Если в 1922 г. соотношение тарифных ставок между первым и девятым разрядами составлял 1 : 3,5, то в 1930-х гг. диапазон тарифной сетки был расширен до соотношения 1 : 3,6, а в некоторых отраслях тяжелой промышленности — 1 : 4,4г.

Обратить внимание!

Тарифные сетки строились с помощью установления соотношений в заработной плате работников различной квалификации и межразрядных пропорций, а также служили основой дифференциации размеров зарплаты в территориальном разрезе (на основе определения районных коэффициентов к заработной плате).

Тарифная ставка первого разряда являлась базовым элементом формирования всей системы ставок, определяемых с помощью критериев сложности, интенсивности и условий труда. Так, минимальная ставка первого разряда устанавливала размер заработной платы простого (неквалифицированного) труда при нормальных условиях производственной среды (соответствующих санитарным нормам).

Механизмом определения пропорций в размерах (соотношениях) заработной платы также служила минимальная ставка первого разряда в различных профессиональных группах. Верхней границей диапазона тарифной системы служила тарифная ставка высшего разряда (табл. 4.2).

Что касается соотношения тарифных коэффициентов между собой в рамках одной отрасли экономики и между отраслями экономики, то считалось, что их пропорции должны отражать ряд факторов:

  • • уровень квалификации работников, выполняющих работы различной сложности;
  • • условия труда, определяемые на основе оценки состояния производственной среды, тяжести и напряженности труда;
  • • состав семьи работника, включая средний уровень иждивенческой нагрузки;
  • • возможности выплат и льгот из общественных фондов потребления.

Таблица 4.2

Дифференциация тарифных ставок заработной платы в СССР в 1960-е гг.1

Отрасли промышленности

Число разрядов тарифной сетки

Соотношение крайних разрядов сетки

Ставка первого разряда, % к ставке этого разряда в пищевой промышленности

Ставка высшего разряда, % к высшей ставке в пищевой промышленности

Во сколько раз ставка высшего разряда данной отрасли больше ставки первого разряда в пищевой промышленности

Угольная

8

3,75

133

278

5,0

Черная металлургия

10

3,2

111

197

3,5

Машиностроение

6

2,0

124

138

2,5

Химическая

7

2,3

111

141

2,5

Текстильная

6

1,8

112

112

2,8

Пищевая

6

1,8

100

100

1,8

В результате учета вышеуказанных факторов при установлении тарифной сетки в 1970-е гг. в СССР структура рабочих по установленным тарифным разрядам тяготела к низко- (первый и второй разряды) и среднеквалифицированным (третий и четвертый разряды) профессиональным группам. На высококвалифицированные группы (пятый и шестой разряды) приходилась значительно меньшая часть (от 8,0 до 22,0 % от общей численности занятых), существенно различаясь по уровню средней сложности труда в таких отраслях промышленности, как нефтедобывающая, нефтеперерабатывающая, химическая и текстильная (табл. 4.3).

Возможными причинами такого положения дел могли быть:

  • 1) преобладание низко- и среднеквалифицированного труда в той или иной отрасли экономики;
  • 2) значительная роль надбавок за работу во вредных условиях труда и в условиях Крайнего Севера (угольная промышленность (подземные работы), лесозаготовка, нефтедобывающая, химическая промышленность, а также промышленность стройматериалов), что подтверждают более высокие тарифные ставки шестого и первого разрядов по тарифной сетке в добывающих отраслях промышленности[5] .

Таблица 43

Структура рабочих в отраслях промышленности СССР по уровню тарифных разрядов в 1970-е гг.1

Отрасли промышленности

Удельный вес рабочих по разрядам тарифной сетки

первый и второй разряды

третий и четвертый разряды

пятый и шестой разряды

Промышленность всего, в том числе:

37,4

48,9

13,7

нефтедобывающая

29,7

54,2

16,1

нефтеперерабатывающая

25,6

58,2

16,2

машиностроение и металлообработка

51,9

39,7

8,4

химическая

26,3

55,6

18,1

промышленность стройматериалов

25,9

54,0

20,1

текстильная

20,1

58,0

21,9

пищевая

35,5

53,3

11,2

Детально разработанная и повсеместно используемая тарифная сетка, охватывающая буквально все виды профессий и работ, регламентировала отраслевые и региональные особенности, а также применяемые поощрительные выплаты за качество и перевыполнение норм труда; жестко контролировала заработную плату всех категорий работников[6] .

Основными формами государственной тарифной системы являлись: тарифно-квалификационные справочники; единый тарифно-квалификационный справочник сквозных профессий (ЕТКС), обеспечивающий единство в заработной плате примерно для 60 % рабочих промышленности; тарифные сетки; тарифные ставки; компенсационные тарифные ставки, учитывающие производственные условия труда; районные коэффициенты (табл. 4.4).

В среднем тарифная часть заработка составляла в промышленности около 65 %; различного рода доплаты — 6—12 %; доля премий — 20—25 %.

Методы установления тарифных ставок используются в России и в настоящее время, однако редукция труда как научное направление в оценке сложного труда исчерпала себя. Это было связано с проявлением нарастающих трудностей при использовании ее методов, которые могли быть применены на начальном этапе индустриализации с характерными для него конвейерными формами труда и массовым производством.

Таблица 4.4

Пропорции в заработной плате рабочих-сдельщиков, установленные тарифными условиями в ряде отраслей промышленности СССР1

Отрасль экономки

Тарифная ставка первого разряда, руб.

Соотношение ставок шестого и первого разрядов по тарифной сетке

Тарифная ставка высшего (шестого) разряда, руб.

Угольная промышленность (подземные работы)

129,5

1,86 : 1

241,3

Нефтедобыча

82,9

154,6

Лесозаготовка

88,6

165,3

Химическая промышленность

77,5

1,71 : 1

132,8

Промышленность стройматериалов

74,9

128,4

Текстильная промышленность

76,2

130,6

Сельское хозяйство (немеханизированные работы)

74,9

1,58 : 1

118,0

Можно отметить, что для советского периода был характерен упрощенный подход к пониманию особенностей индустриального труда. Это было связано с тем, что в России модель форсированного перехода от преимущественно аграрного труда конца XIX в. к индустриальному труду формировалась в условиях существенного отставания от промышленно развитых стран[7] , а также под влиянием достаточно спорных взглядов К. Маркса на природу сложного и простого труда.

Во-первых, К. Маркс рассматривал возможность использования метода редукции для условий рыночной экономики, в которых цена на продукцию (а значит, и размер заработной платы) устанавливается с помощью механизмов спроса и предложения, которые отсутствовали в социалистическом плановом хозяйстве.

Во-вторых, изучая промышленную революцию в странах Западной Европы на первом ее этапе (середина XIX в.), К. Маркс не мог вынести правильные суждения относительно природы сложного труда, характеристики которого стали в полную силу проявляться только во второй половине XX в., когда промышленный труд становится в своей основной массе не только механизированным, но и автоматизированным, а значительная часть сложного труда реализуется в проектно-конструкторских бюро, научных учреждениях и обслуживающих (вычислительных, инженерно-консультационных, ремонтных и снабженческих) организациях.

Поскольку применявшиеся тогда способы оценки сложности труда в большинстве случаев строились на экспертных методиках, то это приводило к достаточной условности данного научного метода. Например, один из сторонников редукции труда Е. И. Капустин уже в 1970-е гг. отмечал: «Основной недостаток аналитического метода оценки сложности труда заключается в том, что определение удельного веса в баллах той или иной функции или фактора работы не поддается пока научному обоснованию»1.

Указанный недостаток проявлялся в установлении пропорций при разработке тарифной сетки (так называемого «процента нарастания тарифных коэффициентов») на основе заведомо субъективных оценок. Это приводило к тому, что зачастую было трудно обосновать их результирующий эффект в вопросе регулирования заработной платы для низко- и высокооплачиваемых работников[8] .

Абсолютизация и универсализация применения принципа редукции приводит к игнорированию специфики уровней знаний, когда происходит переход на качественно новый их уровень, что выводит специфичность целого за пределы понимания его функционирования с помощью более простых его компонентов. Возникают новые черты преобразованного целого в ходе развития социальных, экономических сообществ и отношений их субъектов, которые не поддаются членению на «элементарные» частицы.

В области труда это проявилось в конце 1980-х гг., когда масштабы применения сложного инженерного труда стали столь значимыми, а их различия между собой столь существенными, что в итоге перестали отвечать на практические запросы при установлении заработной платы1. Сложный инженерный труд в различных областях знаний и экономической деятельности не мог быть сведен к универсальным критериям и методам оценки с помощью простого труда.

Например, труд инженеров-конструкторов, разрабатывающих сложное оборудование и технологические линии, было невозможно сравнить не только с трудом землекопа, но и с квалифицированным трудом оператора станков с числовым программным управлением или оператора прокатного стана.

В то же время сложный инженерный труд в советский период был недооценен, и не только с позиции заниженной заработной платы. Его значимость была идеологически уничижаема, поскольку провозглашался лозунг «стирания граней между умственным и физическим трудом». Советской интеллигенции, которая во всех партийных документах именовалась «прослойкой общества», придавался более низкий социальный статус, а за пролетариатом был прочно закреплен статус «гегемона общества».

В 1970—1980-е гг. еще одним идеологическим мифом, который пытались внедрить в массовое сознание советские политтехнологи, стало добавление в структуру рабочего класса «рабочих интеллигентов», в которые стали зачислять чуть ли не всех выпускников политических институтов, занятых на предприятиях в цехах[9] .

Не смогли почувствовать возрастающую значимость сложного инженерного труда не только правящая политическая элита СССР, но и специалисты в области труда. Вместо повышения роли инженерного труда и труда техников в общественном сознании их место в жизни советского социума девальвировалось.

Примечательный факт: Госкомтруд СССР — высший орган управления в стране в области труда и социальной политики — в 1977 г. издал специальный «Перечень рабочих профессий, требующих среднего специального образования». В нем указаны тарифные разряды и содержится перечень до 380 профессий, предусмотренных ЕТКС. Тем самым в общественном сознании закреплялась мысль о том, что рабочие профессии и профессии, требующие среднего технического образования, равноценны, как с позиции заработной платы, так и с позиции затрат труда на получение профессиональной квалификации. Таким образом, концептуально закреплялась позиция Госкомтруда СССР относительно универсальности подходов при оценке сложности труда через его редукцию с помощью простого труда.

В 1970—1980-е гг. в СССР данный упрощенный подход пытались широко применять в промышленности, что, за исключением массового (конвейерного) производства, однотипных и одинаковых по технологическому уровню профессиональных групп, приводило к отрицательным результатам.

Из советской истории развития и применения доктрины редукции труда можно сделать следующий вывод. Данный метод оценки сложного труда можно использовать как инструментарий определения квалификационных различий работников идентичных профессиональных групп, близких по содержанию труда.

В связи с этим представляют интерес рекомендации по оценке сложности труда специалистов, разработанные НИИ труда в 1990-е гг.1, в качестве методологической основы которых используются:

  • • аналитический метод оценки сложности работ на основе оценочных признаков сложности и их удельного веса в общей оценке сложности работ;
  • • определение числа степеней признаков и критериев отнесения к ним работ;
  • • количественная оценка сложности работ;
  • • квалификационное категорирование специалистов по оплате труда;
  • • комплексная оценка качества работы[10] .

На основе расчленения процесса труда и трудовых функций, анализа технологии работ и организационно-технических условий, в которых протекает работа, устанавливаются эталоны квалификации работников и видов труда, служащие измерителями его сложности. Всего в данной методике предусмотрено пять признаков сложности труда:

  • 1) характер работ, составляющих содержание труда;
  • 2) разнообразие работ;
  • 3) самостоятельность выполнения работ;
  • 3) масштаб и сложность руководства;
  • 5) дополнительная ответственность.

Кроме того, установлены удельная значимость и число степеней (уровней) каждого признака, а также шкала балльной оценки сложности труда.

В настоящее время наступает эра безлюдных технологий, в которых большая часть затрат труда материализуется на этапах проектирования техники и технологии, а непосредственно на производстве продукции резко возрастает доля наладчиков и ремонтников, которые должны обладать специальными техническим знаниями (труд техников и инженеров). Кроме того, в структуре общественного труда все большое место занимает непроизводственная сфера, т. е. непромышленный труд, который связывается с оказанием различного рода услуг населению: образовательных, медицинских и сервисных (ремонт автомобилей и квартир, бытовой техники и т. д.). В связи с этим в конце XX в. в экономике труда появляются новые термины: «экономика знаний», «сервисная экономика», «экономика услуг».

Вместе с тем в результате повышения интеллектуализации труда появляются новые проблемы и вызовы, на которые экономическая наука по вопросам оценки и нормирования труда не смогла дать удовлетворительный ответ. Как отмечает В. А. Сковпень, в современных условиях производить оплату труда только на основе оценки его содержания недостаточно: «Следует учитывать, во-первых, различную результативность работников, а во-вторых, различную значимость должностей в масштабе предприятий»[11].

  • [1] Maddison A. Monitoring the World Economy 1820—1992. OECD. P. 27. 2 Майер В. Ф. Заработная плата в период перехода к коммунизму. М., 1963; Капустин Е. И. Качество труда и заработная плата; Гомберг Я. И. Квалифицированный труд и методы его измерения. М. : Экономика, 1972. 3 Гомберг Я. И. Квалифицированный труд и методы его измерения. С. 90. 4 Категория «редукция» (от лат. rudactio — возвращение, приведение обратно) означает процесс упрощения, сведение сложного к более простому, понимаемому, более доступному для анализа или решения. См.: Советский энциклопедический словарь. М. : Советская энциклопедия, 1980. С. 1124.
  • [2] Маркс К. Капитал // К. Макс, Ф. Энгельс. Сочинения. Т. 23. С. 54. 2 Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. Т. 23. С. 53, 183, 208, 209. 3 Там же. Т. 13. С. 17. 4 Ойген фон Бём-Баверк (1851—1914) — австрийский ученый и государственный деятель в книге «Критика теории Маркса», опубликованной в 1890 г. и переведенной на русский язык в 1897 г., подробно аргументирует свои доводы в пользу несоизмеримости простого и сложного труда. См.: Бём-Баверк О. Критика теории Маркса. Челябинск : Социум, 2002. 5 Бём-Баверк О. Критика теории Маркса. С. 54.
  • [3] Гильфердинг Р. Бём-Баверк как критик Маркса. М. : Московский рабочий, 1923. С. 26, 27. 2 Например, для решения двух основных задач: расчета народно-хозяйственной трудоемкости продукции в приведенном времени (для совершенствования межотраслевого баланса затрат труда), сравнительного анализа цен и трудоемкости продукции и других важных экономических расчетов. См.: Струмилин С. Г. Проблемы социализма и коммунизма в СССР. М., 1961. С. 174, 202. 3 Капустин Е. И. Качество труда и заработная плата. С. 57. 4 Данный метод подробно изложен в кн.: Майер В. Ф. Заработная плата в период перехода к коммунизму. С. 67—75. 5 Капустин Е. И. Качество труда и заработная плата. С. 146—148.
  • [4] Капустин Е. И. Качество труда и заработная плата. С. 144, 145. 2 Гомберг Я. И. Квалифицированный труд и методы его измерения. С. 166—201. 3 Методические указания по составлению тарифно-квалификационных справочников. М. : НИИ труда, 1962. 4 Майер В. Ф. Заработная плата в период перехода к коммунизму. С. 67—90; Капустин Е. И. Качество труда и заработная плата. С. 116—251; Мошенский М. Г. Нормирование труда и заработная плата при капитализме. М., 1971. С. 55—60, 162— 200; Гомберг Я. И. Квалифицированный труд и методы его измерения. С. 202—230.
  • [5] Гомберг Я. И. Редукция труда / Я. И. Гомберг. М. : Экономика, 1965. С. 14. 2 Трушков В. В. Современный рабочий класс России в зеркале официальной статистики. С. 45—52.
  • [6] Расчеты автора по данным кн.: Гомберг Я. И. Редукция труда / Я. И. Гомберг. М. : Экономика, 1965. С. 15. 2 Заработная плата железнодорожников. Материалы обследования дифференциации заработной платы. Материалы статистики путей сообщения. М. : Ц.П.Т.Э.У. НКПС. 1929. Март.
  • [7] Кунелъский Л. Э. Заработная плата и стимулирование труда. Социально-экономический аспект / Л. Э. Кунельский. М., 1981. С. 148. 2 По мнению известного отечественного ученого В. В. Святловского (1871— 1927), по общей численности промышленных рабочих (2,7 млн человек) и их удельному весу в общей численности экономически активного населения (около 10 %) Россия в начале XX в. существенно (в разы) отставала от промышленно развитых стран Запада. См.: Святловский В. В. История профессионального движения в России. СПб. : Издание М. В. Пирожкова, 1907. С. 95.
  • [8] Капустин Е. И. Качество труда и заработная плата. С. 146. 2 Там же. С. 224—229. 3 За период с 1950 по 1980 г. количество инженеров на 1000 рабочих и служащих выросло с 9,9 до 43,7. См.: Народное хозяйство СССР в 1980 г. М. : Финансы и статистика, 1981. С. 357—368.
  • [9] Квалифицированные рабочие в СССР получали в 2—3 раза больше рядовых инженеров и техников. Поэтому многие специалисты с дипломом средних специальных и высших учебных заведений работали на рабочих должностях. Среди занятых преимущественно физическим трудом доля лиц, имеющих высшее, незаконченное высшее и среднее специальное образование, возросла с 31 на 1000 человек в 1970 г. до 77 человек в 1979 г., т. е. в 2,5 раза. В машиностроении и металлообработке этот показатель был существенно выше: в 1970 г. — 57 на 1000 человек, а в 1979 г. — 126 человек. См.: Вестник статистики. 1981. № 5. С. 5. 2 Кравченко А. И. Историческая динамика социальной структуры российского общества : монография. М. : ИНФРА-М, 2019. С. 76.
  • [10] Методические рекомендации по оценке сложности и качества работы специалистов (для установления квалификационных категорий и дифференциации должностных окладов) / Научно-исследовательский институт труда Государственного Комитета СССР по труду и социальным вопросам. М. : Экономика, 1989. 2 Методические рекомендации по оценке сложности и качества работы специалистов (для установления квалификационных категорий и дифференциации должностных окладов). С. 6—53.
  • [11] Сковпень В. А. Проблемы соизмерения сложности и редукции труда на современном этапе // Вестник Научно-исследовательского института труда и социального страхования. 2011. № 3—4 (8, 9). С. 27.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >