Вопрос собственности резервируемой части оплаты труда на компенсацию последствий социальных рисков — ключевой вопрос организации социального страхования

Взаимоотношения между людьми по поводу труда, его организации, распределения продуктов труда и т. д. многообразны. Английский мыслитель Дж. Локк (1632—1704) одним из первых в Новое время (еще в XVII в.) обосновал, что трудовые отношения, из которых проистекают другие отношения (социальные, страховые), в своей основе опираются на институт собственности.

Известно, что институт собственности изначально определяет степень зависимости работника от владельца земли и промышленного предприятия, от частного лица или государства, т. е. влияет на степень свободы человека.

Развивая идеи Дж. Локка и других экономистов1, прежде всего принадлежавших к школе физиократов, А. Смит так определял ценность товара: «Не на золото или серебро, а только на труд первоначально были приобретены все богатства мира... Именно труд составляет действительную цену всех товаров»[1] .

При этом А. Смит считал, что достижение материального благополучия наемных рабочих является для них важнейшим побудительным мотивом к труду, что в концентрированном виде он выразил в термине «экономический человек». В основу своей экономической теории А. Смит положил трудовую теорию стоимости, а ее ядром определил свободу труда: «Самое священное и неприкосновенное право собственности есть право на собственный труд, ибо труд есть первоначальный источник всякой собственности вообще. Все достояние бедняка заключается в силе и ловкости его рук, и мешать ему пользоваться этой силой и ловкостью так, как он сам считает для себя удобным, если только он не вредит своему ближнему, значит прямо посягать на эту священную собственность».

По мнению А. Смита, свобода труда призвана высвободить частную инициативу, привить вкус к прилежности и бережливости, научить работника быть ответственным за благополучие своей семьи. Признание работодателями того факта, что труд производит богатство, а свобода максимизирует его отдачу, способно радикально изменить отношение к нанимаемым ими работникам, поскольку богатство всего общества ставится в прямую зависимость от умения рационально использовать рабочую силу.

Подобная трактовка труда отражает новый взгляд на социальнотрудовые отношения, который трактует ценность наемного труда и избавлен от жалости к бедным сословиям. С другой стороны, данный подход по-другому высвечивает проблему безработных: требуются не карательные функции государства по отношению к бродягам, а проведение последовательной государственной политики занятости. Обеспечение свободного доступа к труду должно было помочь преодолеть ограниченность разрозненных мер, направленных на поддержку уязвимых слоев населения — безработных, сирот, инвалидов.

Таким образом, только труд является первоисточником богатства, а институт собственности служит способом резервирования финансовых средств. Владение имуществом и денежными средствами позволяет обеспечивать жизнедеятельность как отдельных людей, так и общин, профессиональных групп, выполнять обязанности перед другими людьми (членами семьи и наемными работниками). Институт частной собственности обеспечивает активный экономический обмен, создавая условия для нормального функционирования общественного воспроизводства, включая воспроизводство труда и населения.

Природу регулирующей роли государства в области труда впервые достаточно подробно исследовал английский экономист Дж. С. Милль (1806—1873), который в своем основном научном труде — «Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии» (1848) к важнейшим задачам государства относит защиту личности и собственности, включая вопросы наследования земельных наделов, регулирования деятельности акционерных обществ, товариществ с ограниченной ответственностью и страховых компаний1.

В качестве одной из основных обязанностей правительства Дж. С. Милль называет «защиту интересов личности и собственности... Когда личность или собственность недостаточно защищены, все принадлежащее слабому находится во власти сильного»[2] .

Вопрос собственности на результаты труда претерпел существенные мировоззренческие изменения в конце XIX в. Это было связано с формированием различных страховых фондов и ознаменовало радикально иной подход к социальной защите, основанный не на благотворительности, а на самоответственности людей труда и их социальной солидарности. Участвуя в финансировании социального страхования, наемные рабочие тем самым зарабатывают право на пенсии, пособия и медицинскую помощь и не чувствуют себя иждивенцами ни у работодателя, ни у государства.

Источником социальной безопасности наемного труда становится передача собственности посредством труда и страхования, что ввиду особой социальной значимости происходит под контролем государства. Выплата страховых взносов становится обязательной, при этом она приводит к неотчуждаемому праву, поскольку это не вид продаваемого имущества, а собственность, подчиненная правовым и страховым ограничениям. Ее можно реализовать только при наступлении социальных страховых случаев.

Современные трудовые отношения отличаются возмездным характером, начиная с выплаты вознаграждения до возмещения вреда при утрате трудоспособности на производстве, включая естественные причины (старость).

Трудовые и социально-страховые отношения отражают тройственный характер социального страхования:

  • 1) трудовые отношения, означающие вступление человека в ходе трудовой деятельности в экономические отношения с другими субъектами, организующими трудовую деятельность, — работодателями и государством. Работники могут рассматриваться как акторы трудовой сферы, солидарные между собой по целям трудовой деятельности, с неизбежностью несущей социальные риски и требующей организации социальной защиты работников;
  • 2) социальные отношения, связанные с необходимостью учета как биологических свойств человека, подверженного рискам заболеваний, утраты трудоспособности и наступления старости, так и социальных взаимоотношений человека в сообществе себе подобных, что вызывает необходимость публичного (законодательного) регулирования жизнедеятельности людей;
  • 3) страховые отношения, которые возникают между субъектами трудовых отношений по поводу создания специализированных страховых фондов, определения размеров страховых возмещений работникам при наступлении для них социальных рисков. Эти отношения связаны с установлением порядка, регулирующего резервирование части оплаты труда наемных работников в соответствующих специализированных организациях и использование аккумулированных финансовых ресурсов для компенсации утраты заработной платы (дохода для самозанятых работников) вследствие действия объективных по своей природе социальных рисков.

В связи с этим одним из ключевых вопросов организации эффективной системы резервирования части оплаты труда на компенсацию последствий социальных рисков является вопрос собственности на эту накопленную сумму средств, что во многом определяет стратегию поведения индивидов в области социального страхования и социальной защиты.

Для анализа экономической и правовой природы собственности используются различные методологические подходы:

  • субъектный, выделяющий частную и общественную собственность, включая собственность общественных организаций и муниципалитетов, а также государственную собственность;
  • предметный, охватывающий стоимость движимого и недвижимого имущества, финансовых ресурсов, наследственную, авторских прав;
  • основанный на источниках получения (труд, капитал, включая ренту социальных прав граждан на пенсионное обеспечение и медицинское обслуживание).

К числу системных недостатков функционирования социального страхования в России, прежде всего пенсионного, можно отнести неотрегулированный вопрос собственности долгосрочных страховых накоплений.

Выплаты пенсий и пособий, этих форм превращенной заработной платы, происходят за счет резервированных средств, ранее уже уплаченных в пользу застрахованных работников, а поэтому являются собственностью работников.

Следует, однако, отметить, что данная форма собственности работников на страховые финансовые ресурсы поступает в их распоряжение только при наступлении страховых случаев, что придает определенную специфику этому виду собственности. Она принадлежит всей совокупности застрахованных лиц и может использоваться ими строго по целевому предназначению — пенсии (по старости, по инвалидности, по утрате кормильца), пособия (по временной утрате трудоспособности, по беременности и родам, по инвалидности и т. д.)[3].

Проблема права собственности на пенсионные накопления в системе обязательного социального пенсионного страхования является своего рода Сциллой и Харибдой пенсионного вопроса. Ее трудно представить в качестве личной собственности граждан, но она не может выступать и государственной собственностью, как это определено современным российским законодательством. Правовой статус собственности пенсионных средств может быть определен как особый, включающий в себя элементы частной и публичной собственности.

Целевой характер резервирования и расходования страховых ресурсов обусловливает необходимость их обособления в специализированных фондах и выдачи только при наступлении страховых случаев, что требует определения их правового режима собственности, до настоящего времени законодательно не закрепленного. Для этого предлагается законодательно закрепить ряд новых форм собственности в системе пенсионного страхования.

Первой, основной формой собственности целесообразно определить «общественно-личную» собственность пенсионного страхования, которая формируется с помощью страховых платежей работодателей в пользу наемных работников. При наступлении страховых случаев (старости, инвалидности, утраты кормильца) эта накопленная собственность, согласно законодательно определенным правилам, расходуется в пользу конкретных застрахованных лиц. В случае досрочной смерти застрахованного лица она переходит в собственность всей совокупности застрахованных данной генерации.

Второй формой собственности целесообразно определить «лично-общественную собственность» застрахованных, которая формируется с помощью страховых взносов самих работников. Ей следует придать правовой статус смешанной «паритетной» собственности страховых средств, для чего следует ввести персонифицированный учет размеров личного вклада. «Лично-общественная собственность» страховых средств позволит застрахованным лицам решать задачу передачи остающихся величин неиспользованных ими ресурсов (после их смерти) в равной пропорции: половины средств — всем застрахованным, а половины — иждивенцам (супругам) застрахованных.

Третьей формой собственности целесообразно определить «личную собственность застрахованных», которая формируется с помощью добровольного профессионального пенсионного страхования, в котором страхователями должны выступать как работодатели, так и работники. Пропорции распределения средств, по нашему мнению, должны быть другими: половина неизрасходованных средств должна использоваться для иждивенцев застрахованного, а вторая половина — по завещанию застрахованного для его правоприобретателей.

Эти три формы собственности помогут положительно повлиять на работников и работодателей, а также на формирование подлинно страховых механизмов пенсионного страхования.

Решение вопроса собственности на пенсионные ресурсы будет способствовать решению проблемы финансового обеспечения пенсионной системы с помощью участия застрахованных, что не имеет каких-либо других серьезных альтернатив. Для ее решения требуются политическая воля руководителей государства и понимание ее конструктивности со стороны работодателей и работников.

  • [1] Французский экономист Ф. Кенэ (1694—1774) обосновал с позиции естественного права вопрос собственности на результаты труда работника. См.: Кенэ Ф. Естественное право // Ф. Кенэ. Избранные экономические произведения. М. : Соцэкгиз, 1960. С. 333. 2 Смит А. Исследования о природе и причинах богатства народов. С. 88—91. 3 Там же. С. 167, 168.
  • [2] См.: Милль Дж. С. Основы политической экономии с некоторыми приложениями к социальной философии. С. 813—818, 893—920. 2 Там же. С. 813.
  • [3] Роик В. Д. Экономика, финансы и право социального страхования. Институты и страховые механизмы. М. : Альпина Паблишер, 2013. С. 213, 214.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >