Экологические инновации при переходе к четвертой промышленной революции. Возвратная логистика и формирование циркулярной экономики

Экологические инновации и принятие эффективных хозяйственных решений

Для достижения комплексного эффекта ресурсно-экологических мероприятий (экономического, экологического, социального), как уже отмечалось ранее, необходимо ориентироваться на инновационные подходы. При этом, пользуясь профессиональной терминологией, важно держать в поле внимания не только улучшающие (инкрементальные) инновации, о которых, в частности, шла речь в п. 1.5.3 при изучении принципа наилучших доступных технологий (НДТ) и в п. 2.3.5 в связи с анализом концепции экоэффективности, но и на радикальные (базисные).

Примерами улучшающих инноваций наряду с НДТ служат меры по ресурсо- и водосбережению, повышению энергоэффективности и применению альтернативной энергетики. В этом же ряду стоят так называемые интегрированные технологии, например, безводные способы производства целлюлозы, технологии утилизации отходов, базирующиеся на энергии, получаемой от сжигания части отходов, и т. п. Улучшающие инновации являются новыми для фирмы (new- to-the-firm) или догоняющими (catching-up) инновациями, которые улучшают существующие компетенции, технологии или продукцию.

Радикальные инновации связаны с принципиально новыми способами удовлетворения общественно значимых потребностей, они вносят качественно новые моменты в формы жизнедеятельности людей, способствуя возникновению ранее неизвестных рынков и отраслей. В случае радикальных экологических инноваций речь идет о принципиально новых методах решения ресурсно-экологических проблем, которые в современных условиях напрямую связаны с достижениями четвертой промышленной революции и цифровизацией экономики.

На инновационные подходы к решению ресурсно-экологических проблем нацеливают и активно обновляемые нормативные правовые документы. К их числу относятся: действующие федеральные законы «Об охране окружающей среды» «Об отходах производства и потребления...», «О промышленной политике в Российской Федерации», Стратегия экологической безопасности Российской Федерации на период до 2025 года, национальная программа «Цифровая программа Российской Федерации» и др.

С позиции современных подходов инновации представляют собой сложно организованный комплексный феномен, который отражает и обладающую определенными качественными характеристиками деятельность, и результаты данной деятельности, для которых прежде всего характерны новизна и полезность. В структурном отношении данный феномен имеет свои особенности при анализе инноваций на уровне предприятия (организации) и на уровне экономики в целом, как и общества, в том числе при изучении инновационной и других направлений политики государства. В документе, которое имеет хрестоматийное значение по этому вопросу (Руководстве Осло, 3-я редакция), применительно к уровню предприятия (организации) прежде всего выделяются процессные инновации, которые подразделяются на технико-технологические, продуктовые и сервисные, а также организационные и маркетинговые.

В литературе, посвященной реформированию институтов и динамическому институциональному анализу при анализе регионального, мезо- и макроуровней (уровня региональной, секторальной и государственной политики), наряду с организационными нововведениями идентифицируют институциональные, социальные и поведенческие инновации (табл. 2.7).

Более детальная и уточненная структура инноваций на уровне предприятий (организаций) предложена в новой, 4-й, редакции Руководства Осло. В этом издании на микроуровне выделяют две обобщенные группы инноваций: инновации бизнес-процессов и продуктовые (включая сервисные) инновации. В свою очередь, инновации бизнес-процессов подразделяются с учетом функциональных областей деятельности фирмы и следуя за управленческой литературой, на шесть разновидностей: 1) производство товаров и услуг; 2) распределение и логистика; 3) маркетинг и продажи; 4) информационно-коммуникационные системы; 5) администрирование и менеджмент; 6) разработка и усовершенствование продукции и бизнес-процессов. В указанном издании содержится таблица 3.2, в которой представлены сравнительные особенности понятийного аппарата, применяющего при исследовании и структурировании инноваций в изданиях 3 (2005) и 4 (2018) Руководства Осло (см.: [Oslo Manual 2018, Р. 73, 87]).

Типология экологических инноваций

Таблица 2.7

Классификация экологических инноваций

Микроуровень

Региональный уровень

Процессные

Марке-

тинго-

вые

Организационные

Институциональные и организационные

Социальные

Технологические

Сервисные

Продуктовые

Поведенческие

Отраженный в 4-м издании «Руководства Осло» подход применим и для анализа экологических инноваций. Следуя данному подходу, а также с учетом специальных материалов, которые готовятся на этот счет ОЭСР, дадим определение экологическим инновациям, именуемым также «зелеными».

Под экологическими (или «зелеными») инновациями понимается процесс разработки и коммерциализации новых путей решения ресурсно-экологических и связанных с ними проблем путем производственно-технологических, организационных, маркетинговых, социальных и других улучшений. Они непосредственно связаны с технологическими, организационными и другими изменениями, сопровождающими переход к четвертой промышленной революции.

В случае технологических нововведений, согласно сложившимся в научной литературе и реализуемым практически представлениям, а также следуя Й. Шумпетеру как одному из ведущих специалистов по теории инноваций, инновационный процесс развертывается на следующих пяти взаимосвязанных ступенях:

  • 1) фундаментальные исследования (или изобретения, по Шумпетеру);
  • 2) прикладные исследования;
  • 3) разработки;
  • 4) коммерческое производство и использование;
  • 5) диффузия инноваций.

Согласно Шумпетеру, напрямую понятием инновации объединяются 2, 3 и 4-я ступени. Тем самым обязательным этапом инновационного процесса должна выступать их коммерциализация. Завершает этот процесс, как и своеобразный жизненный цикл нововведений, диффузия инноваций, в ходе которой они становятся нормой производственно-хозяйственной и иной деятельности людей, принимая, как выражаются специалисты, «рутинную» форму.

Оценка успешности инноваций под углом зрения коммерциализации, т. е. с позиции приносимой ими прибыли, целесообразна в первую очередь для улучшающих (инкрементальных) инноваций. Эти инновации действительно должны в обозримой перспективе (скажем, на среднесрочном интервале) коммерциализироваться, способствуя устойчивому экономическому росту и генерации как у самого инноватора, так и у потребителей его продукции и услуг потоков денежных доходов (прибылей). Напомним, что в случае экологических инноваций, например при внедрении НДТ, при определении этих денежных потоков надо иметь в виду и выражаемый в денежной форме эффект от сокращения загрязнения ОС, улучшения ее качества, включая поддержку видового разнообразия, как и от снижения экологической напряженности, создания более благоприятных экологических условий проживания людей и т. п.

Задача коммерциализации хотя в основном и ставится применительно к инкрементальным инновациям, в условиях перехода к четвертой промышленной революции и формирования нового технологического уклада необходим более широкий взгляд на данную проблему. То есть ориентация на перспективную коммерческую отдачу и окупаемость должна относиться и к нововведениям, которые являются по сути фундаментальными.

Совокупность базовых технологий, лежащих в основе перехода к четвертой промышленной революции, была представлена в п. 1.1.1. Инновационные подходы, как было отмечено ранее (см. параграф 1.6), лежат и в основе формирования «зеленой» экономики, базовые идеи которой внедряются в настоящее время в большинстве стран. Эти подходы находятся в центре внимания экспертов, передовых предпринимателей, регулирующих органов, а также лидеров ведущих мировых держав. Одним из показательных примеров такого внимания является инициатива 23 стран и Евросоюза об удвоении инвестиций в «зеленые» экологически чистые прорывные технологии, которая получила наименование «Mission Innovation».

Страны — участницы проекта Mission Innovation намерены к 2020 г. удвоить инвестиции в экологически чистые технологии.

Участники проекта собираются совместно способствовать распространению экологически чистых технологий путем инвестиций в НИОКР по альтернативной энергетике. Цель проекта — развитие новых технологий ради «чистого, доступного и надежного энергетического баланса». Данный проект после его учреждения был представлен в Париже в декабре 2015 г. в рамках конференции ООН по вопросам климата. На долю участвующих в проекте стран приходится 75 % мировых выбросов С02 от производства электроэнергии и более 80 % мировых инвестиций в НИОКР по чистой энергетике1.

Значение этой инициативы было подтверждено в мае 2019 г. в Ванкувере (Канада) на конференции Mission Innovation — 4. В развитие этой инициативы принято решение о формировании сетевой платформы стейкхолдеров, ориентированных на поиск новых радикальных решений в области чистой энергетики. Также планируется создать специальный калькулятор для представления в режиме онлайн информации об имеющихся проблемах и достигнутых результатах в данной области. Еще одной инициативой является формирование рэнкинга компаний с учетом их вклада в развитие чистой энергетики и реализацию проектов сокращения выбросов ПГ[1] [2].

Низкоуглеродные технологии и энергетические ценностные цепочки стали девизом и выпущенного в 2018 г. ежегодного глобального индекса инноваций (Global Innovation Index — GII), в котором сделан акцент на ландшафте энергетических инноваций следующего десятилетия и возможных прорывах в области низкоуглеродных технологий, а также производства, запасания, распределения и потребления энергии в рамках энергетических ценностных цепочек (Low-Carbon Technologies and Energy Value Chains).

Анализ распространения технологических инноваций, именуемых чистыми, а также поддерживающих их финансовых институтов и политических инструментов по группе стран G20 и ОЭСР отражается в регулярно выпускаемом глобальном индексе чистых технологических инноваций (Global Cleantech Innovation Index — GCII). Что касается инвестиций, в том числе венчурного капитала, в активы и компании из сегмента чистых технологий, то в период 2010—2016 гг. они в основном направлялись в следующие сектора[3].

Сектора чистых технологий — получатели инвестиции и венчурного финансирования (20102016) [The Global Cleantech Innovation Index 2017. P. 8].

  • • Геотермальная энергетика.
  • • Производство биомассы.
  • • Гидро-и морская энергетика.
  • • Воздухоочистка.
  • • Водное хозяйство и канализация.
  • • Топливные элементы и водородная энергетика.
  • • Биотопливо и биохимия.
  • • Умные (smart) энергосети.
  • • Системы накопления энергии.
  • • Инновационные материалы.
  • • Сельское хозяйство и продовольствие.
  • • Солнечная энергетика.
  • • Энергоэффективность.
  • • Транспорт.

Значительную роль среди «зеленых» технологических инноваций играют природоподобные, в том числе циркулярные, технологии, которые базируются на экологически замкнутых цепочках поставок и новом поколении технологий утилизации отходов, включая рема- нуфактуринг. Как уже отмечалось в параграфе 1.6, эти инновационные подходы создают технологическую и организационную основу перехода от традиционной (линейной) модели экономики, функционирующей по принципу takemadewaste, к экологически устойчивой или циркулярной модели, которая базируется на технологиях с замкнутым циклом и трех «г»: (reduce, reuse, recycle).

Отличительной особенностью всех экологических инноваций (напомним еще раз) является генерация ими, наряду с прямыми коммерческими эффектами, значительных положительных внешних эффектов, т. е. пользы для общества в целом и поддержки ОС, порой и на уровне глобальных экологических систем, включая видовое разнообразие. Так, продуктовые экоинновации приносят прямые выгоды потребителям посредством снижения расхода ресурсов и энергии, повышения качества и безопасности продукции. Одновременно могут расширяться возможности для утилизации отслужившей продукции путем восстановительного ремонта (например, автомобилей) и ее последующей модернизации. Наряду с этим экологические нововведения оборачиваются выгодами и для окружающей среды вследствие сокращения негативных экологических воздействий, минимизации отходов производства и потребления. Эту особенность экоинноваций необходимо учитывать при организации НИОКР и определении порядка их финансирования (см. параграф 4.3).

Что касается России, то она не принадлежит к числу стран — лидеров в области внедрения «зеленых» инноваций. Об этом свидетельствуют, в частности, данные, представленные в Глобальном индексе чистых технологических инноваций GCII-2017, согласно которому в 2017 г. среди включенных в данный индекс 40 стран Россия заняла предпоследнее, 39 место. Страна имела слабые позиции по большинству «опор» этого индекса, включая комплексные показатели инновационного входа и инновационного выхода.

Конкретно речь идет об отставании в области предпринимательской культуры, о необходимости упорядочения инфраструктуры, поддерживающей национальную инновационную систему. В части специфичных для чистых инновационных технологий драйверов обращается внимание на слабость регуляторной среды, частных национальных инвесторов в области чистых технологий и отсутствие специальных кластеров чистых технологий. То же относится к недостаточному числу успешных стартапов в области «зеленых» технологий и их поддержке со стороны венчурного капитала. Достаточное число патентов в области экоинноваций не сопровождается, однако, заметными сдвигами в области их коммерциализации. Вместе с тем, что касается рабочих мест в секторе чистой энергетики, здесь страна обладает достаточно сильными позициями [Global Cleantech Innovation Index 2017. P. 38].

Переход к четвертой промышленной революции сопровождается и радикальными организационными изменениями, к числу которых прежде всего следует отнести «платформизацию» экономических и социальных взаимоотношений.

Под цифровыми платформами понимаются многоуровневые цифровые рамки, которые формируют и задают условия взаимодействия для участников. По существу они представляют собой новый тип посредников, которые облегчают и способствуют в режиме онлайн осуществлению транзакций между различными группами пользователей: В2В, В2С, С2С, G2B, G2B&C (Government to Business & Customer). Благодаря этому происходит снижение информационной асимметрии, сокращение транзакционных издержек, рост эффективности экономических и социальных взаимодействий.

Разнообразие активно формирующихся ныне платформ позволяет их классифицировать, выделяя те из них, которые специально предназначены для аккумуляции финансовых ресурсов и торговли экологическими квотами на выброс парниковых газов.

Классификация цифровых платформ:

  • • платформы для других платформ, способствующие формированию и предоставлению облачных услуг, а также «возведению» других платформ (Amazon Web Services и Google Cloud Platform);
  • • платформы-медиаторы (Linkedln);
  • • платформы с функциями ритейлеров (Amazon, Alibaba eBay);
  • • сервис-ориентированные платформы (Airbnb);
  • • фрилансерные платформы (Upwork);
  • • краудфандинговые платформы;
  • • специализированные платформы для индустриальных продуктов и услуг, в том числе для машиностроения, транспорта, логистики (Amazonbusiness, Mercateo, Industrybuying);
  • • платформы для инновационных секторов, в том числе функционирующие на принципах открытых инноваций;
  • • платформы для биржевой торговли экологическими квотами в рамках реализации Протокола Киото.

Активное формирование цифровых платформ, которые опосредуют все более разнообразные взаимодействия хозяйствующих субъектов, способно привнести радикально новые черты в архитектуру современной экономики. Так, индустриальные платформы позволяют отраслевым партнерам из определенных экосистем образовывать альянсы для совместного использования ресурсов и компетенций. Это, в свою очередь, создает возможность участникам подобных платформ дополнять свои продуктовые линии продуктами и услугами партнеров. Тем самым увеличиваются взаимодействие партнеров по экосистеме с клиентами (собственными и клиентами партнеров), а также доходы от сетевых эффектов. В результате в мире все большее распространение получают такие бизнес-модели, как открытые инновации, кооперирование в рамках платформ и активное формирование компаний, выступающих в роли интеграторов.

Следует иметь в виду и противоречивость последствий указанных организационных нововведений. Так, с одной стороны, благодаря платформам действительно сокращаются транзакционные издержки, поскольку затраты на подготовку бизнес соглашений с партнерами снижаются, а стандарты платформы упрощают коммуникацию и реализацию транзакций, увеличиваются выгоды и от других сетевых эффектов. С другой стороны (что также важно учитывать), в случае индустриальных платформ возникает угроза потери отношений с бизнес-партнерами для тех компаний, которые все еще отказываются от новых организационных форм. В результате может усилиться опасность разрушения традиционных бизнес-структур и бизнес-моделей, обусловливая потерю рынка, вплоть до банкротства, рост структурной безработицы и др. (см.: [Рихтер К. К., Пахомова Н. В, 2018]).

Еще одно важное организационное изменение, напрямую обусловленное технологическими инновациями, которое дает новые импульсы и возможности для решения ресурсно-экологических проблем, связано с применением экологически замкнутых логистических цепочек, совмещенных с современными технологиями обращения с отходами, включая реману факту ринг.

Под логистикой как таковой понимается процесс планирования, имплементации и контроля за организацией экономически эффективных потоков материалов, производственных запасов, конечных продуктов и соответствующей информации от первичных пунктов производства до пунктов потребления с целью обеспечения их соответствия запросам задействованных стейкхолдеров, включая потребителей. Подобные логистические цепочки, которые сформировались в индустриальную эпоху, часто именуются специалистами прямой (или стандартной) логистикой. Активно формируемые ныне, особенно в развитых странах, замкнутые логистические цепочки объединяют наряду с прямой возвратную логистику, которая охватывает аналогичные стандартной логистике процессы, но в обратном направлении, т. е. от пунктов потребления продукции, ресурсов и информации к пунктам ее создания. Они обеспечивают максимальное извлечение заложенной в отслужившей продукции ценности или безопасное размещение остаточных отходов на предназначенных для этих целей полигонах или хранилищах.

В странах ЕС развитию и расширению применения процессов возвратной логистики в качестве важного компонента циркулярной модели экономики способствует реализуемый еще с 1980-х гг. принцип расширенной ответственности производителя (РОП). Согласно определению ОЭСР, это принцип экологической политики, служащий распространению ответственности производителя за произведенную продукцию на весь ее жизненный цикл, включая завершающую фазу этого цикла, путем применения той или иной формы ее утилизации после использования продукции потребителем и последующего безопасного размещения в окружающей среде. Введение принципа РОП в России связано с принятием и реализацией Федерального закона № 89-ФЗ (подробнее см. параграф 4.2).

Замкнутые цепочки поставок в качестве важного звена циркулярных моделей производства можно охарактеризовать как разновидность логистических и организационных инноваций, которые совмещены с технологическими. Они охватывают прямые и возвратные логистические потоки, а также разнообразные процессы, расположенные между начальным и конечным звеньями указанной производственной цепочки, включая переработку возвращаемой бракованной продукции, сезонных или излишних запасов сырья и материалов и т. п. Возвратная логистика также включает программы рециклирования, обращения с опасными материалами, утилизацию устаревшего оборудования и (или) его восстановление. На рис. 2.13 (см.: [Spengler Т., Stolting W., Ploog М., 2003]) изображена схема организации прямых и возвратных логистических связей на примере машиностроения.

В настоящее время широкое распространение получают социальные и поведенческие экоинновации, в которых отражаются изменения в человеческом поведении, включая рост мобильности профессиональных навыков, мест проживания, отдыха. Параллельно с этим в современную жизнь внедряются новые стандарты поведения и система ценностей, включая утверждение экологии в качестве приоритетной ценности и стиля жизни. А вслед за этим на смену обществу потребления приходит более сдержанная манера поведения и разнообразные формы совместного потребления.

Расширенная цепочка поставок с учетом обратной логистики на примере машиностроительного сектора

Рис 2.13. Расширенная цепочка поставок с учетом обратной логистики на примере машиностроительного сектора

  • —? — Current material flow;
  • — Potentials to close loops in material flow;
  • - - ? — Unccordinated material flow

Эти новые тенденции необходимо учитывать в продуктовой политике, в программах активизации внутреннего и зарубежного туризма, особенно из развитых стран. Это касается и учета новых тенденций в маркетинге, включая потребление без собственности и распространение велосипеда и других подобных девайсов в качестве основного средства передвижения, которые связаны с широким внедрением в современную жизнь открытых инноваций и моделей совместного применения, именуемой шеринг-экономикой (sharing economy).

Происходящие изменения не всегда являются позитивными. Например, распространение низкобюджетных авиарейсов сопровождается ростом нагрузки на ОС, в том числе в форме выбросов ПГ. Самостоятельная проблема — последствия, как положительные, так и отрицательные экоинноваций и цифровизации экономики для занятости (см.: [Бойкина Е. А., Потравный И. М., 2018]).

  • [1] URL: https://in-power.ru/news/alternativnayaenergetika/20-gosudarstv-namereni-udvoit-investitsii-v-171ze.html (дата обращения: 05.07.2020).
  • [2] URL: https://www.nrcan.gc.ca/clirnate-change/canadas-green-future/mission-innovation/18612 (дата обращения: 05.07.2020).
  • [3] file:///C:/Users/st002413/AppData/Local/Temp/global_cleatech_innovation_index_2017_final_web.pdf (дата обращения: 05.07.2020).
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >