Понимание войны и мира в философии Средних веков и эпохи Возрождения

Стоявший у истоков средневековой христианской философии Аврелий Августин (354—430), признавал войну необходимым злом, без которого не может быть «блага христианского мира и справедливости». В своем труде «О граде божием» он писал: «...те, которые нарушают мир, не ненавидят его как таковой, а хотят лишь лишить другого мира, который отвечал бы их желаниям».

Систематизатор схоластики Фома Аквинский (1225/1226—1274) определял условие справедливой войны: для нее должна быть санкция со стороны государственной власти. Хотя в целом, по его мнению, «война и насилие являются всегда грехом».

В XVI в. для всех западноевропейских государств господствующей стала культура Возрождения, в основе которой лежали гуманистические идеи теоретического обоснования необходимости замены феодально-сословного неравенства юридическим равенством, закрепления права частной собственности и защиты личности от религиозно-феодального произвола, политического обоснования идеологии низших слоев, предшественников рабочего класса, неразрывно связанной с утопическим социализмом.

Никколо Макиавелли (1469—1527)

Итальянский политический мыслитель Никколо Макиавелли (1469—1527) проявлял заботу об армии и военном искусстве. Он связывал силу государства с возможностью завоевывать новые земли, поэтому уделял такое внимание военному искусству самого правителя, подчеркивая необходимость быть всегда в форме, готовым в любой момент к войне. Говоря о соотношении моральных сторон войны и мира, он писал, что война рождает преступников, а мир их вешает. Н. Макиавелли отвергал всемогущий фатум и возводил в принцип деятельное начало политики как мудрость дальновидения и искусства его реализации во имя национальных, «народных» интересов. Основа его безопасности — «хорошие законы и хорошее войско». Они доставляют государству «благополучие и безопасность». «Когда речь идет о спасении Родины, — продолжал он, — должны быть отброшены все соображения, что справедливо и что несправедливо, что милосердно и что жестоко, что похвально и что позорно. Нужно забыть обо всем и действовать лишь так, чтобы было спасено ее существование и осталось неприкосновенной ее свобода». Основываясь на передовых философских взглядах того времени, он дал анализ состояния и развития военно-теоретической мысли своей эпохи, подверг критике метафизические взгляды на армию, ее организацию, методы подготовки к войне, способы и формы военных действий. В анализе причин, обуславливающих победы и поражения в войне, Макиавелли нередко проявлял стихийный диалектико-материалистический подход ко многим проблемам военной теории и практики.

В плане рассматриваемой проблемы заслуживают внимания высказывания Макиавелли о тесной связи фронта и тыла воюющей страны, о значении экономического фактора, о пополнении армии хорошо подготовленными людьми. Он сформулировал ряд положений о материальных условиях достижения победы и правилах войны: «Люди, оружие, деньги и хлеб, — вот жизненная сила войны. Из этих четырех условий всего важнее первые два, ибо с людьми и оружием всегда можно достать деньги и хлеб». Макиавелли исповедовал идею всеобщей воинской повинности.

Эразм Роттердамский (1469—1536) отмечал, что «война сладка для тех, кто ее не знает», что часто низменные и корыстные качества правителей ввергают народы в войны. В начале XIV в. появился трактат Э. Роттердамского «Жалоба мира», а в 1539 г. — «Боевая книга мира» Себастьяна Франка (1499—1543). Если у Э. Роттердамского мир жалуется, то у С. Франка он зовет к борьбе: война против войны — единственно священная война. Ссылаясь на авторитет Священного писания, Франк обосновывает мысль о том, что война — дело рук человеческих, поэтому и дело мира надлежит обеспечить людям.

Развитие военно-философских идей в эпоху Средневековья, которая вошла в историю как эпоха с ярко выраженными религиозно-философскими концепциями, и их дальнейший генезис в период Возрождения неоспоримо подтверждает факт живого интереса всех без исключения мыслящих людей к проблеме войны, ее происхождения и результатов. Появление концепции справедливой войны свидетельствует уже о попытках найти, с одной стороны, оправдание войны, помимо божественного, с другой стороны, желание уйти от войны, ликвидировать войну. Ведь неслучайно именно в этот период появляются первые, пусть и робкие, но размышления о возможности прекращения войн.

Падение рабовладения изменило общественное сознание и философское обоснование мира. Наибольшее распространение получила религия, что наложило отпечаток на духовную жизнь общества. В принципе христианство отрицает войну, и полагает убийство человека тяжким грехом. Так, Августин Блаженный (354—430) признавал идеалом христианства вечный мир. Вместе с тем он считал, что на земле, где господствует грех и несправедливость — мир невозможен. Он существует лишь в «граде небесном», отражающем порядок и спокойствие. Но в этот град могут попасть только праведники, т. е. те, кто в «граде земном» почитает Бога.

Своеобразием христианской модели вечного мира была ее пацифистская платформа, суть которой изложена в Евангелии от Матфея: «...не противься злому промыслу. Кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую». Справедливости ради следует подчеркнуть, что церковь стремилась пресечь междоусобные войны и даже была инициатором специальных дней, когда прекращалась вооруженная борьба. Христианские идеологи запрещали воевать в дни Мира Божьего, как правило, в религиозные праздники: сочельник, пост, рождество и др., нападать на религиозные учреждения: монастыри, храмы и др., применять насилие против отдельных слоев населения: женщин, богомольцев, пустынников и монахов.

Однако и для эпохи Средневековья еще характерно деление мира и войны в зависимости если не от единородства, то от единовер-ства. Религия стремилась сохранить мир для «своих» и оправдать войну против «неверных». Так, в 1306 г. появился трактат Пьера Дюбуа «Об отвоевании святой земли». Для успеха этого предприятия средневековый теолог определил ряд предварительных условий, главным из которых был мир между христианскими государствами для совместного ведения борьбы за «гроб Господний».

Таким образом, эпоха Средних веков характеризуется концепцией «христианского мира», запрещавшей войну между единоверцами, но освящавшей ее же против представителей других религий.

В эпоху Возрождения взгляды на проблему поддержания мира меняются, поскольку война окончательно получает статус социального зла независимо от религиозной или государственной принадлежности ее участников. Подобное связано не только с теоретическими раздумьями ученых мужей того времени, но и с последствиями войн эпохи Возрождения. Так, потери в сражениях под Равенной (1512 г., Сев. Италия) — 10 тыс. человек, под Павией (1525 г., Сев. Италия) — 12 тыс. человек создали впечатление о наступлении эры самоуничтожения человечества.

Эразм Роттердамский (1469—1536)

Целая плеяда передовых людей того периода времени включилась в борьбу с войной как социальным злом. Эразм Роттердам

ский выступил в качестве одной из величин этой плеяды. Величайшая его заслуга заключалась в том, что он показал нелепость средневековых представлений о мире, последовательно развенчал взгляды на войну как доблестное деяние. Ученый писал в труде «Руководство христианскому воину» об убогости и пагубности военной службы наемников, подвергал критике и само христианское учение, защищавшее войны с неверными. По его утверждению, плоха религия, которая полагается на силу оружия.

Главный антивоенный труд Э. Роттердамского — «Жалоба мира» (1517). Ученый отмечал в нем, что мир — это благо, а война — зло. Причина войны кроется в злобе человека. Любая война несет бедствия: смерть, упадок ремесла, торговли, падение нравов, пренебрежение к законам. Виноваты в войнах правители и духовенство, которые нарушают догмы Священного писания. «Если ты считаешь, — полагал мыслитель, — что нынешнее общество порочно потому, что худшие люди в нем имеют большую власть, то знай: во время войны царят отъявленные преступники». В другом месте этого же трактата он подчеркивал, что некоторые ошибочно считают себя в безопасности лишь в том случае, когда они имеют достаточную сумму для того, чтобы победить замышляющего зло. Великий гуманист XVI в. вряд ли предполагал, что то же самое будут твердить амбициозные политики XXI в. для оправдания ядерного, космического, бактериологического и другого оружия.

Э. Роттердамский, раскрыв трагический характер любой войны, предложил пути установления мира. Главный из них — подлинная забота государей о своем народе. Второй путь — решение вопроса о границах, заключение договора о незыблемости владений. Третий путь заключается в проповеди мира, объединении для борьбы с войной всех, кто ее отрицает.

Призыв Э. Роттердамского к миру подхватил философ-гуманист Себастьян Франк. «Война, — утверждал С. Франк, — скотское занятие, она противоестественна и неправомерна, это сплошная бессмыслица и бесчеловечность. И также как сатану нельзя одолеть ничем, кроме как силой и словом господа Бога, так и война не может быть устранена просто своей противоположностью — миром... поэтому следует вооружиться оружием мира и сражаться за него». Тем самым мыслитель предпринял попытку обосновать потребность не увещевания за мир, а борьбы за него.

С. Франк определил условия правомерности ведения войны, выполнение которых приведет к вечному миру:

  • • войну надо вести не ради собственных интересов, а во славу божьей чести и из-за общей пользы;
  • • нельзя нападать первым, надо лишь обороняться;
  • • не следует вести войну языческим способом, коварно нападая на неприятеля;
  • • ошибочно полагаться на многочисленную армию, надо надеяться только на Бога;
  • • противиться заключению союза с безбожниками и врагами господними.

Интересны суждения Себастьяна Франка о причинах, которые побуждают людей идти на военную службу.Он называет четыре главные из них:

  • а) невежество, предполагающее, что военная служба есть престижное ремесло;
  • б) бедность, порождающая нищету и согласие выполнять любую работу;
  • в) лень, подразумевающая «семь выходных дней и плюс чаевые»;
  • г) отчаяние, которое толкает на преступления.

Он также впервые сформулировал проблему моральной ответственности человека за военные преступления, утверждая, что подчинение приказу командира не снимает вины с солдата, участвующего в несправедливой войне.

Дань проблеме мира отдавали и другие мыслители эпохи Возрождения. Так, Гроций Гуго де Гроот (1583—1645) предложил заменить религиозную власть Римского папы межгосударственными договорами, а чешский философ Ян Амос Каменский (1592—1670) обосновал необходимость создания мирового суда для наказания зачинщиков войны.

Таким образом, главная заслуга мыслителей Возрождения заключалась в том, что они оценили в этически-социальном порядке войну как абсолютное зло, доказали нужду борьбы с ним и наметили некоторые пути установления мира. Проекты плеяды передовых людей эпохи Возрождения, несмотря на свою наивность и определенную утопичность, подготовили в идейно-теоретическом плане следующий этап развития военно-философской мысли, которая связана с зарождением наций и государств, так называемым периодом Нового времени.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >