Н. А. Бердяев. Философия свободного духа. О назначении человека. Философия свободы. Смысл творчества

БЕРДЯЕВ Николай Александрович (1874–1948) – религиозный философ, публицист. Родился в Киеве в дворянской семье. Учился в Киевском кадетском корпусе, затем на юридическом факультете Киевского университета. В молодости увлекся марксистскими идеями, но под влиянием В. С. Соловьева и Ф. М. Достоевского перешел на позиции религиозной метафизики. В 1922 г. был выслан

из России. После отъезда Бердяев жил сначала в Берлине, а в 1924 г. переехал в Париж. Там, в Кламаре, под Парижем, Бердяев и жил до самой смерти. Он много писал и печатался, с 1925 по 1940 г. был редактором журнала "Путь", активно участвовал в европейском философском процессе, поддерживая отношения с известными европейскими философами. Дружил с известными европейскими интеллектуалами: Р. Ролданом, А. Мальро, А. Моруа, К. Бартом, Ж. Маритеном и др. Умер Бердяев в 1948 г. в своем доме в Кламаре от разрыва сердца. За две недели до смерти он завершил книгу "Царство Духа и Царство Кесаря" и у него уже созрел план повой книги, написать которую он не успел. Труды Бердяева оказали значительное влияние на развитие философской и социальной мысли Запада.

Основные труды. "Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства"; "О назначении человека"; "Философия свободы. Смысл творчества"; "Неогуманизм, марксизм и духовные ценности"; "Царство духа и царство кесаря".

"Для русского народа одинаково характерен и природный дионисизм, и христианский аскетизм... Пейзаж русской души соответствует пейзажу русской земли. Русские историки объясняют деспотический характер русского государства этой необходимостью оформления огромной, необъятной русской равнины"[1].

Философия свободного духа[2]

Человек не есть преходящая, дробная часть космоса, ступень космической эволюции, он выше космоса, не зависит от космической бесконечности. Весь космос принципиально заключен в человеке.

Человек есть великая загадка для самого себя, потому что он свидетельствует о существовании высшего мира. Начало сверхчеловеческое есть конститутивный признак человеческого бытия. Человек есть существо, недовольное самим собою и способное себя перерастать. Самый факт существования человека есть разрыв в природном мире и свидетельствует о том, что природа не может быть самодостаточной и покоится на бытии сверхприродном. Как существо, принадлежащее к двум мирам и способное преодолевать себя, человек есть существо противоречивое и парадоксальное, совмещающее в себе полярные противоположности. С одинаковым правом можно сказать о человеке, что он существо высокое и низкое, слабое и сильное, свободное и рабье. Загадочность и противоречивость человека определяются не только тем, что он есть существо, упавшее с высоты, существо земное, сохранившее в себе воспоминание о небе и отблеск небесного света, но еще глубже тем, что он изначально есть дитя Божье и дитя ничто, меонической свободы. Корни его на небе, в Боге и в нижней бездне. Человек не есть только порождение природного мира и природных процессов, и вместе с тем он живет в природном мире и участвует в природных процессах. Он зависит от природной среды, и вместе с тем он гуманизирует эту среду, вносит в нес принципиально новое начало. Творческий акт человека в природе имеет космогоническое значение и означает новую стадию жизни космической. Человек есть принципиальная новизна в природе. Проблема человека совершенно неразрешима, если его рассматривать из природы и лишь в соотношении с природой. Понять человека можно лишь в его отношении к Богу. Нельзя понять человека из того, что ниже его, понять его можно лишь из того, что выше его. Поэтому проблема человека во всей глубине ставилась лишь в религиозном сознании...

О назначении человека[3]

Человек есть существо трагическое, и это трагическое начало делает его неприспособленным к миру, в котором он живет. В человеке есть трагический конфликт не только с миром, но и с самим собой. И трагизм этот, как мы уже видели, есть не только противоборство добра и зла, но и более глубокое противоборство ценностей, которые одинаково есть добро и благо. Человек есть существо, гуманизирующее природу. Но человек есть также существо, гуманизирующее идею Бога и этим гуманизирующее самого себя.

Философия свободы. Смысл творчества[4]

Вселенная может входить в человека, им ассимилироваться, им познаваться и постигаться потому только, что в человеке есть весь состав вселенной, все ее силы и качества, что человек – не дробная часть вселенной, а цельная малая вселенная. Познавательный эндосмос и экзосмос возможен лишь между микрокосмом и макрокосмом. Человек познавательно проникает в смысл вселенной как в большого человека, как в макроантропос. Вселенная входит в человека, поддается его творческому усилию как малой вселенной, как микрокосму. Человек и космос меряются своими силами как равные. Познание есть борьба равных по силе, а не борьба карлика и великана. И повторяю: это исключительное самосознание человека не есть одна из истин, добытых в результате философствования, это – истина, предваряющая всякий творческий акт философского познания. Эта предпосылка и предположение всякой философии часто бывают бессознательными, а должны стать сознательными. Человек потому лишь силен познавать мир, что он не только в мире как одна из частей мира, но и вне мира и над миром, превышая все вещи мира как бытие, равнокачественное миру... Человек себя знает прежде и больше, чем мир, и потому мир познает после и через себя. Философия и есть внутреннее познание мира через человека, в то время как наука есть внешнее познание мира вне человека. В человеке открывается абсолютное бытие, вне человека – лишь относительное.

Человек – точка пересечения двух миров. Об этом свидетельствует двойственность человеческого самосознания, проходящая через всю его историю. Человек сознает себя принадлежащим к двум мирам, природа двоится, и в сознании его побеждает то одна природа, то другая. И человек с равной силой обосновывает самые противоположные самосознания, одинаково оправдывает их актами своей природы. Человек сознает свое величие и мощь, и свое ничтожество, и слабость, свою царственную свободу и свою рабскую зависимость, сознает себя образом и подобием Божьим и каплей в море природной необходимости. Почти с равным правом можно говорить о божественном происхождении человека и о его происхождении от низших форм органической жизни природы. Почти с равной силой аргументации защищают философы первородную свободу человека и совершенный детерминизм, вводящий человека в роковую цепь природной необходимости. Человек – одно из явлений этого мира, одна из вещей в природном круговороте вещей; и человек выходит из этого мира как образ и подобие абсолютного бытия и превышает все вещи порядка природы. Странное существо – двоящееся и двусмысленное, имеющее облик царственный и облик рабий, существо свободное и закованное, сильное и слабое соединившее в одном бытии величие с ничтожеством, вечное с тленным. Все глубокие люди это чувствовали. Паскаль, у которого было гениальное чувство антиномичности религиозной жизни, понимал, что все христианство связано с этой двойственностью человеческой природы...

Факт бытия человека и факт его самосознания есть могучее и единственное опровержение той кажущейся истины, что природный мир – единственный и окончательный. Человек по существу своему есть уже разрыв в природном мире, он не вмещается в нем.

Человек – микрокосм, ему принадлежит центральное и царственное положение в мире, потому что природа человека мистически подобна природе абсолютного Человека-Христа и тем причастна к природе Св. Троицы. Человекне простая тварь в ряду других тварей, потому что предвечный и единородный Сын Божий, равнодостойный Отцу,не только Абсолютный Бог, но и Абсолютный Человек. Христология есть единственная истинная антропология. Явление Христа – Абсолютного Человека на земле и в человечестве навеки и абсолютно утвердило за человеком и землей абсолютное и центральное во вселенной значение. Астрономия Коперника и биология Дарвина нс в силах опровергнуть христологической антропологии как истины превышающей мир, истины предмирной. Мир еще не был сотворен Творцом, когда образ человека был уже в Сыне Божьем, предвечно рождающемся от отца. Только христология человека, обратная сторона антропологии Христа, раскрывает в человеке подлинный образ и подобие Бога-Творца.

"Человек есть тоталитарное существо, в котором соединяются начало духовное, душевное и телесное"[5].

"Мучительное, причиняющее страдание противоречие человека заключается в том, что он есть существо в нераскрытой глубине своей бесконечное и устремленное к бесконечности, существо, ищущее вечности и предназначенное к ней и вместе с тем, по условиям своего существования, конечное и ограниченное, временное и смертное"[6].

"Есть люди прошлого, люди будущего, люди вечного. Большинство людей живет в тех или иных разорванных частях времени, и лишь немногие прорываются к вечности, т.е. преодолевают болезнь времени. Пророки обращены к будущему, но они прозревают его только потому, что они

в духе преодолевают время, судят о времени из вечности. В духе меняется измерение времени, время угасает и наступает вечность"[7].

"Свобода связана не с формой жизни, а с содержанием жизни, с иррациональным содержанием жизни... Свобода связана с бесконечными потенциями духа"[8].

"Рациональное определение духа невозможно, это безнадежное предприятие для разума... Но можно уловить признаки духа. Можно сказать, что такими признаками духа являются – свобода, смысл, творческая активность, целостность, любовь, ценность, обращение к высшему божественному миру и единение с ним"[9].

  • [1] В кн.: Бердяев А. Н. Истоки и смысл русского коммунизма. Париж, 1955 С. 8.
  • [2] Философия свободного духа // Бердяев Н. А. Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства. М., 1994. С. 179.
  • [3] Бердяев Н. А. О назначении человека. М.: ACT. 2006. С. 50–53. URL: magister.msk.ru/library/philos/berdyaev/berdnO11.htm
  • [4] Бердяев H. А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989. С. 295–297, 315. URL: odinblago.rU/smisl_tvorchestva/2
  • [5] Неогуманизм, марксизм и духовные ценности // Современные записки. Париж, 1936. № 60. С. 323.
  • [6] Опыт эсхатологической метафизики. Творчество и объективация // Царство духа и царство кесаря. М., 1995. С. 199.
  • [7] Я и мир объектов. Опыт философии одиночества и общения. // Бердяев Н. А. Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства. М., 1994. С. 286.
  • [8] Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства. М., 1994. С. 94.
  • [9] Дух и реальность. Основы богочеловеческой духовности // Философия свободного духа. Проблематика и апология христианства. М., 1994. С. 379.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >