Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Хрестоматия по философии

Социальная философия и философия истории

Д. Белл. Грядущее постиндустриальное общество[1]

БЕЛЛ Дэниел (1919–2011) – американский социолог, эссеист, публицист, создатель теории постиндустриального общества.

Преподавал социологию в Колумбийском и Гарвардском университетах. Широкую известность ему принесла первая же крупная публикация – книга "Конец идеологии" (The End of Ideology, 1960). В этой и множестве других работ Белл предстает приверженцем умеренного социального реформизма, свободного рынка и индивидуальных гражданских свобод. Сам себя он однажды охарактеризовал как "социалиста в экономике, либерала в политике и консерватора в культуре".

Самая знаменитая книга Белла – "Грядущее постиндустриальное общество" (The Coming of Post-Industrial Society, 1973). В ней он провозглашает переход ведущих стран мира к основанному на знании постиндустриальному обществу, которое характеризуется быстрым развитием компьютерных технологий, растущим авторитетом научных сообществ и интеллектуалов в любых сферах деятельности, изменением структуры занятости в пользу сферы услуг и т.д.

Основные труды на русском языке: "Грядущее постиндустриальное общество"; "Социальные рамки информационного общества"; "Эпоха разобщенности".

"Постиндустриальное общество [...] не является проекцией или экстраполяцией современных тенденций западного общества; это новый принцип социально-технологической организации и новый образ жизни, вытесняющий индустриальную систему, точно так же, как она сама вытеснила когда-то аграрную. В первую очередь, оно воплощается в утрате промышленностью, организованной на основе стандартизации и массового производства, своей центральной роли. Это не означает, что производство товаров прекратится; ведь производство продуктов земледелия в западном мире продолжается и сегодня (причем продовольствия производится больше, чем когда бы то ни было ранее). Прежде всего понятие “постиндустриальное общество” представляет собой не эмпирическое описание, а “теоретическое построение”, позволяющее увидеть главное в новых социальных формах. Постиндустриальные тенденции не заменяют прежние социальные формы как некие “стадии” общественного развития. Они часто сосуществуют (как порой сосуществуют на пергаменте старые полустертые письмена и нанесенные поверх них новые), усложняя общество и природу его социальной структуры.

Мир можно представить себе разделенным на три типа социальной организации. Первый из них – доиндустриальный. Это прежде всего добывающие виды хозяйственной деятельности: земледелие, извлечение полезных ископаемых, рыболовство, заготовка леса. До сих пор это удел большей части стран Африки, Латинской Америки и Юго-Восточной Азии, где этими видами хозяйственной деятельности занято 60 или более процентов рабочей силы. Я определяю это в целом как “взаимодействие человека с природой”, которое подвержено капризам погоды и усложняется вследствие истощения почв, исчерпания лесных ресурсов и более высокой себестоимости добычи минералов и руд.

Второй тип социальной организации – индустриальный. Это фабричное хозяйство, основанное на приложении энергии к машинам для массового производства товаров. К индустриальному типу относятся страны, расположенные на берегах Атлантики: Западная Европа, Соединенные Штаты и далее – Советский Союз и Япония. Труд здесь представляет собой взаимодействие с искусственной природой: соединение людей с машинами, организация ритмичной работы с высочайшей степенью координации.

Третий тип – постиндустриальное общество. Это деятельность, связанная в первую очередь с обработкой данных, управлением и информацией. Это образ жизни, который во все возрастающей степени сводится к “взаимодействию людей друг с другом”. Еще более важно то, что возникает новый принцип обновления, прежде всего знаний в их отношении к технологии"[2].

"...Я считаю, что в обществе существуют три различные области, которые соприкасаются друг с другом различным образом и развиваются, подчиняясь различным историческим ритмам. Ими являются технико-экономическая система, политический строй и сфера культуры.

Технико-экономическая сфера представляет собой систему, потому что все ее элементы взаимосвязаны и взаимозависимы и изменения в характере и величине одного влияют па состояние других. В этой области в основе изменений лежит четкий принцип замещения. Если какой-либо способ производства дешевле, лучше, более эффективен, чем другие, он сменяет их. Ключевыми терминами здесь становятся максимизация и оптимизация с целью достижения большей производительности.

Политический строй не является системой. Это свод правил, обычно формализованный в конституции либо в теократических государствах, – в священном писании или в традициях и ритуалах, регулирующих доступ к положению и власти, в соответствии с которыми производится отправление правосудия и обеспечивается безопасность; это порядок, поддерживаемый силой принуждения или согласия, а как правило – сочетанием того и другого. Здесь изменения не подчиняются единому принципу, а осуществляются по мере чередования стоящих у власти групп и классов, по мере формирования коалиций интересов.

Культурная сфера – это область значений: воображения, воплощенного в литературе и искусстве, нравственных и духовных понятий, кодифицированных в религиозных и философских учениях. Изменения в ней происходят под воздействием трех факторов: традиции, которая стоит на страже существующих порядков и определяет, что из нововведений принять, а что отвергнуть, особенно там, где она облечена властью; имманентности, которая выражается внутренним развитием формы, как, например, сонатной формы в музыке или перспективизма и иллюзионизма в изобразительном искусстве; и синкретизма, представляющего собой широкое заимствование и смешение стилей и артефактов, как, например, в спорте и массовой культуре. Но поскольку культура – это прежде всего область значений, следует обратить внимание на один поразительный факт: незыблемость во времени великих исторических религий – буддизма, индуизма, конфуцианства, иудаизма, христианства, ислама. Рушились империи, менялись экономические системы, а постулаты исторических религий сегодня все так же узнаваемы по сути своей: карма индуизма и буддизма, монотеизм иудаизма, распятие и евхаристия христианства, Коран и центральная роль фигуры Мохаммеда в исламе. Существует какая-то трансцендентальная сила в этих понятиях.

Если все это справедливо – а с моей точки зрения этот факт очевиден, – можно полагать, что история делится на четко определенные и ограниченные периоды, каждый из которых качественно отличается от другого, на основе inner zusammenhangen Г. Гегеля или способа производства и социальных формаций К. Маркса"[3].

"...Основные изменения в постиндустриальном обществе происходят прежде всего в технико-экономической сфере. Однако тот факт, что постиндустриальные перемены, в отличие от всех предшествующих технологических изменений, связаны с кодификацией теоретического знания, делает науку отличительный чертой этого общества. Исторически наука представляет собой силу, стремящуюся к свободе. Однако науке, как и многим другим общественным институтам, грозит бюрократизация и даже подчинение политическим или корпоративным капиталистическим интересам. Эта угроза стояла перед интеллектуальной и культурной сферой на протяжении всей истории человечества. Как и много раз в периоды успеха и свершений, человечество надеется, что вступив в постиндустриальную эпоху, оно сможет лучше распорядиться своим будущим. Но это возможно лишь в условиях свободы – свободы стремления к истине, в противовес тем, кто пытается поставить ее под свой контроль"[4].

"...Мне кажется полезным выделить некоторые новые черты постиндустриального общества.

  • 1) Центральная роль теоретического знания. Каждое общество всегда опиралось на знания, но только в наши дни систематизация результатов теоретических исследований и материаловедения становится основой технологических инноваций. Это заметно прежде всего в новых, наукоемких отраслях промышленности – в производстве компьютеров, электронной, оптической техники, полимеров, – ознаменовавших своим развитием последнюю треть столетия.
  • 2) Создание новой интеллектуальной технологии. Новые математические и экономические методы, такие, как компьютерное линейное программирование, цепи Маркова, стохастические процессы и т.п., служат технологической основой моделирования, имитации и других инструментов системного анализа и теории решений, позволяющих находить более эффективные, "рациональные" подходы к экономическим, техническим и даже социальным проблемам.
  • 3) Рост класса носителей знания. Наиболее быстрорастущая группа общества – класс технических специалистов и профессионалов. В Соединенных Штатах эта группа, вместе с менеджерами, составляла в 1975 г. 25 процентов рабочей силы – восемь миллионов человек. К 2000 году класс технических специалистов и профессионалов будет самой многочисленной социальной группой.
  • 4) Переход от производства товаров к производству услуг. В настоящее время в Соединенных Штатах примерно 65 человек из каждых 100 занято в сфере услуг. К 1980 г. это число возрастет до 70. Значительный сектор услуг существует в любом обществе. В доиндустриальный период это в основном класс тех, кто оказывает личные услуги по дому (в Англии это был самый многочисленный из всех классов до 1870 г.). В индустриальном обществе сфера услуг включает транспорт, финансы, которые играют вспомогательную роль в производстве товаров, а также бытовые услуги (косметические кабинеты, рестораны и т.д.). В постиндустриальном обществе появляются новые виды услуг, прежде всего в гуманитарной области (главным образом в здравоохранении, образовании и социальном обслуживании), а также услуги профессионалов и технических специалистов (например, проведение исследований и оценок, работа с компьютерами, осуществление системного анализа). Развитие этих служб [...] становится сдерживающим фактором экономического роста и источником постоянной инфляции.
  • 5) Изменения в характере труда. В доиндустриальном мире жизнь представляет собой взаимодействие человека с природой, когда люди, объединившись в малые группы, тяжким трудом добывают себе пропитание на земле, в воде или в лесу и полностью зависят от капризов внешней среды. В индустриальном обществе труд – это взаимодействие человека с преобразованной природой, когда в процессе производства товаров люди становятся придатками машин. Но в постиндустриальном мире труд является прежде всего взаимодействием между людьми (между чиновником и посетителем, врачом и пациентом, учителем и учащимся или между членами исследовательских групп, сотрудниками контор или работниками бригад обслуживания). Тем самым из процесса труда и повседневной практики исключаются природа, искусственно созданные предметы, а остаются лишь люди, которые учатся взаимодействовать друг с другом. В истории человеческого общества это совершенно новая, не имеющая аналогов ситуация.
  • 6) Роль женщин. В индустриальном секторе (в частности, на фабрике) трудились в основном мужчины. Постиндустриальный сектор (например, услуги в гуманитарной области) предоставляет широкие возможности занятости и для женщин. Можно сказать, что впервые женщины получили надежную основу для экономической независимости. Этот факт находит подтверждение в постоянно растущей доле женщин в общей численности работающих, в увеличении числа семей (в настоящее время 60 процентов от их общего количества), в которых более одного человека занято на постоянной работе, и в росте числа разводов по инициативе женщин, ощущающих себя все менее экономически зависимыми от мужчин.
  • 7) Паука достигает своего зрелого состояния. Возникшее в XVII веке научное сообщество явилось уникальным социальным институтом. Оно обладало харизмой, поскольку в своих поисках истины всегда шло революционным путем и открывало доступ к своим методам и технологиям; его сила заключена в убеждении, что цель науки заключается в получении знания как такового, а не каких-либо способов его утилитарного применения. В отличие от других харизматических сообществ (главным образом религиозных групп и мессианских политических движений) оно не "рутинизирует" свои убеждения и не возводит их в ранг официальных догм. Однако до последнего времени научному сообществу не приходилось сталкиваться с такими явлениями, как бюрократизация научно-исследовательского процесса, подчинение научных поисков целям, устанавливаемым государством, оценка результатов исследований в зависимости от конкретной отдачи. В настоящее же время не только укрепилась связь науки и технологий; она вошла также составной частью в военную сферу и во многом определяет социальные потребности. Все это составляет основную черту постиндустриального общества, и характер новых научных институтов имеет решающее значение для возможности свободного осуществления исследований и получения знаний в будущем.
  • 8) Ситусы как политические единицы. Предметом социологических исследований, как правило, были классы и страты, то есть горизонтальные единицы общества, вступающие друг с другом в отношения превосходства-подчинения. Однако для постиндустриальных секторов более важными узлами политических связей могут оказаться ситусы (от латинского situ – положение, позиция), или вертикально расположенные социальные единицы. [...1 Существуют четыре функциональных ситуса – научный, технический (т.е. прикладные профессии: инженерное дело, экономика, медицина), административный и культурный, и пять институциональных ситусов – экономические предприятия, государственные учреждения, университеты и научно-исследовательские центры, социальные комплексы (например, больницы, центры социальных услуг) и армия. Я считаю, что главные конфликты интересов будут иметь место между ситусными группами и что приверженность им может быть столь сильной, что помешает слиянию новых профессиональных групп в единый общественный класс [...].
  • 9) Меритократия. В постиндустриальном обществе, которое по своему характеру есть прежде всего общество технологическое, человек может занять престижное положение не столько по праву наследования или собственности (хотя оно может давать богатство или культурное преимущество), сколько вследствие образования и квалификации. Неизбежно, что вопрос о меритократии становится решающим нормативным вопросом. [...]
  • 10) Конец ограниченности благ? Большинство социалистических и утопических теорий девятнадцатого века приписывали почти все болезни общества дефициту товаров и конкуренции людей за эти недостающие

блага. Одно из наиболее общих определений экономики характеризует ее как искусство распределения редких товаров между конкурирующими объектами. К. Маркс и другие социалисты доказывали, что изобилие есть предпосылка социализма, и утверждали, что при социализме не будет необходимости нормативно регулировать распределение в целях справедливости, поскольку будет достаточно средств для удовлетворения нужд каждого. В этом смысле коммунизм определялся как устранение экономики, или как "материальное воплощение" философии. Однако вполне очевидно, что мы всегда будем жить в условиях дефицита. Я имею в виду не только дефицит ресурсов (поскольку это до сих пор спорный вопрос), а то, что постиндустриальное общество, в силу самой своей природы, порождает новые дефициты, о которых авторы девятнадцатого и начала двадцатого века не имели представления. Социалисты и либералы говорили о недостатке товаров; в постиндустриальном обществе, как я показываю, будет иметь место недостаток информации и времени. У человека, превратившегося в Homo economicus, проблема распределения трансформируется даже в более жесткую ее форму – в то, что касается распоряжения своим свободным временем.

11) Экономическая теория информации. Как я указывал ранее, информация по самой своей природе есть коллективный, а не частный продукт (т.е. собственность). При производстве индивидуальных товаров предпочтение должно отдаваться конкурентной системе, в противном случае предприятия теряют активность или становятся монополистами. Однако оптимальные социальные инвестиции в знание, позволяющие более широко распространять и использовать его, требуют разработки стратегии сотрудничества. Эта новая проблема, касающаяся роли информации в постиндустриальном обществе, ставит перед экономистами и политиками трудные теоретические и практические задачи"[5].

  • [1] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. М.: Academia, 2004. URL: portal.fa.ru/Www/Kbhiab/data/store/ebe83253-9644-4f76- 821c-1125273ba0ca/Bell_D._Gryaduschee_postindustrialjnoe_obschestvo.pdf
  • [2] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. С. CIX-CX.
  • [3] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. С. CXL-CXLI.
  • [4] Там же. С. CXLIV.
  • [5] Белл Д. Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования. С. CLIV-CLIX.
 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы