Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Журналистика arrow Психология журналистики

ЧЕЛОВЕК КАК СОЗДАТЕЛЬ ПРОДУКЦИИ СМИ

В результате изучения данной главы студент должен:

знать

  • • принципы и методы создания публицистических текстов;
  • • основные закономерности и этапы творческой деятельности журналиста, реализуемые в коммуникационных процессах и при создании данного рода текстов;

уметь

  • • выбирать и формулировать актуальную тему материала, формировать замысел (или делать сценарную разработку), определять дальнейший ход работы;
  • • собирать необходимую информацию (работать с источниками информации, применять различные методы), осуществлять ее проверку, селекцию и анализ;

владеть

базовыми навыками оперативной подготовки материала с использованием различных знаковых систем (вербальной, фото-, аудио-, видео-, графической и т.п.) в зависимости от типа СМИ, в различных жанрах, форматах для размещения на различных мультимедийных платформах – печатных, вещательных, онлайновых, мобильных.

Формулировка "Человек как создатель продукции СМИ" обусловлена тем, что сегодня в качестве своеобразных субъектов информационного творчества могут выступать в том числе и агрегаторы (aggregatio – от лат. "накопление"). Так, в частности, именуют те механизмы, которые агрегируют, собирают, группируют объекты в категории более высокого уровня. В новейшем времени с помощью компьютерных и иных технологий появилась возможность создавать в том числе массово-коммуникационные тексты определенного типа, прежде всего новостного характера, а также некоторые их элементы. Существуют также различного рода "электронные книги", "виртуальный контент", "программы" самонастраивающегося или псевдодиалогового тина и т.д. Мы в первую очередь поэтапно проанализируем технологии создания традиционных медиапродуктов и проблематику, обусловленную творческими процессами.

Используемый сегодня исследователями термин "медиатворчество"[1] характеризует, как нам кажется, в первую очередь процесс создания данного рода продукта. Хотя согласимся с Н. А. Павлушкиной, что "материальным результатом процесса медиатворчества является дискурс. Не материальным итогом будут интерпретации, произведенные читателями, смыслы, закрепленные в сознании и отраженные в интерактивной либо обратной связи"[2].

Специфика журналистского мышления

Творческие способности к журналистской деятельности связаны с ее мотивацией (интересы и склонности), с темпераментом личности (эмоциональность), умственными способностями. Следовательно, мотивы творческой деятельности во многом взаимосвязаны с особой "системой координат", на которой у каждого индивидуума в некоей последовательности представлены элементы индивидуального творческого мышления (исходя из природных, генетических и ряда других особенностей). Такие, к примеру, как видение новых проблем в стандартных условиях, видение новой функции знакомого объекта, умение видеть альтернативу решения, умение комбинировать ранее известные способы решения проблемы в новый способ – и ряд других[3]. Человек воспринимает обычно в потоке внешних раздражителей лишь то, что укладывается в "систему координат" уже имеющихся знаний и представлений, а остальную информацию бессознательно отбрасывает, не замечая и не оценивая ее должным образом.

Специфика журналистского мышления, как свидетельствуют результаты проведенных нами в течение ряда лет опросов более трехсот журналистов-практиков, определяется самими носителями профессии прежде всего как "алогичная", т.е. "не всегда и не все понимают, почему журналист обращается именно к данным фактам", "что побуждает его проявлять специфический интерес к явлениям, которые на обыденном уровне не вызывают у сталкивающихся с ними людей особых интеллектуальных усилий".

В теории журналистики, как правило, определяли и определяют специфику журналистского мышления лишь на основании общетеоретических выводов; не менее интересен, на наш взгляд, подход, при котором мы будем, опираясь на результаты нашего исследования и суждения самих практиков, говорить о том, что журналисты выделяют как технологически "продуктивные" показатели.

Прежде всего следует, видимо, сказать о так называемой способности к "сцеплению", т.е. к объединению новых сведений с уже имеющимся багажом знаний. Так, более половины опрошенных нами журналистов (напомню, что всего участвовало в исследовании около трехсот человек) отметили, что в практической деятельности в редакции у них отсутствует возможность специализироваться па какой-то одной узкой теме, а более 40% из числа всех ответивших вообще убеждены, что для сегодняшней журналистики не характерен принцип узкой специализации работников СМИ. Всякое мышление включает в себя функцию получения нового знания путем выведения из знания уже имеющегося. Но широта предметного поля в журналистике обуславливает концептуально-ориентировочный (термин Р. Г. Бухарцева) характер специальной подготовки журналиста, когда вершинные знания изучаемого предмета (порой мы путаем их с "верхушечными" знаниями) дают ему своеобразный ключ к пониманию, оценке той или иной проблемы или ситуации.

Что касается "авторских технологий" стимуляции подобной деятельности, то здесь можно выделить два подхода. Во-первых, подбор "концептуальных материалов в личном архиве". Около трети ответивших сообщили, что именно подобного рода книги, вырезки и копии, выписки и т.д. хранятся у них. Подбор чаще всего определяется принципом "то, что даст идеи, а нс конкретную информацию". И, во-вторых, фиксирование каким- либо образом (в личном дневнике, блокноте, а примерно каждый двадцатый из ответивших осуществляет сегодня эту работу в текстовых редакторах) эксклюзивно полученных сведений, личных впечатлений, размышлений по какому-то поводу и т.п. Разумеется, фиксирование не "для истории", а по какой-либо системе, помогающей при необходимости быстро найти этот исходный материал и применить его в повседневной практической деятельности.

Высокая мобильность журналистского мышления, подвижность умственной ориентировки личности предполагает и цельность восприятия. Людям сугубо логического склада ума, тем, чья профессия предполагает "мыслительный" характер повседневной деятельности, свойственно "дробить" предмет восприятия, детально изучать, а уж затем, по выражению знаменитого физиолога И. П. Павлова, пытаться "оживить" его для мыслительной деятельности. Журналист же чаще всего понятийное и образное начало диалектически соединяет, причем происходит это непроизвольно; таким образом проблема или ситуация словно вписывается в более широкие контексты.

У большинства из участвовавших в нашем опросе журналистов, как правило, существовали свои подходы к анализируемому явлению. Но почти каждый второй вместе с тем отметил, что, допустим, при подготовке проблемного материала "главное – найти точный образ того, о чем собираешься писать или рассказывать". Еще более показательно это, конечно, для таких жанров, как очерк, фельетон. Но понятие "образ" в данном случае подразумевает не только художественно-выразительное его значение. Образ – это еще и "упрощенное для себя понятие", и "то, как я вижу развертывание ситуации, процесс", и "та тональность, которая, в конечном итоге, определит суть моего материала".

То есть можно сделать вывод: эмоционально-образная окраска неких абстрактных схем и понятий существенна не только для передачи журналистом всего комплекса информационно-логических связей, но и для стимуляции процесса творческой деятельности.

Кстати говоря, психологи на основании многолетних исследований и экспериментов доказали, что для категории "художественных" профессий, по сравнению с категорией "мыслительных", характерен, например, повышенный эмоциональный слух, преобладание метафоричности и сюжетности ассоциаций, повышенная коммуникабельность, преобладание экстраверсии и т.д. Все это зафиксировано на уровне конкретных показателей и имеет под собой совершенно определенную психофизиологическую основу[4].

Гибкость мышления, иначе говоря – способность легко переходить от одного класса явлений к другому, порой достаточно далекому по содержанию, также является одной из примечательных характеристик для людей этой профессии. У журналистов она тесно связана с так называемым боковым мышлением, лучше всех которое охарактеризовал французский психолог П. Сурье, писавший: "Чтобы творить – надо думать около". В нашем исследовании мы, помимо традиционных тестов "на сообразительность" (решаемость задач которых по сравнению с контрольной группой, состоявшей из людей "нетворческих" профессий, превышалась журналистами, как правило, более чем на 60%), проводили эксперименты на способность увидеть путь к решению, используя "постороннюю" информацию. Причем таковой для участников чаще всего была информация, приобретенная, усвоенная в результате собственной профессиональной деятельности, полученная от ближайшего окружения, т.е., строго говоря, не всегда точная, полная, но позволяющая "пойти" по достаточно нетрадиционному пути. Специфичным было и то, что знания из области точных наук, естественнонаучных дисциплин использовались журналистами обычно в метафоричной форме или как ссылка на авторитетное мнение.

Легкость генерирования идей является еще одной важной составляющей творческой личности. Повседневная деятельность в сфере средств массовой информации предполагает достаточно напряженный ритм, причем журналист в силу специфики своей работы вынужден охватывать и объяснять несметное число разнородных фактов, явлений, соединять понятия и т.д. и т.п. Нередко именно он (может быть, даже в какой-то мере интуитивно) описывает явления, становящиеся своеобразным фундаментом для общетеоретических исследований. Особенно это примечательно для последних лет, когда часто в СМИ "обкатываются" или прогнозируются многие экономические, политические, юридические модели деятельности.

По мнению участников нашего опроса, это происходит чаще всего потому, что "в меру “поверхностные” представления журналиста о том или ином явлении действительности понятнее аудитории"; "журналист, не обремененный грузом стереотипов, взаимных обязательств, разного рода условностей, выступает в роли человека со свежим взглядом"; "он зачастую выполняет обязанности некоего третейского судьи, оценивающею ситуацию на уровне здравого смысла". В связи с этим важна и способность к оценочным действиями, а по-другому говоря – к выбору одной из многих альтернатив.

Способность к ассоциативному мышлению, умение сближать понятия легче всего рассмотреть на примере остроумия. Конечно же, оно свойственно многим журналистам, особенно в письменной речи, но мы в своих экспериментах попытались выявить особые способности журналистов к ассоциативному мышлению, анализируя проводимые интервью. Так, в пяти экспериментальных группах журналистов, в которые входили по пять представителей периодической печати и электронных СМИ, мы проводили следующий тест: через короткий промежуток времени зачитывали отрывки из десяти различных журналистских интервью, проводившихся работниками местных и центральных периодических изданий, радио и телевидения. Затем просили испытуемых записать как можно быстрее пять любых слов, ассоциирующихся у них с данным текстом, и тут же пять слов, которые, как им кажется, могли бы логически продолжить смысловой ряд в следующем сразу же по тексту отрывке данного интервью. Таким образом, 50 из более чем 200 участвовавших в эксперименте журналистов назвали пять тысяч слов.

Затем тот же самый ассоциативный эксперимент мы проводили с участниками из нескольких контрольных групп: школьниками, студентами философского факультета университета, а также с представителями тех профессий, которые не связаны с ежедневной работой над словом.

При обработке полученных данных мы подсчитывали слова, сгруппированные относительно одной идеи или одного объекта. К примеру, интервью с Леонидом Ярмольником "уложилось" у группы "нежурналистов" всего в две тематические группы – "развлечения", "киноискусство", у "журналистов" – в пять: к вышеназванным добавились еще "яркая личность", "сценография", "звездная болезнь". Λ вот интервью с Муслимом Магомаевым – соответственно в четыре и девять групп. Многое, кстати, зависело и от профессионализма автора. Так, разрыв между "лидером", чье интервью вызвало наибольшее число ассоциативных связей, и "аутсайдером", был огромным – в 12 тематических групп. И именно в этом случае показательным было качественное и количественное различие (в среднем в 2–4 раза) процессов свободного течения ассоциаций.

Таким образом, на основании этих результатов можно сделать вывод, что способность к ассоциативному мышлению является достаточно четким показателем, характеризующим в целом предрасположенность человека к журналистскому труду. Этот вывод тем более важен, что в традиционной психологии большое количество группировок нередко связывается со случайностью образов, возникающих в сознании. Наш же эксперимент свидетельствует, что в группе "журналистов" эти образы были объединены метафорическими связями, в отличие от результатов группы "нежурналистов".

Стоит отметить еще один факт. "Журналисты", как правило, на 80% "улавливали" логический смысловой ряд, который характеризовал следующий по тексту авторский отрезок интервью. "Нежурналисты" же в подавляющем числе случаев, что называется, уходили в сторону от авторской логики (показатель "улавливания" – лишь 12%). Как нам кажется, данная методика и подобный подсчет позволяют дать дополнительную характеристику внешней или внутренней направленности сознания, а также могут быть использованы при профессиональном тестировании работников СМИ и абитуриентов, поступающих в вузы творческого профиля.

Что же касается более привычного анализа способности творческой личности к ассоциативному мышлению через понятие "остроумие", то, мы думаем, здесь больше известного. На этом принципе зиждутся многие анекдоты, бытовые шутки, меткие высказывания. Самый распространенный прием – использование многозначного слова или неожиданной концовки.

Но еще А. С. Пушкин заметил, что "остроумием называем мы не шуточки, столь любезные нашим веселым критикам, но способность сближать понятия и выводить из них новые и правильные заключения"[5]. Мера смысловых расстояний между понятиями – количество ассоциативных "шагов". По-настоящему творческий человек постоянно стремится их сокращать в мыслительной деятельности, зачастую даже неосознанно. Чем быстрее это удается в поиске переходных понятий при работе, допустим над письменной речью в массово-коммуникационном творчестве, тем ярче и неожиданнее они будут, тем больший потенциал журналист сможет продемонстрировать.

Следовательно, речь нужно вести о конкретных технологиях творческой деятельности журналиста.

  • [1] См.: Павлушкина Н. А. Медиатворчество в современной прессе: влияние аудиторного фактора // Журналист. Социальные коммуникации. 2014. № 3.
  • [2] Павлушкина Н. А. Медиатворчество в современной прессе: влияние аудиторного фактора. С. 27.
  • [3] Здесь и далее мы опираемся на концептуальные разработки А. Н. Лука, которые впоследствии получили развитие в ряде работ современных исследователей творчества. См.: Лук А. Н. Психология творчества / под ред. В. А. Лекторского. М.: Академия наук СССР; Наука, 1978; Лук А. Н. Учить мыслить. М.: Знание, 1975. См. также: Ильин Е. П. Психология творчества, креативности, одаренности. СПб.: Питер, 2009; и переиздание этой же книги 2013 г.
  • [4] Морозов В. П. Невербальная коммуникация: экспериментально-теоретические прикладные аспекты // Психологический журнал. 1993. Т. 14. № 1. С. 28.
  • [5] Пушкин А. С. Собрание сочинений: в 10 т. М.: ГИХЛ, 1958. Т. 7. С. 141.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы