Концепция криминалистической идентификации как элементарного акта отождествления, реализуемого в составе специальной методики доказывания

Рассмотрим третью концепцию идентификации — идентификации как акта отождествления, разрешения вопроса о тождестве сравниваемых по следам материальных объектов. Эта концепция основана на выделении в процессе доказывания элементарного акта отождествления, осуществляемого особым кругом субъектов, в необходимых случаях в процессуальной форме судебной экспертизы, на основе выявленных на уровне сравнительного исследования идентификационных свойств и преследующего цель разрешения вопроса о тождестве. Акт идентификации при этом рассматривается как центральное звено частной методики доказывания, требующей, наряду с разрешением вопроса о тождестве, решения ряда других подзадач.

Поскольку в современном процессе раскрытия и расследования преступлений принимает участие ряд лиц, от их правильного взаимодействия во многом зависит успех расследования. В первую очередь это относится к деятельности следователя и эксперта, основой взаимодействия которых является правильное согласование задач и четкое разграничение их компетенции.

Особенно важно в связи с этим разграничение задачи отождествления, которая в случаях идентификации по материальным следам требует для своего разрешения использования специальных научно-технических познаний и применения судебно-экспертных методик с соответствующей лабораторной базой, и задачи установления единичного материального объекта, связанного с расследуемым событием, которая, как и задача установления любого доказательственного факта, может быть разрешена только следователем и судом посредством доказывания. При этом отождествление материального объекта по отображенным в обстановке преступного события идентификационным признакам является предпосылкой установления искомого материального объекта и соответствующего ему доказательственного факта на основе частной системы доказательств.

На этой базе следует разрешать вопросы о субъектах идентификации, доказывания тождества и формах их взаимодействия.

Таким образом, установление единичного материального объекта, определенным образом связанного с расследуемым событием, является предметом частной методики доказывания, разработка которой представляет актуальную проблему криминалистики и уголовного процесса.

Криминалистическая идентификация является элементом рассматриваемой методики.

Криминалистическая идентификация — это сравнительное исследование отображенных в следах и установленных расследованием объектов с целью разрешения вопроса об их тождестве для последующего установления средствами уголовно-процессуального доказывания единичного материального объекта и раскрытия его связи с расследуемым событием.

Отграничение задач криминалистической идентификации от других задач доказывания способствует более правильному определению компетенции участвующих в доказывании лиц.

Взаимосвязь методов криминалистической идентификации и общих методов процессуального доказывания, взаимодействие следователя и других субъектов доказывания с экспертом и специалистом — основа разрешения наиболее сложных проблем рассматриваемой частной методики доказывания.

Научные основы и принципы судебной идентификации

Научные основы и принципы характеризуют сущность и специфику судебной идентификации, отличающие ее от любого другого, в том числе судебного, исследования, и поэтому способствуют разработке наиболее эффективных технологий ее использования в судебном процессе.

Принцип индивидуализации

Задача индивидуализации объекта непосредственно связана с задачами доказывания, ибо его цель — установление истины единичного факта. В силу этого индивидуализация представляет стратегию и парадигму любого идентификационного исследования, отличая его задачу и технологию от других, в том числе смежных: отождествления логических объектов, распознавания, аутентификации и др.

Индивидуализация как интегральная идея и базовый принцип идентификационной деятельности

Основное содержание доказывания тождества состоит в выделении единичного объекта, связанного с расследуемым событием, из исходной неопределенно широкой совокупности объектов. Переход от неопределенно широкой совокупности объектов к их относительно узким группам и от них к единичному объекту составляет проблему индивидуализации.

Эта проблема актуальна для эксперта, осуществляющего идентификацию, а также для следователя и суда, оценивающих заключение эксперта и использующих его в доказывании. Анализ процесса индивидуализации предполагает в первую очередь рассмотрение стадий этого процесса, имеющих различную познавательную ценность и доказательственное значение. При этом выделение единичного объекта (конечная цель индивидуализации) должно рассматриваться как итог исследования, результат ряда промежуточных по уровню стадий индивидуализации.

Наибольший интерес представляет, естественно, выделение единичного объекта, позволяющее проследить его связь с расследуемым событием с точки зрения предмета доказывания. В то же время нельзя отрицать роль промежуточных стадий индивидуализации, значение которых в доказывании тем выше, чем ближе они к выделению искомого объекта.

Методологической основой индивидуализации является связь случайного и необходимого, прослеживаемая материалистической диалектикой. В любом предмете, явлении могут быть выделены свойства необходимые и случайные. Первые обусловлены внутренними, существенными, определяющими связями данного предмета и явления, выражают закономерный результат его развития. Вторые вызваны всякого рода внешними, несущественными факторами. Необходимость действует и проявляет себя в определенной массе предметов и явлений, возникновение и развитие которых подчинено одной и той же закономерности (тип, род, вид, сорт, система и т.д.). Вместе с тем необходимые свойства являются определяющими для каждого единичного предмета и явления, входящего в данную совокупность объектов.

В отличие от необходимости случайность действует и проявляет себя в индивидуальном, единичном. Единичный предмет подвержен всякого рода несущественным отклонениям, мутациям, вариациям. Совокупность последних и формирует индивидуальное "лицо" всякого единичного предмета и явления, круг тех свойств и признаков, по которым данный единичный предмет (объект) можно выделить, отличить от всех других однородных и сходных с ним объектов.

Связь случайного и индивидуального отмечал в свое время Ф. Энгельс. Ссылаясь на Ч. Дарвина, он писал о том, что существуют "бесконечные случайные различия индивидов внутри отдельных видов"[1] и (в примере со стручком гороха) что наряду с необходимыми каждый предмет "имеет еще бесчисленные другие индивидуальные свойства, являющиеся случайными: оттенок цвета, толщину и твердость оболочки, величину горошин, не говоря уже об индивидуальных особенностях, доступных только микроскопу".

Связь случайного и единичного указывает пути практической индивидуализации. Индивидуализировать единичный объект — значит путем исследования закономерных причин и условий его формирования выделить определенную совокупность случайных свойств.

Наибольший интерес представляет рассмотрение методов индивидуализации. Они могут быть подразделены на методы положительной и отрицательной (негативной) индивидуализации.

Первая группа методов связана с накоплением положительной информации, которая позволяет последовательно выделять все более узкие группы объектов и, наконец, устанавливать единичный объект.

Вторая группа методов обеспечивает накопление информации, указывающей на то, какие именно объекты не могут быть в данном случае идентифицируемыми. Сами по себе негативные методы недостаточны для окончательной индивидуализации. Они используются только в сочетании с другими методами.

Завершенная положительная индивидуализация единичного объекта предполагает исключение всякого другого объекта. Отрицательная индивидуализация несет значительно меньший объем информации. Вопрос о предметной индивидуальности идентифицированного объекта остается при этом открытым. Тот факт, что след на месте происшествия оставлен не данным ботинком, еще не указывает на конкретный экземпляр ботинка. Установление, что пуля, извлеченная из трупа, стреляна не из пистолета системы Стечкина калибра 9 мм, не указывает, из пистолета какой именно системы стреляна данная пуля.

При положительной индивидуализации значение вывода тем выше, чем уже установленная группа объектов, при отрицательной — значение тем выше, чем шире исключаемая группа объектов. Так, при сравнении пятна на одежде подозреваемого с кровью потерпевшего положительное отождествление будет иметь тем большее значение, чем более специфической по своим видовым, групповым, типовым и региональным свойствам будет отождествляемая кровь. При отрицательном разрешении вопроса значение вывода будет тем выше, чем шире исключаемая группа: группа крови, вид крови, наличие крови, наличие вещества органического происхождения.

Процесс положительной индивидуализации имеет две стороны. Первая состоит в увеличении объема, количества информации об идентифицируемом объекте, вторая — связана с ее оценкой.

Чем больше объем информации об объекте, тем глубже уровень его индивидуализации. Поэтому основное назначение используемых при идентификации физических, химических, биологических и иных научно-технических методов состоит именно в выявлении новых идентификационных свойств исследуемых объектов. Каждое вновь открываемое идентификационное свойство позволяет или дифференцировать сравниваемые объекты, или углубить их индивидуализацию. Комплекс аналитических методов, направленных на детализацию признаков в отображении идентифицируемого объекта, суммирование информации, содержащейся в различных отображениях, — все это ведет к увеличению объема информации об объекте.

Выявление новых свойств объекта само по себе еще недостаточно для индивидуализации, их надо правильно оценить. В связи с этим разработан ряд оценочных методов, которые применяются судом, следователем, экспертом при установлении доказательственных фактов. К оценочным можно отнести, например, методы классификации и систематизации исследуемых объектов и признаков, методы исследования условий возникновения и механизма отражения идентификационных признаков, методы выявления взаимосвязи признаков, статистические и иные методы.

Широкое проникновение математических приемов в сферу идентификации заставляет рассмотреть вопрос о соотношении количественных и качественных методов индивидуализации. В среде криминалистов выявился двоякий подход к использованию математических методов. Одна группа исходит из отрицания или ограниченного значения количественных методов индивидуализации, другая, напротив, считает правомерным не только использование этих методов, но и создание строгой математической теории идентификации. По нашему мнению, поскольку всякий объект идентификации представляет определенное единство качественной и количественной стороны, то в единстве должны применяться как качественные, так и количественные методы идентификации. Их противопоставление так же неправильно, как и односторонняя ориентация на какую-либо одну из этих групп методов. Значение количественных методов идентификации определяется тем, что они в конечном счете являются средствами познания наиболее существенного качества исследуемого объекта — его индивидуальности. Количественным путем могут быть выражены многие качественные признаки исследуемых объектов: цвет, состав, форма, кривизна и др. Количественным путем можно измерить ценность каждого отдельного идентификационного свойства, их совокупности, а также определить критерии их достаточности для вывода о тождестве.

Количественный подход нетрудно выявить и в обычных качественных приемах оценки признаков и объектов. Понятия редкости или частоты признака, достаточности или недостаточности их совокупности, лежащие в основе идентификации, даже при чисто качественном их определении, всегда имеют в своей основе "несчитанные вероятности", представляют опирающиеся на опыт и наблюдения эксперта статистические обобщения.

Необходимость количественных методов обнаруживается особенно остро, когда "отказывают" обычные качественные приемы. Классификация, например, обеспечивает переход от максимально широких до минимально узких классификационных единиц (видов, разновидностей, моделей, модификаций и т.п.) только в тех случаях, когда исходное множество объектов характеризуется значительным числом четко определимых классификационных признаков, по которым оно может быть разбито на ряд подмножеств, которые, в свою очередь, также могут быть разбиты на подмножества, и т.д. (ср., например, дактилоскопические классификации).

Однако четкие классификационные признаки имеются в достаточном количестве далеко не у всех объектов идентификации. Значительные затруднения вызывают, например, классификации почерков и некоторых трасологических объектов. Иногда не поддается качественной оценке идентификационное значение особенностей. Так, при исследовании многих признаков почерка, особенностей микрорельефа поверхности, признаков внешности человека часто невозможно проследить причинную цепь явлений, обусловивших появление данных особенностей и характеризующих их своеобразие или бедность. В этих случаях подсчет частоты встречаемости, выявление статистических закономерностей оказываются незаменимыми методами идентификации. Показательно, что статистические методы были применены впервые именно для оценки признаков почерка, где особенно сложно выявить каузальные отношения свойств. Отношения случайного и необходимого, родового и индивидуального исследуются в этих случаях на основе закона больших чисел. Последний является одним из выражений диалектической связи между случайностью и необходимостью. Он составляет принципиальную основу применения математико-статистических методов к изучению закономерностей массовых явлений[2].

Вместе с тем нельзя не отметить недостаточность чисто количественных методов идентификации и необходимость их сочетания с качественными. Такая необходимость выявляется уже при определении идентификационных свойств и признаков. Выделение существенных свойств, характеризующих ту или иную материальную структуру, невозможно без качественного подхода, изучения закономерностей формирования и развития этой структуры, например, физиологии формирования и развития почерка, технологии изготовления и эксплуатации оружия, пишущих машин и других объектов. Необходимость качественного подхода проявляется в процессе дифференциации сравниваемых объектов, которая предполагает в первую очередь разграничение качеств. Следует отметить, что переход от математической вероятности тождества, обеспечиваемой статистическими методами, к достоверному установлению тождества также предполагает обязательное применение качественных методов, ибо сам такой переход есть переход из одного качественного состояния знания в другое.

В заключение остановимся на роли эмпирических методов индивидуализации. В теории идентификации общепризнана роль опыта и наблюдений эксперта как критерия оценки идентификационных признаков. И при наличии разработанной системы научных методов индивидуализации эмпирический критерий, в обобщенном виде выражающий опыт эксперта, не может потерять своего значения. Так, например, опыт показывает, что одним из эффективных методов индивидуализации в трасологии является детализация признаков внешнего строения. Переход от общих к частным признакам позволяет выявить новые особенности размеров, форм, направлений, угловых величин и ведет, таким образом, к увеличению объема идентификационных признаков[3]. В дактилоскопии рассматривается такая особенность папиллярного узора, как "вилы", направленные вправо, и "вилы", направленные влево. Обращение к деталям их строения позволяет выделить ряд новых особенностей: форму схождения папиллярных линий (угловатую, закругленную, величину угла схождения), вид схождения (боковой, серединный), расположение боковой линии (выше, ниже, правее, левее)[4].

Детализация затрагивает и оценочную сторону индивидуализации. Наблюдения и интуитивные соображения подсказывают, что более мелкий рельеф является в то же время более редким, поскольку в его формировании участвует множество случайных факторов. Так, если макроскопические (общие и частные) формы и размеры изделия задаются техническими условиями и находятся под постоянным контролем изготовителя, то микроструктура поверхности обусловлена множеством случайных факторов, не поддающихся контролю: неоднородностью обрабатываемого материала, состоянием инструмента, вибрацией станка, напряжением в электрической сети, ручной доводкой и т.п.

Обращая внимание на указанные стороны детализации, Б. И. Шевченко пишет: "Идя по пути от всей совокупности объектов к одному, индивидуально-определенному, мы видим самое важное в том, что этот процесс связан с обращением к все более и более мелкому рельефу"[5].

Наблюдения показывают, что однородность структуры, ее упорядоченность являются проявлением закономерности и могут служить основанием для обобщения, генерализации однородных структур. Напротив, неоднородность, неупорядоченность структуры являются проявлением случайности и не могут служить основанием для дифференциации и индивидуализации. Так, однородная (например, гладкая) поверхность, однородный состав вещества (например, химически чистые вещества), однородный состав движений и т.д. не дают оснований для дифференциации и индивидуализации. Напротив, неровная поверхность, наличие различных включений и примесей в составе, различный состав движений дают основания для выделения ряда индивидуализирующих особенностей.

Однако следует при этом иметь в виду, что правильно чередующаяся неоднородность сама является проявлением закономерности. Так, чередование неоднородностей в строении оказывается закономерным кристаллическим строением, чередование неоднородностей движений при письме — закономерными циклами движений и т.д. Таким образом, исследование случайного, индивидуального может осуществляться только через познание необходимого, закономерного. Говоря об эмпирическом методе, нельзя не отметить, следовательно, его ограниченности и недостаточности. Опыт и наблюдения эксперта и следователя должны сочетаться с исследованием происхождения идентификационных свойств, механики отражения и их взаимосвязи, применением статистических методов и других приемов научной обработки информации. Так, обращение к одной микроструктуре без должной оценки других признаков не может обеспечить индивидуализации объекта. В микроструктуре объектов, так же как и в макроструктуре, действуют свои закономерности, выражающиеся в особенностях образования молекул, кристаллов, формирования биологической клетки, ткани и т.д. Структура микрообъекта часто служит основанием лишь для классификации (определение вида минерала, вида волокна, вида полимерного материала и т.д.) и группового отождествления.

Вместе с тем микроструктура может содержать и достаточный для индивидуальной идентификации набор свойств. Таковы, например, морфологические и субстанциональные свойства генома человека, уже используемые для установления спорного отцовства и индивидуальной идентификации личности.

Конкретная методика индивидуализации, т.е. набор качественных и количественных методов и алгоритм их реализации в доказывании, обусловлен наличной следственно-экспертной ситуацией, имеющейся системой фактических данных об искомом объекте, ограничивающей круг проверяемых объектов.

В связи с этим следует различать две типовые идентификационные ситуации, обусловливающие две соответствующие им методики индивидуализации и доказывания тождества.

Первая, наиболее часто встречающаяся ситуация доказывания, определяется неопределенно широким кругом проверяемых объектов и его качественным определением. Сюда относятся все те случаи, когда индивидуализация искомого объекта начинается с распознавания его природы (яд, кровь, огнестрельное оружие) и классификации (мышьяк, группа АВ, тип М, револьвер системы Смит-Вессон и т.д.).

В этих случаях выделение единичного объекта из их исходной (генеральной) совокупности осуществляется путем накопления идентификационных свойств идентифицируемого объекта. При этом мощность совокупности идентификационных свойств должна быть тем больше, чем больше объем исходной совокупности объектов. Иными словами, чем больше множеств объектов, в котором должен быть выделен идентифицируемый объект, тем больше должно быть обнаружено идентификационных свойств для его выделения, индивидуализации.

Выделение единичного в рассматриваемой ситуации представляет наибольшие методические трудности, что, с одной стороны, требует накопления большего объема идентификационной информации, а с другой — специальных экспертных знаний, необходимых для оценки неповторимости комплекса выявленных идентификационных свойств.

Вторая, относительно реже встречающаяся ситуация доказывания, характеризуется наличием количественно определенной совокупности проверяемых объектов. В этой ситуации круг проверяемых объектов численно строго определен обстоятельствами уголовного дела (число охотников в ситуации несчастного случая на охоте, число автомобилей в закрытой зоне и т.п.). Такая ситуация складывается в условиях активного использования оперативно-следственных методов доказывания, в частности метода ограничения. Специфика доказывания в этой ситуации заключается в том, что искомый объект может быть установлен методом исключения, который в принципе доступен для любого субъекта доказывания. Однако при этом должны соблюдаться следующие правила доказывания: а) должен быть достоверно установлен (доказан) численно определенный круг проверяемых объектов; б) для исключения должны быть использованы безусловно исключающие идентификационные свойства, к числу которых относятся различия родовидовых свойств и устойчивые индивидуальные различия.

Первое из этих правил реализуется в процессе оперативной и следственной работы, второе — требует привлечения специальных познаний. Поэтому правильное использование предлагаемой методики требует "стыковки", корректного взаимодействия методов расследования и экспертных методов.

В целом рассматриваемая методика доказывания представляет структуру оптимального взаимодействия следственных и экспертных методов в доказывании тождества.

Более подробно специальные методы индивидуализации объектов идентификации: классификационные, генетические, системные, ограничения, исключения и другие рассматриваются в работе Колдина В. Я. "Судебная идентификация" (М., 2002. С. 257—332).

Принцип объективности и классификация объектов на искомые и проверяемые

Принцип объективности в идентификации является технологической реализацией процессуальных принципов истинности, состязательности, обоснованности и разграничения компетенции участников экспертной деятельности.

Вместе с тем он приобретает особое значение и специфику в сложных ситуациях идентификационных исследований однородных и сходных объектов, где риск их смешения многократно возрастает.

В условиях состязательного процесса принцип объективности должен рассматриваться как важнейшая процессуальная гарантия гармонизации не совпадающих, а зачастую противоположных их интересов и доказательственных систем.

В процессе идентификационного исследования этот принцип реализуется посредством деления информационных моделей искомого и проверяемого объектов на искомые и проверяемые.

Важно отметить, что поскольку объект может быть тождественен только самому себе, а в процессе исследования присутствуют лишь различные материальные носители информации об этом объекте, отобразившие его свойства в разное время, логическое отождествление возможно только относительно его информационных моделей как виртуальных объектов.

Классификация объектов на проверяемые и искомые явилась непосредственным результатом разработки роли идентификации в решении доказательственных задач, ее значения в установлении обстоятельств уголовного дела[6] .

В отличие от классификации объектов на идентифицируемые и идентифицирующие, предназначенной для анализа элементарного отражательного акта и разрешения вопроса о тождестве, классификация объектов на проверяемые и искомые предназначена для анализа процесса доказывания, преследующего цель установления единичного искомого объекта.

Признаками искомого объекта являются:

  • • его единичность, материальность, устойчивая пространственная граница;
  • • его связь с расследуемым событием, информация о которой может быть получена путем изучения любых связанных с искомым объектом источников;
  • • возможность его установления путем отождествления, обусловленная наличием отображения одного объекта в другом.

Признаками проверяемого объекта являются:

  • • наличие предположения следователя (эксперта) о том, что обнаруженный им единичный объект является искомым;
  • • точно установленное происхождение объекта, его связь с конкретным, установленным физическим лицом или обстановкой расследуемого события.

Делению объектов на идентифицируемые и идентифицирующие соответствуют раздельно существующие физические объекты, так как отображение всегда существует раздельно от отображаемого. В отличие от этого деление объектов на искомые и проверяемые является логическим.

Деление объектов на искомые и проверяемые моделирует отношение тождества. При положительном исходе идентификации проверяемый и искомый объекты оказываются различными состояниями одного и того же объекта. Только при отрицательном исходе искомому и проверяемому объекту будут реально соответствовать различные физические тела.

Таким образом, делению объектов на искомые и проверяемые соответствует информационно-логическое (мысленное) моделирование объектов, определенным образом связанных с расследуемым событием.

Классификация объектов на искомый и проверяемые позволяет представить процесс установления искомого объекта в виде последовательного процесса построения и проверки версий, перехода от предположений к установлению фактов, т.е. описать его как процесс доказывания, имеющий определенное логическое и фактическое содержание. В то же время создаются условия для системного анализа этого процесса, выделения в нем существенных элементов и прослеживания связи между ними, т.е. рассмотрения соответствующей частной методики доказывания.

Проследим основные этапы процесса установления искомого объекта и функцию проверяемых объектов:

  • 1) обнаружение источников информации об искомом объекте;
  • 2) определение исходной совокупности проверяемых объектов;
  • 3) определение круга проверяемых объектов, подлежащих сравнительному исследованию;
  • 4) идентификация (сравнительное исследование с целью разрешения вопроса о тождестве);
  • 5) формирование частной системы фактических данных об искомом объекте[7].

Уже при первоначальном ознакомлении с процессом доказывания с целью установления искомого объекта выясняется, что его вообще нельзя описать, не прибегая к мысленному моделированию искомого объекта, иначе говоря, не пользуясь понятием проверяемого объекта. Сам процесс доказывания в общем виде, как это показано выше, представляет процесс последовательного сужения исходной совокупности проверяемых объектов, завершающийся выделением единичного искомого объекта.

Эффективность данного процесса обусловливается правильностью определения исходной совокупности проверяемых объектов (включен ли в нее искомый объект) и тех методов, которые используются для сужения исходной совокупности, "отсева", исключения подавляющего большинства проверяемых объектов, доведения их до минимума, поддающегося последовательной проверке посредством идентификации. Однако и в тех сравнительно редких случаях, когда в числе проверяемых объектов по обстоятельствам дела фигурирует один проверяемый объект (например, имеется один подозреваемый по делу), функциональная нагрузка понятия проверяемого объекта не исчезает. Она остается в области сравнительного идентификационного исследования.

Разграничение информации об искомом и проверяемом объектах в процессе криминалистической идентификации представляет важнейший принцип этого исследования, обеспечивающий его объективность и гарантирующий от ошибочных выводов.

Разграничение искомого и проверяемого объектов в процессе криминалистической идентификации можно рассматривать как аксиому, которая имеет три следствия.

1. Информация об искомом и проверяемом объектах должна быть получена из различных источников: об искомом объекте — из вещественного доказательства, о проверяемом объекте — из образцов. Наиболее четким критерием разграничения процессуальной природы и методики использования вещественных доказательств и образцов является, как это правильно указывалось в литературе, их происхождение соответственно от искомого и проверяемого объектов.

В процессе сравнительного научно-технического исследования разделение искомого и проверяемого объектов обусловливает требование раздельного анализа сравниваемых объектов. Раздельный анализ означает, что сведения о свойствах сравниваемых объектов должны быть получены из самостоятельных источников и в процессе исследования должны четко отграничиваться. При этом особенно важно отграничивать внешне сходные отображения этих объектов. Разграничение отображений искомого и проверяемого объектов является принципиальной основой сравнительного исследования путем их сопоставления, совмещения и наложения.

Нельзя не видеть также различия в происхождении, способах получения и процессуальном порядке использования отображений искомого и проверяемого объектов, являющихся особыми разновидностями вещественных доказательств. Отображения искомого объекта как следы расследуемого события возникают "стихийно". Задача следователя и суда — фиксация в следственных протоколах данных, указывающих на связь отображений с событием преступления. Отображения проверяемых объектов (образцы) следователь получает в результате целенаправленной деятельности в соответствии с процессуальной регламентацией (ст. 202 УПК РФ). Доказательственное значение образцов определяется их происхождением от конкретного лица или предмета, что фиксируется в специальном протоколе.

Техника изъятия следов искомого объекта и образцов также различна. Например, изъятие следов пальцев с места происшествия отличается от дактилоскопирования задержанного; изъятие дроби из трупа отличается от изъятия образцов дроби у обвиняемого и т.д. Для выбора методики изъятия и правильного процессуального порядка приобщения к делу доказательств следователь и суд должны иметь четкий критерий разграничения отображений искомого и проверяемого объектов. Таким критерием является принадлежность изымаемых следов (отображений) установленному (проверяемому) или неустановленному (искомому) объекту. Если отображение относится к установленному (проверяемому) объекту, то оно является образцом. Если же отображение относится к неустановленному (искомому) объекту, то оно является обычным вещественным доказательством.

В литературе нет единообразия во взглядах на процессуальную природу следов, а также частей объектов, изымаемых с места преступления и у подозреваемого. Указывая на это обстоятельство, 3. М. Соколовский правильно отмечает, что "единственным и достаточным критерием" для разграничения вещественных доказательств и образцов является их происхождение от искомого или проверяемого объекта.

Следует подчеркнуть, что не всякие сравнительные материалы являются образцами в процессуальном смысле. Так, пули, гильзы, отпечатки пальцев и иные следы, полученные от конкретных известных следствию лиц или предметов, являются образцами. Однако те же объекты, если их происхождение от конкретного лица или предмета не установлено, например, они получены для сравнения из соответствующей коллекции следов, изъятых с различных мест преступлений, образцами в смысле ст. 202 УПК РФ не являются.

Не являются, по нашему мнению, процессуальными образцами так называемые научные образцы — эталоны различных классификационных групп: видов, сортов, моделей, марок, сплавов и т.п. Научный образец (эталон) является выражением свойств соответствующей классификационной группы, ее "овеществленным понятием", которым, наряду с другими понятиями, пользуется эксперт для разрешения поставленных перед ним задач. Эталон — не образец конкретного, индивидуально-определенного лица или предмета, он также не указывает на соответствующие индивидуальные связи.

Определение понятия образцов для сравнительного исследования, их отграничение от других вещественных доказательств и иных сравнительных материалов должно исходить из рассмотренного деления объектов идентификации на искомые и проверяемые.

Подводя итоги изложенному, можно утверждать, что понятия искомого и проверяемого объектов, отражающие сущность отношения тождества, являются важными инструментами логического, процессуального и криминалистического анализа процесса доказывания с использованием идентификации. Наглядно это обнаруживается при изучении места идентификации в структуре уголовно-процессуального доказывания.

  • 2. Принцип разграничения искомого и проверяемого объектов действует до того момента, когда их тождество будет полностью доказано. Это означает, что искомый объект нельзя считать установленным, если вопрос о тождестве решается предположительно или установлено групповое тождество сравниваемых объектов.
  • 3. При отрицательном разрешении вопроса о тождестве, когда искомый объект не устанавливается, исследователь, как правильно отмечал М. Я. Сегай[8], не может ограничиться отрицательным выводом. Эксперт должен выявить и сообщить следователю информацию об искомом объекте, которая получена при изучении отображения и может быть использована для его розыска. Отрицательное решение вопроса о тождестве влечет построение версий и розыск новых проверяемых объектов и соответствующее число новых актов идентификации.

Понятия искомого и проверяемого объектов могут быть успешно использованы для выяснения специфики дифференциации. Под дифференциацией понимается разграничение однородных объектов, само по себе имеющее доказательственное значение. Так, разграничение красителей при установлении приписки, бумаги при установлении вклейки или монтажа документов имеет самостоятельное доказательственное значение. Такие исследования не связаны с установлением искомого объекта. Отсутствие искомого объекта снимает задачу выявления информации о нем в сравниваемых следах, т.е. исследование исчерпывается констатацией различия. В тех же случаях, когда эксперт формулирует отрицательный вывод о тождестве на основе идентификационного исследования, т.е. при сравнении отображений искомого и проверяемого объектов, эта задача, как показано выше, остается. Это и указывает на существенное отличие дифференцирования от идентификационных исследований.

Принципиальное значение имеет, на наш взгляд, то положение, что любая форма положительного разрешения вопроса о тождестве не равнозначна достоверному установлению искомого объекта в доказывании. Если вопрос о тождестве решен предположительно в отношении конкретного проверяемого объекта или установлено групповое тождество сравниваемых объектов, идентификационной информации недостаточно, и она должна быть восполнена исследованием других источников доказательств. Если же вопрос о тождестве решен экспертом категорически, следователь должен проверить правильность вывода эксперта. Это можно сделать путем сопоставления вывода эксперта с информацией об искомом объекте, полученной из других источников доказательств. Таким образом, достоверное установление искомого объекта, как и любого другого доказательственного факта, требует во всех случаях формирования частной системы доказательств об искомом объекте и возможности проверки ее достоверности в каждом источнике.

Теоретическое значение классификации объектов на проверяемые и искомые состоит в том, что она обеспечивает методологически правильный путь перехода от вероятного знания к достоверному, обязывая строго разграничивать в доказывании предположения и факты.

Классификация объектов на искомые и проверяемые позволяет выяснить логическое содержание процесса доказывания, объяснить, как отождествление, установление того же самого позволяет получить новое знание. Отношение тождества, как это известно из логики[9], актуально тогда, когда отождествляемые объекты могут мыслиться как отдельные объекты, имеющие самостоятельные свойства (определения). Именно такая ситуация имеет место в расследовании. Искомый объект характеризуется связью с расследуемым событием, устанавливаемой посредством изучения материальной обстановки преступления. Проверяемый объект характеризуется установленным происхождением, связью с конкретным лицом, предметом, обстановкой, отношение которых к реализуемому событию должно быть установлено.

Отождествление делает логически правомерным перенос признаков искомого объекта на проверяемый, в результате чего выявляется связь последнего с событием преступления. Так происходит не только количественное накопление знания о проверяемом объекте, но и переход его в новое процессуальное качество (например, связано с переходом подозреваемого в обвиняемого). При расследовании такого рода выводы связаны с установлением лиц, участвовавших в преступлении, орудий преступления, предметов посягательства и других существенных обстоятельств дела.

Таким образом, классификация объектов на проверяемые и искомый весьма эффективно обслуживает логический, процессуальный, криминалистический и другие аспекты анализа процесса доказывания с целью установления искомого объекта.

Принцип отражения и моделирования объектов. Важнейшей особенностью идентификации как судебного исследования является опосредованное изучение свойств объектов и их отображения в материальной обстановке преступления. Гносеологическая особенность такого исследования состоит в том, что свойства искомого объекта могут быть изучены только по его отображению, в котором свойства объекта преобразованы под воздействием механизма следообразования и механизма расследуемого события. Это обстоятельство требует строгого разграничения в процессе анализа отображенных в источнике признаков и отображаемых в нем собственных свойств объекта.

Выполнение этого требования осуществляется в процессе идентификации посредством моделирования исследуемых объектов по их отображениям и разграничения идентифицируемых и идентифицирующих объектов.

Объекты идентифицируемые и идентифицирующие

Основным инструментом теории, обеспечивающим разрешение вопроса о тождестве в процессе криминалистической идентификации, является деление объектов идентификации на идентифицируемые и идентифицирующие. Основоположник теории криминалистической идентификации С. М. Потапов считал такое деление объектов исходным принципом криминалистической идентификации: "Строгое разделение объектов идентифицируемых и идентифицирующих представляет первый основной принцип идентификации"[10]. Однако данное им (Потаповым С. М.) определение не учитывало принципиального различия идентификации и доказывания, и потому не было воспринято в теории. Существенное различие указанных двух видов объектов, участвующих в процессе идентификации, он видел в том, что "по отношению к одним объектам непосредственно ставится и подлежит разрешению основной вопрос о тождестве или отсутствии тождества, тогда как другие объекты служат только материалом для разрешения этого вопроса. Следовательно, одни объекты являются идентифицируемыми, отождествляемыми, другие — идентифицирующими, отождествляющими"[11].

Недостаточная четкость приведенных определений выразилась в том, что понятия идентифицируемых и идентифицирующих объектов были неосновательно сопоставлены с понятиями цели и средств идентификации. "Идентифицируемым, — указывает Н. В. Терзиев, — является объект, отождествление которого составляет задачу данной идентификации, идентифицирующим — объект, служащий средством для отождествления" (курсив наш. — В. К.)[12]

Однако, как было показано в ходе дальнейшей разработки вопроса, сам идентифицируемый объект может служить средством разрешения вопроса о тождестве. Так, ботинок, сравниваемый со следом, подлежит отождествлению, т.е. является отождествляемым объектом. Одновременно он используется для сравнения, т.е. является средством отождествления, отождествляющим объектом. Эти соображения показали необходимость совершенствования основания и назначения рассматриваемой классификации.

В качестве такого основания было предложено направление объективного отражения признаков: от объекта идентифицируемого к объекту идентифицирующему[13]. Основное назначение этой классификации состоит в анализе элементарного отражательного акта и роли участвующих в идентификации объектов как источников и носителей идентификационной информации. В соответствии с этим под идентифицируемыми понимаются объекты, отображающие свои свойства в других объектах (лица, животные, предметы, вещества). Они являются источниками идентификационной информации — идентификационных признаков. К числу идентифицирующих относятся объекты, отображающие свойства других объектов: материальные следы в широком смысле (в том числе рукописи, фотоснимки, частички материалов и веществ), а также психические отображения в сознании людей. Это — носители информации о других объектах.

Любой объект в зависимости от направления отражения признаков может быть и отображаемым и отображающим. Топор, используемый преступником для взлома, отображает признаки своих частей на преграде. В то же время он воспринимает следы рук преступника, частички преграды, краски и т.п. Однако в зависимости от того, какое направление отражения проявилось в обнаруженных следах, в конкретном акте идентификации используется тот или иной комплекс признаков и объект выступает или в качестве отображаемого, или в качестве отображающего.

Классификация объектов на идентифицируемые и идентифицирующие позволяет в сложном взаимодействии вещей, образующем механизм расследуемого события, выделить элементарный отражательный акт, "анатомировать" его, разграничить "источник" и "адресат" отражения, определить направление воздействия, характер и круг отображаемых признаков, составляющих идентификационную информацию. Все это образует предпосылки методически правильно организованного идентификационного исследования.

Особенно показательна роль рассматриваемой классификации при анализе "многослойных" и разнонаправленных отражательных актов.

След может содержать информацию не об одном, а о нескольких идентифицируемых объектах. Так, дорожка следов на месте преступления отображает признаки обуви преступника, его походки, содержит молекулы его запаха. Выделение соответствующих пар идентифицируемых-идентифицирующих объектов позволит выделить трасологическое, функционально-динамическое и одорологическое идентификационные поля и определить соответствующие методики их исследования.

Не менее важно использовать значение рассматриваемой классификации при анализе отображений, когда не только воздействующий объект вызывает след, но и материальная среда, взаимодействуя с объектом, отображается в нем. Так, на теле, одежде и орудиях преступника закрепляются частички поврежденных преград, краски, растительных и животных волокон с места преступления. Обувь преступника не только сама оставляет след, но и воспринимает частички почвы, растений, строительного мусора и других предметов, находящихся на месте преступления. Соответственно по следам на обуви может быть поставлена задача идентификации отдельных видов растений, локального участка местности, отдельных помещений.

Таким образом, методологическое значение рассматриваемой классификации состоит в выделении односторонне направленного отражательного акта, участвующей в нем пары материальных объектов и характера действующего идентификационного поля.

Понятие идентификационного поля[14] как совокупности идентификационных признаков[15], получивших отражение в конкретных условиях следообразования, существенно дополняет научный аппарат анализа процесса отражения идентификационной информации. Если понятия идентифицируемого и идентифицирующего объектов характеризуют источник и носителя идентификационной информации, то понятие идентификационного поля — природу и конкретный состав сигналов идентификационной информации в отображении (рис. 2.1).

Идентифицируемый и идентифицирующий объекты

Рис. 2.1. Идентифицируемый и идентифицирующий объекты

Важно подчеркнуть, что без учета характера идентификационного поля вообще невозможно выделить подлежащие исследованию пары объектов идентификации и определить направление исследования.

Указанный принцип определения идентифицируемых и идентифицирующих объектов дает возможность конкретизировать объекты и задачи исследования при анализе сложных идентифицируемых объектов, сложных систем взаимодействия и "многослойных" носителей информации.

Рассмотрим наиболее важные типовые экспертные ситуации.

1. Множественность идентифицируемых объектов. В случаях идентификации машин и иных агрегатов сложного строения идентифицирующий объект часто представляет собой не единое отображение, а совокупность отдельных отображений. Так, в машинописном тексте отображается внешнее строение отдельных литер; в следах на гильзе — различные, соприкасающиеся с гильзой части оружия и т.п.

Части сложного объекта, если они содержат достаточную для идентификации информацию, могут быть самостоятельными идентифицируемыми объектами. Практике известны многочисленные примеры идентификации по следам отдельных частей автомашин и мотоциклов (радиатора, щитков, буферов, кузова, стеклоочистителей и др.), по следам отдельных частей огнестрельного оружия (бойка, выбрасывателя, отражателя, затвора) и т.д.

Идентификацию части в указанных случаях необходимо отличать от идентификации целого. В процессе доказывания иногда допускают упрощенчество, отождествляя идентифицированную часть с подлежащим идентификации целым, например, протектор автомашины и саму автомашину, боек пистолета и сам пистолет и т.п.

Между тем основанием для такого отождествления может быть лишь изучение соотношения части и целого.

Характер связи целого и части бывает различным. Она может быть тесной органической и внешней механической. В первом случае возможность замены или перестановки частей (например, трансплантация папиллярных узоров) довольно легко исключается при доказывании. Во втором случае она требует специального исследования. Например, если пистолет идентифицирован по бойку ударника, то должно быть установлено, что боек пистолета за данный определенный период времени не менялся и т.д. В практике расследования известны случаи, когда подвергнутые идентификации части огнестрельного оружия, автомашин, мотоциклов и других объектов были заменены в ходе их обычной разборки и ремонта или умышленно переставлены преступниками. В связи с этим единство установленной части объекта и целого подлежит доказыванию при расследовании.

В качестве идентифицируемых объектов могут выступать отдельные совокупности свойств целостных идентифицируемых объектов. При идентификации человека в качестве таких совокупностей используются признаки почерка, голоса, походки, внешности, папиллярных узоров, зубного аппарата, анатомического строения кистей рук и подошв ног, белковые свойства крови, запахи и др.

В этих случаях информация, содержащаяся в различных совокупностях, может суммироваться, если она относится к одному идентифицируемому объекту. Это положение важно для теории и практики, так как расширяет возможности доказывания и повышает надежность выводов о тождестве в судебном процессе.

В связи с этим следует рассмотреть два случая:

  • 1) при идентификации исследуются однородные идентификационные поля, например, для идентификации личности используются особенности папиллярного узора в различных следах пальцев, или особенности почерка, отображенные в различных документах, или признаки внешности, отображенные в различных фотоснимках, и т.п.
  • 2) при идентификации используются разнородные идентификационные поля, например, для идентификации личности исполнителя анонимного документа используются признаки почерка и обнаруженные на документе отпечатки пальцев; для идентификации лица, совершившего кражу, используются следы зубов на продуктах, отпечатки ладоней, следы крови, части одежды преступника и другие отображения.

В первом случае выделение и сравнительное исследование идентификационных признаков суммируемых совокупностей не имеют существенных методических особенностей и могут быть проведены специалистом определенного профиля, например почерковедом, дактилоскопистом, баллистом, судебным медиком и т.д. Во втором случае исследование носит комплексный характер и требует привлечения нескольких специалистов различного профиля либо одного специалиста, но широкого профиля. Вместе с тем в обоих случаях правомерность суммирования информации требует обоснования. Таким обоснованием является доказывание относимости суммируемых совокупностей к одному и тому же идентифицируемому объекту. Особенно актуально оно тогда, когда идентифицирующие объекты имеют относительно самостоятельный механизм образования и могут относиться к различным идентифицируемым объектам. Возникающие вопросы могут найти разрешение при экспертизе, некоторые из них возможно разрешить следственным путем, например в ходе осмотра.

Но доказывание относимости суммируемых совокупностей признаков к одному и тому же объекту остается необходимой предпосылкой идентификационного исследования.

  • 2. Множественность идентифицирующих объектов. Любой носитель информации может содержать не одно, а несколько идентификационных полей, которым соответствуют самостоятельные идентифицируемые объекты. Так, при исследовании машинописного текста в качестве идентифицируемого может выступать:
    • — пишущая машина, на которой напечатан текст, по особенностям шрифта, отображенным в тексте (дефектам шрифта, рычагов, лентопротяжного механизма и т.д.);
    • — лицо, напечатавшее текст (дактилограф), по особенностям техники машинописи (размещения текста, акцентуации, переносов, перебивок и т.д.);
    • — автор текста по особенностям письменной речи (грамматики, лексики, стиля и др.).

Поэтому любой след искомого объекта, обнаруженный в обстановке расследуемого события, должен быть с участием специалиста подвергнут анализу с целью выделения соответствующих идентификационных полей, объектов и проведения необходимых экспертиз.

Таким образом, при определении конкретной задачи идентификации исходят из характера действующего идентификационного поля, обусловливающего конкретные пары объектов и соответствующее им направление исследования. При наличии одного и того же источника информации могут быть выделены различные идентифицируемые и идентифицирующие объекты и в зависимости от характера используемого идентификационного поля проведены различные идентификационные исследования.

Вопреки распространенному представлению о возможностях судебной идентификации следует подчеркнуть, что наличие устойчивой пространственной границы не является обязательным качеством идентифицируемого объекта. Он может представлять систему функционально-динамических или субстанциональных свойств, имеющих качественную, а не пространственную границу: почерк, производственный навык, специфичные по составу объемы красителей, нефтепродуктов, сыпучих веществ и т.п. Качественное понимание идентифицируемого объекта имеет принципиальное значение для теории и практики криминалистической идентификации, поскольку оно существенно расширяет возможности идентификационных исследований, круг его объектов и задач.

В связи с этим оно требует более подробного рассмотрения.

Принцип компетентности и взаимодействия субъектов идентификации

Идентификация как разрешение вопроса о тождестве не является самоцелью в системе процессуальной деятельности и осуществляется в структуре оперативно-разыскной, следственной и судебной деятельности, участники которой используют ее результаты для решения своих профессиональных задач: проверки версий, розыска, доказывания. Важнейшая проблема структуризации и алгоритмизации многосубъектной деятельности, каковой является деятельность идентификационно-поисковая, — это проблема разграничения компетенции и взаимодействия.

Методические и технологические аспекты решения этих задач рассматриваются нами в следующем параграфе.

  • [1] Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. 2-е изд. Т. 20. С. 535.
  • [2] См.: Цунин-Нарковский И. В., Смирнов И. В. Теория вероятностей и математическая статистика в технике. М., 1955. С. 104.
  • [3] См.: Колдин В. Я. Некоторые вопросы индивидуализации идентифицируемых объектов в процессе судебной экспертизы // Проблемы судебной экспертизы. Вып. 1. М., 1961. С. 9.
  • [4] См.: Грановский Г. Л. Основы трасологии. М., 1974. С. 49.
  • [5] Шевченко Б. И. Свойства поверхностей трасологических объектов : [рукописный фонд кафедры криминалистики МГУ]. М., 1965. С. 46.
  • [6] См.: Колдин В. Я. Идентификация при производстве криминалистических экспертиз. М., 1957 ; Его же. Идентификация и ее роль в установлении истины по уголовным делам. М., 1969.
  • [7] Колдин В. Я. Идентификация и ее роль в установлении истины по уголовным делам. М., 1969. С. 30—39.
  • [8] См.: Сегай М. Я. О формировании выводов эксперта при разрешении вопроса о тождестве // Сборник научных работ. Вып. 1. Вильнюс, 1963. С. 127—129.
  • [9] См.: Избранные труды русских логиков XIX века. М., 1956.
  • [10] Потапов С. М. Введение в криминалистику. М., 1946. С. 19.
  • [11] Потапов С. М. Принципы криминалистической идентификации // Советское государство и право. 1940. №1. С. 71 .
  • [12] Терзиев Н. В. Идентификация и определение родовой (групповой) принадлежности. М., 1961. С. 39—40.
  • [13] См.: Колдин В. Я. Идентификация при производстве криминалистических экспертиз. М., 1957. С. 10.
  • [14] См.: Комаринец Б. М. Криминалистическая идентификация огнестрельного оружия по стреляным гильзам : дис.... канд. юрид. наук. М., 1945. С. 38.
  • [15] См.: Колдин В. Я. Учение об информационных полях как методология криминалистического анализа // Вестник Московского университета : Серия 11: Право. 2011. № 1. С. 39—53.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >