Судебно-психиатрическая экспертиза по определению психических расстройств, нарушающих способность потерпевшего давать показания

Составная часть УПД — способность к даче показаний, которая является правом и обязанностью потерпевшего (п. 2 ч. 2 ст. 42, ст. 78 УПК) и свидетеля (ст. 56, 79 УПК).

Нормы права, устанавливающей требования к возможности свидетелей и потерпевших давать показания, не существует. Лишь в п. 4 ст. 196 УПК сказано, что назначение и производство СПЭ обязательно, если необходимо установить "психическое" физическое состояние потерпевшего, когда возникает сомнение в его способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания".

В отношении свидетелей такая норма не оговорена, поскольку они дают показания только с их согласия или согласия их законного представителя (ч. 4 ст. 195 УПК).

При установлении способности потерпевших и свидетелей давать показания предметом СПЭ является определение психических расстройств (медицинский критерий), которые препятствуют возможности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать о них показания (юридический критерий).

Из содержания п. 4 ст. 196 УПК видно, что первое условие неспособности давать показания — это "психическое состояние" (медицинский критерий), представляющее более широкую категорию, нежели "психическое расстройство", которое является лишь его возможной составляющей. Помимо психического расстройства, психическое состояние может также включать или состоять из уровня психического развития, индивидуально-психологических особенностей, эмоционального состояния. В связи с этим исполнение экспертного задания должно основываться па комплексном исследовании психических функций во всем их возможном многообразии. Однако установления особенностей психического состояния явно недостаточно для решения вопроса о возможности потерпевшего давать показания. Ответ может быть получен после комплексного исследования юридически значимой и связанной с психическим состоянием "способности правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания".

В формулировке юридического критерия содержатся два компонента, отражающие его структурную характеристику: 1) интеллектуальный — невозможность правильного, осмысленного восприятия (понимания) значимых для дела обстоятельств; 2) волевой — неспособность давать о воспринятом показания. Наличие любого из этих компонентов будет достаточным для вывода о невозможности потерпевшего давать показания но делу, тогда как для противоположного заключения необходимо констатировать отсутствие их совокупности.

Даже психически здоровый человек не в состоянии воспринимать полностью всю информацию, поступающую извне. В результате в восприятии событий образуются пробелы, которые люди склонны устранять посредством логических суждений па основе либо собственного опыта, либо имеющихся стереотипов. Способность правильно воспроизводить события, полнота и точность отражения фактов действительности зависят также от глубины их осмысления при восприятии и понимания их сущности: человек достаточно точно может воспроизвести из воспринятого лишь то, что он сумел осмыслить, знакомый осмысленный материал вспоминается намного легче.

Но сохранность способности правильно воспринимать обстоятельства правонарушения еще не означает наличия способности давать показания. Па способность воспроизводить события оказывают влияние сформированность механизмов запоминания, удержания и воспроизведения информации, особенности, связанные с ее переработкой и хранением, уровень развития речи, мышления и другие индивидуально-психологические качества подэкспертного.

Если восприятие происходит однократно, то воспроизведение почти всегда многократно повторяется. Поэтому возможность реализации способности давать показания оценивается относительно не одного момента, а на протяжении всей судебно-следственной ситуации, т.е. проводится ретроспективная, презентальная и прогностическая оценка способности воспроизводить воспринятые события.

Поскольку воспроизведение нередко определяется не собственным целеполаганием, а целью, поставленной извне, которая может расходиться с мотивацией самого подэкспертного, юридический критерий способности давать показания состоит из выражения "давать показания" (п. 4 ст. 196 УПК), а не "давать правильные показания".

Правильность показаний имеет отношение не к юридически значимой способности, а к их достоверности, которая может быть намеренно или осознанно искажена или даже изменена.

Человек, способный давать правильные показания, может намеренно сообщать сведения, не соответствующие действительности. Причиной этого могут быть обстоятельства, выходящие за рамки специальных познаний эксперта-психиатра и эксперта-психолога, — заведомая ложь, добросовестное заблуждение и т.д. Поэтому достоверность, соответствие действительности показаний устанавливают судебно-следственные органы[1].

Поскольку вопрос о способности потерпевшего давать показания может возникнуть применительно к любому из юридически значимых отрезков времени вплоть до ситуации судебного разбирательства, закономерными будут заключения о возможности дачи показаний в прошлом, до периода СПЭ (ретроспективная оценка), в настоящее время (презентальная оценка) и в будущем, например в период предстоящего судебного разбирательства (прогностическая оценка). С учетом возможности динамических изменений в психическом состоянии потерпевшего на протяжении разных юридически значимых ситуаций заключение о его возможности давать показания о событиях, очевидцем которых он был в разные периоды времени, может быть различным.

  • [1] Морозова М. В. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза способности давать показания // Медицинская и судебная психология : курс лекций / под ред. Т. Б. Дмитриевой, Ф. С. Сафуанова. М., 2005. С. 506-527.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >