Революционные события в Нидерландах 1566–1579 гг

В начале 1560-х гг. усилилось брожение среди городского плебса и крестьянства. В городах, деревнях и местечках Фландрии, Брабанта, Голландии, Фрисландии и других провинций стала нарастать популярность идей кальвинизма и анабаптизма.

Именно дворяне, руководимые представителями высшей родовой знати, проложили путь революции, названной потом буржуазной. 5 апреля 1566 г. депутация "Компромисса дворян" (устоявшийся перевод с фр. Compromis des Nobles), как называлось их движение (один из вельмож назвал депутацию гёзами (голл. geuzen, нищие), так как кое-кто из них облачился в бедные одежды (в дальнейшем имя "гёзы" стало самоназванием всей антииспанской оппозиции), вручила петицию наместнице испанского короля Маргарите Пармской.

Хотя нобилитет и апеллировал к своим средневековым вольностям, подоплёка их требований была сугубо экономической. Требуя церковной реформы, дворяне подспудно полагали наживиться за счет земель и богатств, которые они полагали конфисковать у католической церкви.

Консистории, возглавляемые буржуазией, потребовали от дворян "не останавливаться на пороге, но двинуться вперед"[1]. Летом 1566 г. лига дворян заключила с консисториями союз. Подталкивая к насилию, консистории настаивали, что при отказе правительства удовлетворить их требования надо будет "избивать священников, громить церкви и разрушать изображения святых"[2].

Угрозы были небеспочвенны, и в том же году было спровоцировано иконоборческое восстание, охватившее 12 провинций из 17.

В ходе иконоборческого восстания 1566 г. было разгромлено 5500 католических церквей и монастырей (в том числе во Фландрии 400). В пересчете на население и размеры страны, за несколько недель в Нидерландах было разгромлено на порядок больше церквей, чем за 1917–1941 гг. в Советской России.

Только в городе Тури на разгром церквей собралось 800 крестьян из окрестных деревень. К организации погромов были причастны многие богатые купцы. Пролилась кровь священников и верующих.

Масштабы потерь культурно-исторических ценностей за время иконоборческого восстания вообще не поддаются оценке.

Все документы, подтверждавшие имущественные права и привилегии католических церквей и монастырей в восставших провинциях, были сожжены. Маргарита Пармская справедливо оценила это не только как "ниспровержение религии, но и как уничтожение судопроизводства и всего политического порядка"[3].

Достижение политического компромисса с Испанией и роспуск дворянской лиги создали теоретическую предпосылку водворения порядка и законности в Нидерландах.

Но глава дворянской оппозиции принц Вильгельм I Оранский (Вильгельм I, принц Оранский, князь Нассауский; чтобы отличить от других Вильгельмов Оранских (среди которых Вильгельм III, принц Оранский, ставший в 1689 г. королем Англии и Шотландии), первого штатгальтера часто именуют по прозвищу Вильгельм Молчаливый) и его активные сподвижники эмигрировали. Это повысило угрозу возобновления смут, подстрекаемых извне, и Мадрид направил в Нидерланды карательную экспедицию против "бунтовщиков".

Армия во главе с герцогом Альбой вступила в Брюссель 22 августа 1567 г. Был создан "Совет по делам о мятежах". По результатам его расследований за два года (1567–1569 гг.) было казнено свыше 8 тыс. человек, и еще многие тысячи подверглись другим видам наказаний. Репрессии сопровождались конфискациями в пользу испанской казны. Не все приговоры мятежникам были безосновательны.

В 1567–1568 гг. северные провинции были охвачены сильным крестьянским восстанием.

С целью ослабления Испании в испано-нидерландский конфликт вмешались Англия и Франция. Они предоставили свои порты "морским гёзам" – рыбакам и матросам Голландии, Фрисландии и Зеландии, занявшимся пиратским промыслом.

В Ла-Рошели, оплоте гугенотов Франции, базировались 18 кораблей, а к концу 1569 г. их стало 84. Каперские свидетельства, предоставлявшие им право вести войну против испанцев и захватывать их суда, с 1569 г. стал выдавать лично Вильгельм I Оранский.

Однажды "морские гёзы" захватили целую флотилию испанцев (46 кораблей) с золотом и товарами. В сражении на Зюдерзее (1573 г.) они разбили армаду из 30 кораблей. Гёзы также совершили опустошительный налет на город Монникендам.

Отсрочив до 1571 г. переход на алькабалу, Альба предоставил стране время и возможность подготовиться к продолжению мирного труда в обновленной экономической среде.

Однако нидерландская эмиграция в 1568–1569 гг. лишь активизировала силовые акции, стремясь вернуть утраченную власть. Все они потерпели крах: наемники, которых Вильгельм несколько раз посылал в походы на Нидерланды, терпели одно поражение за другим.

В 1572 г. по требованию Испании королева Елизавета, наконец, запретила "морским гёзам" базироваться в английских портах. Однако вместо Ла-Рошели, где под прикрытием гугенотов базировалась другая эскадра инсургентов, гёзы взяли курс на устье одного из рукавов р. Рейн и овладели портом Бриль. Через несколько недель весь север Нидерландов был объят восстанием, которым руководили кальвинисты.

Экономика провинций, охваченных восстаниями, стала приходить в упадок. Косвенное влияние это оказывало и на остальную часть страны. В декабре 1573 г. Мадрид решил отменить взимание алькабалы и отозвать герцога Альбу.

  • [1] Всемирная история. Энциклопедия. Т. 4. М.: Гос. изд-во полит. лит-ры, 1958. С. 285.
  • [2] Там же.
  • [3] Всемирная история. Энциклопедия. Т. 4. М.: Гос. изд.-во полит. лит-ры, 1958. С. 285.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >