Повести об основании монастырей

Эта разновидность повествовательной литературы становится чрезвычайно распространенной в XV в., поскольку основание монастырей - духовных оплотов народной жизни – прямо связано с возрождением Руси после освобождения от ордынского ига. Повести о создании монастырей обычно расположены в жанровом пограничье: в них, сталкиваясь, взаимодействует несколько жанровых традиций, прежде всего, жития, исторической повести, чуда и религиозной легенды. Отсюда проистекают свобода формы, богатство арсенала литературных приемов и средств в изображении человека, неожиданность сюжетных поворотов и композиционных решений, своеобразие стиля.

"Повесть о Петре, царевиче ордынском"

Начиная с XV в. в русской литературе складывается особый тип легенды – о благочестивом ордынце, основавшем после крещения церковь или монастырь. Это, например, сказания о ясащике Буге и об ордынском князе Чете, который, согласно преданию, являлся предком Бориса Годунова и основателем Ипатьевского монастыря под Костромой. В том же ряду находится и "Повесть о Петре, царевиче ордынском", посвященная истории создания Петровского монастыря в Ростове.

Главный герой произведения, племянник хана Берке, узнает от прибывшего в Орду ростовского епископа Кирилла о существовании единой для многих народов христианской веры, о русских святынях, житии и чудесах Леонтия Ростовского. Став свидетелем чудесного исцеления епископом ханского сына, царевич начинает искать уединения и, уходя далеко в степь, подолгу размышляет о том, почему не бывает чудес от небесных светил и огня, которым поклоняются кочевники. В поисках истинной веры он вместе с Кириллом отправляется на Русь. В Ростове язычник потрясен красотой собора Успения Богородицы, стоящего "акы невѣста украшена", и церковным пением, похожим на ангельское. "Ваша вѣра права и добра, вашь Богъ истинный", – признается он епископу, который крестит ордынца и нарекает его Петром.

Автор "Повести", внимательный к мотивам поступков, отмечает, что ростовский епископ крестил язычника нс сразу, а "повѣле ждати, бѣ бо размышляа о искании отрока". Принятие Кириллом окончательного решения ускорили смерть хана Берке и разгоревшаяся в Орде борьба за власть. Рассказывая о благочестивой жизни Петра, автор делает оговорку: герой не оставил "царской утехи" – привычки охотиться с ловчими птицами. Однажды, утомившись на охоте, он уснул на берегу Ростовского озера. В видении ему явились апостолы Петр и Павел и вручили два кошелька с серебром и золотом на строительство храма в их честь и покупку икон. Символика света (апостолы – "два мужа свѣтла, сущу акы солнце"; "свѣт сиающе от иконъ... выше церкви, паче огня") помогает древнерусскому писателю изобразить связь сакрального мира с земным, "освятить" задуманное ордынским царевичем и обеспечить ему поддержку со стороны горожан, духовной и светской власти.

После торжественной закладки часовни на том месте, где было видение, ростовский князь, садясь на коня, словно шутя, говорит: "Владыка тебѣ церковь устроит, а язъ мѣста не дамъ! Что сътвориши?" Расчетливый и циничный (по словам автора, князь говорит с Петром "играя" и "глумяся"), он требует за землю столько золотых и серебряных монет, чтобы ими можно было обозначить границы участка. И свершилось чудо – деньги, данные апостолами, не истощаются: так ордынскому царевичу удается выкупить у князя землю вместе с находящимся на ней озером, на берегу которого возводится церковь, положившая начало Петровскому монастырю.

Князь убеждает тоскующего по родине Петра нс уезжать в Орду, жениться и обосноваться в Ростове, он дает ему грамоту на владение землей вдоль озера со всеми лесами, водами и усадьбами. Мотивы этого поступка князя в различных редакциях произведения объясняются по-разному: трезвым расчетом, ибо Петр богат и знатен, или опасением, что в Орде он изменит православию и навлечет на Ростов "большую беду". Дружеские отношения между князем и Петром скрепляет обряд братания; отныне они всегда вместе: и на ястребиной охоте, и на трапезе, и на церковной службе; после смерти князя его сыновья называют Петра дядей.

Словесный портрет Петра выполнен с установкой на идеализацию героя, но отличается предельной лаконичностью, нехарактерной для агиографии: герой "ростом великъ, а лицемь красенъ", нрав имеет спокойный и покладистый; это добрый со всеми и во всем христианин. Он дожил до глубокой старости, приняв перед смертью монашество, и был похоронен возле основанной им церкви Святых апостолов Петра и Павла.

После житийной части следует рассказ о судьбе потомков ордынского царевича и ростовского князя, которые вступили в конфликтные отношения из-за земель, некогда пожалованных Петровскому монастырю. Внукам Петра пришлось подтверждать свои права землевладельцев с помощью ханской грамоты, скрепленной золотой печатью. Однако оскудевший род ростовских князей не смирился с тем, что "родъ татарьскы, кость не наша" богат, знатен и удачлив, пользуется поддержкой ростовского священства за добрые дела и щедрые пожертвования. Молодые ростовские князья включились в тяжбу монастыря с горожанами за владение озером, расположенным на земле, когда-то купленной Петром Ордынским. Ханский посол, выступающий в роли справедливого судьи, остроумно решает спор о праве на ловлю рыбы в Ростовском озере, предложив князьям снять воду с земли: "И аще не можете сняти воду съ земля, то почто своею именуете? А се творение есть вышьняго Бога на службу всем человеком". В этой сцене проявляется фольклорное начало "Повести".

Хотя в рукописях произведение чаще всего называют "Житием блаженного Петра царевича", оно далеко от агиографического канона. Жанровое своеобразие памятника заключается в том, что, возникнув на легендарной основе, он сочетает в себе элементы жития, монастырской летописи и семейной хроники. Не укладываются в житийную схему образы благочестивого царевича, в прошлом язычника и ордынца, а следовательно, врага

Русской земли, и ростовского князя, готового нажиться на церковном строительстве, любой ценой удержать в своей земле богатого и влиятельного человека, гаранта того, что во время набега ордынцев на Русь Ростов не будет сожжен и разграблен. О дальновидности старого ростовского князя свидетельствуют события, участниками которых стали его потомки и правнук Петра – Игнат Юрьевич. Во время нашествия Ахмыла (1322), когда Ростову было суждено разделить судьбу Ярославля, который враги "взяша и сожгоша", Игнат Юрьевич вернул бежавших из города князя и епископа, возглавил мирную депутацию в стан Ахмыла и спас Ростов от разорения.

Большинство исследователей время создания памятника, охватывающего события с 1250-х по 1320-е гг., нс выводят за границы XV в. (Ф. И. Буслаев, М. О. Скрипиль, Л. А. Дмитриев и др.). Скорее всего, "Повесть" создана в конце XV в., в период возвышения Москвы, когда ростовские князья стали терять власть над своими землями и политический авторитет в стране. Об авторской позиции можно судить по нарочитому обезличиванию князей, которые в тексте произведения нигде не называются по имени (в отличие от ростовских епископов и потомков ордынского царевича), а их слова и поступки далеки от норм христианской морали. Создатель "Повести", как полагают ученые, был близок к церковным кругам и, вероятнее всего, являлся иноком Петровского монастыря, поэтому в своей работе опирался на материал письменных источников о церковной жизни Ростова в XIII–XIV вв. В произведении есть сообщение, подтвержденное летописными данными, о том, что при епископе Игнатии купола Успенского собора были покрыты оловом, а пол вымощен мрамором. В число литературных источников памятника входят "Житие Леонтия Ростовского" и переводная "Повесть о Евстафии Плакиде", герой которой, будучи язычником, "украшал себя праведными делами".

"Повесть о Петре, царевиче ордынском" имеет легендарно-исторический характер. Достоверны многие факты и лица, упомянутые в произведении: хан Золотой Орды Берке (1255–1266), внук Чингисхана и брат Батыя; Ахмыл – посол хана Узбека, который в 1322 г., сопровождая возвращавшегося из Орды московского князя Ивана Калиту, пришел на Русь и, по словам летописца, "много зла учиниша Низовским градом"; ростовские епископы Кирилл (1231 – 1261), Игнатий (1261–1288) и Прохор (1311 – 1328). Однако, как и многие произведения подобного рода, "Повесть" не является документом: в ней есть отступления от исторической действительности (епископ Кирилл умер раньше, чем хан Берке); сведения об ордынском царевиче Петре и его роде не находят подкрепления в летописных источниках. Главный интерес в "Повести" представляет не исторически достоверный рассказ о событиях XIII–XIV вв., не публицистически заостренная защита монастырских владений и привилегий, а увлекательное повествование о человеке необычной судьбы, для которого Русь стаза второй родиной. Вот почему исследователи памятника склонны рассматривать его как "сюжетно развернутую генеалогическую легенду" (М. М. Белякова, Р. П. Дмитриева).

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >