Особенности жанра, композиции и сюжета "Казанской истории"

Художественное своеобразие "Казанской истории" состоит в использовании почти всех известных на Руси форм повествования, вследствие чего исследователям так трудно определить жанр произведения. Для Н. В. Водовозова "Казанская история" – героическая эпопея, для Н. В. Трофимовой – монументальная историко-беллетристическая повесть, для Г. Н. Моисеевой – историческое сюжетное повествование, связанное с жанром летописи и хронографа, в которое включаются риторические отступления, генетически восходящие к церковно-панегирической литературе.

Первая часть "Истории" напоминает летопись: она охватывает большой временной промежуток, отличается многофигурностью и многособытийностью, однако лишена летописной мозаичности повествования, поскольку отбор и изложение фактов подчинены идейно-тематическому единству произведения. "История" придерживается реальной хронологии событий (не случайно в списках она часто именуется "Казанским летописцем"), вместе с тем в ней нет строгого соблюдения погодного принципа расположения материала. Автор памятника в отличие от летописца меньше дорожит точностью хронологических выкладок. Помимо документально подтвержденных указаний на время (Свияжск поставили "в лѣто 7059-го месяца июня въ 30 день"), в тексте можно встретить обороты типа "надолго", "лет шесть", "при царѣ бо нѣкогда". Нс все описываемые в книге события соотнесены с той или иной датой; хронология в "Истории" может быть не прямой, а относительно какой-либо точки отсчета: "по взятии Казанскомъ от князя Юрья тридесять лѣтъ..."; "По взятии... Великого Нова града въ девятое лѣто..."

По сравнению с другими произведениями исторической прозы Древней Руси, например "Сказанием о Мамаевом побоище", памятник посвящен нс одному событию, а многовековой истории русско-татарских отношений, поэтому имеет сложную сюжетно-композиционную основу. Исследователи по-разному решают вопрос о его структурных особенностях. По мнению Т. Ф. Волковой, произведение состоит из двух частей. Повествование в первой части (гл. 1 –50) ведется по трем сюжетным линиям: первая связана с историей Казанского ханства (от легендарного основания города до правления жены последнего хана Сафа-Гирся – Сумбеки); вторая посвящена важнейшим событиям русской истории XIII – середины XVI в. (от нашествия Батыя до прихода к власти Ивана Грозного); третья касается сложных отношений между соседними народами (татарских набегов на Москву и военных походов на Казань великих московских князей). Благодаря такому построению сюжета автору удалось подготовить читателя к рассказу о победоносной войне Ивана Грозного с Казанью, обосновав се историческую правомерность. В его изображении Казанское ханство - "змеиное гнездо", которое необходимо ликвидировать, чтобы прекратить "разорение" Руси. По мысли Т. Ф. Волковой, автору удалось также показать и преступную безответственность русской княжеско-боярской военной элиты, своей бесталанностью и трусостью зачеркнувшей результаты нескольких военных операций против Казани; удалось подвести читателя к провиденциальной идее богоизбранности Ивана Грозного, создав галерею образов его предшественников, которым не довелось одержать победу над коварным ханством, так как Бог "приберег" славу победителя для своего избранника – первого венчанного на царство московского самодержца.

Вторая часть "Казанской истории" (гл. 51–100) состоит из шести фрагментов, каждый из которых знаменует новый этап осады Казани. Членение на эти композиционные звенья подчеркнуто повтором эпизодов мирных переговоров царя с казанцами. Как и в первой части, развитие сюжета идет но трем взаимосвязанным линиям: первая – попытки Ивана Грозного предотвратить кровопролитие; вторая - осада города; третья - картины провиденциального характера.

Мнение исследователя

Согласно концепции Н. В. Трофимовой, "История" имеет трехчастную композицию: авторское вступление и заключение, где обосновывается и прославляется поход на Казань, обрамляют основной рассказ, складывающийся из двух блоков. Начальные главы (до гл. 21) посвящены предыстории отношений Казани и Руси. Затем излагается история взаимоотношений Московского государства с Казанью в период правления Ивана Грозного, которая, в свою очередь, членится на два этана: описание неудачного похода 1550 г. (до гл. 47) и рассказ о победоносном походе 1552 г. (до гл. 99).

Очевидно, что главное место в повести отводится событиям 1540– 1550-х гг., когда Иван Грозный осуществляет ряд походов на Казанское ханство и основывает на правом берегу Волги город Свияжск как форпост русских войск. Ключевые сцены "Истории" – штурм и покорение Казани.

Произведение, написанное в 1560-е гг., в период борьбы Ивана Грозного с феодальной знатью, имеет публицистический характер. В трактовке изображаемых событий оно открыто и последовательно защищает позицию русского самодержца. Публицистическая задача, которую решал автор "Истории", сказалась на принципах отбора фактов, что привело к сознательному умолчанию ряда имен, тенденциозному искажению отображения хода военных действий. В произведении замалчиваются имена попавших в опалу воевод, участников Казанского похода; указаны разряды войск периода Ливонской войны, когда отношение к татарам стало меняться в связи с переходом их после завоевания Казани на службу к Ивану Грозному.

В произведении присутствует не только публицистический, но и художественный вымысел. Свободное обращение с фактами позволило автору связать единой сюжетной линией большое количество событий и человеческих судеб. В целом сюжет "Казанской истории" можно определить как телеологический с заранее известной развязкой. Единство повествовательного ряда подчеркивается делением "Истории" на ряд глав, каждая из которых имеет свое название. Обычно заглавия носят пространный характер, определяя тематику и сюжетную основу рассказа: "О воставшемъ мятежи в Казани и о согнании царя, и о взятии с Москвы царя Шигалея, и о бѣжении его, и сказание о убиении князя Чюры" (гл. 25). Реже названия включают указание на жанровую природу фрагмента или дают оценку изображаемому, например: "О любви блудной со царицею Кощака... (гл. 34); "Похвала царю Шигалею и князю Симеону" (гл. 67). Внимание автора к внутреннему миру человека, к сфере чувств проявилось и на уровне рамочной структуры текста, о чем свидетельствуют названия глав: "О безстрашны и о роптании казанцев..." (гл. 75), "О гнѣвѣ и о ярости царя..." (гл. 76) и т.п.

Концовки отдельных главок являются одним из характерных для произведения способов связи между частями. Совсем не случайно среди них преобладают те, где подводится итог сказанному в главе и создается плавный переход к изложению последующих событий. В качестве объединяющего начала в повествовании выступает циклизация глав вокруг личности того или иного героя; в основном это правители, русские князья и ордынские, а затем казанские ханы (касимовский хан Шигалей, казанская царица Сумбека, великий московский князь Василий Иванович и др.). Общим для "Казанской истории" является прием антитезы, проходящий через все пространство произведения: противопоставление прошлого и настоящего, Москвы и Казани, радости военных успехов и горечи поражений, символики "света" и "тьмы", "большой воды" и "слабого огня". Батальные описания обычно строятся по формуле "овии – инии". При штурме Казани, когда столкнулись в бою русские и татары, "страшно бѣ видѣти обоих храбрости и мужества: овии влѣсти во град хотяху, овии же яко пустити не хотяще".

Связь между отдельными фрагментами "Истории" осуществляется на идейно-тематическом уровне. Изображая события с момента основания Казани легендарным царем Самцом до взятия города войсками Ивана Грозного, писатель остается верен своей историко-публицистической концепции: вся история Казанского ханства – это описание ее постепенного подчинения Московскому государству. Автор произведения утверждает мысль о главенстве заслуг Ивана Грозного в этом трудном деле. Новое заключается в том, что авторская идея реализуется не столько через поучение религиозно-назидательного толка, сколько через сам ход повествования. Идейными "узлами" повести ученые считают главы, связанные с образом Ивана Грозного: "О воцарении великого князя Иоанна Васильевича..." (гл. 22), "Совѣт з боляры..." (гл. 49) и "Похвала царю и великому князю..." (гл. 101). Как правило, они либо открывают, либо завершают крупные композиционные блоки "Истории", стягивая повествование вокруг центрального героя.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >