ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ МЫСЛЬ В РОССИИ НАЧАЛА XX ВЕКА

Особенности исторического развития социологии в России, прежде всего сложности процесса ее институциализации, недостаточное внимание государства к распространению социологического образования, а главное – политическая изоляция страны от внешнего мира, жесткая цензура и идеологический прессинг – оказали решающее влияние на формирование теоретической социологии.

Академические свободы, какими пользовались ученые в царской России и отчасти в постреволюционный период, привели к расцвету теоретической мысли и появлению множества самобытных социологических учений. Когда свободы мысли не стало, в стране безраздельно господствовал исторический материализм и марксистская социология (а это 70-летний советский период) и никаких творческих новаций в этой области не было. Вот почему исторический очерк становления теоретической социологии в России ограничивается первой половиной XX в.

Общая характеристика исторического этапа

Характер теоретической мысли второй половины XIX в. во многом определяется великими реформами середины столетия. Основная среди них – реформа 1861 г., в ходе которой произошло падение крепостного права и открылся путь для капиталистического развития. Проблема разложения феодального строя и генезиса промышленного капитализма и его культуры в то время становится, по мнению В. И. Ленина, "главным теоретическим вопросом" в русском обществоведении. Но и для западной социологии в тот же исторический период именно она служила первостепенным вопросом современности. Классики европейской социологии предлагали собственные варианты ее решения: дихотомия "военно-феодального" и "мирно-индустриального общества" Г. Спенсера, "механической и органической солидарности" Э. Дюркгейма, "общества" и "общности" Ф. Тенниса, этики протестантизма и капитализма М. Вебера.

По существу обществознание получило серьезный, быть может, самый важный в своей жизни социальный заказ, но не могло адекватно реагировать на новые вызовы, поскольку традиционные его сферы, прежде всего история, философия и юриспруденция, переживали глубокий методологический кризис. Они исчерпали свой ресурсный потенциал, с помощью старых концептуальных схем уже нельзя было решать новые проблемы. Потребовался качественный прорыв в неизведанное. Его можно было сделать, только создав новое видение мира, новые методы и подходы, новую систему знаний об обществе. Ею явилась социология – в то время самая авангардная, большинству неизвестная область знания, изобретенная во Франции и моментально проникшая в Россию. Достаточно сказать, что уже через три года после выхода в свет заключительного тома "Курса позитивной философии" О. Конта (1842) русская интеллигенция знала его содержание, дала свою собственную оценку и приняла главные идеи в общенациональную разработку.

Цензурные условия, созданные в России после революционных событий 1848 г. в странах Западной Европы, стали помехой дальнейшему распространению идей Конта. Русское правительство усилило надзор за преподаванием гуманитарных наук, запретило выписки заграничных изданий без предварительного цензурного рассмотрения, отменило командировки русских ученых в Европу, а также изъяло из государственных библиотек сочинения Конта. После 1848 г. имя Конта и название его учения надолго исчезают со страниц российской прессы. О последствиях цензурных мер, предпринятых в России, говорят следующие факты: философия была признана опасной наукой и с 1849 г. ее исключили из университетского преподавания, особые требования стали предъявляться к преподаванию всеобщей истории и истории права, а преподавание новейшей истории стало невозможным[1].

Социологический практикум

Западничество и славянофильство – два полюса, между которыми на протяжении 150 лет пульсировала российская социологическая мысль. Первое тянуло к Конту и просвещенной Европе, второе – к "почве" и национальной самобытности. Эта тема хорошо разработана в критической литературе. Вам надо ее обобщить и написать письменную работу на 5–7 страниц на тему "Влияние идей славянофильства и западничества".

Ряд правительственных указов, вышедших с 1856 по 1863 г., существенно ослабил цензуру. Если в 1855 г. на русском языке выходило в свет только 139 периодических изданий, из которых 18 были литературно-политическими, то в начале 1870-х гг. их количество увеличилось соответственно до 376 и 75, а в начале XX в. общее количество периодических изданий превышало 1000[2]. После реформы 1861 г. были сняты запреты на изучение многих общественных проблем. Постепенно усиливается интерес русского общества к социальным проблемам и к самой социологии. Постепенно входит в обиход термин "социология". Н. И. Кареев заметил: "Название “социология” сделалось даже до известной степени модным в литературном и общественном обиходе, получив, благодаря этому, крайне неопределенный характер"[3].

Работы О. Конта пользовались неизменным успехом у П. Л. Лаврова, В. С. Соловьева, Μ. М. Ковалевского, Б. Н. Чичерина, Н. К. Михайловского, К. М. Тахтарева и др. В конце XIX – начале XX в., несмотря на цензурные трудности, были переведены и грамотно откомментированы основные труды известных западных социологов, а именно Р. Вормса, А. Э. Шеффле, Г. Тарда, Г. Зиммеля, Л. Гумпловича, Ф. Тенниса, Э. Дюркгейма, В. Вундта, Ф. Г. Гиддингса, Л. Ф. Уорда, А. Фулье, М. Вебера, Г. Лебона и многих других.

Социологический практикум

Найдите дополнительный материал и подготовьте письменную работу на тему "О. Конт в России".

Как и на Западе, социальная мысль в России развивалась в лоне философии, когда другие социальные науки – история, этнография, юриспруденция – уже достигли значительных успехов, и поначалу формировалась в русле позитивистской традиции.

Русская дореволюционная социологическая мысль начинала свое развитие практически с того же теоретического уровня, на котором находилась тогда европейская социология. Идеи О. Конта, пожалуй, даже раньше, чем на его родине, были изучены в России. Передовая интеллигенция тянулась ко всему новому, свежему. Русские социологи, как с равными, полемизировали с О. Контом, Г. Спенсером, Э. Дюркгеймом. Выдающийся статистик А. Чупров оставил после себя глубокое эссе о неокантианской социологии. Наша страна дала миру социологов экстракласса. Достаточно назвать М. Ковалевского и П. Сорокина.

В конце XIX и начале XX в. в российской социологической мысли сформировались, попеременно господствуя в общественном сознании и сменяя друг друга, несколько направлений, научных школ и течений: социокультурная теория Н. Я. Данилевского, социологическая концепция русского консерватизма К. II. Леонтьева, государственная школа (Б. II. Чичерин, К. Д. Кавелин, А. Д. Градовский), социология анархизма (М. А. Бакунин, П. А. Кропоткин), социал-органицизм (А. И. Стронин и Π. Ф. Лилиенфельд), психологическое направление (Е. В. де Роберти, Л. И. Петражицкий), субъективная школа социологии (П. Л. Лавров, II. К. Михайловский, Н. И. Карев, С. Н. Южаков), генетическая социология (Μ. М. Ковалевский), неокантианство (А. Чупров, Б. II. Кистяковский, II. В. Новгородцев, С. Л. Франк), географическая школа (Л. Мечников), марксизм (В. Ленин, Г. Плеханов, М. Туган-Барановский, А. Богданов), позитивизм (П. Сорокин, К. Тахтарев).

В России получили развитие такие аналоги западноевропейских направлений и тематических областей, как теория социальных классов, моральная и социальная статистика, бюджеты времени и некоторые другие. В конце XIX – начале XX в. на развитие российской социологии достаточно заметно влияли концепции известных западных социологов: О. Конта, Г. Спенсера, Л. Ф. Уорда, Г. Зиммеля, Э. Дюркгейма, Л. А. Кетле и ряда других. В то же время и российские социологи – Π. Ф. Лилиенфельд, Μ. М. Ковалевский, Н. И. Кареев, Е. В. де Роберти – получили международную известность, в свою очередь оказали определенное влияние на социологическую мысль Запада. Уже в начале XX в. в России начинает активно разрабатываться проблематика истории социологии[4].

"Материализм – убеждение, что навоз, без которого не вырастут цветы, и составляет их сокровенное значение и смысл".

Александр Круглов

"Идеалист – человек, который, обнаружив, что роза пахнет лучше, чем капуста, приходит к выводу, что и суп из розы получится вкуснее".

Генри Менкен

Русская социальная мысль на рубеже XX в. выдвинула оригинальные теории, которые отражали культурное и историческое своеобразие общества. Н. Я. Данилевский создал первую в истории социологии антиэволюционную модель общественного прогресса, которая нашла свое отражение в его книге "Россия и Европа" (1869). В ряде случаев русские социологи выдвинули те концептуальные идеи, к которым позднее пришли западные социологи. Например, Η. М. Михайловский и П. Л. Лавров предвосхитили воззрения Л. Уорда о двояком характере исторического процесса. М. И. Таган-Барановский и П. Б. Струве заложили основы теории, позднее названной В. Огборном теорией "культурного отставания"[5]. Многие положения теории культурноисторических типов Н. Я. Данилевского позже были вновь выдвинуты О. Шпенглером и А. Д. Тойнби[6].

Уникальным национальным явлением науки, не имеющим аналога па Западе, являлись, пожалуй, такие направления, как русская государственная школа, социологические теории анархизма (М. А. Бакунин) и народничества (П. Струве). Сюда же следует отнести и так называемую субъективную социологию (Н. Михайловский, Н. Кареев, С. Южаков, В. Воронцов). Правда, термин "субъективная социология", введенный в оборот В. И. Лениным, был очень размытым и отражал скорее политические, нежели научные реалии.

Самобытное теоретическое явление представляют направления теоретической мысли: русский позитивизм, генетическая социология, социология народничества, христианская социология и социальная экономика.

  • [1] См.: Лыпин А. Н. Характеристики литературных мнений от двадцатых до пятидесятых годов: история, очерки. 3-е изд., доп. прил., прим. и указ. личных имен. СПб.: Колос, 1906. С. 504–506.
  • [2] См.: Голосенко И. А. Процесс институализации буржуазной социологии в России конца XIX – начала XX в. // Социс. 1978. № 2. С. 173.
  • [3] Кареев Н. И. Введение в изучение социологии. СПб., 1897. С. 365.
  • [4] См.: Голенкова З., Гридчип Ю. Историко-социологическая проблематика // Социология в России / под ред. В. А. Ядова. С. 45–46.
  • [5] См.: Голосенко И. А., Ко:иовский В. В. История русской социологии XIX–XX вв.: пособие. М.: Онега, 1995. С. 52.
  • [6] См.: Галактионов А. А. Органическая теория как методология социологической концепции Н. Я. Данилевского // Российская социология: межвузовский сборник / под ред. А. О. Бороноева. СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 1993. С. 35.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >