Нормы непосредственного применения

Отсылка коллизионной нормы к материальному праву того или иного государства по общему правилу устраняет применение к частноправовому отношению, осложненному иностранным элементом, как диспозитивных, так и императивных норм отечественного правопорядка. Возможны ли исключения из этого общего правила, а если возможны, то какова их природа? И доктрина, и практика многих стран сходятся во мнении о том, что существуют нормы непосредственного применения ("сверхимперативные" нормы), которые, не являясь частью "публичного порядка" и функционируя помимо "публичного порядка", действуют в сфере международного частного права (принадлежа к ней) независимо от коллизионных правил, практически устраняя их. Высказывается мнение, что источником таких норм может быть не только право страны суда, но и право третьей страны.

Идея приоритета "сверхимперативных" норм в той или иной форме и в различных пределах выражена в Гаагской конвенции о праве, применимом к агентским договорам 1978 г.; Конвенции стран ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам 1980 г., Регламенте "Рим I", Гаагской конвенции о праве, применимом к отношениям по доверительной собственности, и их признании 1985 г.; Гаагской конвенции о праве, применимом к договорам международной купли-продажи товаров 1986 г.; Межамериканской конвенции о праве, применимом к международным контрактам 1994 г., а также во Вводном законе к ГГУ, Федеральном законе о международном частном праве Швейцарии, Гражданском кодексе канадской провинции Квебек, законах ряда других стран.

Положения ст. 7 Римской конвенции стран ЕС о праве, применимом к договорным обязательствам 1980 г., нашли отражение в ст. 1201 Модели ГК для стран СНГ, а затем (с некоторыми изменениями) и в разд. VI "Международное частное право" части третьей ГК РФ. Положения ст. 1192 ГК РФ о применении норм непосредственного применения таковы: 1) правила раздела "Международное частное право" не затрагивают действие тех императивных норм законодательства РФ, которые вследствие указания в самих императивных нормах или ввиду их особого значения, в том числе для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота, регулируют соответствующие отношения независимо от подлежащего применению права; 2) при применении права какой-либо страны согласно правилам указанного раздела суд может принять во внимание императивные нормы права другой страны, имеющей тесную связь с отношением, если согласно праву этой страны такие нормы являются нормами непосредственного применения. При этом суд должен учитывать назначение и характер таких норм, а также последствия их применения или неприменения.

Как видно, в п. 1 ст. 1192 ГК РФ выделяются два критерия для определения круга "сверхимперативных" норм•. один основывается на указании об этом в самих нормах, другой обозначается с помощью пояснения: "ввиду их особого значения, в том числе для обеспечения прав и охраняемых законом интересов участников гражданского оборота". В качестве таких правил могут рассматриваться, на наш взгляд, положения п. 3 ст. 1 (о свободном перемещении товаров, услуг нефинансовых средств на всей территории РФ), п. 3 ст. 162 (о последствиях несоблюдения простой письменной формы внешнеэкономической сделки), ст. 208 (о требованиях, на которые исковая давность не распространяется) ГК РФ.

Нормам Модели ГК для стран СНГ о применении императивных норм следуют соответствующие положения гражданских кодексов Белоруссии, Казахстана, Киргизии, Молдавии, Узбекистана, а также Закона Азербайджана о международном частном праве. В ГК Армении отсутствует правило Модели о применении императивных норм иностранного права. Закон Украины о международном частном праве тоже содержит правило относительно применения рассматриваемых норм.

Главы VIII "Договор морской перевозки груза" (ст. 116), IX "Договор морской перевозки пассажира" (ст. 178), XV "Договор морского страхования" (ст. 247) КТМ РФ содержат правила, применяемые, если соглашением сторон не установлено иное. Но в случаях, прямо указанных в этих главах, соглашение сторон, не соответствующее предусмотренным в них правилам, является ничтожным. Согласно п. 2 ст. 414 стороны договора, предусмотренного Кодексом, могут при заключении договора или в последующем избрать по соглашению между собой право, которое подлежит применению к их правам и обязанностям по данному договору. При отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве применяются правила Кодекса; наличие такого соглашения не может повлечь за собой устранение или уменьшение ответственности, которую в соответствии с Кодексом перевозчик должен нести за вред, причиненный жизни или здоровью пассажира, утрату или повреждение груза и багажа либо просрочку их доставки. Статья 416 КТМ РФ разрешает сторонам трудового договора выбирать право, подлежащее применению к отношениям между судовладельцем и членами экипажа судна. Однако такой выбор не должен приводить к ухудшению условий труда членов экипажа судна по сравнению с нормами права того государства, которыми должны регулироваться данные отношения при отсутствии соглашения сторон о подлежащем применению праве.

В зарубежной литературе к "сверхимперативным" нормам гражданского права причислялись, например, некоторые правила о давности, защите прав потребителей, форме сделок, антитрестовском законодательстве; отмечалось значение "сверхимперативных" норм для хозяйственно-политических целей, защиты слабой стороны в договорных отношениях.

Краткую характеристику норм непосредственного применения могли бы составить следующие данные: 1) источник норм – lex fori, lex causae или право третьей страны; 2) назначение норм – защита публичных, общественно значимых интересов, интересов "слабой стороны"; 3) правовая природа – "пограничье" частного и публичного права: нормы частного права, являющиеся продолжением публично-правовых начал; нормы публичного права, воздействующие на частноправовые отношения; 4) норма "непосредственного применения" применяется на начальной стадии преодоления коллизионной проблемы и устраняет действие коллизионных норм.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >