Национальное государство и международные институты

Глобализация как процесс ликвидации экономических и торговых барьеров между отдельными государствами для распространения товаров, услуг, финансов и информации поставил в повестку дня вопрос о том, сохранится ли за национальным государством статус основного актора международных отношений или они потеряют свой суверенитет, передав его транснациональным институтам?

Представляется, что, несмотря на глобализацию и расширение транснациональной экономической деятельности, государство сохранит за собой заметную роль перед лицом могущественных международных экономических сил. Важно сделать национальный суверенитет фактором справедливой глобализации и демократизации международных отношений. Этот тезис исходит из представления о справедливом мироустройстве как о сообществе свободных сообществ (суверенных демократий), сотрудничество и соревнование которых осуществляются по разумным правилам.

Кроме того, важным ориентиром государства в глобальном пространстве становится его стремление быть на стороне сообщества суверенных демократий и свободного рынка – против каких бы то ни было глобальных диктатур и монополий. Среди символов могущества все ярче выступают передовая наука, моральное преимущество, динамичная промышленность, справедливые законы, личная свобода, бытовой комфорт. Основным ресурсом обеспечения суверенитета признается не просто оборонноспособность, а комплексная конкурентоспособность.

Главными необходимо признать крупные межнациональные организации – Международный валютный фонд (МВФ), Международный банк реконструкции и развития (МБРР) и особенно созданную в 1994 г. Всемирную торговую организацию (ВТО).

Экономическая интеграция облегчается давно существующими связями между торгово-промышленными секторами различных стран. Все крупные корпорации имеют транснациональный характер – они действуют на территории многих стран, владеют там собственностью, а иногда и сами находятся в коллективной собственности нескольких стран. Ежегодные инвестиции в экономику других стран составляют более 3 трлн долл. В государствах Западной Европы иностранный капитал контролирует 25–30% экономики, в Соединенных Штатах – 10%, в развивающихся странах – 40–50%. Обеспечивая прибыль ТНК, инвестиции в то же время способствуют экономическому развитию государств. Например, "новые индустриальные страны" – Южная Корея, Тайвань, Сингапур, эффективно используя иностранный капитал, модернизировали свою экономику и сегодня сами являются крупными инвесторами.

И все же из 100 крупнейших современных компаний мира 97 находятся в США, Западной Европе и Японии. Там же проживают 76 из 100 богатейших людей мира (по оценке журнала "Форбс"). Со временем развитие высоких технологий в таких странах, как Индия, Малайзия, Бразилия, Мексика, может значительно усилить их роль в мировой экономике. Но лишь в том случае, если эти государства справятся со своими внутренними проблемами, ограничат рост населения и перейдут к жизненным стандартам развитых стран. Некоторые государства, включая Россию, уже приняли концепции развития на основе ускоренного внедрения высоких технологий. Однако большинству стран "третьего мира" в обозримом будущем не удастся войти в число передовых.

Глобализация и "третий мир": "точки роста" и периферия

В процесс глобализации активно втягивались и страны "третьего мира", некоторые из них выступают новыми точками роста мировой экономики, а другие – превращаются в отсталую периферию.

Понятие "третий мир" ввел в обиход французский социолог, экономист и демограф А. Соей (1898–1990) для обозначения большой группы молодых независимых государств, которые обрели суверенитет в процессе деколонизации. Кроме того, под ним понимались также развивающиеся страны, положение которых характеризует экономическая отсталость и состояние выбора между блоками, возглавляемыми двумя мировыми сверхдержавами – СССР и США. Наряду с коммунистическим Китаем, именно страны, отнесенные к "третьему миру", были охвачены с середины XX в. демографическим взрывом. Благодаря ему, но и по его вине к 2010 г. население планеты увеличилось с 2,5 млрд до 7 млрд человек.

Однако понятие "третий мир" было крайне нестрогим. Во-первых, причисленные к странам "третьего мира" государства Латинской Америки еще в XIX в. стали в основном формально независимыми. Во-вторых, развивались страны "третьего мира" чрезвычайно неравномерно, особенно после "нефтяных шоков" 1970-х гг. Достигнутое картелем Организации стран – экспортеров нефти (ОПЕК) повышение в 1973 г. мировых цен на нефть превратило часть стран "третьего мира" в государства нефтяной элиты. Через 20 лет подушевой доход в Объединенных Арабских Эмиратах стал сопоставим с уровнем высокоразвитых стран Западной Европы: в Кувейте, Катаре, Саудовской Аравии он был гораздо выше, а в султанате Оман на юго-востоке Аравийского полуострова – втрое выше.

Из африканских стран, не считая владеющей алмазами, золотом и платиной ЮАР, наибольшего подушевого ВВП достиг входивший в ОПЕК Габон. А вот в Нигерии, крупнейшей в Африке стране по числу жителей, прибыль от продажи нефти оказалась "съедена" перенаселением и коррупцией. Еще хуже обстояло дело в других государствах Тропической Африки, где нефти не было, зато были военные диктаторские режимы, жестокие столкновения племен и стремительный рост населения: с 210 млн человек в 1960 г. до 650 млн в 2000 г. (за тот же период в Западной Европе – с 325 млн до 390 млн, в СССР и Восточной Европе – с 325 млн до 412 млн; США и Канаде – со 194 млн до 308 млн). Средний подушевой доход в тропиках южнее Сахары к концу XX в. стал еще ниже, чем в "год Африки" – 1960-й. Он вырос, но незначительно в самом населенном регионе мира, занимаемом шестью государствами – Республикой Индией (более 1 млрд человек), исламскими республиками Пакистан и Бангладеш (в каждой более 130 млн), Непалом, Бутаном и Шри-Ланкой (бывший Цейлон). Это более 1300 млн жителей, в подавляющем большинстве почти столь же бедных, как

Альфред Соей

Альфред Соей

население близлежащих Афганистана и Мьянмы (бывшая Бирма) или Черной Африки.

Страны Латинской Америки несколько зажиточнее и занимают промежуточное место между элитными странами-нефтеэкспортерами и афро-азиатскими странами с очень низкими доходами. При этом подушевой ВВП огромной Бразилии сопоставим с таким же показателем небольшого островного Пуэрто-Рико. Наличие нефти у Венесуэлы и Мексики не выделило эти страны из общего латиноамериканского ряда: богатство их среднего жителя ненамного превосходило состояние среднего бразильца или колумбийца, а в 1990-х гг. уступало показателям Аргентины и Чили.

Зато группа новых индустриальных стран (НИС) из Восточной Азии вышла на особую значительную позицию в мировой классификации (по определению Всемирного банка; 1993 г.) – "четвертый полюс экономического роста", присоединившись к Северной Америке, Западной Европе и Японии, послужившей для восточноазиатских стран вожаком. Наиболее резвые – Южная Корея, Сингапур, Тайвань и Гонконг (Сянган) – снискали также репутацию малых восточноазиатских "драконов". Темпы роста их ВВП в 1970-х гг. были самыми высокими в мире (сравнимыми с японским "экономическим чудом" 1960-х) – 9,5–10% годовых, а в 1980-х гг. – не намного ниже.

Эти страны целенаправленно наращивали промышленный экспорт, главным образом бытовой техники длительного пользования, и активно закупали на Западе патенты и лицензии. Правительственная политика стимулировала индустриализацию протекционизмом, массированным прямым кредитованием через государственные банки развития, а также поощрением сбережений населения и ограничением роста текущего потребления. Япония и США охотно открыли свои рынки для промышленных товаров из новых индустриальных стран, содействуя им заморскими инвестициями. Наконец, была применена новая схема межстранового разделения труда. Дешевизна рабочей силы в восточноазиатских странах обеспечивала их товарам меньшую себестоимость и соответственно преимущества в ценовой конкуренции. Поэтому японские и западные ТНК были заинтересованы создавать свои отделения в НИС и перемещать туда трудоемкое сборочное производство. Для промышленности этих стран это стало хорошей технологической школой. В результате они начали успешно подражать Японии в экспорте электроаппаратуры, судов и металлообрабатывающих станков, а затем освоили и выпуск компьютерного оборудования.

"Драконы" смогли приноровиться к более высоким уровням технологий, и уже сами принялись обучать высокотехнологичным производствам НИС второго ряда – Таиланд и Малайзию, а вслед за ними и Индонезию. Темпы роста ВВП этих трех стран поднялись до 7–8% годовых. В целом восточноазиатские НИС первого и второго рядов заняли к середине 1980-х гг. ведущие позиции в мировом экспорте массовой одежды и обуви, захватили на японском, североамериканских и европейских рынках свои участки для сбыта бытовой техники (магнитофонов, цветных телевизоров, микроволновых печей). А Южная Корея и остров Тайвань смогли к этому времени реализовать процесс производства интегральных микросхем для персональных компьютеров и выпестовать собственную электронную промышленность со всемирно известными теперь марками "Самсунг" и "Формоза".

Тайвань и Южная Корея как форпосты в "холодной войне" с коммунистическими режимами получили со стороны США статус наибольшего благоприятствования. Но экономический прогресс в них шел разными путями. Тайваньская промышленность развивалась как мозаика малых предприятий, производящих один-два вида продукции. Напротив, все большую долю растущей экономики Южной Кореи охватывали финансово-промышленные объединения кланового типа – чеболи. Их было всего пять в 1950-х гг., но в 1990-х стало около 100, причем пять крупнейших чеболей обеспечивали 53% ВВП, а "клуб 30" крупнейших – 80%. С 1961 по 1996 г. подушевой ВВП Южной Кореи увеличился в 129 раз, а объем экспорта – в 2358 раз!

Город-государство Сингапур и "сдвоенный" порт Гонконг (Сянган), занимающие выгодное географическое положение на океанских перекрестках, стали крупнейшими в Азии портово-промышленными комплексами и финансовыми центрами. Сингапур, где количество туристов за год превосходит численность местных жителей, и Сянган, где у населения больше всего престижнейших автомобилей марки "Роллс-Ройс", превратились в главные азиатские зоны офшорного (от англ. offshore – букв. "удаленный от берегов") бизнеса – полностью свободного от уплаты налогов какому-либо государству.

В 1980-х гг. новоиндустриальная Восточная Азия завоевывала позиции на мировом рынке, в то время как Латинская Америка и Восточная Европа утрачивали их. Но в 1997–1998 гг. именно эти три региона (и только они) оказались накрыты волной последнего великого экономического кризиса XX в. Этот кризис заставил страны, разбросанные после конца "третьего" и "второго" миров по разным категориям в экономических классификациях, прочувствовать нечто общее в своей прошлой, настоящей и, по-видимому, будущей судьбе. Называется это "нечто" периферийным капитализмом. Понятие "периферийный капитализм" впервые выдвинула в 1948 г. группа экспертов Экономической комиссии ООН в отношении Латинской Америки.

Сами латиноамериканцы (аргентинец Р. Пребиш, бразилец С. Фуртаду и др.) отмечали двойственную динамику своих стран, обусловленную периферийным положением в международном разделении труда (МРТ) и зависимостью от развитого капиталистического центра. Импульсы центра, расходясь к периферии, рассекают ее экономическую структуру на два сектора – отсталый традиционный и современный капиталистический, интегрированный в мировое хозяйство для обслуживания воспроизводственного процесса именно стран центра. Сила центра позволяет ему навязать периферии роль аграрно-сырьевого придатка. Мировая торговля становится механизмом обогащения центра за счет периферии при содействии туземных элит, подражающих моделям потребления центра.

В 1970-х гг., как уже отмечалось, была создана доктрина мир-системного анализа И. Валлерстайна, развивающая традицию системного исследования капиталистической цивилизации, заложенную французом Ф. Броделем (1902–1985). Бродель предложил понятие "мир-экономика" для исторически складывающихся хозяйственных целостностей, охватывающих большие географические пространства. Мир-экономики функционируют во "времени большой длительности". Высший их тип представляет капиталистическая мир- экономика Запада, стянувшая к себе всемирные товарные цепочки. В отличие от своего учителя Броделя, Валлерстайн считает западную мир-экономику единственной в истории, а предшествовавшие и сосуществовавшие с ней другие крупные целостности – "мир-империями". Но он согласен с Броделем в том, что эта мир-экономика – Валлерстайн называет ее также современной, или капиталистической мир-системой, – обязательно предполагает иерархии: рынков (от сельского базара до мировой биржи), классов (в том числе разнослойности предпринимательства), регионов (центральный и периферийные).

Сегодня в развивающихся странах проживает 80% населения Земли, однако там производится всего лишь 40% общего ВВП. Треть населения в них живет ниже уровня бедности. Все это является результатом не только длительной колониальной зависимости, но и сложностей развития в последующий период. Бедность, политические и национальные конфликты, тяжкое бремя внешних долгов до сих пор не дают большинству стран Африки построить сколько-нибудь эффективную экономику. Неудачным оказался

Фернан Бродель

Фернан Бродель

и опыт государств, сделавших ставку на создание собственной индустрии: в условиях глобализации их товары не выдерживают конкуренции с продукцией развитых стран. Более успешным оказалось развитие государств, сразу ориентированных на частный капитал. Особенно стремительный рывок сделали азиатские "молодые драконы".

Крах социализма в 1990-х гг. скомпрометировал идею государственного управления экономикой. В большинстве стран Азии и Африки предприятия переданы в частные руки. Однако приватизация не везде оказалась успешной: кое-где она, как в бывшем СССР, привела к разграблению природных и экономических ресурсов. Благополучно развиваются лишь те страны, где государство, сохранив рычаги воздействия на экономику, двигает ее в нужном направлении. Есть и другой вариант – полностью отдаться на волю международных финансовых организаций и дать им провести необходимые реформы.

Доля развивающихся стран в мировой экономике продолжает расти, однако в основном, это достигается за счет простого увеличения производства. В 1990-х гг. производительность труда в развивающихся странах была в девять раз ниже, чем в развитых. Рост производства часто не сопровождается улучшением жизни людей и к тому же ведет к хищнической эксплуатации природных ресурсов. И все же постепенно страны "третьего мира" выходят на уровень индустриальных и включаются в современное рыночное хозяйство. Часть их экспортирует на мировой рынок уже не только сырье, но и изделия обрабатывающей промышленности. Есть страны, которые развивают передовые технологии, налаживают изготовление высокоточных приборов. К их числу, помимо новых индустриальных стран, относятся и такие гиганты, как Индия и Китай.

По мере развития стран "третьего мира" центр их экономических отношений с Западом сместился от простого товарообмена к вывозу капитала. Западным ТНК было выгодно размещать свои производства в развивающихся странах, где и сырье, и рабочая сила гораздо дешевле. Правда, капиталовложения в экономику развивающихся стран в настоящее время составляют лишь 22% всех мировых инвестиций. К тому же западные компании предпочитают вкладывать деньги в те отрасли, которые наиболее быстро приносят доход, – в добычу сырья, строительство, сферу обслуживания. В результате экономика государств, где иностранные корпорации господствуют на внутреннем рынке, приобретает уродливый, перекошенный характер. Власти некоторых развивающихся стран искусственно направляют инвестиции в нужные отрасли: например, предоставляют работающим в этих отраслях компаниям налоговые льготы.

Сотрудничество развитых и развивающихся стран осуществляется также в рамках международных организаций, в том числе, подразделений ООН. Самым влиятельным считается Экономический и социальный совет (ЭКОСОС) при ООН. Он занимается исследованиями мировой экономики и подготовкой планов ее модернизации. Именно по его инициативе Генеральная Ассамблея ООН в 1974 г. призвала к установлению нового экономического порядка, который обеспечил бы более быстрое развитие стран "третьего мира". При ООН действуют также комиссии и программы экономического содействия по отдельным континентам и регионам. Кроме того, помощь развивающимся странам предоставляется по линии МВФ и МБРР. Правда, порой рекомендации этих органов неэффективны и лишь ухудшают положение в тех или иных государствах, ставя их в долговую зависимость.

Несмотря на значительные размеры международной финансовой помощи, пропасть между богатыми и бедными странами продолжает расти. Если 100 лет назад средний доход на душу населения в развитых странах был в три раза выше, чем в развивающихся, то в 1950-х гг. соотношение составляло уже 1: 20, а сейчас – 1: 85. Это связано со стремительным техническим прогрессом передовых стран, от которых катастрофически отстает большинство государств Азии, Африки и Океании. Преодолеть отставание помогут не отдельные финансовые вливания, а система мер, сочетающих ускоренное экономическое развитие с контролем над рождаемостью и внедрением демократических и рыночных институтов. Такие меры способны остановить неконтролируемую миграцию из бедных стран в богатые и снизить опасный перепад демографического напряжения, который наблюдается сегодня на планете.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >