Истина и познание

Что такое истина? – вечный вопрос философии. Ответ на него подразумевает выяснение того, в какой форме истина существует и как можно ее достичь. Путь достижения истины – познание, которое человек осуществляет с помощью своих познавательных способностей[1]. Поиск ответа на вопрос о формах существования истины привел к созданию целого ряда философских концепций. Самый первый философский ответ на вопрос "Что такое истина?" дали еще античные философы, для них истина была особого рода бытием[2].

Квинтэссенцией античного понимания стало учение Платона об истине. Философ понимал истину как одну из идей, которые существуют независимо от человека в особом царстве мысли.

В Средние века сложилось схожее, по сути, представление об истине как об особом бытии – истина есть Бог, она неоспорима, абсолютна и вечна, а человек лишь стремится к истине, причем не столько с помощью знания, сколько с помощью веры.

Представлению об истине как об особом бытии противостоит понимание истины как свойства знания. При таком подходе истина определяется как характеристика знания, которая не может существовать без знания, а значит, и без человека, который этим знанием обладает. Именно это понимание истины получило самое широкое распространение в философии.

Общепризнанной в философии является классическая концепция истины, в которой истина понимается как соответствие знаний действительности. Классического понимания придерживаются как идеалисты, так и материалисты, однако философы разных направлений по-разному понимают, что такое действительность и что значит соответствие ей. В материализме под действительностью понимается материя и природа, в идеализме действительность – это сознание, дух. Иными словами, классическая концепция истины в трактовке материалистов и идеалистов не одно и то же. Классического понимания истины придерживались такие разные философы, как Аристотель, Джон Локк, просветители, диалектические материалисты, Бенедикт Спиноза, Рене Декарт, Георг Гегель и др.

В классической концепции истине приписывается ряд характеристик. Объективность истины означает, что по содержанию истинное знание не зависит от познающего субъекта.

Если по содержанию истина объективна, то по форме она всегда субъективна. Субъективность истины заключается в том, что истинное знание выражается в субъективной, индивидуальной форме, которая зависит от человека. Субъективность истины связана с пониманием ее как свойства знания, а не самого бытия, существующего вне человека.

Абсолютность истины означает, что в истинном знании существуют фрагменты, которые сохраняются с развитием науки и философии, это полное знание о какой-то части реальности. Абсолютность истины, кроме того, понимается как идеал знания, к которому движется человечество. Иными словами, абсолютная истина существует как нормативный, регулятивный принцип познания, но не как реальное содержание знания.

В реальном познании истина существует в относительной форме. Относительность истины означает ее неполноту, незавершенность, условность. В истине есть такие компоненты, которые в процессе развития знания устраняются или ограничиваются определенной сферой своего применения.

Единство относительности и абсолютности, объективности и субъективности в знании определяет еще одно свойство истины – динамичность истины. Истина динамична, поскольку абсолютное в ней существует через относительное, а объективное через субъективное. Отсюда вытекает следующее свойство – процессуальность истины. Оно означает, что истина существует в движении, она развивается, это не окончательный результат познания, а само познание, движение познания ко все более полному и совершенному знанию.

Конкретность истины означает, что не существует неизменной для всех ситуаций истины, истинное знание спроецировано па те обстоятельства, в которых оно получено, на условия места и времени. Конкретность истины связана с ее относительностью и историчностью.

Кроме классической концепции истины, существует и ряд других. Конвенциональная концепция истины, получившая широкое распространение в современной философии, трактует истину как соглашение между учеными. Прагматическая концепция истины утверждает, что истина – это полезность знания, истинным признается такое знание, которое ведет к успеху. Когерентная концепция истины понимает истину как согласованность знания на разных уровнях: внутри научной теории, между различными теориями в рамках одной научной дисциплины, между различными дисциплинами, между наукой в целом и другими элементами духовной культуры, и прежде всего философией. Истинным в когерентной концепции признается такое знание, которое вписывается в уже существующую систему общепринятого знания и не противоречит ему.

Неклассические концепции истины получили широкое распространение в современной философии, которая столкнулась с проблемами, связанными с классическими представлениями о разуме, науке и человеке[3]. У неклассических концепций свой объективный фундамент, а сами эти концепции указывают на такие свойства истины, о которых умалчивает классическая теория. Это свойства простоты, красоты, непротиворечивости, прагматичности, системности, эвристичности знания.

Критерием различения истинного и неистинного знания является практика – предметно-чувственная деятельность человека по преобразованию материальных систем. Практика рассматривается в теории познания в качестве ведущего критерия истины. Если знание истинно, то основанная на нем практика будет успешной. Напротив, если практическая деятельность неудачна, то лежащее в ее основе знание с большой вероятностью является ложным. Практика имеет двойственную природу. С одной стороны, в ней есть объективный компонент – это предметная деятельность по законам объективного мира. С другой стороны, в практике всегда выражаются достижения человека, она основана на знании, которое с помощью действий человека воплощается в материальные предметы и объекты. Практика, таким образом, с одной стороны, субъективна, а с другой – объективна.

Критерий практики, однако, не всегда можно использовать, поскольку существуют такие знания, которые напрямую непереводимы в материально-чувственный план. Например, невозможно найти такой тип практики, который позволил бы проверить теоретические идеи высшей математики или квантовой физики, выводы современной астрономии и космологии, суждения о прошлом в истории или философское знание. Для подтверждения или опровержения такого рода знания используются другие критерии истины: логическая непротиворечивость, когерентность (системность), эвристичность, красота, простота. Эти критерии описываются в неклассических концепциях истины.

Критерий непротиворечивости предполагает, что истинное знание должно выражаться в логически непротиворечивых формах. Логическое противоречие свидетельствует либо о заблуждении, либо о лжи.

Когерентность (системность) предполагает, что новое знание должно быть хорошо согласовано с теми результатами, которые уже признаны истинными. Таким фундаментальным знанием, с которым согласуются новые результаты и выводы, выступают философские принципы причинности, единства мира, сохранения энергии, самоорганизации мира и т.п. Критерий когерентности позволяет выбрать между двумя равнозначными, логически непротиворечивыми теориями, которые невозможно проверить на практике. Из двух теорий истинной признается та, которая более совместима с фундаментальным знанием.

Критерий эвристичности вступает в силу, когда перечисленные выше способы отграничения истинного знания от неистинного не позволяют принять решение. Эвристичность характеризует потенцию знания к росту. Из двух теорий более эвристичной, а следовательно, истинной, признается та, которая помогает предсказывать новые факты, обеспечивает прирост знания, а нс просто систематизирует и объясняет уже известное.

В качестве дополнительного критерия истины может также использоваться полезность. Знание, которое ведет к успеху, следует рассматривать как истинное независимо от его содержания.

Суть критерия простоты заключается в том, что из двух теорий предпочтение следует отдать более простой, той, что объясняет действительность, опираясь на меньшее количество предпосылок и допущений. В оценке критерия простоты пет единства, одни философы считают его реальным, действенным способом отбора знаний, другие называют его теоретической химерой и требуют исключить из науки. Но не только современная философия обратила внимание на критерий простоты. В Античности Аристотель сформулировал требование минимизации допущений при объяснении. В Средние века Уильям Оккам сформулировал свое суждение, так называемую "бритву Оккама": не умножай сущности без необходимости, которое также требовало простоты знания. В Новое время ту же идею выразил Готфрид Лейбниц. Позицию современных философов можно проиллюстрировать словами представителя аналитической философии Уилларда Куайна: "...разумно искать простейшее решение. Но это предполагаемое свойство простоты намного легче почувствовать, чем описать... действующие нормы простоты, как бы их ни было трудно сформулировать, играют все более важную роль".

Еще более субъективный критерий истины – красота – выражает личностную удовлетворенность ученого или философа результатами познания. Английский физик Поль Дирак утверждал, что красивая, внутренне согласованная теория не может быть неверной. Суть принципа красоты заключается в том, что хорошая теория отличается особой эстетической гармонией, элегантностью, ясностью и стройностью. Как считает Томас Кун, "значение эстетических оценок может иногда оказываться решающим. Хотя эти оценки привлекают к новой теории только немногих ученых, бывает так, что это именно те ученые, от которых зависит ее окончательный триумф". Несмотря на неопределенность, критерий красоты применяется и в науке, и в философии.

Необходимо отметить, что ни один из критериев истины не является абсолютным, ни один из них невозможно применить без от других, и только в комплексе все критерии позволяют с большей точностью отграничить истинное знание от неистинного.

  • [1] См. параграф 4.5.
  • [2] См. параграф 3.1.
  • [3] См. параграфы 7.9, 3.2 и 3.3.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >