Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Социология международных отношений

Классический утилитаризм

Соблюдение принципа научной преемственности требует предварить освоение классических парадигм теории международных отношений знакомством с концепцией утилитаризма. В первую очередь это связано с фундаментальностью "критерия пользы" в формировании научного подхода к общественно-политическим процессам. Он по-своему объединяет учения древних философов (Аристотель, Цицерон) и труды средневековых мыслителей (Т. Гоббс, Г Гроций, И. Кант), которые ориентировали ученых XVIII – начала XX в., заложивших основания предметного изучения феномена международных отношений. Современные российские и зарубежные исследователи связывают историю рождения теории международных отношений с именем британского правоведа Иеремии Бентама.

В своей наиболее известной работе "Ап Introduction to the Principles of Morals and Legislation" ("Введение в принципы морали и законодательства", № 1789) Бентам предложил отнести "взаимные дела между государями как таковыми" к предмету "международной юриспруденции", а политическое поведение подданных разных государств на территории конкретного государства кодифицировать в формате "внутренней юриспруденции"[1].

Свои представления о международной юриспруденции британский правовед развил в "Плане универсального и вечного мира" ("А Plan for an Universal and Perpetual Peace", 1789), который после смерти автора опубликовал известный в свое время британский политик, близкий друг и литературный душеприказчик ученого Джон Боу- ринг.

Другое соображение связано с активностью И. Бентама в продвижении своего проекта о порядке международных связей, с которым он не раз обращался к правительствам Англии, Франции, Испании, США и других стран, пытаясь убедить, что они проявляются и в таких областях человеческой жизнедеятельности, как право, философия, история, культура, религия. Два основных положения "плана Бентама" – сократить вооруженные силы в Европе и освободить колонии – были реализованы в течение XX в. Наконец, третье соображение вытекает из того, что зарубежные исследователи наследия И. Бентама считают его автором термина "международная безопасность", озвученнного в его плане "вечного мира" как фактор процветания нации[2].

В качестве важнейшей работы государства И. Бентам рассматривал продуцирование идей о мире.

Иеремия Бентам (1748-1832)

Иеремия Бентам (1748-1832)

Со временем принципы И. Бентама получили название "теория утилитаризма", хотя сам он предпочитал говорить не об утилитарности, а о "принципе наибольшего счастья". Способ его исчисления описан автором в работе "Ап Introduction to the Principles of Morals and Legislation". (Введение в принципы морали и законодательства, 1789)

Вудро Вильсон — 28-й президент США (1856-1924)

Вудро Вильсон – 28-й президент США (1856-1924)

"По иронии судьбы, полузабытые идеи XIX в. обрели свою вторую жизнь во второй и третьей декадах XX в. в специальной области международных отношений и стали основой новой утопии. Подобно тому, как Бентам век тому назад воспринял идеи Просвещения и адаптировал их в соответствии с потребностями своего времени, в настоящее время Вудро Вильсон... превратил веру в разум прошлого века чуть ли не в первооснову международных отношений и распространил ее на Европу..."

Сап Е. Н. The Twenty-Years' Crisis. 1919-1939. An Introduction to the Study of International Relations. N. Y.: Harper and Row, 1939. P. 26.

Созданная им теория утилитаризма изложена в стиле, близком к "языку" эмпирического анализа общественных явлений. Так, он предлагает оценивать любое решение политической проблемы с позиций количества пользы, принесенной обществу и человеку. При этом польза в утилитаризме исполняет роль фундаментальной ценности. По определению И. Бентама, польза – "то свойство предмета, по которому он имеет стремление приносить благодеяние, выгоду, добро и счастье (все это в данном случае сводится к одному), предупреждает вред, страдание, зло или несчастье той стороны, об интересе которой идет речь: если эта сторона есть целое общество, то счастье общества; если это – отдельное лицо, то счастье этого отдельного лица"[3]. В этом фрагменте политические и социальные характеристики приобретает категория интереса, завоевавшая центральное место в теориях реализма и либерализма.

У И. Бентама нет четкой методологии применимости его понятийного аппарата к его же конструкции международного права. В свое время на это обратил внимание Б. Н. Чичерин, отметив, что "у всех его выводов отрезаны корни; это – растение, висящее в воздухе"[4]. Но активность, с которой он распространял свои проекты организации правового международного порядка, доказывают убежденность ученого в том, что утилитарный подход, хотя и продиктованный заботой о национальных интересах Великобритании, принесет несомненную пользу в деле предотвращения межгосударственных войн. Рационализация внешней политики государств, избавление ее от страстей, личных амбиций и ошибок правителей и министров, с его точки зрения, предполагали открытость межгосударственных отношений, более широкий обмен информацией и отказ от тайной дипломатии. В то же время бентамовское требование открытости подчинено образу мыслей, сложившемуся вследствие географической разорванности Британской империи, внешняя политика которой всегда определялась императивом функциональности морских коммуникаций[5]. Эта особенность внешнеполитического сознания британских мыслителей во многом способствовала формированию универсального "принципа открытости", диагностирующего повестку глобальных трансформаций в конце XX в.

Лоббируя практическую направленность своих сочинений, И. Бентам побывал и в России. С его взглядами были хорошо знакомы выдающиеся русские государственные деятели (например, князь Григорий Александрович Потемкин) и юристы; на них, в частности, ссылался знаменитый реформатор российских законов Михаил Михайлович Сперанский. Склонный к резким оценкам Карл Маркс назвал его "гением буржуазной глупости"[6]. Критически оценивал взгляды И. Бентама и один из первых русских исследователей феномена политики Борис Николаевич Чичерин[7].

Последующая история международных отношений показала, что попытка И. Бентама убедить политиков его времени сочетать мораль и пользу потерпела фиаско. Категория интереса в рамках теории международных отношений обрела жесткие формы "национального интереса", с помощью которого создатели теории реализма объяснили природу анархичности международных отношений.

Вместе с тем воспринятые И. Бентамом идеи Клода Гельвеция и Дэвида Юма о разуме и силе общественного мнения положили начало рефлексиям и критическому анализу ведения международных дел. А предпринятая в начале XX в. британскими и американскими интеллектуалами кампания за доступность информации о международной политике оформилась в дискуссию о предмете феномена международных отношений, в рамках которой родилась новая наука.

  • [1] Бентам И. Введение в основания нравственности и законодательства.

    M.: Российская политическая энциклопедия (РОССПЭН), 1998. С. 390.

  • [2] Hoogensen G. International relations, Security and Jeremy Bentham. N. .: Routledge, 2005.
  • [3] Бентам И. Введение в основания нравственности и законодательства. М.: РОССПЭП, 1998. С. 10.
  • [4] Чичерин Б. Н. История политических учений. Т. 2 / подготовка текста, вступ. ст. и коммент. И. И. Евлампиева. СПб.: Изд-во русской христианской гуманитарной академии, 2008. С. 323.
  • [5] Кингстон-Микклори Э. Дж. Глобальная стратегия: пер. с англ. М.; Жуковский: Кучково поле, 2005; Хелд Д. и др. Глобальные трансформации. Политика, экономика и культура. М.: Праксис, 2004.
  • [6] Маркс К., Энгельс Ф. Соч. 2 изд. Т. 23. С. 624, прим.
  • [7] Чичерин Б. Н. История политических учений. М., 1874. Ч. 3. С. 256– 321.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Популярные страницы