Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Политическая социология

Типы и виды политической власти

Политическая жизнь представляет особую форму реализации интересов государства, политических партий и объединений, классов, наций, социальных групп, добровольных организаций и также отдельного человека по использованию власти, которая направлена на удовлетворение их политических интересов или предпочтений. Политическая жизнь находит выражение во властных отношениях, которые всегда направлены на защиту, закрепление и развитие достигнутых позиций, создание новых предпосылок для дальнейшего упрочения существующей власти.

Главным носителем властных отношений является государство. В лице конкретных органов в центре и на местах оно выступает (или должно выступать) основным субъектом властвования, который определяет главные направления развития политических и правовых отношений. От его способности рационально, своевременно и эффективно обеспечивать взаимодействие между различными экономическими, социальными и культурными институтами, согласовывать интересы всех субъектов политической жизни зависит динамизм общественных процессов.

Особую проблему представляет взаимодействие государства с человеком, а точнее говоря, человека с государством. В принципе это проблема обратной связи, ибо только ее наличие и постоянное совершенствование обеспечивают жизнеспособность политических структур. Знание настроений, тенденций их изменения, форм взаимодействия и способов привлечения людей к решению общественных проблем и составляет суть социологической интерпретации взаимодействия человека с государством.

Для социологии большое значение имеет структурирование властных отношений, олицетворяемых государством.

Наиболее часто употребляемой классификацией, применяемой в социальных науках, является разделение власти на три ветви: законодательную, исполнительную и судебную.

Социологические исследования трех ветвей власти показывают существенные различия между ними, так же как и различна оценка их деятельности населением. Однако в реально функционирующем сознании (и в советское время, и в настоящий период) самыми заметными для большинства россиян остаются органы исполнительной власти, а затем уже законодательной при почти полной неинформированности о власти судебной. Но при всем кажущемся парадоксе (ведь уже давно приняты соответствующие акты) оценка населением ветвей власти отражает реальное их положение, которое нельзя изменить никакими указами, постановлениями и другими официальными предписаниями.

Принцип разделения властей тесно увязан с адресной ответственностью за исполнение конкретных функций независимо от того, отвечает ли за это одно или несколько лиц, один или несколько институтов (в ряде стран и в разные эпохи исполнение, например, законодательных, исполнительных и судебных функций совмещалось). Принципиально важно, чтобы всегда было юридически ясно, за какую функцию, в какой момент и кто может быть спрошен по всей строгости закона.

В связи с этим обратимся к знаменитой римской юридической максиме "властвуй, разделяя", которая обычно трактуется в том смысле, что успешное управление предполагает насилие (т.е. "правитель – разъединяй, противопоставляй друг другу подвластных"). На самом деле имеется в виду совершенно противоположное: успешное управление основано на различении (divide – различение) и только в этом смысле – разделении тех, кем управляешь (т.е. "правитель – познай, согласовывай интересы подданных; познай, различи собственные властные способности и функции").

Другим основанием для типологизации политической власти является известное положение М. Вебера о трех типах господства: традиционном, легитимном и харизматическом. Такое деление дает представление скорее о характере власти, чем о ее сущности. Ведь харизма может проявиться и в демократическом, и в автократическом лидере, и в традиционном. На наш взгляд, при всей привлекательности такой постановки вопроса данный подход трудно использовать в конкретном социологическом исследовании. Он характеризует лишь некоторый логический вывод и является предметом абстрагирования от существующей практики. В реальной жизни в чистом виде невозможно найти данные типы господства: они обычно одновременно представлены практически во всех политических режимах. Речь может идти о степени, уровне их воплощения в конкретном анализируемом типе политической власти. Вот почему при характеристике российского государства в зависимости от политических позиций аналитика находят и черты традиционализма, что выражается в следовании принципам, присущим советской системе, и черты легитимности, проявляющиеся в формировании правового государства и в феномене харизмы, который нашел воплощение на начальных этапах деятельности первого президента России.

Еще один подход к типологизации политической власти проявляется в рассмотрении уровней властных полномочий на взаимодействующих уровнях, федеральном, региональном и местном. Эти органы власти в зависимости от ситуации по-разному оцениваются населением. Интересно отметить, что, когда начиналась перестройка, люди с большой симпатией относились к деятельности центральных органов власти и фактически отказывали в доверии представителям местных государственных учреждений. В середине 1990-х гг. исследования показали прямо противоположную картину: сравнительно высокая оценка деятельности местных органов власти при очень критической настроенности к президенту, правительству, Государственной Думе, уровень полного доверия к которым в 1994–2000 гг. не превышал 4–10%. С 2000 г. после избрания В. Путина Президентом страны его рейтинг резко повысился по сравнению с последними годами президентства Б. Ельцина и остается сравнительно устойчивым все 2000–2010-с гг., чего не скажешь об оценке работы Государственной Думы, Правительства РФ и Совета Федерации.

Анализ социологической информации показывает, что между этими уровнями – макро-, мезо- и микроуровнем – сложилось определенное противостояние, связанное с перераспределением властных полномочий, ответственностью за рациональную организацию производственной, общественной и личной жизни граждан, с возможностью финансового обеспечения осуществляемых социальных программ и мероприятий.

Кроме того, в научной литературе предпринимались попытки классифицировать формы и типы власти; на институциональные и неинституциональные; по функциям; по объему прерогатив; по методам и т.д.

Анализируя структуру и деятельность правящего субъекта, можно осуществить еще одно деление, основанное на оценке характера и качества власти, по степени соучастия населения в ее осуществлении, на полноте представительства интересов различных социальных групп. При этом можно назвать следующие типы власти.

1. Демократия – функционирует в рамках гражданского общества и правового государства и олицетворяет универсальные процедуры, связанные с избранием законодательных органов народом; всеобщее избирательное право; право большинства ограничивать (но не отменять) права меньшинства; доверие народа органам власти; нахождение государства под общественным контролем и т.д. (В данной интерпретации мы применяли современное объяснение демократии, в отличие от Аристотеля, который характеризовал демократию как стихийную форму реализации власти.)

Искажение принципов осуществления демократии может привести к ее отторжению большинством населения, как произошло в России после взлета надежд в 1991– 1992 гг. на демократические преобразования. По данным ВЦИОМ, к концу 1999 г. за демократию ратовало всего 6,2% опрошенных, в то время как за наведение порядка – свыше 80%, что можно расценивать как формирование благоприятной (или щадящей) ситуации к возможному установлению авторитарной политической власти. Практически эта ситуация не изменилась и в 2000-х гг., хотя отдельные тенденции в процесс стабилизации внесли некоторые изменения по отношению к понятиям "порядок" и "демократия" (табл. 5.1).

В условиях демократии существенным образом меняется доступ ко всем видам информации, в результате чего многие группы населения ведут себя иначе, открыто высказывают свое отношение к конкретным политическим процессам и представителям власти.

2. Плутократия (вариант – олигархия) и тесно связанная с ней бюрократия – олицетворяют власть немногих лиц или групп в государстве, резко ограничивая права и полномочия других субъектов, желающих участвовать в политической жизни и добивающихся прихода к власти. Они обычно не допускают, чтобы их сменили даже на основе одобренных законодательством процедур, и отвергают всякие попытки ограничить свою власть. Поэтому перераспределение власти может произойти только внутри этой группы, для чего используются "дворцовые" перевороты, разного типа тайные соглашения. Они готовы скорее перейти к таким формам, как тоталитаризм, чем демократия,

Таблица 5.1

Как Вы считаете, что сейчас важнее для России, % к числу опрошенных

Варианты ответов

2000 г.

2001 г.

2004 г.

2005 г.

2006 г.

2007 г.

2009 г.

Порядок, даже если для его достижения придется пойти на некоторые нарушения демократических принципов и ограничения личных свобод

81

75

75

74

68

68

59

Демократия, даже если последовательное соблюдение демократических принципов предоставляет определенную свободу разрушительным и криминальным элементам

9

8

13

11

11

18

18

Затруднились ответить

10

17

12

15

21

15

22

Источник: Общественное мнение – 2009. М., 2009. С. 32.

чтобы сохранить возможность продолжения политического господства.

Данный тип власти характерен для многих государств, в том числе для России, как в царские времена, так и в советское время. Речь может идти лишь о разных аспектах олигархической власти, а не о ее наличии или отсутствии. Это еще более применимо к политической жизни современной России, где борьба олигархических групп при активном участии бюрократии составляет сущность происходящих политических изменений (табл. 5.2).

Таблица 5.2

Кому сегодня в России принадлежит реальная власть, % к числу ответивших

Крупному капиталу

40

Президенту

21

Организованной преступности

12

Чиновникам

9

Местным органам власти

4

Государственной Думе

3

Главам регионов

2

Народу

1

Затрудняюсь ответить

8

Источник: данные РОМИР.

3. Этнократия – тип власти, которая сравнительно редко проявляет себя в явном виде. Хотя она обычно выступает в закамуфлированной форме, ее проявления – этноограниченность, этноэгоизм и этнофобия – реально существуют в ряде государств мира, в том числе в странах СНГ. Опасность такой формы власти проявляется не столько в том, что все ключевые позиции в политике и экономике сосредоточиваются в руках лиц одной национальности, сколько в том, что возрастает напряженность между народами, а это ведет к скрытой или открытой конфронтации, повышению миграции, росту недоверия на этнической почве и к серьезному, а иногда и резкому ухудшению ситуации в регионе. Некоторое представление о давлении этнократических сил дают сведения, приведенные в табл. 5.3.

Таблица 5.3

Доля титульного этноса в составе правительства и в населении республики, %

Республика (регион)

Доля в правительстве

Доля в населении

Дагестан

100

87

Чечня

100

93

Ингушетия

100

77

Кабардино-Балкария

86

67

Татарстан

84

53

Карачаево-Черкесия

80

50

Северная Осетия

76

63

Калмыкия

64

53

Башкортостан

59

30

Мордовия

52

32

Бурятия

50

28

Адыгея

47

24

Удмуртия

43

29

Источник: Сидоренко А. Политическая власть в этнических регионах // Федерализм и этническое разнообразие в России. М., 2010. С. 94-101.

4. Теократия – власть при которой сосредоточена в руках иерархов церкви или политических лидеров, руководствующихся религиозными постулатами. Теократические государства существовали в древнем мире (например, Иудея в V–I вв. до н.э.), в Средневековье (Священная Римская империя, халифаты Омейядов и Аббасидов), в Новое время (Парагвай – XVII в.). В современный период существует Иран во главе с шиитским духовенством, делались попытки создать теократические государства в Пакистане и Афганистане.

Установление теократических (или клерикальных) режимов сопровождается усилением религиозной регламентации всех сторон общественной и личной жизни, что выражается в придании религиозным праздникам статуса государственных, осуществлении судопроизводства па основе требований религии, участии служителей религиозных культов в политической борьбе, ее проникновении в основные социальные институты общества – в культуру, образование, армию и т.д.

5. Технократия – при этом типе власти функции государства осуществляются с позиций требований технических и организационных принципов производства, без должного учета политических и социальных факторов. Один из просчетов идеологов перестройки и сменивших их неолибералов состоял в том, что во все звенья государственной и общественно-политической власти пришли специалисты, которые, зная многое об организации производства, как правило, не умели руководствоваться потребностями общественного развития. Оборотной стороной этого технократизма стало засилье юристов и экономистов, которые тоже ограничены в своем одностороннем видении проблем. И те, и другие плохо знали человеческую психологию, выполняли свои функции в силу одностороннего понимания ответственности, а иногда и карьеризма, в силу примитивного понимания своих обязанностей, а не научного понимания значения политической работы.

Технократы достаточно последовательно проводят в жизнь свою убежденность в том, что институты и органы управления, занимающиеся хозяйственными делами, не должны участвовать в политической работе, только оказывать на нее давление. Они игнорируют тот факт, что любая форма власти так или иначе связана с воздействием на сознание человека, подчинением его определенному порядку и стремлением добиться конкретного результата. Они не придают значения тому, что эти функции не будут полностью или частично реализованы, если не будут учтены отношение людей, их понимание, мнение о различных акциях в сфере политики.

6. Охлократия – и в древние времена и в современную эпоху апеллирует к популистским настроениям в наиболее примитивных и вместе с тем массовидных вариантах стихийных акций населения. Она отличается изменчивостью политического курса, упрощенчеством при решении сложных общественных проблем, постоянным обращением к люмпенизированным слоям, прибегает к провокациям для возбуждения массовых страстей толпы. История свидетельствует, что чем больше и дольше власти злоупотребляют этими методами, тем печальнее и трагичнее завершают свой путь политические лидеры, обращавшиеся за содействием и поддержкой к этим слоям общества. В условиях охлократических режимов высок уровень иждивенческих настроений, когда усилия нередко сводятся к критике всех без исключения политических институтов, но далеко не всегда это сопровождается созидательной работой самого человека.

В заключение стоит напомнить об одном принципиальном положении, которое многократно проверено логикой общественного развития, а именно: отсутствие оппозиции пагубно влияет на всю политическую жизнь в стране. Когда нет оппонентов, когда все политические решения принимаются из одного центра, приходят успокоение и своеобразное "ожирение" властных структур. Вера в непогрешимость "единого центра", практика его безапелляционного диктата разрушают все поиски па политическом поприще, загоняют вглубь болезни и пороки и постепенно создают предпосылки для конфликта большой разрушительной силы. Именно так случилось с КПСС, когда, сосредоточив власть в своих руках, ответственность за развитие всего и вся, она сама обрекла себя на поражение, как и систему, которую она олицетворяла. Именно такой опасности подвергает себя "Единая Россия", когда устами своего руководителя провозглашает лозунг "Парламент – это не место для дискуссий".

Говоря о содержании и сущности властных отношений, следует напомнить, что эго в значительной степени проблема управления, качественного улучшения взаимосвязи теории и практики, органического соединения слова и дела. Решение задач научного управления всегда было связано с поиском новых, более эффективных форм и методов планомерного воздействия на общественную жизнь. Это в полной мере относится к любой сфере общественной жизни, что особенно наглядно проявляется в стиле деятельности как государства, так и общественных организаций.

 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы