Основные технологии лоббирования

Лоббирование осуществляется исключительно в рамках закона. Коррупция и иные противоправные формы влияния на процесс принятия решений указанными органами и лицами к лоббизму не должны иметь никакого отношения. Иное дело, что лоббисты предпочитают не афишировать свою деятельность, и это вполне им удается в условиях отсутствия правовых норм, регулирующих вопросы открытости лоббизма, конфликта интересов и т.п.

Лоббистская деятельность может осуществляться под прикрытием иных видов влияния, сочетаться с рекламой, PR-акциями. Например, во многих регионах Российской Федерации еще помнят "толлинговые войны" крупнейших производителей алюминия. Просто лоббистские сражения дополнялись многочисленными PR-акциями.

Наконец, лоббистская деятельность может иметь сложные отношения с нравственностью. Например, в 1987 г. сенатор Ллойд Бентсен решил организовать частный лоббистский клуб. Чтобы войти в этот клуб, лоббисты и директоры комитетов политического действия должны были уплатить 10 тыс. долл. Сенатор, в свою очередь, "соглашался" обедать с членами клуба, выслушивая их мнение по тем или иным вопросам. При этом сенатор обещал, что будет прислушиваться к членам клуба и полагаться на их финансовую поддержку. Все было в пределах правовых норм. Деньги шли на избирательную кампанию, а нс лично в карман сенатору. Но нравственная сторона дела была явно не проработана. В результате критики со стороны СМИ клуб был распущен[1].

Тем не менее в любом случае лоббирование всегда осуществляется в легальных формах с помощью легальных методов.

В Российской Федерации на момент написания данной книги закон о лоббизме не принят. Официальное признание лоббизма еще только начинается[2]. При этом лоббистов в их легальном понимании уже достаточно. Оперируя значительными средствами, лоббисты быстро овладели всеми возможными, наработанными мировой практикой методами легального влияния на власть, тем более что их не так много.

К первой группе технологий лоббирования можно отнести лоббирование путем мобилизации общественного мнения в пользу принятия необходимого решения. К методам мобилизации общественного мнения относятся: организация кампаний в СМИ, организация массовых акций (grassroots), public advocacy, инспирирование массовых обращений (astroturfing). Рассмотрим их подробнее.

Организация кампаний в СМИ – наиболее доступный и в большинстве случаев достаточный способ решения вопроса о влиянии на власть. В этом случае можно говорить о сочетании методов лоббизма и GR-деятельности. Заметим, что многие PR-службы бизнес-структур при решении задач продвижения интересов как раз и ограничиваются организацией публикаций материалов в различных изданиях, что собственно к лоббизму отношение имеет очень косвенное.

Организация массовых акций – очень эффективное средство давления на власть. Сюда можно отнести получившее широкое распространение в США использование гражданских инициатив на местах (grassroots activity), а также public advocacy campaigns. Еще в 1912 г. американский сенатор штата Индиана Альберт Беверидж отозвался о своей Прогрессивной партии, что она создавалась настоящими людьми "от корней" и "выросла на почве потребностей простых людей" (grass roots буквально переводится как "корни травы").

Типичная grassroots-кампания – это планируемое мероприятие, организованное для мобилизации общественной поддержки и оказания давления на законодателей, государственных должностных лиц или корпораций. Традиционная grassroots-активность может принимать стандартные формы в виде сбора подписей для петиций, сбора средств от мелких доноров для политической рекламы или кампании, агитации, участия в митингах, бесплатных телефонных линий, собрания небольших групп, интервью с ключевыми государственными должностными лицами и т.п.[3] Grassroots как форма политического убеждения может быть очень эффективным способом усиления общественного резонанса вокруг проблемы и побуждения представителей государственных органов к принятию конкретных решений.

Хорошим примером grassroots в российской практике служат стихийные выступления граждан после вступления в силу 1 января 2005 г. пакета законов о монетизации льгот. Митинги и пикеты прошли в разных городах России, а 10 января 2005 г. в Химках жители перекрыли Ленинградское шоссе и на несколько часов блокировали движение, протестуя против отмены льгот.

Более подробно grassroots-кампании рассматриваются в главе, посвященной лоббизму в США, так как именно в Америке подобные кампании получили наиболее широкое распространение.

Public advocacy campaigns – общественные акции, направленные на представительство и защиту прав и интересов определенной социальной группы. Группы активистов занимаются лоббированием социальных вопросов, таких как проблемы экологии, насилие в семьях, законы об абортах и т.д. К известным активистским группам относятся Greenpeace, организация по защите прав животных РЕТА, Ассоциация американских семей и т.д. Эффективность этих групп заключается в том, что, занимаясь продвижением своих программ, они автоматически обращают внимание общественности и политиков на более глобальные проблемы, касающиеся всего мирового сообщества. Тем не менее активистским организациям часто приходится защищать свои интересы среди какофонии мнений, сопровождающей любой законодательный проект в законодательных органах. Иногда позиции одних социальных групп могут не совпадать со взглядами других объединений и ассоциаций. Так, взгляды Ассоциации американских семей могут резко контрастировать с интересами организаций, защищающих интересы сексуальных меньшинств.

К стратегиям и тактикам таких групп можно отнести методы прямого взаимодействия с властью, grassroots-кампании, судебные разбирательства с целью поддержки своих или блокировки чужих проектов, массовые демонстрации, бойкотирование и др. К примеру, экологическая организация Rainforest Action Network объявила бойкот сети ресторанов Burger King из-за того, что они закупали мясо животных на месте уничтоженных джунглей. В результате успешной акции и общественного резонанса Burger King был вынужден сменить поставщиков говядины. Многие экологические организации достигли хороших результатов за счет долгосрочного сотрудничества с корпорациями. В 2010 г. Environmental Defense Fund и McDonalds отпраздновали 20 лет сотрудничества по защите окружающей среды от мусора в виде пищевой упаковки.

Укажем, что в России практика привлечения низовых общественных организаций или групп интересов развита в гораздо меньшей степени. Множество общественных объединений, концентрирующих огромный личностный потенциал и инициативу, зачастую работают вхолостую, не достигая поставленных целей по той причине, что их усилия попросту игнорируются властями, а сами организации слишком слабы, чтобы заставить прислушаться к себе. Несмотря на это, опросы, особенно проведенные в последнее время, свидетельствуют о двух изменениях в общественно-политических отношениях. Первое – граждане все меньше готовы доверять общей риторике политика и все больше смотрят на конкретные результаты его действий. Второе – добровольные некоммерческие объединения граждан уже играют определенную роль в таких сферах, как образование, ЖКХ, охрана окружающей среды, и органы власти, особенно на низовом уровне, иногда вынуждены считаться с мнением общественности.

Прекрасным примером является проект "Пионеры зеленого PR в “Саду Владимира Путина 1”", когда один из петербургских дворов попал под очередную точечную застройку очередным бизнес-центром. В ответ на "уплотниловку" территории и игнорирование властями жалоб жильцов местные активисты решили благоустроить территорию и засадить именными деревьями сквер, получивший название "Сад Владимира Путина 1". С помощью этих мер жильцы смогли не только привлечь внимание широкой общественности к проблемам уплотнительной застройки через СМИ, но и предложить местным властям меры по предотвращению сокращения площадей зеленого фонда города. Благодаря этим усилиям строительство бизнес-центра было прекращено, а сквер занесен в реестр городской муниципальной "зеленой недвижимости".

Media-jacking, или "медийный перехват", относится к одной из популярных стратегий последнего времени. Media-jacking – процесс создания паблисити для своей повестки за счет использования чужой площадки или новостного пространства. Такое медийное паразитирование подразумевает интеграцию своего месседжа в актуальный новостной фон чужого мероприятия и переключение внимания аудитории на собственные вопросы или проблемы. Так как корпорации и политики имеют больше ресурсов для привлечения прессы, хорошо спланированные, креативные медиаперехваты могут быть весьма эффективным способом привлечения интереса СМИ во время проведения малобюджетных активистских акций.

Примеры из практики

  • 1. В 2007 г. компания Kimberly-Clark Corporation, выпускающая продукцию личной и промышленной гигиены, проводила запись дорогого рекламного ролика гигиенических салфеток Kleenex, по сценарию которого прохожие, задействованные в рекламе, должны были "пустить слезу" и произнести ключевую фразу "Мне нужен Kleenex!". Активисты Greenpeace, "случайно проходившие мимо" во время записи ролика, начали рыдать, жалуясь на то, что корпорация вырубает девственные леса для изготовления салфеток. В результате съемка рекламного клипа была сорвана, а акция Greenpeace стала интернет-хитом.
  • 2. В 2006 г. активисты другой экологической организации – Rainforest Action Network – проникли на ежегодное Лос-Анджелесское автошоу по поддельным пропускам для прессы. Сразу посте окончания программного выступления председателя совета директоров и главного управляющего General Motors Рика Вагонера, посвященного "экологически дружественной" политике компании, активисты, представившись представителями СМИ, поблагодарили компанию за социально ответственную политику, а потом сообщили публике, что General Motors готова дать письменное обязательство обещаниям, сделанным во время доклада. Раздосадованный председатель правления наотрез отказался что-либо подписывать, мотивируя это тем, что во время выступления он выражал свое личное мнение, а не позицию всей компании. Неудивительно, что такое расхождение в словах и поступках вызвало негодование аудитории, тут же "взорвав" новостные сводки информационных агентств. Около 700 СМИ опубликовали материалы, обвинявшие Generaд Motors в лицемерии и политике "зеленого камуфляжа"[4].

Инспирирование массовых обращений получило название astroturfing, или задействование искусственного общественного мнения (astroturf переводится как "искусственный газон"). Термин astroturfing ввел сенатор от штата Техас Ллойд Бентсен, который назвал управляемые политтехнологами "народные инициативы" в поддержку республиканцев "искусственной травкой", а не настоящими движениями "от корней" (grassroots).

Приведем пример. В 2003 г. письма от рядовых граждан, приветствующие публичную политику Республиканской партии, наводнили многие американские районные газеты в США. Оказалось, что кампания была сфабрикована одним из политических порталов, который предлагал интернет-пользователям кредитные бонусы за подпись и отправление в газету уже написанного письма.

То есть основная суть кампании заключается не в привлечении общественной поддержки, а в ее имитации. Если grassroots-кампании делаются при минимальном количестве денежных средств и максимальном привлечении людей, то astroturf-кампании требуют значительных средств, не привлекая при этом множества людей. Как правило, за такими кампаниями стоят не общественные организации, а корпорации (в частности, Philip Morris, Georgia Pacific, General Electric, Chevron, National Hockey League, Procter & Gamble) или лоббистские фирмы (Burson-Marsteller, Davies Communications, Hill & Knowlton, National Grassroots & Communications). Астротурф строится на использовании баз данных избирателей и вовлечении наименее информированных из них. Иногда участие избирателей вообще оказывается фикцией, когда, например, сенаторы получают письма или телеграммы за подписью людей, которые на самом деле их не подписывали.

Инспирирование массовых обращений – наиболее простой вариант постановки проблемы, выгодной лоббирующей группе интересов, для представительной власти, тогда как власть исполнительная может и не заметить этой кампании. Петиции, жалобы, предложения от избирателей, адресованные лично депутатам, они едва ли оставят без внимания. Представитель администрации Никсона в конгрессе Том Корологос, описывая методы влияния на конгрессменов и прогнозируя ответ одного из них, как-то сказал: "Сейчас он спросит: покажите мне 10 тысяч писем из моего округа, и я буду “за”". В Российской Федерации ситуация с обращениями не выглядит столь эффективной, но рано или поздно изменения произойдут, и массовые петиции будут иметь большие шансы быть услышанными.

Вторая группа технологий лоббирования – самая популярная и эффективная – непосредственная, часто индивидуальная работа с представителями власти. Виды такой работы многообразны. Многие из них закреплены в различных нормативных правовых актах, регулирующих деятельность депутатов, государственных и муниципальных служащих, органов государственной власти и местного самоуправления муниципальных образований. Среди наиболее известных, доступных бизнесу и эффективных видов лоббистской деятельности (они применяются как профессиональными лоббистами, так и сотрудниками GR-департаментов) можно назвать:

  • • разработку проектов нормативных правовых актов и организацию их обсуждения;
  • • консультирование представителей власти, в том числе организация экспертиз принимаемых решений;
  • • предоставление информации;
  • • участие в работе органов государственной власти и местного самоуправления муниципальных образований и их структурных подразделений;
  • • участие в работе консультативных (совещательных) органов, рабочих групп по выработке решений;
  • • участие в парламентских слушаниях;
  • • помощь в организации мероприятий, проводимых представительными или исполнительными органами власти и местного самоуправления и т.д.

Каждая из перечисленных форм работы по лоббированию имеет свои достоинства, каждая для своей реализации требует особой стратегии. Например, разработка проектов нормативных правовых актов предполагает в ряде случае проведение определенной работы по включению наименования правового акта с соответствующей тематикой в план работ соответствующего органа, а участие в работе рабочей группы по выработке интересующего решения предполагает проведение работы по попаданию в эту рабочую группу и т.д. Однако все многообразные формы работы основаны на одном – на личном контакте с представителями власти, ответственными за принятие решений. В зависимости от характера личных контактов их можно разделить на формальные (официальные) и неформальные. Неформальные контакты часто предполагают наличие неформальных связей лоббистов и лиц, принимающих решения (дружеские, семейные, земляческие и т.п.). Такие связи разветвлены и настолько прочны, что заставляют иногда принимать решения, которые у всех остальных просто вызывают недоумение.

В отличие от бытующего мнения, что к депутатам и чиновникам достучаться невозможно, действительная ситуация выглядит по-иному. Большинство региональных и местных депутатов вполне охотно идут на контакты и сотрудничество с представителями бизнеса. Мнение же о закрытости депутатов связано с тем, что стремятся попасть к ним на прием главным образом и прежде всего лица, чьи проблемы решить практически невозможно (или очень трудно) и которые стали профессиональными жалобщиками. Что же касается контактов с бизнесом, то большинство депутатов регионального и местного (исключая директорат, предпринимателей и представителей сообществ), по нашим наблюдениям, явно испытывает дефицит такого рода связей, которые приносят и деньги, и информацию, и статус.

Что касается представителей исполнительной власти, то они всегда включены в иерархию и потому зависимы в принятии решений в гораздо большей степени, чем депутаты. Поэтому одна из задач лоббиста – определение уровня компетентности чиновника, его способности решить тот или иной вопрос. Так, рядовое чиновничество редко когда способно решить более или менее принципиальный вопрос. Его сила в личных связях и умении ускорить или задержать продвижение бумаг. Лоббирование начинается с чиновников среднего звена, возглавляющих отделы, управления, или различного рода советников, помощников первых лиц. Как правило, они уже имеют возможность для принятия самостоятельных решений, способны решить и решают вопросы, интересующие группы интересов. Например, согласно исследованиям первого российского PR-агентства "Никколо М" (2008), чиновники федерального уровня весьма неохотно идут на официальный контакт с бизнес-структурами и предпочитают встречаться в основном с представителями бизнес-ассоциаций, чтобы не быть заподозренными в лоббировании интересов конкретной организации.

Организация контактов с вышеперечисленными лицами требует предварительной наработки связей, наличия рекомендаций и предполагает овладение определенными навыками бюрократического общения и нормами бюрократического этикета.

В общем, способы влияния на чиновника ничем не отличаются от способов влияния на любого человека и хорошо известны. В арсенале лоббиста: организация обедов, предоставление билетов на различные мероприятия, обеспечение транспортом и т.п. Единственная "трудность" – законодательство о государственной и муниципальной службе, несколько ограничивающее чиновника в его контактах.

Итак, личная заинтересованность и личные договоренности, неформальные контакты и неформальные отношения сегодня решают многое. И все же значительные секторы экономики остаются открытыми для формализованного лоббирования. Другое дело, что большинство групп интересов, организаций пока даже нс ставит вопрос о легальном продвижении своих интересов и предпочитает решать свои вопросы более простым, традиционным и от этого не менее эффективным способом, используя механизм коррупции.

  • [1] Скидмор Дж. М., Трипп М. К. Американская система государственного управления. М„ 1993. С. 125.
  • [2] См.: Киселев К. В. Лоббизм: проблемы правового регулирования // Чиновник: Информационно-аналитический вестник Уральской академии государственной службы. 2000. № 3 (9); Лепехин А. Лоббизм в России и проблемы его правового регулирования; Любимов А. П. Проблемы правового формирования лоббизма; Малько А. В. Лоббизм.
  • [3] Samoilenko S. Campaigns, Grassroots. Р. 190–194.
  • [4] Подробнее см.: Reinsborough, Canning, Russell, 2012.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >