Контрреформы, Органы и учреждения юстиции Российской империи конца XIX – начала XX века

После изучения данной главы студенты должны:

знать

  • • развитие суда и процесса в период контрреформ 1880–1890-х гг.;
  • • по каким направлениям проводились контрреформы;
  • • систему центральных и местных органов и учреждений юстиции;
  • • структуру судебной системы;

уметь

  • • провести сравнительный анализ суда и процесса первой половины XIX в. и в период контрреформ 1880–1890-х гг.;
  • • объяснить специфику деятельности адвокатуры в период контрреформ;
  • • объяснить сущность тюремной реформы в период контрреформ.

Российская империя на рубеже XIX–XX столетий являлась крупнейшей континентальной державой, население которой достигло 125 млн человек. Социально-экономическое развитие России вступило в принципиально новую фазу. Россия переживала бурный рост практически во всех отраслях хозяйства. Появился монополистический капитал как следствие взаимодействия промышленного и банковского секторов экономики. Динамичное развитие России сделало ее привлекательной для иностранного капитала. По многим показателям Россия занимала первое место в мире. Социальное развитие страны сильно отставало от экономики. Русские подданные подразделялись на феодальные сословия, хотя уже начинали формироваться классы буржуазии и пролетариата.

Правительство не видело многих новых тенденций в общественном развитии и не было готово к решению насущных проблем страны. Поэтому структура власти и управления серьезных изменений не претерпела. Отдельные частично удавшиеся реформы не могли изменить ситуации. С. Ю. Витте, министр финансов в 1892–1901 гг., воплотил экономическую программу, которая включала в себя три направления: жесткая налоговая политика, строгий протекционизм, финансовая реформа. Наиболее успешная финансовая реформа, проводившаяся С. Ю. Витте, закончилась введением винной монополии (1894), денежной реформой (1897), допуском иностранных инвестиций в экономику страны (1899). В начале XX столетия также произошли частичные изменения в законодательстве. В 1903 г., например, было принято (в пятой по счету редакции) Уложение о наказаниях уголовных и исправительных. Однако внутренняя политика самодержавия не смогла разрешить накапливавшиеся в стране экономические и социальные противоречия. Просчеты во внешней политике привели Россию к русско-японской войне 1904–1905 гг. и к вступлению в 1914 г. в Первую мировую войну. Обе войны во многом способствовали свержению самодержавия. В России складывалась ситуация, вылившаяся в события 1905–1907 гг., а затем в революцию 1917 г.

На общем фоне социально-экономического развития страны, особенностей ее внутренней и внешней политики рассмотрим изменения, затронувшие судебную власть России, ее органы и учреждения юстиции.

Суд и процесс в период контрреформ 1880–1890-х гг., как видно из обзора первой главы учебника, хорошо представлен в историко-правовой литературе, но достаточно перспективен для региональных исследований. Отход от либеральных реформ впервые стал проявляться в 1870-е гг., еще в период правления Александра II, что объяснялось ростом в пореформенной России общественного движения.

С 1866 г. присяжным судам запретили рассматривать дела о печати. В 1871 г. появились изменения в процессуальном праве. Отныне дознание по государственным преступлениям переходило из компетенции судебных следователей к жандармам. Дела, связанные с народовольческим движением и особо опасными государственными преступлениями, с 1872 г. рассматривались Особым присутствием Сената. Александр II затягивал с осуществлением городской реформы, предпринимал ряд мер охранительного характера.

Ситуация в корне изменилась после неудавшегося покушения на царя 8 февраля 1880 г. Самодержец был возмущен неспособностью полицейских органов обеспечить ему безопасность. Уже 12 февраля 1880 г. была учреждена Верховная распорядительная комиссия по охране государственного порядка и общественного спокойствия во главе с Μ. Т. Лорис-Меликовым. Комиссия проработала около двух месяцев и предложила ряд мер, оформленных актами 6 августа 1880 г. – 17 февраля 1881 г.

По указам Александра II в это время упразднялось III отделение с передачей его функций Департаменту полиции МВД, ужесточился контроль Сената над губерниями, где отмечалась наибольшая социальная активность, усилилась борьба с народовольцами. Вместе с тем предлагалось пойти на некоторые уступки наиболее законопослушным представителям земств и привлечь их к участию в законотворческой деятельности Государственного совета. Вышеописанные меры получили название плана "умиротворения" России. Первого марта 1881 г. Александр II был убит в результате покушения народовольцев, и намеченный план "умиротворения" проявился уже в другом ракурсе.

2 марта 1881 г. на престол вступил Александр III и вскоре (29 апреля того же года) новый император подписал манифест "О незыблемости самодержавия". Этот закон правомерно отождествляют с поворотом к реакции или к так называемому курсу "контрреформ" 1880–1890-х гг. Александр III всегда выступал сторонником жесткого внутриполитического курса, но в данном случае контрреформы являлись также ответом общественному движению на убийство Александра II.

Контрреформы проводились сразу по нескольким направлениям. Были осуществлены судебная, земская, городская контрреформы, отмечались реакционные меры в области народного образования, ужесточалась цензура, ограничивались права национальных меньшинств.

Судебная контрреформа преследовала две взаимосвязанные цели: ограничить гласность, демократичность суда и усилить административное вмешательство в судопроизводство. В частности, "Положение о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия" от 14 августа 1881 г. запрещало публиковать отчеты суда по политическим делам (гл. II. ст. 17–18), а 12 февраля 1887 г. появился указ, по которому любое дело могло быть объявлено секретным и судебное заседание проходило в закрытом порядке. Из ведения общих судов изымались дела о противодействии, сопротивлении властям, о покушениях на должностных лиц. Указом от 20 мая 1885 г. вводилось Высшее дисциплинарное присутствие Сената, которое обладало правом смещать судей и переводить их на другую судебную должность. Представление о необходимости кадровых перестановок имел право осуществлять министр юстиции.

В 1889 г. был сужен круг правомочий присяжных заседателей, а в 1891 г. – ограничена открытость гражданского суда. Земские участковые начальники стали альтернативой мировым судьям. Можно сказать, что очень серьезный удар был нанесен всему институту мировых судей. 12 июня 1889 г. вышло "Положение о земских участковых начальниках". По новому закону мировые суды упразднялись повсеместно кроме Петербурга, Москвы, Одессы. В 40 губерниях страны их заменили земские участки – всего было образовано более 2 тыс. из расчета 4–5 участков на уезд – во главе с земским участковым начальником (ст. 47). В отличие от мирового судьи он не избирался, а назначался по представлению губернаторов министром внутренних дел (ст. 14). Кроме того, участковые начальники могли быть только из дворян, с высоким имущественным цензом и прослужившие в судебных или подобных им учреждениях не менее трех лет. Наличие высшего образования для утверждения в должности было желательным, но не обязательным условием, иногда довольствовались "незаконченным домашним" (ст. 6–7). Это место по назначению министра юстиции могли занять также уездные члены окружного суда и городские судьи. Таким образом, вновь входил в силу принцип сословного суда.

Земские участковые начальники обладали достаточно широкими полномочиями: надзор над общинным крестьянским самоуправлением, курирование волостных судов, уездных по крестьянским делам присутствий. Они были правомочны рассматривать земельные вопросы, в их ведение переходили гражданские и уголовные дела, подсудные прежде мировым судьям. Кроме того, земские начальники наделялись полицейскими полномочиями.

Первой инстанцией Положение от 12 июня 1889 г. определяло земских уездных начальников и городских судей, второй – судебное присутствие уездного съезда, состоявшее из члена уездного окружного суда, городских судей и земских начальников. Председателем съезда являлся уездный предводитель дворянства, кассационной инстанцией – губернские присутствия во главе с губернатором (ст. 62–66).

После введения Положения о земских участковых начальниках, сосредоточившего многие функции как судебного управления, так и судебной практики в ведомстве Министерства внутренних дел, круг ведомства Министерства юстиции сузился. Вместе с тем законом 1895 г. главное тюремное управление было выделено из состава МВД и присоединено к Министерству юстиции. Одновременно с этим министру юстиции было присвоено звание президента Общества попечительного о тюрьмах.

В отличие от мировых судов и уездного по крепостным делам присутствия земские начальники творили в уездах настоящий произвол. Факты взяточничества, вымогательства, превышения полномочий стали в уездах повсеместными. Например, закон 1889 г. создавал апелляционную инстанцию для волостного суда в лице уездного съезда и кассационную – в лице губернского присутствия. Поэтому земские начальники получили право просматривать все решения волостных судов и представлять к отмене те из них, которые были, по их мнению, неправосудны. То, что земские начальники назначали волостных судей и участвовали в обжаловании вынесенных ими решений, свидетельствует об их неограниченной власти над волостными судами. Положение и Правила 1889 г. ликвидировали в низовом звене судебной системы начала независимости суда от администрации, несменяемости, всесословности и кассационный порядок обжалования.

Вышестоящими инстанциями по отношению к земским начальникам и городским судьям являлись административные органы – уездный съезд и губернское присутствие. Земские начальники могли быть уволены по распоряжению министра внутренних дел, городские судьи – по постановлению консультации при Министерстве юстиции, утвержденному министерством. Кроме того, закон 1889 г. вернул множественность судебных инстанций, предусматривал не только сохранение, но и расширение подсудности волостного суда, к тому же ставил его в полную зависимость от земского участкового начальника.

В соответствии с чрезвычайным Положением от 14 августа 1881 г. (принималось на три года, но всякий раз продлялось), другими законами ужесточалась карательная политика самодержавия. Увеличивался штат Отдельного корпуса жандармов, учреждались новые жандармские структуры, так называемые охранные отделения. "Царская охранка" действовала самостоятельно от местных жандармских учреждений, активно использовала деятельность тайных агентов-доносчиков и провокаторов. В 1882 г. создается новая структура – секретная полиция, обладавшая агентурной сетью для контроля над русскими эмигрантами и дискредитации революционного движения.

В начале XX в. появляется новый актовый материал: Уложение о наказаниях 1903 г.; в 1906 г. изданы Основные государственные законы.

Ситуация в стране резко изменилась в связи с революцией 1905–1907 гг. Правительство П. А. Столыпина использовало силовые методы подавления революционного движения. Были разгромлены профсоюзы, запрещены демократические издания. 19 августа 1906 г. был принят указ о военно-полевых судах. Закон не был внесен на рассмотрение Государственной думы и потерял силу 20 апреля 1907 г., тем не менее это не помешало его широкому применению. В 1906–1907 гг. было вынесено более тысячи смертных приговоров. В стране вновь появились виселицы, прозванные в народе "столыпинскими галстуками". Судебное преследование нередко заменялось внесудебной расправой карательных органов (полиции, жандармерии, охранного отделения), взявших на вооружение самые разные методы, в том числе и противоправные (подкуп, шантаж, убийства и т.д.).

После революции начинается процесс восстановления законности. Так, в 1912 г. был возобновлен институт мировых судей, а земские начальники утратили судебную власть. При рассмотрении гражданских дел не только мировыми судьями, но и окружными судами допускалось применение обычаев. После начала Первой мировой войны 1914–1918 гг. Россия была вынуждена прибегнуть к чрезвычайным административным мерам. 20 июня 1914 г. была учреждена новая редакция закона о суде в военное время. Согласно этому документу в районах военных действий и в местностях, объявленных на военном положении, военно-судебная власть передавалась полковым, этапным, военно-окружным судам и Главному военному суду. (Новая редакция Закона не отменяла, а дополняла действовавшее Положение 1892 г. "О местностях, объявленных на военном положении".) Военным судам были подсудны не только военнослужащие, но все лица, находившиеся на обозначенной территории, как русские подданные, так и проживавшие на захваченной территории. Военные суды формировались из офицеров, оперативно и при закрытом режиме решали дела, приговор вступал в силу и приводился в исполнении в течение суток.

В 1915 г. были введены Особые совещания – чрезвычайные межведомственные органы управления, состоявшие из представителей различных организаций, учреждений и ведомств. В Особые совещания входили представители местных организаций – Местные совещания, что регламентировалось Правилами 1915 г., в соответствии с чем в губернии и в крупные города направлялись уполномоченные. Особые совещания и губернаторы ограничивали местное самоуправление, в частности, при введении военного положения. По своему усмотрению губернатор мог изъять под личный надзор административные дела о преступлениях и проступках, мера наказания по которым не превышала трех месяцев тюрьмы или 3 тыс. руб. штрафа. Губернаторы получили право передавать дела в военный суд и требовать их рассмотрения при закрытых дверях. С учреждением Всероссийского союза земств и городов (Земгор) и Военно-промышленных комитетов (ВПК) в 1915 г. данные чрезвычайные органы по организации обороны и тылового обеспечения получили право предъявлять иски в суде и отвечать по искам.

Однако чрезвычайные меры не оградили страну от революционных потрясений. С 1917 г. царское, а затем Временное правительство было вынуждено применить еще более жесткие меры для подавления беспорядков с помощью армии, на фронте восстановили смертную казнь, ужесточилось уголовное и внесудебное преследование. Тем не менее Россия погружалась в хаос революции и Гражданской войны, перечеркнувших позитивный опыт становления судебной власти страны в предыдущий 50-летний период ее истории.

Законотворчество Министерства юстиции характеризуется в это время особым вниманием к правам личности. В 1897 г. разработан проект закона об изменении порядка возбуждения вопросов об ответственности губернаторов, в 1903 г. появился проект закона об условном осуждении. Кроме того, Министерством юстиции был разработан новый дисциплинарный устав, а в 1904 г. проект закона о некоторых изменениях в наказуемости и порядке преследования государственных преступлений. В том же году Министерством юстиции утверждены Правила о порядке содержания в тюрьмах гражданского ведомства политических арестантов.

Министры юстиции России также заседали в Международном трибунале и в Международной палате Третейского суда в Гааге. Задачей Министерства юстиции было информирование министров об утверждении уставов вновь созданных организаций и обществ, а сам министр обязан был еженедельно представлять императору личные или письменные доклады о состоянии порученных дел. Завершением реформы пенитенциарной системы, начавшейся в пореформенное время, стала передача в 1895 г. из ведения Министерства внутренних дел в ведение Министерства юстиции Главного тюремного управления.

Проблематика обеспечения правового единства страны и распространения юридических знаний дополнялась также неудобством пользования громоздкими книгами Свода законов, редкими его переизданиями, незначительными тиражами и появлением неофициальных изданий Свода (в 4 книгах в 1913 г.). После свержения царизма в 1917 г. некоторые законодательные материалы, содержавшиеся в Своде законов, подверглись переработке. Своеобразие Свода законов заключалось в том, что далеко не всегда базовые российские правовые акты изначально были оформлены как кодексы, а последующие дополнения к ним часто не имели официального статуса поправок. Адвокатура на рубеже XIX–XX вв. характеризуется стремлением поверенных к независимости и попытками самодержавия принизить роль правозащитников в общественной жизни. Правительство разрабатывало проекты законов, препятствующих эффективной деятельности института адвокатуры. Первый такой проект еще до контрреформ, в 1876 г., внесло Министерство юстиции. Похожие предложения об ограничении адвокатуры были представлены в 1885,1890, 1896 гг., а затем в 1904 г. Во время революции 1905–1907 гг. Государственный совет возвратил проект обратно в Министерство юстиции. Во время революции и после ее поражения правительство неоднократно пыталось запугать адвокатуру, создавало бюрократические препятствия их деятельности, стремилось ограничить компетенцию общего собрания присяжных поверенных лишь принятием отчета о деятельности этой организации за истекший календарный год. Иногда правительство переходило к прямым репрессиям, случалось, что присяжных арестовывали (бывало, прямо в суде) за слишком пламенные выступления, если прокурор считал их антиправительственными. Адвокаты жаловались на угрозы в их адрес и давление, которое на них оказывали, пытаясь помешать профессиональной деятельности. В 1909 г. чиновники предложили составить "черный список неблагонадежных" адвокатов, а всех поверенных без разбора обыскивать "в случае появления оных в тюрьме" при исполнении своих обязанностей.

Вместе с тем в условиях революции 1905–1907 гг. активно развивалось корпоративное сознание адвокатуры. В марте 1905 г. состоялся первый съезд присяжных поверенных и их помощников, где присутствовало 200 депутатов. Съезд принял резолюцию о создании Всероссийского союза адвокатов. В октябре 1905 г. второй съезд адвокатов принял организационные решения, необходимые для постоянной деятельности Всероссийского союза адвокатов.

Адвокатура в большинстве своем стала оппозиционна самодержавию, призывала к смене общественного строя, в 1905 г. намечала провести забастовку. Однако настоящего организованного единства и политической воли к борьбе российская адвокатура не проявила, поэтому не удалось развить идею постоянных съездов и союза адвокатов. Лишь немногочисленные присяжные поверенные и их помощники, которые бескорыстно верили в идеи свободы, равенства и братства, проводили незначительные и малочисленные акции против самодержавия на общем фоне безразличия их преуспевавших коллег. Городской пролетариат полагал, что адвокаты стоят на страже интересов дворян и буржуазии в деле эксплуатации рабочего класса, что адвокатура продалась империалистам. Такие идеи пропагандировали адвокаты, состоявшие в партии большевиков-ленинцев. Отчасти благодаря их агитации отношение к адвокатуре общественности было в основном негативным.

После Февральской революции в адвокатуре произошли позитивные изменения. Прекратилось давление на них властей. Некоторые из членов Временного правительства (например, А. Ф. Керенский) сами вышли из адвокатской среды. Министерство юстиции в 1917 г. сочло возможным допустить к правозащитной практике женщин, сняло оставшиеся ограничения по конфессиональным и национальным признакам, отменило запрет на участие адвокатов в военных судах. Съезды присяжных поверенных и их Совет с февраля по октябрь 1917 г. не преследовались властью. В Декларации Временного правительства от 3 марта 1917 г. объявлялась полная и немедленная амнистия по всем делам политическим и религиозным, провозглашались свобода слова, печати, союзов, собраний и стачек, отмена всех сословных, вероисповедных и национальных ограничений. Был учрежден подкомитет по законопроектам при Минюсте, он готовил новый закон об адвокатуре в России. Однако кардинальных изменений принять не успели.

Таким образом, процесс становления отечественной адвокатуры Российской империи периода буржуазных революций показал, что низкий уровень социально-экономического развития, нищета населения, отсутствие правовой культуры в обществе не способствовали формированию положительного образа адвоката у подавляющего большинства населения. На фоне негативного отношения государства к адвокатуре востребованность людей этой профессии практически не наблюдалась. Да и профессиональные, и личностные качества правозащитников нередко вызывали сомнение.

Подытоживая сказанное, напомним несколько моментов, относящихся к контрреформе адвокатуры. Впервые вопрос о необходимости реформы возник в 1876 г., когда Министерство юстиции внесло проект, направленный на ограничение независимости адвокатуры и указывало, что у него имеется достаточно материала для разработки реформы. В 1885 г. Минюст все-таки вернулся к вопросу о целесообразности пересмотра существующих положений о присяжных поверенных. Для этого была учреждена комиссия под председательством бывшего обер-прокурора первого департамента Правительствующего Сената.

Вновь вопрос был поднят в 1890 г., и уже следующая комиссия под председательством директора первого департамента Сената довела работу до конца, составив полный проект изменений к правилам судебных уставов о присяжных поверенных. В 1904 г. проект был представлен в Государственный совет. Но вскоре после этого произошло изменение в политическом строе, и реформированный Государственный совет возвратил все находившиеся у него проекты в Министерство юстиции.

То есть чиновничья бюрократия всеми силами сопротивлялась укреплению института адвокатуры, цепляясь за привычный порядок прежних времен.

Нотариат в период контрреформ и буржуазных революций серьезных изменений не претерпел, хотя современники и отмечали необходимость обновления Положения 1866 г. применительно к новым условиям. В 1899 г. Правительство составило проект новой редакции Положения о нотариальной части. Особым совещанием Минюста 14 мая 1904 г. проект был рассмотрен и утвержден. Однако и он не смог урегулировать все важные вопросы, касающиеся деятельности нотариусов. Поэтому предполагалось принять отдельный закон о нотариате, проект которого рассматривался несколько раз, но до 1917 г. он так и не был принят. Вместе с тем в 1904 г. была издана объяснительная записка к проекту о нотариате (в 3 томах), которая содержала в себе нормотворческие и практические предложения по реформе нотариата, выходило также много методической и справочной литературы в помощь практикующим нотариусам.

К началу XX столетия стала четко звучать основная проблематика, мешавшая дальнейшему развитию нотариата. В частности, среди наиболее насущных проблем, перечисляемых самими нотариусами того времени, выделялись вопросы об оплате труда нотариуса, об отсутствии точного и подробного изложения прав и обязанностей нотариусов, о подчиненности нотариата окружному суду. В связи с этим в юридической литературе того времени высказывались различные точки зрения по совершенствованию законопроекта. Например, предлагалось передавать доходы нотариуса в казну и исходя из этого выдавать им, как и другим государственным служащим, жалованье, осуществлять выплату добавочного к заработку содержания, организовать накопление в нотариальном фонде при Министерстве юстиции отчислений от нотариальной таксы в пользу действующего нотариуса. Такое положение сохранялось вплоть до Октябрьской революции 1917 г.

В начале XX столетия принято несколько законодательных актов, направленных на усовершенствование делопроизводства в нотариальных архивах. Среди них Закон 1910 г. "О пересылке выписей и утвержденных нотариальных актов по почте" и Закон 1911 г. "Об уничтожении особых крепостных книг в нотариальных архивах и о расширении компетенции помощников старших нотариусов по утверждению крепостных актов и выдаче выписей".

Итак, можно утверждать, что в начале XX в. система российского нотариата представляла собой достаточно развитый институт защиты субъективных прав, действовавший на солидной правовой базе.

В период контрреформ сузился объем компетенции службы приставов. С упразднением мировых судов (в период с 1889 по 1912 г. практически повсеместно) судебные приставы, состоявшие при съездах мировых судов, также прекратили свою деятельность. Положительно на качество их работы повлияло введение в 1892–1893 гг. должности рассыльных повесток и распоряжений, что было важно для обеспечения деятельности как общих судов, так и мировых судей.

В ходе судебной контрреформы в 1889 г. была реорганизована мировая юстиция. Устанавливался измененный порядок исполнения судебных решений. Кроме мер репрессивного характера, принудительных мер конкретизировались положения о вознаграждениях, о плате за хранение арестованного имущества, о сроках публичных торгов конфискованного имущества, о правилах и сметах расходов, счетоводства, отчетности по суммам и ведения бухгалтерского учета в юстиции.

В Общих и Особых наказах, в других подзаконных актах, издававшихся во время судебной реформы и продолжавших выходить в годы контрреформ, говорилось об административно- хозяйственной деятельности суда, правильной организации бухгалтерского учета, обращении с денежными суммами и материальными ценностями, о форменной одежде, правилах ведения делопроизводства, о порядке производства исполнительных действий, о вознаграждении и премировании судебных приставов. С введением в 1889 г. вместо мировых судей земских участковых начальников полномочия судебных приставов, бывших при мировых судьях, были распределены между участковыми земскими начальниками и полицией.

В период контрреформ выяснились негативные качественные характеристики службы судебных приставов. Так, ревизия судов, проведенная в 1895 г., показала низкий образовательный уровень приставов. В проекте нового Судебного устава 1899 г. с целью улучшения сложившейся ситуации предусматривалось как обязательное требование для приставов высшее юридическое образование. Однако данное требование осталось нереализованным. Тем не менее эффективность работы приставов повысилась, что видно из статистических материалов за отчетный период их деятельности на рубеже XIX–XX столетий.

После революции 1905–1907 гг. мировые суды стали возрождаться, и в 1912 г. мировые судьи, а вместе с ними и приставы приступили к исполнению своих обязанностей. Как и прежде, судебные приставы состояли при съезде мировых судей. Появились, однако, и нововведения. Так, был установлен единый для приставов размер залога в 600 руб. Финансирование их деятельности осуществлялось в размере 800 руб. в год и не из земских и городовых сборов, а из казенных средств, централизованно. Изменения коснулись и "таксового вознаграждения": со специального счета Министерства юстиции деньги переводились в судебные округа, и на местах в зависимости от деятельности пристава и условий его работы определяли сумму для каждого служащего. Уровень доходов обычного пристава, по свидетельствам современников, был скромным. Общее количество мировых судебных приставов в губернии устанавливалось особым штатным расписанием, утверждение и распределение их по мировым округам осуществляло Министерство юстиции. Приставы носили форменную одежду, имели знаки отличия.

Кардинальной перестройке подверглась уголовно-исполнительная система Российской империи в годы контрреформ и буржуазно-демократических революций. Увеличение количества тюрем и прочих мест лишения свободы (их стало 900), превышение в два раза лимита содержания в тюрьмах заключенных, определенного в 150 тыс. человек, свидетельствовало о дальнейшем упрочении карательной, репрессивной политики самодержавия.

Важной составляющей тюремной реформы было учреждение в 1890 г. тюремных инспекций, опыт их деятельности признавался весьма позитивным. Вместе с образованием крупных тюремных комплексов, таких как Новоборисоглебский, Новобелогородский на Украине и Александровский в Сибири, с 1880-х гг. начали упразднять арестантские роты, смирительные и работные дома.

Кульминацией реформы стала передача тюремной системы из ведения Министерства внутренних дел в подчинение Министерству юстиции. Сенатский Указ от 13 января 1895 г. объявил не только переход всей тюремной системы из полицейского ведомства в компетенцию уголовно-исполнительной юстиции, но и начало существенной реорганизации Главного тюремного управления, сопровождавшейся кадровыми перестановками. С переподчинением Главного тюремного управления из Министерства полиции в Министерство юстиции изменилась структура ГТУ, возросло количество его функций. В 1909 г. были приняты законы "О воспитательно-исправительных заведениях для несовершеннолетних" и "Об условно-досрочном освобождении". В 1912 г., согласно новой организационной структуре, вместо делопроизводств в ГТУ были созданы укрупненные отделы по роду их деятельности, а также Главная инспекция по пересылке арестантов, улучшалась конвойная работа. Как завершение тюремной реформы Российской империи можно рассматривать Общую тюремную инструкцию 1915 г., которая регулировала различные сферы как в отношении заключенных, так и по части персонала пенитенциарной системы.

В царской тюрьме продолжали действовать тенденции, заложенные в предыдущий этап ее истории, существовали попечительские комитеты, которые снабжали нуждавшихся предметами первой необходимости, лекарствами, обеспечивали лечение. До 1917 г. предпринимались меры по совершенствованию тюремной системы России, усилению охраны, принимались новые технологии по изоляции заключенных. Для несовершеннолетних преступников предусматривались воспитательные меры, вместо тюремной охраны стали использовать педагогический персонал, условия содержания несовершеннолетних заключенных были более либеральными, в режиме для них имели место послабления.

Система наказаний, хотя и не стала либеральней, однако до революции 1905–1907 гг. в ней отмечена тенденция отхода от таких пережитков прошлого, как телесные наказания и публичная смертная казнь. Сказанное не относится к репрессиям в годы первой буржуазно-демократической революции, а также по отношению к политическим заключенным.

После свержения самодержавия в Февральской революции 1917 г. прекратились политические репрессии, на волю вышли не только революционеры, стали получать свободу и осужденные по уголовным статьям. В короткое время Россия стала самой либеральной страной Европы, но вместе с тем значительно ухудшилась и криминогенная обстановка, царская полиция и тюрьма не справлялись с революционной ситуацией. Сложившаяся совсем недавно пенитенциарная система вновь требовала кардинальных изменений, времени на которые Временному правительству история не отвела.

Подводя итог развитию органов и учреждений юстиции России на рубеже Новейшего времени, нужно отметить несомненный прогресс в развитии различных сфер, относящихся к юстиции. В Российской империи совершенствовали свою деятельность как давно сложившиеся центральные и местные органы власти и управления, так и новые структуры, появившиеся в результате буржуазных реформ и контрреформ. Для реализации реформ Россия обладала как многочисленным чиновничеством, так и финансовыми возможностями, кадровым и образовательным потенциалом. Вместе с тем самодержавная Россия не была готова к динамичному развитию буржуазных общественных отношений, к либерализации общественной жизни, поэтому тормозила укрепление института адвокатуры, ориентировалась на реакционно-репрессивные меры во всей правоохранительной системе, отказываясь только от феодальных, давно отживших обычаев. Борьба нового и старого в Российской империи проходила в тяжелой форме, и история отечественной юстиции наглядно подтверждает это. Следовательно, свержение монархии было предопределено историческим процессом, как и соответствующие изменения всей государственности, в том числе суда и юстиции.

Таков в общих чертах путь развития юстиции Российской империи с начала XIX столетия до 1917 г. В этот временной отрезок в России завершила свое формирование четкая система центральных и местных органов и учреждений юстиции, оформилась судебная структура. В целом отечественная юстиция периода империи вполне отвечала тем задачам, которые ей ставила монархическая власть, и вплоть до буржуазной революции 1917 г. была способна поддерживать в стране правопорядок.

Хронологический список

Российские императоры

Петр I Алексеевич (до 1689 г. при регентстве Софьи; с 1721 г. император)

1682–1725 гг.

Екатерина I

1725–1727 гг.

Петр II

1727–1730 гг.

Анна Иоанновна

1730–1740 гг.

Иван VI Антонович, Бирон

1740–1741 гг.

Елизавета Петровна

1741–1761 гг.

Петр III

1761–1762 гг.

Екатерина II

1762–1796 гг.

Павел I

1796–1801 гг.

Александр I

1801–1825 гг.

Николай I

1825–1855 гг.

Александр II

1855–1881 гг.

Александр III

1881–1894 гг.

Николай II

1894–1917 гг.

Временное Правительство

Львов Г. Е.

1917 г.

Керенский А. Ф.

1917 г.

Генерал-прокуроры Российской империи

Ягужинский П. И.

1722–1736 гг.

Трубецкой Н. Ю.

1740–1760 гг.

Шаховской Я. П.

1760–1761 гг.

Глебов А. И.

1761–1764 гг.

Вяземский А. А.

1764–1792 гг.

Самойлов А. Н.

1792–1796 гг.

Куракин А. Б.

1796–1798 гг.

Беклешов А. А.

1799–1800, 1801–

Обольянинов Π. X.

1800–1801 гг.

Министры юстиции Российской империи

Державин Г. Р.

1802–1803 гг.

Лопухин П. В.

1803–1810 гг.

Дмитриев И. И.

1810– 1814 гг.

Трощинский Д. П.

1814–1817 гг.

Лобанов-Ростовский Д. И.

1817–1827 гг.

Долгоруков А. А.

1827–1829 гг.

Дашков Д. В.

1829–1839 гг.

Блудов Д. Н.

1839 г.

Панин В. Н.

1839–1862 гг.

Замятин Д. Н.

1862–1867 гг.

Урусов С. Н. (и.о.)

1867 г.

Пален К. И.

1867–1878 гг.

Набоков Д. Н.

1878–1885 гг.

Манасеин Н. А.

1885–1894 гг.

Муравьев Н. В.

1894–1905 гг.

Манухин С. С.

1905 г.

Акимов М. Г.

1905–1906 гг.

Щегловитов И. Г.

1906–1915 гг.

Хвостов А. А.

1915–1916 гг.

Макаров А. А.

1916 г.

Добровольский Н. А.

1916–1917 гг.

Министры юстиции Временного правительства, одновременно Генерал-прокуроры (февраль – октябрь 1917 г.)

Керенский А. Ф.

1917 г.

Переверзев Π. Н.

1917 г.

Ефремов И. Н.

1917 г.

Зарудный А. С.

1917 г.

Малянтович Π. Н.

1917 г.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >