Городская литература. Фаблио

Городская литература активно развивается с конца XII в. и достигает расцвета в последующие два столетия. Возникнув отнюдь не на пустом месте, она воспринимает и творчески переосмысливает традиции как клерикальной и рыцарской литературы, так и народного творчества. Усвоив назидательность, антифеминизм и некоторые жанры религиозной литературы, например жанр экземплума (лат. exemplum – "пример"), писатели городского сословия приспосабливали их для своих нужд. Из рыцарской литературы они заимствовали многие жанры и формы, такие как пастораль или тенсона, однако в содержательном плане их произведения противостояли произведениям куртуазным. Это можно легко проследить, сравнивая героя, предмет изображения и общий тон городской и рыцарской литературы.

Идеальным героем куртуазной литературы является человек благородного происхождения, странствующий рыцарь, совершающий подвиги во имя личной славы, Христа и любви к Прекрасной Даме. Авторы романов воспевают его как воплощение рыцарского идеала, восхищаются его доблестью и куртуазностью. Положительный герой городской литературы – как правило, простой человек, представитель третьего сословия, писатели прославляют его остроумие и находчивость. Предметом изображения в куртуазной литературе являются возвышенные чувства героя, а также его фантастические приключения в вымышленных странах; литература городов повествует о незначительных, хотя и ярких, происшествиях, которые имеют место в реальной будничной действительности. Общий тон рыцарской литературы отличается возвышенностью, героичностью; в литературе городской возвышенно-героический пафос отсутствует, в ней преобладают сатира и юмор, нередко в сочетании с дидактикой.

Комизм, зачастую присутствующий в произведениях городской литературы, восходит к традициям народной Смеховой культуры (см. раздел общего введения "Город, или Горизонталь истории"). Писатели городов также активно использовали некоторые стилистические особенности устного творчества, бытовавшие в народной среде сюжеты, вырабатывая свои приемы повествовательности, опирались на традиции устного народного творчества.

В городской литературе развиваются все средневековые жанры, представляющие лирику, повествовательную словесность, словесность дидактическую, а также драму. Поскольку классической страной феодализма была Франция, именно в ней раньше, чем в других странах Европы, складывается городская литература. Уже в конце XII в. во французских городах возникают объединения поэтов, подобные ремесленным цехам. Чуть позже такие объединения появляются в городах Германии, где бюргерские поэты называли себя мейстерзингерами (т.е. "мастерами", в отличие от миннезингеров – певцов любви).

Лирика, создававшаяся в городской среде, включала в себя публицистические жанры (в них работал, например, французский поэт XIII в. Рютбёф, который живо откликался на все события современности), жанр пасторали (где акцент переносился с ухаживаний рыцаря за пастушкой на изображение идиллический жизни на лоне природы) и другие поэтические формы, которые городская литература заимствовала из многих источников и легко ассимилировала.

Лирическим произведениям, возникавшим в средневековых городах, суждено было остаться отражением и памятником своей эпохи. А вот повествовательная литература городского сословия, в частности, один из наиболее развитых ее жанров – фаблио – сыграла большую роль в дальнейшем становлении литературы. Название жанра принято возводить к латинскому fabula – рассказ, что подчеркивает присущую ему повествовательность. Расцвет фаблио приходится на период с середины XII по середину XIV в. Фаблио иногда называют предновеллой, он несомненно стал одним из источников ренессансной новеллистики, повлияв через нее па прозу Нового времени. В XVI–XVII вв. традиция фаблио способствовала также формированию плутовского романа, от которого ниточка тянется уже к большой литературе эпохи Просвещения и последующих столетий.

В определениях жанра фаблио обычно подчеркивается его повествовательный характер, небольшой объем, стихотворная форма, юмористическая или сатирическая направленность, интерес к бытовой повседневности, назидательность. Поскольку городская литература тяготела к использованию всех литературных форм того времени, многие ее произведения синтезируют признаки различных жанров и не могут быть однозначно отнесены ни к одному из них. Поэтому относительно количества сохранившихся фаблио существуют разночтения, исследователи называют цифры от 60 до 160. Такой большой разброс связан еще и с тем, что к этому жанру, как правило, относят произведения, содержащие от 18 до 1200 строк (считая наиболее типичными фаблио в 200–500 стихов). Но иногда памятники гораздо большего объема обладают ярко выраженными признаками жанра и должны рассматриваться как его характерные образцы (например, "Трюбер", в котором около 3000 стихов).

Имена сочинителей фаблио часто неизвестны, или известно только имя, но не сведения о человеке, который его носил. И все-таки история сохранила несколько имен поэтов, о которых мы располагаем пусть и скудной, но определенной информацией. Это Жан Бодель, который жил в Аррасе на рубеже XII–XIII вв. В написанных им восьми фаблио еще сильны басенные традиции, их отличает сочувствие к простому человеку, незлобивый юмор, который иногда сменяется ярко выраженной сатирой. Едва ли не самой знаменитой из написанных Жаном Боделем повестушек является фаблио "О Буренке, поповской корове".

Известно нам и имя Готье Ле Лё (середина XIII в.), от которого также сохранились восемь фаблио. Его юмор зачастую носит мрачный характер, поэта привлекают темные стороны человеческой жизни, рассказывая о которых он старается не избегать натуралистических подробностей. В произведениях Готье Ле Лё особенно сильна антифеминистическая и антиклерикальная сатира.

Самым знаменитым среди авторов фаблио является Рютбёф (Rustebeuf, ок. 1230–1285), творческое наследие которого наряду с политической лирикой, мираклями и произведениями других жанров включает в себя и пять фаблио. Известное "Завещание осла" ярко демонстрирует свойственные этому поэту сатирический взгляд на мир и художественное мастерство.

Более поздние авторы фаблио (Ватрике Браснель де Кувен, Жан де Конде, Жан де Безье) были придворными поэтами крупных феодалов. В их творчестве жанр достигает формального совершенства и приобретает большую, по сравнению с произведениями предшественников, назидательность, нередко за счет ослабления сатиры.

Создавая фаблио, средневековые писатели ставили перед собой двуединую задачу "развлекать поучая". Развлекательность, юмористический эффект достигались разными средствами. Повествование было остросюжетным, в центре его стояло событие, хотя и принадлежащее миру повседневности, но неожиданное и непредсказуемое. Комизм вытекал из ситуации, сюжеты часто представляли собой рассказы о супружеских изменах. По подсчетам датского ученого середины XX в. Пера Нюкрога, из 147 известных ему французских фаблио 106 могут быть отнесены к любовным или эротическим.

В отличие от куртуазных поэтов, авторов фаблио не интересует любовное чувство само по себе, которое нередко сводится к похоти. Любовные интриги героев способствуют возникновению забавных, вызывающих смех ситуаций; при их описании поэты нередко прибегают к примитивному натурализму, сниженной лексике, непристойностям.

Откровенные любовные сцены в фаблио имеют принципиально значимый характер. С одной стороны, они становятся поводом для введения разнообразных комических эффектов. С другой – имеют вполне серьезный смысл. В Средние века под воздействием аскетической церковной морали здоровые "естественные" функции человеческой природы, к которым относится и функция продолжения рода, рассматривались как грязные и греховные и совершались как бы "контрабандным" путем, поэтому и нормативной лексики для их описания не существовало. Фаблио с их, как правило, животногрубым изображением любви (поэтизации этого чувства мы здесь не найдем, это скорее именно функция организма, чем возвышенное чувство) в доступной жанру форме свидетельствуют о том, что человек того времени уже стремится уйти из-под власти церкви.

Возвращаясь к комическому в фаблио, подчеркнем, что при анализе любовных эпизодов мы сталкиваемся с таким средством его создания, как непристойности и ругательства. Площадная речь, впитанная жанром, связывала его с народным смехом, народной смеховой культурой. Ею же были порождены столь часто встречающиеся в городской повести сцепы избиения, которые также вызывали смех.

Мотив избиения встречаются в фаблио очень часто. Мужья, уличившие жен в неверности, бьют и их, и их любовников (фаблио "О косах", "О жене, уверившей мужа, что он бредит"). Коварные жены тоже охотно награждают своих ревнивых и глупых мужей тумаками ("Горожанка из Орлеана"). Иногда путаница приводит к тому, что все избивают всех. Так, например, в известном фаблио Жана Боделя "Мельник и два клирика" рассказывается о том, как два школяра были вынуждены заночевать на мельнице.

Семья мельника, состоявшая из него самого, его жены, их младенца и взрослой дочери, принимает гостей, которых укладывают спать, как это было принято в то время, в одной комнате. Один из клириков соблазнил дочь, прельстив ее якобы золотым колечком, позаимствованном им на самом деле из очага, в котором он использовался для подвешивания котла. Второй студент, дождавшись, пока хозяин вышел на двор по нужде (тоже совершенно жизнеподобная деталь), переставил колыбель с младенцем от родительской постели к той кровати, которая была отдана гостям, вынудив этим мельника занять другое место, а сам присоединился к его жене. Поскольку события разворачивались в полной темноте, первый юноша, возвратившись в свою постель, принял главу семьи за своего приятеля и поведал ему о своих любовных утехах с дочерью. Разъяренный хозяин набросился на обидчика с кулаками. Проснувшиеся от шума жена и второй школяр, не всегда понимая, кого именно они бьют, также приняли активное участие в потасовке.

История о мельнике и двух клириках относилась к бродячим сюжетам Средневековья, известны многие ее обработки, одной из лучших является "Рассказ мажордома" английского поэта XIV в. Дж. Чосера ("Кентерберийские рассказы").

Во многих случаях избиение в фаблио носит ритуальный или карнавальный характер. Подвергшись ему, герои излечиваются от своих пороков – ревности, жадности или глупости, а иногда даже продвигаются вверх по социальной лестнице.

Кроме непритязательных приемов создания комического, таких, как использование ненормативной лексики и описания драк, авторы фаблио вызывали смех и более тонкими способами, связанными с присущим жанру пародийным началом. Пародия носит в фаблио двоякий характер. Здесь, с одной стороны, пародируются отдельные клише и штампы куртуазной литературы, а с другой – ее литературный этикет. Пример пародии первого типа можно найти в фаблио "О монахе-ризничем". Горожанка Идона, жена менялы, сговорившись с мужем, приглашает добивающегося ее благосклонности монаха к себе домой и обещает отдаться ему за 100 ливров. Как только монах вручает ей деньги, появляется сам меняла и до смерти избивает монаха. Героиня этой истории, отличающаяся безусловным коварством и жестокостью, в начале фаблио пародийно охарактеризована как "смелая и куртуазная".

Пародия второго типа представлена в фаблио "О священнике и рыцаре".

Его герой, обедневший рыцарь, заночевав в доме богатого кюре, решает воспользоваться ситуацией. Жадный священник требует, чтобы рыцарь заплатил за все, что ему нужно – ужин, постель, свечи и т.д. Герою платить нечем, но он соглашается, поставив условием, что расчет будет произведен утром и ему предоставят все, чего бы он ни пожелал. После обильного ужина рыцарь хочет, чтобы хозяин прислал к нему для любовных развлечений сначала свою племянницу, потом собственную сожительницу. Безмерная алчность вынуждает кюре выполнить эти требования. И лишь тогда, когда гость высказывает пожелание заполучить в свою постель самого священника, тот сдастся, прощает рыцарю его долг и даже снабжает его значительной суммой денег.

Герой этого произведения нарушает все правила, обязательные для куртуазного рыцаря, и его грубая манера поведения, и его цель – разбогатеть – пародийны по отношению к его собратьям, фигурирующим в истинно куртуазной литературе. Важно, что герой пародиен не просто по отношению к Гавейну, Ланселоту или другому идеальному рыцарю романов, а по отношению к литературному канону, этикету, сложившемуся в этом жанре. Пародийность достигается за счет того, что авторы фаблио помещают героя куртуазной литературы в обстановку городской повседневности, и он начинает руководствоваться теми законами, которые в ней действуют. В результате поведение рыцаря вполне соответствует тем новым обстоятельствам, в которых он оказывается, однако полностью противоречит канонам куртуазных литературных жанров[1].

Юмор в фаблио соседствует с сатирой, которая, в свою очередь, тесно переплетается с дидактикой. Обличение действительности в памятниках этого жанра в духе городской идеологии не затрагивает основ феодального общества, сатирически высмеиваются лишь отдельные представители средневековых сословий, которые нарушают нравственный кодекс своей социальной группы, а также отдельные человеческие пороки.

Критика затрагивает все сословия. В фаблио "О сером в яблоках коне", которое принадлежит перу Леру Гугона, действие разворачивается в рыцарской среде.

Главный герой – славный, но бедный рыцарь Гильом, влюбленный в дочь богатого князя, просит своего дядю о помощи в сватовстве. Дядя в нарушение данного племяннику слова сватается к девушке от своего имени, нимало не смущаясь тем, что такое вероломство порочит его рыцарскую честь. И лишь вмешательство случая помогает влюбленным соединить свои судьбы.

В "Завещании осла" высмеивается представитель высшего клира.

Епископ, которому донесли о неправедном поступке подчиненного ему священника, похоронившего своего любимого осла в освященной земле на кладбище (где запрещалось хоронить не только домашних животных, но и грешников, например самоубийц), призывает его к ответу. Однако услышав от пройдохи-кюре, что осел завещал ему значительную сумму денег, епископ оправдывает провинившегося. Служитель церкви высокого ранга, который должен отличаться бескорыстием и искренней верой, за взятку готов отказаться от любых моральных принципов.

Приходские священники в фаблио, как правило, корыстолюбивы и похотливы. В упомянутом ранее "О священнике и рыцаре" кюре нарушает закон гостеприимства, согласившись дать приют в своем доме рыцарю только за плату. Часто священники становятся любовниками замужних женщин и соблазняют невинных девушек. В фаблио "О четырех священниках" непристойно ведут себя сразу три кюре, в другом произведении, "О мышонке и пакле", молодая жена виллана описана как весьма сведущая в любовной науке, которой ее обучил кюре.

Отсутствием целомудрия страдают не только священники, но и монахи, а также монашенки. В "Сказе о монашке" повествуется о развратных нравах, царящих в женском монастыре, в стенах которого по ночам весело проводят время гости-монахи. Сводня Ришё, героиня одноименного фаблио, некогда была монахиней, ее сын, став священником, соблазняет и сбивает с пути истинного многих монахинь. Тема развратности монахов и монахинь перейдет затем из фаблио в новеллистику эпохи Возрождения.

Критика затрагивает даже апостолов. В фаблио "О том, как виллан словопрением добился рая" рассказывается, как за душой крестьянина после его смерти не пришел ни ангел, ни черт.

Явившись по собственному решению к райским вратам, виллан сталкивается с апостолом Петром, которой не хочет его пропускать. Однако герой напоминает Петру, а затем Фоме и Павлу, что и они не без греха, в земной жизни все они отступали от Христа и истинной веры. Не теряется он и перед лицом самого Всевышнего, цитируя его собственные слова о том, что попавший в рай пребудет там вечно. Находчивость и настойчивость крестьянина вознаграждены, он остается среди праведников.

В фаблио "Как виллан словопрением добился рая" простолюдин представлен как положительный герой. Но нередко в произведениях этого жанра вилланы являются и объектом осмеяния. Говорится об их нечистоплотности, грубости, грязной одежде, глупости. С точки зрения авторов фаблио, глупость настолько присуща крестьянам, что они даже выносят ее в заголовок. Одно из фаблио Готье Ле Лё так и называется – "О глупом виллане". Герой его настолько туп, что даже не знает, как себя вести с молодой женой во время первой брачной ночи. В другом произведении того же автора (который, напомним, увлекался скабрезностями) два виллана, устав на работе и заночевав в чужом доме, ночью проголодались. Один из них отправляется на поиски остатков ужина. Заблудившись в темноте и набредя на кровать хозяйки, скинувшей во сие одеяло, он, приняв ее зад за голову своего напарника, пытается накормить эту часть тела найденной им похлебкой ("О двух вилланах").

Весьма распространен в фаблио и мотив женской неверности, строптивости, коварства. Это обусловлено, с одной стороны, распространенным в Средние века отрицательным восприятием женщин, а с другой – сосредоточенностью жанра на бытовой, семейной жизни, в которой женщина играла очень большую роль. Стремление женщин к главенству в семье отражено даже в названиях некоторых фаблио, например, "О виллане, который не был хозяином в своем доме". Нередко женский авторитаризм приводит к катастрофе. Так, в фаблио Готье Ле Лё "Желания" виллан отпускает на волю пойманную им волшебную птицу в обмен на обещание исполнить три его желания. Стремящаяся во всем верховодить жена добивается, чтобы крестьянин отдал ей право на два желания. Сначала она просит, чтобы их сын поскорее стал взрослым. Считая ее просьбу глупой, виллан желает, чтобы у жены лопнули глаза, в ответ на это она выражает такое же желание по отношению к мужу.

Высмеивая бытовые пороки и отдельные общественные пороки, присущие представителям определенных общественных слоев – скупость и похотливость священников, хищничество феодалов, тупость крестьян, развратность и авторитаризм женщин – авторы фаблио показывали слушателям, как не надо поступать. Не ограничиваясь критикой, они предлагали и положительный идеал, показывая, какие люди добиваются успеха в современном им обществе.

Положительный герой фаблио – это, как правило, человек третьего сословия. Особенно привлекательными в городских повестях выглядят купцы. Анонимное фаблио "Сказ о купцах" прославляет людей этой профессии, благодаря деятельности которых общество может наслаждаться заморскими товарами. В апологетических тонах представлен купец в фаблио "Кошель ума". С симпатией рисуют авторы фаблио и тяжелый труд крестьян ("О виллане, который не был хозяином в своем доме", "Глупая щедрость"). Тяжкий труд бывает вознагражден. В "Глупой щедрости" виллан – сборщик соли быстро богатеет после того, как жена его отказывается от излишней расточительности. Но чаще всего герой фаблио побеждает своих противников и обстоятельства благодаря не трудолюбию, а остроумию и находчивости. Эти качества помогают, например, героям фаблио "О том, как крестьянин словопрением добился рая", "О буренке, поповской корове" и многих других. Часто носителями симпатичных поэтам черт являются клирики. Именно они благодаря мошенничеству, словесным и практическим шуткам добиваются успеха во всех своих проделках (вспомним, например, героев фаблио "О мельнике и двух клириках"). В определенном смысле находчивые и неунывающие школяры средневековых городских повестей могут считаться наследниками античных трикстеров и предшественниками плутов пикарескного романа.

Небольшие по объему забавные повестушки, в каждой из которых обычно рассказывается об одном событии, проанализированные вместе[2], дают целостную картину средневекового мира, увиденную глазами горожанина. Мир этот неширок, ограничен городскими стенами, его отличает стабильность, люди в нем ведут оседлый образ жизни, их интересы сосредоточены в семье, они принимают существующее положение вещей, не стремятся изменить свое общественное положение. В этом мире отсутствуют благородство и доброта, царит всеобщая вражда, мошенничество и обман, грубость и побои вызывают смех. И все-таки мир фаблио не производит мрачного впечатления. В рамках отведенных им судьбою обстоятельств герои стремятся к успеху, проявляя при этом стойкость, деятельность человеческой натуры, находчивость, умение к месту употребить острое словцо, превратить побои в карнавальное средство очищения и излечения от пороков. Этот аспект создаваемой фаблио модели мира, как и характерный для жанра юмор, порожден жизнеутверждающим мировоззрением молодого городского сословия.

Жанр фаблио сыграл большую роль в становлении повествовательности. Важен факт обращения его авторов к действительности (пусть еще в ее бытовом обличии), в которой они видят уже не только знак и символ высшей реальности, а считают ее достойной изображения саму по себе. Важно и то, что городские писатели стремятся воспроизвести окружающий их мир в жизнеподобных формах, тем самым вырабатывая подходы к реалистическому искусству (вспомним известные слова отечественного литературоведа Б. Л. Сучкова о том, что реализм первоначально прокладывает себе дорогу на территории быта[3]), хотя, разумеется, их бытописательство от реализма еще очень и очень далеко.

Серьезным вкладом в развитие литературы было и то, что авторы фаблио выработали многие приемы повествовательности. Создавая свои незатейливые повестушки, они научились строить хорошо организованный художественный мир, обладающий многими отличительными чертами. Анализируя их, необходимо прежде всего отметить, что в фаблио, как правило, удачно соотнесены масштаб повествования и малый объем произведения. Поскольку рассказывается об одном событии, то и число действующих лиц в фаблио весьма ограничено. Нередко их всего двое, трое-четверо являются нормой, произведения с семью или восемью действующими лицами кажутся уже "перенаселенными". Сосредоточенность на показе семейной, бытовой жизни обусловливает особенности места действия, которое разворачивается в замкнутом пространстве комнаты, дома или усадьбы. Временная координата в хронотопе фаблио соответствует пространственной, время здесь быстротечно, события развиваются стремительно.

В отличие от средневековых писателей, работавших в жанре куртуазного романа, которые сочиняли "открытые" произведения – к ним можно было присоединять все новые и новые приключения – авторы фаблио создавали замкнутые, завершенные повести. Тип сюжета и конфликт в них соответствуют друг другу. Интрига разворачивается в среде горожан, сюжет строится вокруг семейных взаимоотношений, основой конфликта обычно является либо борьба за власть в семье, либо супружеская измена. Фаблио никогда не обращается к крупномасштабным конфликтам, не затрагивает важные социальные проблемы. А вот мелкие бытовые детали, будь то обыкновение гостям и хозяевам спать в одной комнате или наличие в очаге колечка для подвешивания котла городская повесть изображает, как свидетельствуют труды многих исследователей, с большой точностью.

Весьма любопытны в фаблио и способы создания персонажей. Обобщенных образов в традиционном смысле этого слова в них нет, но героев городской литературы можно объединить в некие группы. Одну из них могут составить попы- любовники, другую – предприимчивые школяры, третью – ловкие женщины и т.д. Это не обобщенные образы, а скорее образы-амплуа, созданные на основе профессионально- сословной характеристики и несоответствия ей героев, а также литературного этикета. Типизация достигается путем дубликации, умножения похожих образов. Однако нельзя сказать, что в фаблио представители одного и того же сословия всегда обладают одними и теми же характеристиками. Виллан может быть глуп, но может быть красноречив и находчив. Епископ иногда продажен, а иногда добр, руководствуется принципами справедливости. Жены часто сварливы и порочны, но встречаются и разумные супруги, такие, как жена купца из фаблио "Кошель ума". Узнав об измене мужа, она не устраивает ему скандал, а осторожно направляет его в сторону правильного решения проблемы.

Разумеется, никакого интереса к душевным порывам человека авторы фаблио не проявляют. Внешнее здесь, как и во всем жанре в целом, преобладает над внутренним. Применительно к персонажам фаблио следует говорить об особой детерминированности их черт, весьма немногочисленных, сюжетом и ситуацией. Зависимость образов действующих лиц от тех обстоятельств, в которых они действуют, в фаблио носит еще зачаточный характер и значительно отличается от социальной детерминированности характеров в реалистическом романе, однако то, что городские писатели заметили эту особенность человеческого поведения, свидетельствует об их интересе к реальной действительности.

Принципиальная сосредоточенность французского фаблио на одном происшествии не позволяла памятникам этого жанра объединяться в циклы. Однако немецкий аналог фаблио, шванк, легко подвергался циклизации. Немецкое слово Schwank генетически связано со словом Schwung (взмах, удар), которое наводит на мысль об игре, шутке, проделке. Сначала шванки были стихотворными, позднее стали создаваться прозаические памятники жанра. По сравнению с фаблио шванки были более демократичны и независимы по отношению к куртуазной литературе. Их комизм носит низкий, непристойный характер, они особенно часто используют эротические и скатологические[4] мотивы, уделяют большое внимание плутовству и шутовству.

Большой известностью пользовался в Средние века сборник шванков о попе Амисе, созданный поэтом XIII в. Штрикером (Strieker, ок. 1240). Сквозной герой сборника изображен автором двойственно, противоречиво. Штрикер и подсмеивается над ним, и любуется. Поп оказывается в разных сложных ситуациях (и сам создает их), но умеет всегда выпутаться из них с выгодой для себя. Так, собираясь посетить небольшой городок, он заранее засылает туда двух пажей и велит им притвориться слепыми и немощными, а затем публично их "исцеляет". Восхищенные горожане приносят Амису множество даров. Герой предстает у Штрикера как воплощение новых городских добродетелей: плутовства, хитрости, предприимчивости. Образ веселого плута и мошенника, введенный в немецкую литературу автором шванков о попе Амисе, стал здесь очень популярен, многие из проделок Амиса впоследствии стали ассоциироваться с Тилем Эйленшпигелем, цикл шванков о котором возник в XV в.

Сборники шванков создавались в Германии вплоть до XVIII в. Они подготовили почву для возникновения в Германии народных книг, таких как книга о докторе Фаусте, появившаяся в XVI в., которые в свою очередь прокладывали путь к крупным прозаическим формам.

Круг понятий и проблем

Своеобразие городской литературы, демократизация героя, интерес к будничной повседневности, антифеминизм и антиклерикализм, комизм в традициях народной смеховой культуры, дидактика.

Задания для самоконтроля

  • 1. Сравните идеального героя в рыцарской и городской литературе.
  • 2. Расскажите о Рютбефе, Штрикере.

  • [1] Михайлов А. Д. Старофранцузская городская повесть фаблио и вопросы специфики средневековой пародии. М., 1986. С. 284–313.
  • [2] Как это сделано в книге: Михаилов А. Д. Старофранцузская городская повесть фаблно и вопросы специфики средневековой пародии и сатиры. М., 1986.
  • [3] Сучков Б. Л. Исторические судьбы реализма // Собр. соч. Т. 1. М., 1984. С. 27.
  • [4] Скатологические – от скатология, литература, анекдоты, шутки о физиологических отправлениях; влечение к такой литературе и анекдотам (Источник: Комлев Н. Г. Словарь иностранных слов. М., 2006).
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >