ОБЩЕЕ И ИНДИВИДУАЛЬНОЕ В ПСИХИКЕ

ЦЕЛОСТНОЕ И ПАРЦИАЛЬНОЕ ОПИСАНИЕ ПСИХОЛОГИИ ЧЕЛОВЕКА

В результате изучения данной главы студент должен:

знать

  • • что такое комплексное изучение человека;
  • • уровни, правила, способы построения психологических характеристик;

уметь

• анализировать картографию человеческой психики;

владеть

• навыками истолкования личностного поведения.

Комплексное познание человека

Редкое психологическое исследование сегодня не затрагивает проблему целостности и парциальности (частичности) человека. Выражено множество суждений, частных замечаний, общих благопожеланий. Однако о чем, в сущности, идет речь? "Стремление к целостному, интегральному изучению человека во всем богатстве его природного и социального бытия, – пишут М. Я. Бобров и О. Т. Коростелева, – породило в современной науке две противоположные тенденции: с одной стороны, процесс весьма широкого междисциплинарного синтеза, объединяющего усилия представителей различных областей научного знания, а с другой – периодически возобновляющиеся попытки создания совершенно новой науки о человеке, к законам которой можно было бы свести все ранее разработанное в рамках других дисциплин"[1].

О чем здесь говорится? О необходимости комплексного познания человека. Но ведь эта проблема поставлена еще Кантом. "Систематически изложенное учение, предлагающее знание о человеке (антропология), может быть построено с физиологической или с прагматической точки зрения"[2]. Однако целостен ли сам человек? Ведь комплексно, разносторонне можно изучать и объекты принципиально нецелостные. К какому разряду отнести человека?

Многие авторы, обращаясь к этой проблеме, постулируют целостность человека, даже не подвергая данную тему философской рефлексии. Больше пишут о значении самой проблемы, нежели о ее существе. Утверждается, что без разрешения проблемы целостности человека невозможно решить вопросы о смысле и ценности человеческой жизни, о предназначении человека, о природе и сущности его внутреннего мира[3]. Эту мысль в самом общем виде оспорить трудно. Разумеется, чтобы понять в человеке соотношение социального и биологического, индивидуального и социального, индивидуального и национального, нужен относительно ясный ответ на вопрос о том, целостен ли человек.

Сложность человека как особого рода сущего вовсе не свидетельствует о том, что человек целостен. Обратимся для примера к работе Н. Немесского "О природе человека". "Творец, – писал он, – не только соединил бытие единичностей, но и все одно с другим соответственно согласовал (между собою). Ибо подобно тому, как в каждом живом существе соединил нечувствительное с чувствительным, кости, жир, волосы и иное того же рода – с чувствительными нервами, плотью и тому подобным, и из того и из другого составил сложное живое существо, и совершил его не только сложным, но (в то же время) и единым"[4].

Однако если то или иное создание едино, означает ли это, что оно целостно? И. Кант определяет целое как такой феномен, который не есть часть еще большего целого того же рода[5]. Если же говорить о человеке как космопланетарном явлении, то совершенно очевидно, что он, сохраняя свою автономность как живое существо, в то же время связан с макромиром. Является ли макромир частью целого того же рода? Или правильнее рассматривать человека как обособленное существо? Хорошо известно, что представление о человеке как малом мире (микрокосмос), находящемся в большом мире (макрокосмос), об их параллелизме и изоморфности – одна из древнейших натурфилософских концепций. Об этом свидетельствует космогоническая мифологема "вселенского человека" (индийский Пуруша в Ведах, скандинавский Имир в "Эдде", китайский Пань-Гу).

Первая проблема, которая возникает в этом ряду, – соотношение части и целого. Связанность и независимость частей потому не могут исключать друг друга, что они относятся к разным сферам. Связанность частей в целом проистекает из их внутреннего родства в более высокой идее или форме бытия, а их независимость осуществляется в самостоятельности периферических обнаружений. Отсюда, по мнению русского философа В. Шмакова, и вытекает антиномия чрезвычайной важности: всякая часть, живя самостоятельной жизнью части, в то же время живет и общей жизнью целого[6].

В самом деле каждый орган человеческого тела, оказывается, настолько самостоятелен (даже сердце), что может иногда пережить смерть живого существа и быть перенесено в другое тело. Если, таким образом, автономность отдельных органов необходимо признать вполне доказанной, то и одновременная их связанность не менее очевидна. "Действительно, отдельная клеточка человеческого организма обладает самостоятельностью, рождается, развивается и умирает, является крохотным индивидуальным существом, но в то же время лишь ничтожно малая часть тела. Но эта же самая клеточка является целым по отношению к составляющим ее молекулам, количество которых измеряется многими сотнями миллионов"[7].

Но ведь все эти рассуждения верны прежде всего и по отношению к животному. Между тем человек уникален. "Он привнес в мир некий элемент, чуждый животному миру, но в чем заключается этот элемент, все еще не вполне ясно. С соматической точки зрения человек – это один из видов животных; и тем не менее даже тело его уникально – причем не только благодаря способности к прямохождению и некоторым другим свойствам, но и благодаря особой конституции, отличающей человека от остальных животных и предоставляющей ему больше возможностей за счет менее развитой специализации. Кроме того, человек отличается способностью использовать тело в экспрессивных целях... С незапамятных времен неотъемлемыми качествами человека считались свобода, рефлексия, дух"[8].

С одной стороны, не существует такой частности, которая не была бы подвержена изменениям под воздействием других частностей или целого; с другой стороны, не существует целого, которое не состояло бы из частностей. Целое – это та незаметная на первый взгляд основа, которая управляет всеми частностями, ограничивает их и определяет пути и характер нашего понимания целого. Но здесь важно подчеркнуть, что, говоря о целостности человека, мы имеем в виду нс соотнесенность клеток и органов, а выделяем в человеке множество самостоятельных целостностей.

Во-первых, как подчеркивает Ясперс, мгновенное целое, в рамках которого появляется переживаемый феномен, – это состояние сознания на данный момент времени. Совокупность способностей зависит от интегрирующей способности всего организма; если говорить о мышлении, то это "сознание вообще" или фундаментальная функция, или форма, в которой протекает психическая жизнь в данный момент времени; совокупная способность к мышлению называется интеллектом. Соматический анализ предполагает единство тела и души (в форме целостных неврологических, гормональных и морфологических структур). Для психологии экспрессивных проявлений целое – это язык человеческой природы, характеризуемой так называемым уровнем развития (уровнем формы). Мир, в котором живет человек, и дух его культуры и эпохи – это те целостности, в рамках которых человек действует и творит.

Во-вторых, можно говорить о совокупности психологически понятных связей – это характер (личность). В-третьих, совокупность взаимосвязей человека как социального и исторического существа является в объективных формах, присущих обществу, в котором этот человек живет, и культуры, к которой он принадлежит; эта совокупность обнаруживает себя в духе времени, нации, государства, массы.

Итак, обозревая вслед за Ясперсом этот ряд фундаментальных целостностей, мы прежде всего обращаем внимание на их многообразие. Ни одна из них не есть целое как таковое; все они суть не более чем относительные целостности в ряду других относительных целостностей. Однако в истории философии часто обнаруживалось стремление к абсолютизации отдельных целостностей. Разумеется, в любой абсолютизации содержится элемент истины. Однако методологически это приводит к ошибкам.

В диссертации В. Т. Филатова рассматриваются некоторые из этих относительных целостностей. В этом – определенная ценность его работы. Однако он не избежал основной методологической погрешности и попытался построить модель абсолютной, всеединой целостности. Посмотрим, к каким результатам это привело. В работе исследователя сказано, что теоретическая необходимость толкования человека как целого исходит из его дуализма, из принадлежности к двум мирам: природному, конечному, и духовному, бесконечному. Однако этот дуализм как раз и свидетельствует о нецелостности человека. Как может раздвоенность человека, присущий ему дуализм подталкивать к толкованию человека как целостности? Вероятно, можно говорить о том, что человек принципиально нецелостен? Иначе получается парадокс: говорим о сложности человека, о его принадлежности к двум мирам и тут же постулируем целостность человека.

"Человек есть двуприродное существо"[9], – пишет Шмаков. Автору данного учебника уже приходилось писать о том, что сложность объекта не исключает его целостность[10]. Мир противоречив, но он един. Человек сложен, но он являет собой некую особость. Однако тогда получается, что все объекты целостны. У нас нет критерия, который позволил бы нам выделить два класса явлений – целостные и нецелостные. Ни сложность, ни внутренняя разорванность, ни двуприродность, ни слабая интегрированность не могут рассматриваться как таковые.

Между тем в русской философии мы встречаемся с постоянными попытками, ответить на вопрос, что же является целостностью феноменально. В. С. Соловьев подчеркивал, что естественная, органическая связь всех существ, как частей одного целого есть выражение естественной и очевидной солидарности всего существующего[11]. Но философ показывал, что "как не всякое сочетание молекул образует органическую клеточку, и не всякое скопление клеточек составляет живое существо"[12]. Поэтому целостность – это не свойство, не атрибут, а специфический взгляд, который позволяет находить общее, связанное, нерасторжимое. Одну и ту же реальность можно описать, по-видимому, через качественное разнообразие, несводимость, различие, но в то же время и как онтологическую целостность. Постановку вопроса диктует исследовательская оптика.

Рассмотрим некоторые типичные примеры, когда относительная целостность заведомо абсолютизируется. Мгновенное целое принимается за нечто окончательное. Например, вся психика сводится только к одному сознанию. Совокупность способностей объявляется единственной объективной реальностью, единственным предметом научного исследования. Соматопсихическое единство отождествляется с действительностью как таковой. Мир и дух оказываются вдруг теми абсолютами, участие в которых тождественно психической жизни. Сумма характерологических качеств объявляется сущностью души, а совокупность психологически понятных связей постулируется как ее бытие. Душа рассматривается лишь как эпифеномен событий, происходящих в головном мозгу.

Именно о таких относительных целостностях писал Ясперс: "Все эти образцы абсолютизации доказали свою ошибочность. Достаточно присмотреться к ним внимательнее, чтобы убедиться, что ни одна из перечисленных целостностей не может быть отождествлена с “человеческим” как таковым. Познание отдельного человека сравнимо с плаванием по бесконечному морю в поисках неведомого континента: каждый раз, причаливая к берегу или острову, мы узнаем что-то новое, но стоит нам объявить тот или иной промежуточный пункт конечной целью всего путешествия, как пути к новым знаниям для нас закрываются. Теории подобны отмелям; мы упираемся в них и застреваем, так и не достигнув искомой земли. Поэтому мы всегда стремились уяснить пределы, за которыми методы исследования относительных целостностей утрачивают свою силу. Различные целостности – это не более чем отдельные перспективы “человеческого” или частные аспекты его Ясперс К. Общая психопатология. С. 897.}}.

В этом случае правомерно поставить вопрос о том, что представляет собой высшая, абсолютная целостность "человеческого". Составлена ли она из множества относительных целостностей? Или это всего лишь пустое словосочетание, за которым нет никакой объективной реальности?

  • [1] Бобров М. Я., Коростелева О. Т. Проблема целостности человека в гомологии и антропологии // Социальная антропология на пороге XXI века. М., 1998. С. 368.
  • [2] Кант И. Собр. Соч.: в 8 т. / под ред. А. В. Гулыги. М., 1994. Т. 7. С. 137.
  • [3] См.: Филатов В. И. Становление и утверждение целостности человека: автореф, дис.... д-ра филос. наук. Омск, 2002. С. 4.
  • [4] Немесский Н. О природе человека. М., 1998. С. 7.
  • [5] Кант И. Собр. Соч.: в 8 т. Т. 4. М., 1994. С. 505.
  • [6] Шмаков В. Закон синархии. Киев, 1994. С. 26.
  • [7] Там же. С. 26.
  • [8] Ясперс К. Общая психопатология. С. 32.
  • [9] Шмаков В. Закон синархии. С. 95.
  • [10] Гуревич П. С. Проблема целостности человека // Личность, культура, общество. М., 2001. С. 31.
  • [11] Соловьев В. С. Соч.: в 2 т. Т. 1. С. 162.
  • [12] Там же. С. 485.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >