Преступления против безопасности человечества (человечности)

Общие положения о преступлениях против человечности

Основным непосредственным объектом этой группы преступлений является безопасность человечества, представляющая собой состояние защищенности человечества в целом либо демографических групп от угроз их физическому существованию. Безопасность человечества вовсе не обязательно связана с фактом наличия состояния войны или вооруженного конфликта. Например, в ст. I Конвенции о геноциде подчеркивается, что юридически квалификация акта геноцида как преступления против безопасности человечества (в западной терминологии – против человечности) никак не зависит от того, осуществлен ли он в мирное либо военное время, явился проявлением внешней или внутренней политики государства.

Ввиду характера угроз, существующих вследствие совершения преступлений против безопасности человечества, их дополнительными объектами необходимо признавать весь комплекс личных прав и свобод человека (в первую очередь жизнь и здоровье), а также право на безопасность окружающей среды (при совершении акта экоцида).

В настоящее время наиболее детализированный перечень преступлений против человечности определен в ст. 7 Римского Статута. К ним относятся:

  • 1) убийство;
  • 2) истребление;
  • 3) порабощение;
  • 4) депортация или насильственное перемещение населения;
  • 5) заключение в тюрьму или другое жестокое лишение физической свободы в нарушение основополагающих норм международного права;
  • 6) пытки;
  • 7) изнасилование, обращение в сексуальное рабство, принуждение к проституции, принудительная беременность, принудительная стерилизация или любые другие формы сексуального насилия сопоставимой тяжести;
  • 8) преследование любой идентифицируемой группы или общности по политическим, расовым, национальным, этническим, культурным, религиозным, гендерным или другим мотивам;
  • 9) насильственное исчезновение людей;
  • 10) преступление апартеида;
  • 11) другие бесчеловечные деяния аналогичного характера, заключающиеся в умышленном причинении сильных страданий или серьезных телесных повреждений или серьезного ущерба психическому или физическому здоровью.

Объективная сторона преступлений против человечности практически полностью совпадает с объективной стороной военных преступлений, совершенных в контексте вооруженного конфликта или связанных с таким конфликтом, а также с признаками объективной стороны геноцида как наиболее тяжкого преступления против человечества[1]. Поэтому признаки отдельных преступлений против человечности охарактеризованы ниже в контексте понимания геноцида, апартеида и военных преступлений.

"Контекстуальным элементом" преступлений против человечности должно быть установление того обстоятельства, что они стали частью широкомасштабного и (или) систематического нападения на гражданское население. Например, для признания лица виновным в "истреблении" должно быть установлено "осознание преступником того факта, что его действия или упущения являются составной частью массовых убийств, которые совершаются в тот же период времени, и, таким образом, должны быть охарактеризованы как одно длительное нападение". Преступление истребления образует "общий эффект обширного убийственного предприятия и участия в нем обвиняемого"[2]. В решениях Международного трибунала по Руанде также говорится, что "любой акт или комбинация действий" может считаться истреблением, если это "способствует немедленно или, в конечном счете, прямо или косвенно, незаконному физическому устранению одного или нескольких лиц как части обширного убийственного предприятия"[3].

  • [1] Вот как, например, определено понятие "дискриминационное преследование" в одном из решений Международного трибунала по бывшей Югославии: "Преследование – одно из самых порочных из всех преступлений против человечности. Его корни питает отрицание принципа равенства людей. Преследование основано на дискриминации. На мнении, что людей, которые по этническим, расовым или религиозным признакам отличаются от людей из доминирующей группы, нужно рассматривать как низших по сравнению с последними. В преступлении преследования это дискриминационное намерение проявляется в чрезвычайно грубом и систематическом растаптывании фундаментальных прав лиц, относящихся к группе жертв. Преследованию не хватает только одного шага до геноцида – самого отвратительного преступления против человечности. В геноциде преступное намерение достигает его крайних пределов через преследование цели физического уничтожения группы или членов группы. В преступлении геноцида преступное намерение состоит в том, чтобы уничтожить группу... В преступлении преследования преступное намерение состоит в том, чтобы вместо этого, предвзято относясь к группе или ее членам, путем насилия чрезвычайно грубо и систематически нарушать их фундаментальные человеческие права" (см.: Prosecutor v. Z. Kupreskic. Case № IT-95-16-Т. 14 January 2000. § 751).
  • [2] Prosecutor v. J.-P. Akayesu. Case № ICTR-96-4-T. 2 September 1998. § 591.
  • [3] Prosecutor v. C. Kayishema and O. Ruzindana. Case № ICTR-95-1-T. 21 May 1999. § 146–147.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >