Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Введение в литературоведение

Поэтическая фонетика

Фонетические приемы позволяют поэту нс только передать шум природы или звуки, окружающие человека, они являются орнаментальным способом выражения прекрасного или безобразного.

Аллитерация – повторение согласных звуков.

Розы там цветут душистее,

Там лазурной небеса,

Соловьи там голосистее,

Густолиственней леса...

(Н. Некрасов)

Ассонансы – повторение гласных звуков.

В пустыне чахлой и скупой,

На почве, зноем раскаленной,

Анчар, как грозный часовой,

Стоит – один во всей вселенной.

(А. Пушкин)

Звукоподражание

Крылышкуя золотописьмом Тончайших жил,

Кузнечик в кузов пуза уложил Прибрежных много трав и вер.

  • – Пинь, пинь, пинь! – тарарахнул зинзивер.
  • (В. Хлебников)

Анаграмма (от греч. ανα – пере и γραμμα – буква) – такое перераспределение букв и слогов в словах, в результате которого образуются другие слова.

Кока-кола. Колокола.

Вот нелегкая занесла.

(А. Вознесенский)

Эта анаграмма образована по принципу перераспределения слогов. При этом в одном из четырех слогов нет буквенного совпадения.

У-

лица.

Лица

У

догов

годов

рез

че.

Че

рез

железных коней...

(В. Маяковский)

Здесь анаграммы "лица у", "через" образованы путем перестановки слогов, а анаграмма "годов" посредством перераспределения букв.

Никто не просил,

чтоб была победа

родине начертана.

Безрукому огрызку кровавого обеда

на чёрта она?!

(В. Маяковский)

В данном примере анаграмма "на чёрта она" образована простым делением слогов.

Анаграмма как поэтический прием резко подчеркивает образ, привлекает внимание.

Довольно часто она используется и как средство рифмообразования.

Месяц улыбается и заверчен, как

будто на небе строчка

из Аверченко...

(В. Маяковский)

Вы, щенки! За мной ступайте!

Будет вам по калачу,

да смотрите ж не болтайте,

а не то поколочу.

(А. Пушкин)

В этих примерах рифмы-омофоны являются анаграммами.

Тропы

Тропы (от греч. τροποσ – оборот) – группа поэтических средств, образующихся по принципу перенесения значений слов с частичной или полной заменой обозначаемых ими понятий и явлений.

Возможность подобной замены или перенесения значений слов обеспечивается присущей им многозначностью. Эта многозначность является результатом длительного развития словарного состава языка и как бы воссоздает историю употребления слов на протяжении десятилетий и веков. В данном случае словарный состав языка выступает как память народа.

В некоторых словах их первоначальный смысл улавливается более или менее отчетливо. Так, мы сравнительно легко определяем, что слово "город" в его раннем значении – огороженная территория или место внутри ограды. Слово "деревня" восходит к понятиям "деревянный", "из дерева". В других словах отыскать их первоначальный смысл труднее. Так, постоянно употребляя слово "спасибо", мы уже нс воспринимаем его первоначального значения – "спаси Бог".

Многие слова приобретают другие значения, не изменяясь ни в начертании, ни в произношении. Так, слово "обыватель", характеризующее в настоящее время (как и слово "мещанин") человека с ограниченным миром узколичных интересов, в прошлом употреблялось в значении "житель": "сельский обыватель", "городской обыватель".

Но слово не только меняет смысл на протяжении своей истории, оно может менять значение в каждый данный момент в связи с его употреблением.

Явления и предметы действительности характеризуются присущими им чертами. Значения слов, выражающих эти черты, мы называем основными или первичными. В сочетании "огонь жжет" слово "жжет" употреблено в основном значении – здесь нет тропа. Очень часто, однако, слово, обозначающее одно понятие, выступает в сочетании со словом, обозначающим другое понятие. Это значение слова называется вторичным или переносным.

В данном случае мы уже будем иметь дело с тропом: так, сочетание "огонь бежит" – троп, образованный путем перенесения признака "бежит", основного для характеристики явлений животного мира и переносного (ассоциативного)

для характеристики огня. То же самое в словосочетании "огонь струится", где основной признак воды перенесен но ассоциации на огонь.

При перенесении значений между словами и обозначаемыми ими понятиями и явлениями возникает новая связь.

Эта новая связь и воспринимается как особый поэтический прием – троп.

Благодаря новой (ассоциативной) связи явления действительности выступают в тропах своими необычными, неожиданными сторонами и придают речи особую выразительность.

Как видно, троп, основанный на многозначности слова, трудно объяснить, исходя из особенностей какого-либо отдельного слова: явление "тропизма" возникает только в словосочетании, в речевой конструкции. Так, слово "бежит" (или "струится") само по себе не является тропом: оно становится одним из его элементов лишь в сочетании со словом "огонь".

Троп – очень распространенное средство создания поэтического образа, используемое как в классической, так и в современной литературе. Создателем многих ярких тропов был А. С. Пушкин.

Как весело, обув железом острым ноги,

Скользить по зеркалу стоячих ровных рек.

(А. Пушкин)

Здесь Пушкин с помощью вторичных признаков описывает "коньки" ("обув железом острым ноги") и "лед" ("зеркало стоячих ровных рек"). Благодаря тропам Пушкину удалось изобразить очень живую и яркую картину зимы – катание на коньках.

В русском языке, при неисчерпаемом богатстве его словаря, огромном разнообразии значений и оттенков значений слов, возможности употребления тропов, по существу, безграничны.

Каждый художник создает и использует тропы в соответствии со своим замыслом. Более того, можно говорить об индивидуальном употреблении тропов, о системе тропов в творчестве отдельных писателей. Сама по себе степень насыщенности произведения тропами не является показателем его художественности. Тропы взаимодействуют с другими изобразительными языковыми средствами и наряду с ними представляют собою составную часть поэтического языка. Поэтому в каждом конкретном случае необходимо определять меру, характер и функции тропов.

Тропы образуются с помощью значимых частей речи: глаголов ("море смеялось"), прилагательных ("одинокая гармонь"), существительных ("струя огня"), наречий ("холодно блеснула сталь клинка").

В рамках принципиально общего для всех тропов способа их образования путем перенесения значений возможны их отдельные разновидности.

В некоторых тропах при перенесении значения грамматически оформлены оба явления или понятия. Таково сравнение. "Словно как мать над сыновней могилой, стонет кулик над равниной унылой" (Н. Некрасов. "Саша").

Крик кулика здесь замещается плачем матери. Но при этом сохраняются оба члена сравнения. В сравнении как бы зафиксирован сам процесс перенесения значений.

Самостоятельное значение сохраняют слова (и выражаемые ими понятия) и в одночленном сравнении: "Заря блестит невестой молодою" (А. Пушкин).

В метонимии, синекдохе, метафоре перед нами итог, результат перенесения значения. Эти тропы не только одночленны, они в какой-то степени однозначны.

Самодержавною рукой

Ом смело сеял просвещенье.

(А. Пушкин)

"Сеять просвещенье" – новое значение, образовавшееся в результате слияния двух значений: основного ("просвещенье") и переносного ("сеять").

Как видно, эти тропы отличаются от сравнения большей слитностью значений; в метафоре и в метонимии из двух первоначальных, по существу, возникает третье, новое значение.

Метафора (от греч. metaphora – переношу) – вид тропа, в котором отдельные слова или выражения сближаются по сходству их значений или по контрасту.

Метафоры образуются по принципу олицетворения ("вода бежит"), овеществления ("стальные нервы"), отвлечения ("поле деятельности") и т.д. В роли метафоры могут выступать различные части речи: глагол, существительное, прилагательное.

Метафора придает речи исключительную выразительность:

В каждый гвоздик душистой сирени,

Распевая, вползает пчела...

Вознеслась ты под свод голубой

Над бродячей толпой облаков...

(А. Фет)

Здесь метафоры "гвоздик сирени", "распевая, вползает...", "бродячая толпа облаков".

Метафора представляет собой нерасчлененное сравнение, в котором, однако, легко усматриваются оба члена:

Со снопом волос твоих овсяных

Отоснилась ты мне навсегда...

Покатились глаза собачьи

Золотыми звездами в снег...

(С. Есенин)

Здесь волосы сравниваются с овсяным снопом, глаза – со звездами. В метафоре, как правило, нс улавливается реальная связь понятий:

В голубой струе моей судьбы

Накипи холодной бьется пена,

И кладет печать немого плена

Складку новую у сморщенной губы.

(С. Есенин)

Слепцы напрасно ищут, где дорога,

Доверясь чувств слепым поводырям...

(А. Фет)

В метафорах "пена накипи в струе судьбы" и "слепые поводыри чувств" сравниваются судьба со струею и чувства – с поводырями, т.е. понятия, не соприкасающиеся никакими своими сторонами в действительности.

Помимо метафор-слов, большое распространение в художественном творчестве имеют метафорические образы, или развернутые метафоры. Такова приведенная выше метафора "пена накипи в струе судьбы", с помощью которой создается развернутый художественный образ.

Ах, увял головы моей куст,

Засосал меня песенный плен.

Осужден я на каторге чувств

Вертеть жернова поэм.

(С. Есенин)

Эту детскую грусть рассеку я потом

Вдохновенного слова звенящим мечом...

(А. Фет)

С помощью ряда метафор ("несенный плен", "каторга чувств", "жернова поэм") Есенин воссоздает образ поэта и специфику его труда. Развернутая метафора из стихотворения А. Фета дает представление о слове как поэтическом оружии поэта.

Иногда все произведение целиком представляет собой широкий, развернутый метафорический образ. Таково стихотворение А. Пушкина "Телега жизни":

Хоть тяжело подчас в ней бремя,

телега на ходу легка;

Ямщик лихой, седое время,

Везет, не слезет с облучка.

С утра садимся мы в телегу;

Мы рады голову сломать

И, презирая лень и негу,

Кричим: пошел!..

Но в полдень нет уж той отваги;

Порастрясло нас; нам страшней

И косогоры, и овраги;

Кричим: полегче, дуралей!

Катит по-прежнему телега;

Под вечер мы привыкли к ней

И дремля едем до ночлега,

А время гонит лошадей.

Здесь Пушкин в метафорической форме воспроизводит фазы человеческой жизни.

Очень часто переносное значение приобретают поэтические определения, которые называют в этом случае метафорическими эпитетами.

В приведенной выше метафоре "бродячая толпа облаков" из стихотворения А. Фета эпитет "бродячая" имеет метафорический оттенок; у А. Пушкина в выражении "седое время" определение "седое" – метафорический эпитет.

Что ж напрасно горячить

Кровь в усталых жилах?

Не сумела ты любить,

Я – забыть не в силах.

(А. Фет)

Слово "жилы" А. Фет определяет здесь метафорическим эпитетом "усталые".

Метонимия (от греч. metonymia – переименовывание) – вид тропа, в котором сближаются слова по сходству обозначаемых ими более или менее реальных понятий или связей. В метонимии явление или предмет обозначается с помощью других слов и понятий. При этом сохраняются сближающие эти явления признаки или связи; так, когда В. Маяковский говорит о "стальном ораторе, дремлющем в кобуре", то читатель легко угадывает в этом образе метонимическое изображение револьвера. В этом – отличие метонимии от метафоры.

Представление о понятии в метонимии дается с помощью косвенных признаков или вторичных значений, но именно это и усиливает поэтическую выразительность образа, придает ему свежесть и необычность:

Ты вел мечи на пир обильный;

Все пало с шумом пред тобой:

Европа гибла – сон могильный

Носился над ее главой.

(А. Пушкин)

Здесь "мечи" – воины, "пир" – битва, "сон" – смерть. Эти метонимические образы воссоздают особый поэтический мир, связанный с обликом легендарного полководца.

Иногда понятие, обозначаемое метонимией, не воспринимается с достаточной определенностью:

Но безмолвствует, пышно чиста,

Молодая владычица сада:

Только песне нужна красота,

Красоте же и песен не надо.

(А. Фет)

Сознавая, что под "молодой владычицей сада" можно подразумевать не одно красивое растение, Фет называет свое стихотворение "Роза" и тем самым раскрывает смысл метонимии.

Наиболее распространена метонимия, в которой название профессии заменено названием орудия деятельности:

Когда же берег ада

Навек меня возьмет,

Когда навек уснет Перо, моя отрада...

(А. Пушкин)

Здесь метонимия "уснет перо".

Сложные понятия раскрывают метонимии, заменяющие мифологические образы; в ряде случаев подобные метонимии могут иметь двойное значение:

Наш прадед, обольщенный

Женою и змием,

Плод скушал запрещенный

И прогнан поделом...

(Ф. Тютчев)

Здесь метонимия "запрещенный плод" употреблена не только в конкретном значении яблока, она является также библейским обозначением первородного греха.

Сравнение – вид тропа, в котором одно явление или понятие проясняется путем сопоставления его с другим явлением. Сравнение может быть отнесено к первичным видам тропа, так как при перенесении значения с одного явления на другое сами эти явления не образуют нового понятия, а сохраняются как самостоятельные. "Как выжженная палами степь, черна стала жизнь Григория" (М. А. Шолохов). Здесь состояние внутренней опустошенности Григория Мелехова подчеркивается путем сопоставления его с лишенной растительности, выжженной огнем степью. При этом представление о черноте и мрачности степи и вызывает у читателя то тоскливо-тягостное ощущение, которое соответствовало состоянию Григория. Налицо перенесение одного из значений понятия "выжженная степь" на другое – внутреннее состояние персонажа.

С помощью сравнения художник создает образ большой эмоциональной выразительности и силы.

Иногда, для того чтобы сопоставить какие-то явления или понятия, художник прибегает к развернутым сравнениям:

Печален степи вид, где без препон,

Волнуя лишь серебряный ковыль,

Скитается летучий аквилон

И пред собой свободно гонит пыль;

И где кругом, как зорко ни смотри,

Встречает взгляд березы две иль три,

Которые под синеватой мглой

Чернеют вечером в дали пустой.

Так жизнь скучна, когда боренья нет,

В минувшее проникнув, различить

В ней мало дел мы можем, в цвете лет

Она души не будет веселить.

Мне нужно действовать, я каждый день

Бессмертным сделать бы желал, как тень

Великого героя, и понять

Я не могу, что значит отдыхать.

(М. Лермонтов. "1831 июня 11 дня")

Здесь с помощью развернутого сравнения Лермонтов передает целую гамму лирических переживаний и размышлений.

Сравнение обычно соединяется союзами "как", "как будто", "словно", "точно" и т.д. Возможны и бессоюзные сравнения: "У меня ль, молодца, кудри – чесаный лен" (Н. Некрасов. "Огородник"). Здесь союз опущен. Но иногда он и не предполагается: "Заутра казнь, привычный пир народу" (А. Пушкин. "Андрей Шенье").

Некоторые формы сравнения строятся описательно и поэтому не соединяются союзами:

И являлася она

У дверей иль у окна

Ранней звездочки светлее,

Розы утренней свежее.

(А. Пушкин)

Она мила – скажу меж нами, –

Придворных витязей гроза,

И можно с южными звездами

Сравнить, особенно стихами,

Ее черкесские глаза.

(А. Пушкин)

Особым видом сравнения являются так называемые отрицательные сравнения:

Нс сияет на небе солнце красное,

Нс любуются им тучки синие:

То за трапезой сидит во златом венце,

Сидит грозный царь Иван Васильевич.

(М. Лермонтов)

В этом параллельном изображении двух явлений форма отрицания есть одновременно и способ сопоставления, и способ перенесения значений.

Особый случай представляют собой используемые в сравнениях формы творительного падежа:

Пора, красавица, проснись:

Открой сомкнуты негой взоры,

Навстречу северной Авроры

Звездою севера явись!

(А. Пушкин)

Я не парю – сижу орлом.

(А. Пушкин)

Довольно часто встречаются в художественной литературе сравнения в форме винительного падежа с предлогом "под": "Сергей Платонович... сидел с Атепиным в столовой, оклеенной дорогими, под дуб, обоями..." (М. А. Шолохов).

Во всех приведенных выше примерах сравнения сближают понятия, не связанные между собой в действительности и целиком замещающие друг друга. Это метафорические сравнения. Но в некоторых сравнениях сближаются понятия, связанные между собой в действительности. При этом могут быть выражены только отдельные черты того явления, с которым что-либо сравнивается:

Не торговал мой дед блинами,

Не ваксил царских сапогов,

Не пел с придворными дьячками,

В князья не прыгал из хохлов...

и т.д.

Здесь не указаны люди, с которыми сравниваются предки А. С. Пушкина, но по отдельным штрихам современники могли догадаться, кого имел в виду поэт.

Не гулял с кистенем я в дремучем лесу,

Не лежал я во рву в непроглядную ночь, –

Я свой век загубил за девицу-красу,

За девицу-красу, за дворянскую дочь.

(Н. Некрасов)

Первые две строки – отрицательное сравнение, в котором одно из сравниваемых явлений не выражено непосредственно: "не лежал с кистенем" (подобно разбойнику). "Кистень" и "непроглядная ночь" признаки, которые в отрицательной форме переносятся на огородника.

Как узник, Байроном воспетый,

Вздохнул, оставя мрак тюрьмы...

(А. Пушкин)

Здесь А. С. Пушкин сравнивает себя с героем поэмы Байрона Боливаром, имя которого, однако, не упомянуто поэтом. Такие сравнения могут быть названы метонимическими.

В свою очередь, и метафора, и метонимия заключают в себе скрытое сравнение. В отличие от метафор и метонимий сравнение передает не итог, а сам процесс перенесения значения.

Эпитет (от греч. επιτηετον – приложение) – слово, определяющее предмет или явление и подчеркивающее какие- либо его свойства, качества или признаки.

Слезы людские, о слезы людские,

Льетесь вы ранней и поздней порой...

Льетесь безвестные, льетесь незримые,

Неистощимые, неисчислимые...

(Ф. Тютчев)

Здесь эпитет "людские" определяет предмет ("слезы"), а остальные эпитеты ("безвестные", "незримые", "неистощимые", "неисчислимые") подчеркивают его различные стороны.

В то же время признак, выраженный эпитетом, как бы присоединяется к предмету, обогащая его в смысловом и эмоциональном отношении. Это свойство эпитета и используется при создании художественного образа:

Не люблю я, весна золотая,

Твой сплошной, чудно смешанный шум;

Ты ликуешь, на миг не смолкая.

Как дитя, без заботы и дум...

(Н. Некрасов)

Свойства эпитета проявляются в слове лишь тогда, когда оно сочетается с другим словом, обозначающим предмет и явление. Так, в приведенном примере слова "золотая" и "чудно смешанный" приобретают свойства эпитета в сочетании со словами "весна" и "шум".

Возможны эпитеты, которые не только определяют предмет или подчеркивают какие-либо его стороны, но и переносят на него с другого предмета или явления (не выраженного непосредственно) новое, дополнительное качество:

И мы тебя, поэт, не разгадали,

Не поняли младенческой печали

В твоих как будто кованых стихах.

(В. Брюсов)

Эпитет "кованый" переносит на стих один из признаков металла. Такие эпитеты называют метафорическими. Как видно, эпитет подчеркивает в предмете нс только присущие ему, но и возможные, мыслимые, перенесенные черты и признаки.

Это не только дает основание причислить эпитет к группе тропов, но и позволяет использовать его как средство выражения авторских мыслей и настроений:

Сын революции, ты с матерью ужасной

Отважно в бой вступил – и изнемог в борьбе...

(Ф. Тютчев)

Консервативные тенденции в мировоззрении автора находят здесь проявление в эпитете "ужасная", определяющем революцию.

В качестве эпитетов могут быть использованы различные (значимые) части речи. Существительное.

Мать-природа! Иду к тебе снова

Со всегдашним желаньем моим...

(II. Некрасов)

Прилагательное, деепричастие и даже глагол:

Под голубыми небесами

Великолепными коврами,

Блестя на солнце, снег лежит;

Прозрачный лес один чернеет,

И ель сквозь иней зеленеет,

И речка подо льдом блестит.

(А. Пушкин)

Здесь эпитеты не только "голубыми", "великолепными", "прозрачный", но также и слова "блестя", "чернеет", "зеленеет", "блестит".

К особой группе эпитетов относятся постоянные эпитеты, которые употребляются только в сочетании с одним определенным словом: "живая" или "мертвая вода", "добрый молодец", "борзый конь" и т.д. Постоянные эпитеты характерны для произведений устного народного творчества. Распространенные попытки разграничить определение "логическое" или "необходимое" и эпитет как "образное определение" малопродуктивны, так как в стилистическом контексте всякое определение может иметь выразительное значение. В выражении "великий, могучий, правдивый и свободный русский язык" (И. С. Тургенев) слово "русский" может быть рассмотрено и как логическое определение, и как эпитет, так как завершает интонационное нарастание и получает поэтому особое стилистическое значение.

Олицетворение – особый вид метафоры, перенесение человеческих черт на неодушевленные предметы и явления. Анималистика – животный мир, наделенный свойствами мира людей. В повести Н. В. Гоголя "Записки сумасшедшего" переписываются собачки. В сказочных сюжетах говорят предметы.

Перифраз (перифраза) (от греч. ηεριιηρσισα, от περί – вокруг, около и phrandzo – говорю) – вид тропа, словесного оборота с переносным значением, в котором название человека, животного, предмета или явления заменяется указанием на его наиболее важные, характерные черты или признаки. Так, вместо слова "лев" употребляется сочетание "царь зверей". У А. С. Пушкина: "Могучий баловень побед" – Наполеон; "Певец Гяура и Жуана" – Байрон; "султан курятника спесивый" – петух.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы