Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Международное частное право

Особенности правового регулирования инвестиционной деятельности на территориях оффшорных юрисдикций

"Новые правила игры в мировой экономике должны подразумевать взаимное открытие рынков развивающихся и развитых стран для товаров, услуг и инвестиций"; эти слова Д. А. Медведева, Президента РФ, прозвучавшие в выступлении (в бытность его вице-премьером Правительства РФ) 13 июня 2006 г. на X Петербургском международном экономическом форуме, так характеризуют современную ситуацию в сфере международной инвестиционной деятельности: а) в настоящее время в мире устанавливается новый международный экономический порядок[1] и б) этот порядок предполагает существование международной системы инвестиций, основанной на свободной трансграничной циркуляции капиталов.

Новый порядок естественным образом требует введения минимальных правовых стандартов защиты иностранных инвестиций. Такие стандарты разработаны и они основываются, в частности, на принципе национального режима, закрепленного в так называемой доктрине Карлоса Кальво (1822– 1906 гг.), юриста, министра иностранных дел Аргентины. Одним из важных постулатов доктрины является принцип равенства резидентов и нерезидентов перед законом, причем нерезиденты "не вправе требовать каких-либо больших мер правовой защиты" ("they cannot claim any greater measure of protection")[2]. Он появился в период противостояния развивающихся стран державам, утверждавшим свое политическое влияние за счет активного ввоза капитала, и до последнего времени представлялся ясным, определенным и не вызывающим возражений.

Однако в течение нескольких последних десятилетий наблюдается особый экономико-правовой феномен, развивающийся в глобальной системе международных инвестиций, имеющий недостаточно определенное название "офшор" и, в противовес доктрине Кальво, предполагающий более высокий уровень правовой защиты нерезидентов, осуществляющих особого рода инвестиции в экономику ряда стран, перед резидентами этих стран.

Офшоры, офшорные юрисдикции и офшорные территории. Слово "офшор" (от англ. "off-shore" – "вне берега", т.е. "вне своей территории") появилось в конце XIX в. в Великобритании и применялось в морской судоходной практике и судопроизводстве в случаях использования прибрежных островов в Атлантическом океане; в своем нынешнем значении понятие офшора получило широкое распространение во второй половине XX – начале XXI в. сначала в обычной лексике международного делового оборота, а затем как в национальном и международном законодательстве, так и в научной экономической и юридической литературе[3].

Впервые, как считается, термин "офшор" появился в конце 1950-х гг. в одной из газет США; речь шла о финансовой организации, которой удалось избежать налогового контроля благодаря смене страны регистрации этой организации. А. М. Воронина в исследовании, посвященном роли офшоров в мировой экономике, предлагает свою периодизацию развития офшорного бизнеса "в глобальном масштабе":

  • а) "нулевой", или предварительный, этап (до конца 1950-х гг.); бизнес еще не сформировался; отмечаются примеры автономных образований в том или ином государстве, пользующихся различными льготами и привилегиями по сравнению с остальной частью, – "прообразов" офшорных юрисдикций;
  • б) первый этап (конец 1950-х – начало 1980-х гг.); офшорный бизнес зарождается; количество офшорных юрисдикций незначительно; офшоры разрабатываются под каждого конкретного клиента, как правило, крупной, чаще – транснациональной, компании;
  • в) второй этап (конец 1980-х – начало 1990-х гг.); бизнес растет; список офшорных юрисдикций расширился; оптимизация налогообложения с помощью офшоров становится популярной; на национальном уровне принимаются меры по некоторому ограничению офшорного бизнеса;
  • г) третий этап (конец 1990-х – 2000 гг.); стабилизация этого бизнеса; происходит усложнение механизмов использования офшоров; возникает международное антиофшорное регулирование;
  • д) четвертый этап (2001–2004 гг.); кратковременный спад; уменьшение количества офшорных зон; усиление мер государственного регулирования;
  • е) пятый этап (2005 г. – настоящее время); трансформация офшорного бизнеса; появляются новые ниши для применения офшорных технологий, новые организационно-правовые формы офшоров и новые юрисдикции.

В современной деловой лексике понятие "офшорный" означает "нс подпадающий под национальное регулирование"; что же касается понятия "офшорная юрисдикция" (offshore jurisdiction)[4], то под ней понимается совокупность правомочий органов государства на определенной территории на основе специального законодательства, которое более благоприятно для нерезидентов, чем для резидентов этого государства; сюда включаются такие понятия, как "корпоративное убежище" (corporate haven), "налоговая гавань" (tax haven), "офшорный финансовый центр" (offshore financial centre)[5].

  • • Под офшорами на практике чаще всего понимаются компании (хотя организационно-правовая форма может быть и иной), зарегистрированные в так называемых зонах льготного налогообложения, которые предоставляют таким компаниям
  • а) значительные административные, а главное, налоговые льготы, в обмен на б) обязательство вести свою основную деятельность за пределами офшорной юрисдикции.

Согласимся с тем, что такие офшоры действительно существуют во множестве, и назовем их для удобства "классическими" офшорами.

Часто под офшором понимают собственно территорию, на которой действует офшорная юрисдикция, но такое смешение понятий не совсем удобно; лучше применять устоявшийся термин "офшорная территория".

Иногда встречается название "внутренний офшор", отождествляемое со свободными экономическими зонами, территориями, находящимися под юрисдикцией одного государства, но исключенными из действия обычного таможенного, налогового, либо валютного и банковского законодательства. Такая зона вполне может восприниматься в качестве офшорной для лица из другой юрисдикции, но это название нельзя считать удачным.

В российском законодательстве встречается, к сожалению, неточность определений. Концепция долгосрочного социально- экономического развития Российской Федерации на период до 2020 г., утв. распоряжением Правительства РФ от 17.11.2008 № 1662-р, содержит определение офшора как разновидности территориальной юрисдикции: "Для повышения эффективности политико-правовых институтов, обеспечения исполнения законодательства необходимо... создание условий, при которых российским компаниям было бы выгодно оставаться в российской юрисдикции, а не регистрироваться в офшорах...".

Перечень государств и территорий, предоставляющих льготный режим налогообложения и (или) не предусматривающих раскрытия и предоставления информации при проведении финансовых операций (офшорные зоны), утвержденный приказом Минфина России от 13.11.2007 № 108н, включает следующие оффшорные зоны (территории): Ангилья; Княжество Андорра; Антигуа и Барбуда; Аруба; Содружество Багамы; Королевство Бахрейн; Белиз; Бермуды; Бруней- Даруссалам; Республика Вануату; Британские Виргинские острова; Гибралтар; Гренада; Содружество Доминики; Республика Кипр; Китайская Народная Республика: Специальный административный район Гонконг (Сянган); Специальный административный район Макао (Аомынь); Союз Коморы: остров Анжуан; Республика Либерия; Княжество Лихтенштейн; Республика Маврикий; Малайзия: остров Лабуан; Мальдивская Республика; Республика Мальта; Республика Маршалловы Острова; Княжество Монако; Монтсеррат; Республика Науру; Нидерландские Антилы; Республика Ниуэ; Объединенные Арабские Эмираты; Острова Кайман; Острова Кука; Острова Теркс и Кайкос; Республика Палау; Республика Панама; Республика Самоа; Республика Сан-Марино; Сент- Винсент и Гренадины; Сент-Китс и Невис; Сент-Люсия; Отдельные административные единицы Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии: Остров Мэн; Нормандские острова (острова Гернси, Джерси, Сарк, Олдерни); Республика Сейшельские Острова.

Более внимательно к проблеме определения офшорных зон подошел ЦБ РФ, в указании которого от 07.08.2003 № 1317-У "О порядке установления уполномоченными банками корреспондентских отношений с банками-нерезидентами, зарегистрированными в офшорных зонах", т.е. "государствах и на территориях, предоставляющих льготный налоговый режим или не предусматривающих раскрытие и предоставление информации при проведении финансовых операций", есть свой перечень зон. (Впоследствии было принято и указание ЦБ РФ от 22.06.2005 № 1584-У о формировании и размере резерва средств на возможные потери под операции кредитных организаций с резидентами "офшорных зон".)

ЦБ РФ предложил разделить офшорные зоны на три группы:

  • 1) отдельные административные единицы Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии – Нормандские о-ва (Гернси, Джерси, Сарк) и о. Мэн; Ирландия – Дублин и Шеннон; Кипр; Мальта; Китайская Народная Республика – Гонконг, или Сянган; Сингапур; Великое Герцогство Люксембург; Швейцарская Конфедерация;
  • 2) Антигуа и Барбуда; Содружество Багамы; Барбадос; Бахрейн; Белиз; Бруней – Даруссалам; зависимые от Соединенного Королевства территории – о. Ангилья, Бермудские о-ва, Британские Виргинские о-ва, о. Монтсеррат, Гибралтар, о-ва Тёркс и Кайкос, Каймановы о-ва; Гренада; Джибути; Китай – Макао, или Аомынь; Содружество Доминики; Коста-Рика; Ливан; Маврикий; Малайзия – о. Лабуан; Мальдивские о-ва; Княжество Монако; Нидерландские Антильские о-ва; Новая Зеландия – о-ва Кука и о. Ниуэ; Панама (исключена указанием ЦБ РФ от 26.12.2006 № 1783-У); Объединенные Арабские Эмираты – Дубай; Португалия – о. Мадейра; Западное Самоа; Сейшельские о-ва; о-ва Сент- Киттс и Невис; о-ва Сент-Винсент и Гренадины; о. Сент-Люсия; Королество Тонга; Шри-Ланка; о-ва Палау; США – Виргинские о-ва; Содружество Пуэрто-Рико; штат Делавэр; штат Вайоминг;
  • 3) Княжество Андорра; Коморские о-ва и о. Анжуан, где существует офшорная зона без согласия правительства Комор; о. Аруба; о-ва Вануату; Княжество Лихтенштейн; Маршалловы о-ва; о. Науру; Черногория.

Таким образом, ЦБ РФ применил расширительный подход к определению офшорных зон, включив в их перечень и ряд европейских стран, и ряд штатов США, установив при этом, в зависимости от зоны, различные требования к российским банкам по отношению к размеру собственных средств банка и финансовой отчетности, из-за их сотрудничества с банками, зарегистрированными в этих зонах, по поводу открытия счетов депо НОСТРО и ЛОРО[6] для учета ценных бумаг.

После вступления в силу Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ российскими банками были разосланы (в рамках разработки правил внутреннего контроля) письма, в которых вниманию клиентов этих банков были представлены территории, не названные офшорными, но порождающие многочисленные ограничения для финансовых операций с резидентами территорий; помимо указанных ЦБ РФ офшорных зон, к таковым были отнесены: Латвия, Ямайка, Британская территория в Индийском океане (о-ва Чагос), Королевство Фиджи, Южные Сандвичевы о-ва, Французская Полинезия и о. Кергелен; по Швейцарской Конфедерации было уточнено – территориями такого рода являются кантоны Женева, Невшатель, Фрибург и Цуг.

Последствия отнесения тех или иных юрисдикций к офшорным носят, таким образом, вполне конкретный характер; офшорные зоны упоминаются и в письме ЦБ РФ от 01.11.2008 № 137-Т "О повышении эффективности работы по предотвращению сомнительных операций", в котором финансовые операции, отнесенные к категории "сомнительных", подлежат ограничению в зависимости от действий контрагента в пределах офшорной юрисдикции.

На международном уровне офшорные территории рассматриваются, в частности, ОЭСР. В 1998 г. вышел доклад ОЭСР "Вредоносная налоговая конкуренция" ("Harmful Tax Competition: An Emerging Global Issue"), в тексте которого ОЭСР формально оперирует термином tax haven ("налоговая гавань"), а не offshore, однако это не меняет сути вопроса. В докладе в качестве "вредоносных" исследовались "налоговые гавани" и некоторые преференциальные налоговые режимы, в том числе предоставляемые членами ОЭСР, так что, например, Швейцария и Люксембург доклад не признали.

ОЭСР использует четыре ключевых фактора для определения, является ли территория налоговой гаванью ("tax haven criteria"):

  • а) не введены вообще или введены номинальные налоги (сделана оговорка, что отсутствие налогов или номинальные налоги нельзя считать достаточным критерием, чтобы характеризовать территорию как tax haven. ОЭСР признает, что каждая территория имеет право определять, будет ли она вводить прямые налоги, и если да, то определить соответствующую своим собственным соображениям налоговую ставку);
  • б) недостаточная прозрачность налогообложения;
  • в) существование, на основании законов или административных актов, препятствий для обмена информацией с другими правительствами для налоговых целей по налогоплательщикам, пользующимся отсутствием или номинальным налогообложением;
  • г) отсутствие требования по ведению реальной деятельности.

Прозрачность обеспечивается тем, что налоговые законы открыто и последовательно применяются среди расположенных на той же территории налогоплательщиков и что имеется информация, необходимая налоговым органам для определения корректности расчета налоговых обязательств.

ОЭСР поощряет страны, которые придерживаются в информационном обмене принципа "по требованию". Такой обмен характеризуется ситуацией, когда компетентный орган одной страны запрашивает у компетентного органа другой страны информацию в связи с определенной налоговой проверкой, обычно в соответствии с действующими двусторонними соглашениями по обмену информацией. Обязательным элементом обмена должны быть гарантии, обеспечивающие защиту прав налогоплательщиков и конфиденциальность их налоговых дел (налоговой тайны).

Отсутствие реальной деятельности означает, по мнению экспертов ОЭСР, что территория рассчитывает на привлечение инвестиций, которые направлены только на получение налоговой выгоды.

С 2000 г. ОЭСР ведет технический список налоговых убежищ, которые делятся на две категории: а) придерживающиеся направления в сторону большей прозрачности и установления эффективного обмена налоговой информацией (вначале – 35, позже – 33 территории); б) отказывающиеся от большей прозрачности и обмена информацией (по списку 2002 г. таких "зон" пять: Андорра, Либерия, Лихтенштейн, Монако и Маршалловы о-ва). Этот список обсуждается на сессиях форума по обмену сведениями о вредоносной налоговой конкуренции стран.

Со многими мерами ОЭСР не согласна Международная организация по налогам и инвестициям (International Tax & Investment Organization – ITIO)[7], отстаивающая возможности использования офшорных юрисдикций в целях развития национальных экономик.

Таким образом, ОЭСР рассматривает те же "классические" офшоры, но вводит дополнительные смысловые элементы в определение: а) не только наличие налоговых льгот, но и отсутствие прозрачности налогообложения и возможности обмена налоговой и иной информацией; б) не столько ведение хозяйственной деятельности за пределами офшорной территории, сколько использование офшора преимущественно ради налоговой выгоды.

Такое определение офшора подводит естественным образом к выводу о частом их противоправном использовании, что, несомненно, также имеет место быть. Офшоры воспринимаются негативно в свете "вывоза" капитала либо "отмывания" средств, нажитых преступным путем[8]. Эта позиция явно искажает, к сожалению, реальную оценку происходящего.

"Миллиардные состояния все равно где-то запрятаны в офшорах..." В Послании Президента РФ В. В. Путина Федеральному Собранию РФ от 25 апреля 2005 г. "О важнейших общенациональных задачах", откуда взята эта фраза, не ясно, имеются в виду офшоры или офшорные территории, но оценка кажется негативной.

По мнению германских ученых X. X. Кернера и Э. Даха, одной из форм отмывания является "перевод “грязных денег” в любую страну мира, где нет строгих правил ведения бухгалтерского учета и государственного контроля за деятельностью банков, ослабленный налоговый контроль и неразвитая система налоговых институтов при сильно смягченных нормах уголовной ответственности"[9]; иными словами, речь идет об офшорной территории, характеризующейся целым рядом отрицательных свойств.

С другой стороны, возможность появления "сомнительных" объектов в пределах какой-либо юрисдикции уже может привести к восприятию ее как офшорной. Так, в директиве ЕС от 26 октября 2005 г. 2005/60/ЕС о предотвращении использования финансовой системы с целью отмывания денег и финансирования терроризма[10] упоминаются офшорные банки – shell banks (банки-"оболочки"), для определения которых нужен только факт "инкорпорации их в какой-либо юрисдикции без физического присутствия" (article 3 (10)). Сама юрисдикция не именуется офшорной, но факт создания shell banks приводит к такому пониманию.

Более того, известно, что европейские специальные службы проводят частые конференции по вопросам "борьбы с коррупцией и офшорными финансовыми центрами"; там создание офшоров в противоправных целях уже рассматривается в перечне уголовно наказуемых деяний.

Преимущественно негативное восприятие офшоров прослеживается и в работе ФАТФ, которая в 2000 г. издала доклад, содержащий 25 критериев для определения так называемых "стран и территорий, отказывающихся от сотрудничества" (non-cooperative countries and territories), со списком 15 таких стран, большая часть которых являлась офшорными территориями[11]. В разработанных ФАТФ "40 рекомендациях" есть, в частности, требования к финансовым институтам об идентификации подлинных бенефициаров счетов, что прямо затрагивает интересы лиц, использующих офшорные технологии в целях сокрытия информации такого рода.

Тот же взгляд на использование офшоров присутствует и в работе Группы "Эгмонт", и Европейского ведомства по борьбе с мошенничеством (Office Europeen de Lutte Anti-Fraude – OLAF)[12], и Группы банковского надзора по офшорам (Offshore Group of Banking Supervisors – OGBS)[13], хотя эта последняя организация в то же время отстаивает возможности легального существования офшоров.

Правоохранительные органы России также приступили к разработке методик противодействия использованию офшоров в преступных целях. Не отстают от них и органы налогового контроля, следующие за новыми рекомендациями той же ОЭСР в рамках доклада "Агрессивное налоговое планирование", принятого на сессии форума налогового администрирования 10–11 января 2008 г. в Кейптауне, учитывающими использование офшоров при "неприемлемых мероприятиях по минимизации налогового бремени" (unacceptable tax minimization arrangements).

Несомненно, однако, что, при всей настойчивости международных и национальных компетентных организаций и органов, применение офшоров само по себе не должно рассматриваться как противоправная деятельность: дело в том, что использование какой-либо организации (компании, фонда, траста и т.д.), находящейся вне пределов юрисдикции государства, резидентом которого является лицо, ее использующее, не объясняется лишь наличием налоговых льгот в юрисдикции офшора.

Международная организация "Форум финансовой стабильности"[14] таким образом определяет офшорные зоны: "юрисдикции, которые привлекают большой уровень нерезидентной активности"[15], имея в виду превышение объема операций нерезидентов над объемом операций резидентов. При этом критерии определения зон (именуемых "офшорными центрами") таковы: а) низкие (или нулевые) ставки на доходы от промышленной, коммерческой и инвестиционной деятельности; б) отсутствие взимания налогов у источника; в) гибкое регулирование деятельности офшоров; г) минимальные системы надзора; д) льготный режим управления "портфелем инвестиций"; е) весьма высокий уровень конфиденциальности.

Обратим внимание, что льготным налогообложением (критерий а)) и налоговым администрированием (критерий б)) список не ограничивается; остальные критерии касаются, во-первых, удобства управления офшором, во-вторых, удобства использования офшора для целей, реализуемых вне пределов офшорной юрисдикции. Иными словами, надо учитывать, что под термином "офшор" в последнее время все чаще подразумеваются любые организации (в широком смысле слова), создаваемые для обеспечения какой-либо деятельности (как коммерческой, так и некоммерческой) за рубежами страны осуществления этой самой деятельности.

Смысловое разграничение между созданием организации за рубежом ради хозяйственных или иных целей, любым другим зарубежным вложением капитала (инвестициями) и использованием офшора лежит, таким образом, в целеполагании при инвестиционной деятельности: цель заключается либо а) в получении выгод от вложения капитала в стране инвестирования, либо б) в обеспечении деятельности за пределами страны инвестирования.

К необходимости такого разграничения приводит анализ информации по практической стороне офшорной деятельности, представленной в тех работах, где рассматриваются то офшорные методики (их называют иногда "технологиями"), то неофшорные инвестиционные программы.

Более того, в исследованиях, касающихся инвестиционной тематики (а офшорная деятельность, несомненно, должна рассматриваться как особая часть инвестиционной деятельности), просматриваются подобные акценты. Так, профессор Д. К. Лабин приводит определение прямых инвестиций из Руководства МВФ по платежным балансам (1980 г., § 408) как "инвестиций, сделанных инвестором для приобретения долгосрочного права в предприятии, которое ведет деятельность, отличную от основной экономической деятельности этого инвестора" (а офшорная деятельность обеспечивает основную). Профессор Сингапурского университета М. Сорнарайя указывает, что "иностранные инвестиции состоят в перемещении материальных и нематериальных активов из одной страны в другую с целью их использования в той стране".

В некоторых случаях, особенно когда речь идет о транснациональных корпорациях, проводить разграничение будет довольно затруднительно из-за разнообразия форм обеспечения деятельности корпораций: действительно, не просто определить, является ли филиальная сеть крупной компании лишь обеспечивающей структурой, использующей преимущества офшора.

Тем не менее это необходимо делать, хотя бы и в интересах научной терминологии; все-таки, Термин – древнеримский бог границ, и к нему надо относиться с должным уважением, следуя от terminos propagare (по Тациту) к termini possessionum (по Цицерону)[16]. Субъективная сторона разграничения будет заключаться в исследовании интересов и целей лица, использующего офшор, а объективная сторона – в изучении того, приводят ли инвестиции к возникновению самостоятельной деятельности или они лишь обеспечивают другую деятельность за пределами данной юрисдикции.

• Термин "офшор" применяется для определения организации, которая используется каким-либо физическим или юридическим лицом по причинам: а) нахождения этой организации за пределами юрисдикции государства, где осуществляется основная деятельность лица; б) наличия в юрисдикции, под которой существует организация, черт, привлекательных для деятельности лица (предусмотренных законодательством административных, налоговых и иных льгот и преимуществ, юридического статуса и организационно-правовых форм, традиций и обычаев делового оборота и т.д.); в) обеспечения основной деятельности лица за счет использования этой организации.

Офшор характеризуют следующие элементы:

  • • субъект – лицо, использующее организацию в пределах юрисдикции одного государства как элемент, обеспечивающий основную деятельность субъекта в пределах юрисдикции других государств;
  • • объект – организация, чье существование предполагает возможное и преимущественное ее использование лицом иной юрисдикции;
  • • субъективная сторона – интересы субъекта, связанные с реализацией его целей по обеспечению его основной деятельности;
  • • объективная сторона – реальные действия субъекта по фактическому обеспечению его основной деятельности через использование особенностей офшорной юрисдикции.

Изучение офшорных юрисдикций, как было рассмотрено, необходимо не только ради предотвращения противоправных операций, и даже не только ради вполне легального применения налоговых и административных льгот, предусмотренных (в той или иной степени) этими юрисдикциями. К новым тенденциям в использовании офшорных юрисдикций, например, по мнению М. Соболева, относятся: а) листинг (т.е. получение котировки) на фондовых биржах; б) защита собственности от рейдеров; в) облегченные процедуры продажи предприятия или смены собственника; г) вынос места управления основной компанией за границу; д) справедливое разрешение судебных споров; е) использование преимуществ трастового законодательства; ж) соглашения акционеров, добивающихся внутренней стабильности бизнеса; з) баланс интересов собственников и менеджеров; и) использование режима гарантий иностранным инвесторам. Именно эти новые тенденции подводят к выводу о том, что процесс "офшоризации", увеличения числа офшоров, используемых в различных областях экономической деятельности, в первую очередь, является прямым следствием глобализации как цивилизационного общественного процесса на современном этапе.

По существу, использование офшорной юрисдикции означает не что иное, как использование преимуществ другой юрисдикции для а) включения в глобальную (региональную) систему международных инвестиций (доступа к мировым финансовым рынкам); б) обеспечения сохранности активов и стабильности деятельности (управления рисками); в) улучшения управления бизнесом; г) развития отдельных сегментов бизнеса; д) получения попутных выгод от налоговых, административных и иных льгот; е) сохранения личных и корпоративных тайн (обеспечения конфиденциальности).

В настоящее время офшорная деятельность часто предполагает осуществление операций и инвестиционного, и эмиссионного характера. Акции и облигации, выпущенные в офшорных финансовых центрах, все шире допускаются на финансовые рынки мира. Практически все виды субъектов рынка капиталов присутствуют в офшорных зонах.

Простейшая схема офшорных операций основывается на наиболее универсальном принципе налогового законодательства, в соответствии с которым обязательному налогообложению подлежат те доходы, источник которых находится на территории данного государства. В тех случаях, когда источник дохода находится за рубежом или локализован недостаточно определенно, он может исключаться из сферы налоговой ответственности в данной юрисдикции.

Смысл офшорного бизнеса заключается в том, что появляется новый, формально самостоятельный субъект хозяйственных отношений, который, однако, полностью находится под контролем лица, использующего офшор. Офшор внешне может выглядеть как независимый зарубежный партнер. На этом построены наиболее распространенные офшорные методики.

Существует широкий спектр офшорных операций, обслуживающих самые разнообразные потребности физических и юридических лиц, как то: использование для расчетов дебетовых и кредитных карточек, открытых на имя офшорной компании; доступ к кредитным ресурсам иностранных банков, к международному рынку депозитов и услугам по управлению капиталом и инвестициями; выбор финансовых схем и посредников; валютный дилинг[17]; оптимальная маршрутизация доходов с учетом особенностей международной сети налоговых и инвестиционных соглашений; владение и распоряжение зарубежным имуществом; обеспечение перераспределения активов внутри корпорации; построение холдинговых организаций с взаимозависимыми интегрированными элементами; и т.д.

Использование офшора позволяет получить доступ к международной системе инвестиций, в первую очередь, к системе евровалютных рынков и евробанковских операций. В евровалютный сектор входит весь комплекс операций, связанных с обслуживанием банками и финансовыми институтами резидентов офшорных юрисдикций. Евровалютный капитал представляет собой банковские счета, номинованные в иностранной для банков валюте, прежде всего относящейся к группе резервных: доллар, евро, швейцарский франк. Указанный "евродолларовый" капитал носит в значительной степени международный, вненациональный характер, что и делает правоотношения по его перераспределению и инвестированию основным институтом данной международной системы инвестиций.

Перспективным сектором евровалютного финансового рынка являются кредиты, предоставляемые европейскими банковскими консорциумами. За счет консорциальных кредитов, например, производится финансирование крупных инвестиционных проектов в самых разных регионах, поэтому офшоры часто создаются теми, кто нуждается в долгосрочных инвестициях.

Открытие счета в каком-либо из крупных международных банков дает офшорной фирме возможность накапливать так называемую "кредитную историю" и повышать рейтинг заемщика. У владельцев офшоров имеется возможность проведения как различных финансовых операций, так и спекулятивной игры на развитом финансовом рынке. При этом офшоры способны обеспечить хеджирование[18] валютных рисков и юридических, и физических лиц. Можно с помощью офшора стать участником фондовых операций, т.е. производить инвестиции в различные виды ценностей, включая драгоценные металлы и ценные бумаги, также совершать операции, которые относятся к категории фидуциарных, т.е. доверительных, реализуемых на основе либо доверенности, либо трастового договора.

К нормативно-договорной составляющей офшорной деятельности относятся двусторонние соглашения об устранении двойного налогообложения, регулирующие два основных вопроса: 1) сферу налоговой ответственности иностранных юридических лиц и их представительств, а также 2) порядок налогообложения доходов юридических и физических лиц, переведенных из одной договаривающейся страны в другую.

Принцип заключается в том, что не допускается, чтобы один и тот же доход облагался налогом дважды: 1) при образовании и распределении доходов (налог на прибыль, налог "у источника") и 2) на стадии зачисления его в доход физического лица или фирмы конечных бенефициаров.

Однако если источник дохода находится в одном государстве, а его получатель – резидент другого государства, то существует риск, что один и тот же доход будет облагаться налогом два раза. В этом случае необходимы как раз двусторонние соглашения об устранении двойного налогообложения на доходы, перемещенные из одной юрисдикции в другую.

Существует ряд способов устранения двойного налогообложения. Наиболее часто используются налоговый кредит, или зачет (tax credit), и освобождение от налогов (tax exemption). В отдельных случаях применяется вычитание налогов (tax deduction). Налоговый кредит состоит в зачете налогов, уплаченных за рубежом при исчислении внутреннего налога; если ставка налогов за рубежом превышает внутреннюю, то платить не надо; если ниже, то уплачивается соответствующая разница. Система освобождения от налогов предусматривает полное исключение иностранных прибылей из налогообложения либо в стране так называемой "материнской" компании, либо в стране – источнике доходов[19].

Характерно, что соглашения такого рода вовсе не бывают направлены на развитие офшорной деятельности, однако объективно способствуют ей, "скрепляя" офшорные элементы международных инвестиций.

Офшоры, помимо прочего, создаются и для "управления рисками", что в наиболее очевидном случае заключается в регистрации предприятия и размещении его активов в политически и экономически стабильном регионе мира. Управление рисками достигается путем создания гибкой и подвижной системы перераспределения активов с целью минимизации рисков и повышения устойчивости международного предприятия. В случае появления признаков нестабильности, иных рисков, офшорные структуры позволяют быстро перевести капитал в более надежный регион и создать для него убежище, например, учредить международный траст, для управления которым создается специальная офшорная компания. Возможен вариант, когда группа ассоциированных компаний открывает счета в собственном офшорном банке, специально созданном с этой целью.

Офшоры часто выполняют функции "штаб-квартиры" оперативного управления международной компании. В качестве такой структуры может выступать холдинговая компания в льготной "холдинговой" юрисдикции. Речь в данном случае идет об организации с помощью офшорных методик системы управления международными операциями, в том числе инвестициями.

При торговле товарами и услугами с помощью офшоров часто осуществляется оперирование внутрифирменными (трансфертными) ценами[20]. Разница между трансфертной и фактической ценой становится источником дохода. К другой группе трансфертных операций относится международный перевод доходов, капиталов и нематериальных активов. Доходы от инвестиций "переправляются" через офшоры в благоприятных для трансфертных операций юрисдикциях в типичные "налоговые гавани" (в форме дивидендов, процентов, роялти, страховых премий и т.д.).

Исходя из изложенного, представляется важным классифицировать офшорные юрисдикции по признаку благоприятствования тем или иным целям и задачам лиц, использующих преимущества различных юрисдикций. В основу одной из классификаций положен "принцип удобства размещения для организаций определенного профиля", иногда называемый "activity based classification". Соглашаясь с этим принципом, можно выделить следующие офшорные юрисдикции:

  • 1) благоприятные с точки зрения юридических аспектов личного резидентства. Физическим лицам предоставляются возможности двойного гражданства, льготы в случае приобретения недвижимости или иного вложения в экономику страны. При этом уровень налогообложения может быть и не самым низким. Более важными являются экономическая и политическая стабильность, приближенность к государству постоянного проживания, географические и климатические факторы;
  • 2) благоприятные с точки зрения юридических аспектов корпоративного резидентства. Физические и юридические лица располагают возможностями регистрировать различные виды компаний (организаций) без чрезмерного административного контроля. Такие юрисдикции используются, в первую очередь, для создания корпоративных холдингов и регистрации холдинговых (держательских) компаний, отличаются устоявшейся сильной судебной системой, обеспечивающей должную защиту активов, налоговыми льготами на дивиденды и хорошим имиджевым ресурсом. Через юрисдикции такого рода можно выявлять картину всего коммерческого предприятия (the business enterprise as a whole) и "проникать за корпоративный занавес" (pierce the corporate veil)[21] транснациональных корпораций. Бенефициары холдингов при этом "скрыты", как правило, в других юрисдикциях;
    • 3) благоприятные с точки зрения налогообложения для физических лиц. Низкий уровень подоходных налогов, конфиденциальность, отсутствие соглашений о предоставлении информации правоохранительным и налоговым органам других стран делают юрисдикции привлекательными, например, для конечных бенефициаров холдинговых компаний, фондов или трастов. В юрисдикциях такого типа выгодно открывать накопительные и контокоррентные[22] банковские счета; приобретать ликвидные дисконтные ценные бумаги (discount bills): банковские акцепты (bankers' acceptances), международные торговые векселя (international trade bills), гарантированные государством казначейские векселя (treasury bills), иные производные ценные бумаги (derivatives), перепродавать их; совершать сделки с недвижимостью и иные сделки, направленные на увеличение личного капитала;
    • 4) благоприятные для производственных компаний. Они предусматривают льготы для компаний производственного профиля. Кроме того, необходимо учитывать близость к ресурсным базам и транспортным узлам, товаропотоки, наличие квалифицированной рабочей силы и стоимость наемного труда. В правовом аспекте основное внимание уделяется защите права собственности; правовым гарантиям защиты собственников имущества от экспроприации, например, построенных производственных комплексов; наличию двусторонних соглашений о защите и поощрении иностранных капиталовложений; административным процедурам предоставления статуса одобренных иностранным инвестициям и лишения такого статуса; гарантиям прав на репатриацию доходов и процедурам репатриации; имплементации на внутригосударственном уровне международных модельных норм, которые направлены на выстраивание международной системы инвестиций;
    • 5) благоприятные для торговых компаний. Особую роль при использовании офшоров в торговых операциях играет трансфертное ценообразование. Принимаются во внимание привязанность к товарным и транспортным потокам, наличие или отсутствие соглашений об избежании двойного налогообложения, международных договоров, регулирующих те или иные виды внешнеэкономических сделок, а также обычаев делового оборота, дополняющих национальное законодательство (так называемое lex mercatoria). В таких юрисдикциях особенно важны налоговые льготы, следовательно, там часто регистрируются "классические" офшоры. Именно по юрисдикциям такого рода, в основном, международное антиофшорное регулирование добивается определенных успехов, хотя, например, на Кипре явственно проявилась бесперспективность регулятивных мер[23];
    • 6) благоприятные для кредитных организаций (банков) и финансовых компаний. Подобные юрисдикции, фактически осуществляя централизованное управление финансовыми потоками, становятся центрами финансовых услуг в международной системе инвестиций. Офшорные банки и иные финансовые институты, создаваемые в юрисдикциях такого рода, не облагаются, как правило, корпоративными налогами, что позволяет платить более высокие дивиденды акционерам и проценты вкладчикам-нерезидентам. Меры антиофшорного регулирования, применяемые ЕС и США, особенно строги в отношении уже упомянутых банков-"оболочек". Так, банки, открывающие счета в банках-"оболочках", рискуют корреспондентскими счетами в банках США, на использование которых может быть наложен судебный запрет, а на денежные средства – арест. Вообще, именно США после террористического акта 11 сентября 2001 г. прилагают усилия по противодействию неподконтрольным денежным переводам на основании USA Patriot Act[24] от 25 октября 2001 г. Впрочем, речь не идет только о кредитных учреждениях "сомнительного" типа, лицензии на создание которых предусматривают в настоящее время лишь некоторые юрисдикции (Сейшельские о-ва, Анжуан и Багамские о-ва – отчасти). Во-первых, крупные международные финансовые корпорации имеют возможность открывать свои отделения на таких территориях, и они предоставляют широкий спектр услуг, интересующих тех лиц, которых привлекают "офшорные финансовые центры", например, открытие номерных банковских счетов, управляемых с помощью специальных кодов, или "кэптивное" (captive) финансирование как предоставление на возвратной основе денежных средств аффилированным структурам заинтересованного лица; во-вторых, следует учитывать возможность создания финансовых институтов для оказания инвестиционных услуг, например, в форме (как в Дании) трастового партнерства (bankers trust kommanditselskab), т.е. без права предложения услуг неограниченному кругу третьих лиц;
    • 7) благоприятные для осуществления секьюритизации активов, в которых просматриваются, в сочетании, признаки юрисдикций, благоприятных и для холдинговых компаний, и для финансовых институтов. Секьюритизация активов – сравнительно новый феномен в международной системе инвестиций, именуемый инновационной формой финансирования. Финансовые активы, т.е. активы, порождающие периодические платежи, списываются с баланса предприятия-инициатора, отделяются от остального имущества и передаются специально созданному финансовому посреднику, а затем рефинансируются на международном рынке капитала.

    В юрисдикциях такого рода возникает специальное законодательство по секьюритизации, позволяющее управлять этим процессом и ограничивать возможности оспаривания последовательных сделок продажи "выделенных рисков". "Специализирующиеся" на поддержке секьюритизации активов и диверсификации участников каждого конкретного мероприятия юрисдикции проявятся, следует полагать, в 2010-х гг.;

    8) благоприятные для страховых и перестраховочных компаний. В таких юрисдикциях учреждаются страховые компании, обычно в форме открытого или закрытого акционерного общества, цель деятельности которых – в увязке с материнскими страховыми компаниями, находящимися в странах с традиционно жесткими рамками финансового законодательства, пользуясь льготным режимом обложения прибыли от страховых операций и либеральным режимом валютного регулирования, создание и практическое применение схем оптимизирования страховой деятельности. Существуют также "кэптивные"[25] страховые компании, обслуживающие целиком или преимущественно корпоративные интересы своих учредителей, обеспечивая замкнутые циклы финансовых потоков внутри какой-либо корпорации. Как правило, такие компании получают право работать только с рисками своих учредителей (акционеров), оговоренных в лицензии. Спектр услуг компаний, осуществляющих общую страховую или перестраховочную деятельность, шире, но и он часто органичивается работой с иностранными рисками.

    Офшорные юрисдикции, рассмотренные выше, отличаются несколько более общим характером, так как предполагают использование офшоров по самым разным направлениям инвестиционной деятельности, коммерческой и некоммерческой, лишь опосредованно связанной с движением капитала.

    Помимо этого, можно выделить юрисдикции частного типа, как то:

    • • юрисдикции, благоприятные для авиа- и судоходных компаний;
    • • юрисдикции, благоприятные для организаций, действующих в области игорного бизнеса;
    • • юрисдикции, благоприятные для организаций, действующих в области информационных технологий, в том числе офшорных процессинговых центров;
    • • юрисдикции, благоприятные для организаций, действующих в области лицензионной и иной деятельности, связанной с регистрацией либо защитой интеллектуальных прав.

    Надо полагать, что возможно возникновение и других юрисдикций, "специализирующихся" на использовании офшоров определенного вида в конкретной области общественных отношений либо просто "учитывающих" такую возможность. Этот вывод представляется целесообразным, если весь круг вопросов, касающихся "офшоризации" экономической деятельности, рассматривать, как уже упоминалось выше, в доктринальном аспекте: роль офшоров повышается не только из-за разноплановой заинтересованности в них частных субъектов – физических и юридических лиц из разных стран. Основополагающим фактором является стремление субъектов уже права международного, т.е. государств, устанавливать на своей территории такого рода юрисдикции с более высоким уровнем правовой защиты нерезидентов. Правительства большинства государств придают иностранным инвестициям весьма большое значение, причем как экономическое, так и политическое. Использование офшоров позволяет повышать значение государства (или территории с государственно-правовым статусом) в международной системе инвестиций, с одной стороны, и способствовать развитию национальной экономики, с другой. Именно поэтому согласно оценкам ООН около 90 государств во всем мире практикуют, в той или иной мере, развитие офшорной индустрии на своей территории[26].

    Организационно-правовые формы офшоров довольно разнообразны и соответствуют нормам корпоративного права конкретных стран. Офшорной деятельностью могут заниматься частные предприниматели; партнерства; акционерные компании открытого типа (вправе иметь неограниченное число акционеров, свободно предлагать акции третьим лицам и котировать акции на фондовых биржах); компании закрытого типа (акции и доли принадлежат ограниченному кругу лиц, не могут быть предложены к свободной продаже и не котируются на биржах, не отчуждаются без предварительного согласия других акционеров или участников), чаще в виде корпораций с ограниченной ответственностью; фонды; трасты.

    С юридической точки зрения офшорная организация принципиально ничем не отличается от других компаний, является полноправным субъектом хозяйственных правоотношений, осуществляет сделки наравне с другими юридическими лицами. Особенности офшора связаны с нерезидентным статусом, т.е. его центр контроля и управления находится за рубежом. Для функционирования достаточно наличия формальных атрибутов – владельцев, директоров, устава, регистрационных документов, банковского счета.

    Законодательство офшорной юрисдикции обычно предписывает, чтобы на ее территории находился зарегистрированный офис и секретарь (или агент) офшора. Зарегистрированный офис – не функционирующий офис офшора. Как правило, это просто адрес, по которому власти или иные лица могут вступить в контакт с представителем (агентом) офшора. Функционирующий офис офшора может находиться за рубежом.

    Конфиденциальность владения офшором обеспечивается правовым институтом номинальных владельцев и номинальных директоров. Во всех регистрационных документах офшора указываются не реальные владельцы, а номинальные лица. Услуги номинальных владельцев, а часто и номинальных директоров обеспечивают так называемые секретарские компании, специализирующиеся на такого рода услугах, которые, как правило, учреждаются адвокатскими образованиями, аккредитованными на офшорной территории.

    В большинстве случаев директором офшора становится сам владелец. Однако часто встречается ситуация, когда директор офшора – также лицо номинальное. Это означает, что номинальный директор лишь формально находится на этой должности. Фактически он берет на себя обязательство не совершать тех действий, которые не предусмотрены контрактом. Управление компанией в этом случае осуществляет ее владелец или его представитель, который получает доверенность на право совершения от имени офшора юридических действий.

    В ряде юрисдикций офшорам разрешается иметь функционирующий офис. Например, в такой стране, как Швейцария, определенному типу фирм в некоторых кантонах разрешается проводить офшорные операции, даже если они имеют здесь офис и персонал (налоговые потери при этом не устраняются полностью, но многократно снижаются).

    Организационно-правовые основы офшорного бизнеса определяются наличием двух правовых систем: так называемого общего и континентального права. При регистрации офшоров применяются формы, исторически сложившиеся в рамках этих систем права.

    Партнерство управляется и структурируется на основе специального договора. Договор определяет порядок действий от имени общества. Право на их совершение обычно передается одному из партнеров. Ограниченные партнерства и коммандитные товарищества предусматривают категории партнеров, ответственность которых ограничена пределами паев, и партнеров с неограниченной ответственностью по долгам и обязательствам партнерства. По общему правилу ограниченный партнер не может в какой-либо форме участвовать в управлении партнерством. Форма офшорных ограниченных партнерств активно осваивается в инвестиционных и финансовых операциях. Так, в США, где запрещена, например, деятельность офшорных взаимных фондов, офшорные партнерства разрешены (как и в Великобритании). При этом партнерство не является субъектом налогообложения, налоги с дохода партнеры платят по месту своей резидентности.

    Компания (акционерное общество) является юридическим лицом и ведет существование, "независимое" от физических и юридических лиц, вложивших в нее капитал. Ответственность ее ограничена имуществом компании. Компании действуют на основе уставов (articles of association) и внутренних регламентов (by-laws).

    Компания с ограниченной ответственностью (Limited Liability Company, LLC) может быть зарегистрирована в ряде офшорных юрисдикций; в США компании этого типа регистрируются только в некоторых штатах: в Нью-Йорке, Вайоминге, Калифорнии, Делавэре. Служба внутренних доходов США рассматривает их как коллективные формы ведения бизнеса с налоговым статусом, близким к партнерству. Участниками компаний с ограниченной ответственностью (как и партнерств) могут быть нерезиденты США.

    Понятие офшорной компании и ее статус определяются специальным законом или другим аналогичным нормативным актом. Обычно требования законодательства сводятся к трем основным принципам: а) владельцами офшорной компании не могут быть резиденты офшорной юрисдикции; б) офшорная компания не имеет права проводить деловые операции и иметь какое-либо имущество и источники дохода на территории этой юрисдикции; в) управление офшорной компанией, включая подписание контрактов, проведение общих собраний и заседаний совета директоров, должно осуществляться за рубежом. Поэтому в законодательных актах офшоры могут определяться как освобожденные от налогов (exempt), нерезидентные (поп resident) компании либо компании международного бизнеса (international business company).

    Доверенности – довольно гибкий инструмент управления офшорной компанией. В зависимости от принятой схемы доверенность на действия по управлению банковским счетом может передаваться одним лицам, а право подписи по контрактам – другим лицам. Ограниченные территориально доверенности могут выдаваться представителям компании в различных регионах; через доверенности осуществляется контроль над офшором.

    Как уже указывалось, благодаря механизму номинального владения акциями и паями обеспечивается конфиденциальный характер владения офшорной компанией. В регистрационных документах значатся только имена номинальных владельцев. Договор между номинальным владельцем и собственником является конфиденциальным документом. Номинальный владелец с юридической точки зрения для третьих лиц ничем не отличается от собственника. Договор, который подписывает номинальный владелец, исключает совершение каких-либо несанкционированных действий с его стороны. Кроме того, подписывается специальное соглашение об отказе номинальных акционеров от всех своих прав в пользу реального владельца. Такой документ хранится у собственника с момента регистрации офшора.

    Траст (доверительная собственность) – особое субъективное вещное право, устанавливаемое учредителем траста, который размещает свои активы под контроль доверительного собственника в интересах своих или третьего лица – бенефициара. Такие активы представляют собой обособленное имущество, не являющееся собственностью доверительного собственника; но доверительный собственник связан обязательствами управлять, использовать и распоряжаться активами, образующими предмет траста в соответствии с условиями трастового соглашения, а также обязанностями, наложенными на него правом. Доверительный собственник обладает правовым титулом в отношении активов, являющихся предметом траста, а бенефициар обладает титулом выгодоприобретателя. Отношения между учредителем траста (trustor), бенефициаром (beneficiary), доверительным собственником (trustee) являются разновидностью фидуциарных отношений.

    Распространенный случай – когда траст учреждается завещанием в пользу несовершеннолетних наследников. Хотя при учреждении траста и не образуется нового юридического лица, соответствующее имущество приобретает особый юридический статус: на него не может быть обращено взыскание в случае банкротства доверительного собственника. На имя траста может быть открыт отдельный счет, от его имени могут делаться инвестиции.

    Помимо трастового соглашения (deed of settlement) учредитель обычно передает доверительному собственнику меморандум с его пожеланиями по управлению имуществом, который не является юридически обязывающим документом. Сроки и размеры выплат бенефициару также определяются трастовым соглашением и могут быть поставлены в зависимость от определенных событий. Может быть назначен гарант траста (protector), который контролирует деятельность доверительного собственника и может при необходимости заменить его на другого.

    Учредив траст в одной из безналоговых юрисдикций, во многих случаях удается вывести средства из-под налогов страны пребывания учредителя и бенефициара. Прежде всего, это относится к налогам на имущество, поскольку имущество, переданное в траст, юридически уже не принадлежит ни его бывшему владельцу, ни бенефициару. То же, как правило, относится и к налогу на прирост капитала. Доходы бенефициара, получаемые от траста, обычно подлежат налогообложению по правилам страны его проживания, но только после того, как они реально ему выплачены, что позволяет неограниченно оттягивать уплату, реинвестируя прибыль.

    Общее право рассматривает четыре фидуциарных правила для траста:

    • 1) доверительный собственник не имеет права присваивать доходы, полученные им от пользования трастовой собственности или в связи с ней;
    • 2) доверительный собственник не имеет права создавать ситуацию, при которой его собственные интересы противоречат или могут в будущем противоречить его обязательствам в трасте;
    • 3) доверительный собственник не имеет права каким- либо образом приобретать трастовую собственность;
    • 4) приобретение доверительным собственником прав бенефициара в отношении трастовой собственности может быть отменено бенефициаром, если только доверительный собственник не докажет, что действовал открыто для бенефициара, не используя свои преимущества в таком качестве.

    Фонд в терминологии европейского права – юридическое лицо без персонального состава с собственной организацией, имущество которого используется в определенных указанных в уставных документах целях. Фонд представляет собой совокупность некоторых активов, управляемых в пользу бенефициаров. Однако в отличие от траста фонд является независимым юридическим лицом, управляемым советом фонда.

    Предназначением фонда является, прежде всего, управление активами. Широко распространены так называемые семейные фонды, служащие для управления активами членов одной семьи. Коммерческая активность допускается как вспомогательный вид деятельности. Основными функциями фонда являются защита активов (в частности, от потенциальных кредиторов учредителя) и завещательная функция.

    Передав часть своего имущества фонду с назначением наследника его бенефициаром, можно избежать соблюдения формальностей, а также налогов при передаче наследства. Основными органами фонда являются его учредитель и совет фонда. По желанию учредителя может быть назначен гарант, надзирающий за деятельностью фонда после смерти учредителя. Бенефициары назначаются учредителем в соглашении об учреждении фонда (deed) либо в уставе (by-laws). Возможности по детализации состава бенефициаров практически не ограничены. Например, учредитель может назначить себя бенефициаром пожизненно, с передачей имущества детям после своей смерти.

    Инвестиционные фонды осуществляют эмиссию паев, продающихся на открытом рынке, которая контролируется и регулируется официальными органами. На примере Люксембурга можно выделить фонды объединенных вложений; инвестиционные фонды с фиксированным капиталом; наконец, инвестиционные общества с переменным капиталом. Часто недвижимость, денежные средства и другие активы принадлежат офшорной компании, акции же компании находятся под управлением фонда, бенефициаром которого является реальный собственник активов.

    • [1] Термин "new international economic order" использован в резолюциях Генеральной ассамблеи ООН 3201 и 3202 от 1 мая 1974 г., утвердивших Декларацию и Программу действий по установлению нового экономического порядка; см., например: Лабин Д. К. Международное право по защите и поощрению иностранных инвестиций. М., 2008; Фархутдинов И. З. Международное инвестиционное право: теория и практика применения. М., 2005.
    • [2] Calvo С. Le Droit International (1885); цит. по: Sornarajah М. The International Law on Foreign Investment. Cambridge: Cambridge University Press, 2004.
    • [3] В российской экономической науке из последних работ следует отметить такие, как: Басова С. А. Офшоризация как закономерность глобализации и ее воздействие на экономику России: дис. ... канд. экон. наук. Кемерово, 2006; Волкова К. В. Проблема развития офшорного бизнеса в мировой экономике: дис. ... канд. экон. наук. Самара, 2006; Гребенщиков В. Э. Многостороннее регулирование мировых офшорных центров: дис. ... канд. экон. наук. М., 2005; Кушаков Р. Б. Офшорные территории в мировой и российской практике: дис. … канд. экон. наук. М., 2008; Степанов А. Ю. Роль офшорных зон в социально-экономическом развитии современной России: дис. ... канд. экон. наук. М., 2006. Из последних работ в российской юридической науке следует отметить: Кокорин В. А. Административно-правовое регулирование офшорных механизмов: российский и международный опыт: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007; Шатилова Е. Е. Правовое регулирование использования офшоров в деятельности российских предпринимателей: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007.
    • [4] Юрисдикция государства – права судебных и административных органов государства по рассмотрению и разрешению дел в соответствии с их компетенцией, осуществляемые в пределах определенной территории (Большой юридический словарь / под ред. А. Я. Сухарева, В. Д. Зорькина, В. Е. Крутских. М., 1997).
    • [5] A Dictionary of Finance. From International to Personal Finance. Oxford: Oxford University Press, 1993.
    • [6] От nostro (итал. – "наш") и loro (итал. – "их") account (англ. – "счет").
    • [7] Организация создана в марте 2001 г. и включает 17 развивающихся стран и территорий (Мэн, Ангилья, Антигуа и Барбуда, Багамы, Барбадос, Белиз, Британские Виргинские о-ва, Кайманы, Сент-Киттс и Невис, Сент-Люсия, Сент-Винсент и Гренадины, Тёркс и Кайкос, Панама, о-ва Кука, Западное Самоа, Вануату, Малайзия).
    • [8] См., например: Карташов А. С. Офшорные зоны и их использование для легализации теневых доходов / Актуальные проблемы борьбы с преступностью на современном этапе: сб. материалов Всероссийской научно-практической конференции 8–9 апреля 2003 г. Воронеж, 2003; Криворотое В. В. Офшорные зоны – способ легализации денежных средств / Социальные и гуманитарные исследования: межвузовский сборник. Вып. 5. Саранск, 2007; Шонджиев Б. И. Офшорный бизнес и проблемы противодействия отмыванию "грязных" денег в современной мировой экономике: дис. ... канд. экон. наук. М., 2005.
    • [9] Körner Η. Н., Dach Е. Geldwäsche. Ein Leitfaden zum geltenden Recht. München, 1994.
    • [10] Directive 20051601 EC of the European Parliament and of the Council on the prevention of the use of the financial system for the purpose of money laundering and terrorist financing // Official Journal of the European Union. 25.11.2005. L 30115.
    • [11] См., например: Review to Identify №on-Cooperative Countries or Territories: Increasing the Worldwide Effectiveness of Anti-Money Laundering Measures. FATF. 22.06.2002.
    • [12] Ведомство Европейской комиссии с особым статусом, созданное в 1999 г.
    • [13] Организация, созданная в 2002 г., членами которой являются Аруба, Багамы, Бахрейн, Бермудские о-ва, Барбадос, Каймановы о-ва, Кипр, Гибралтар, Гернси, Мэн, Джерси, Лабуан, Макао, Китай, Мавритания, Антильские о-ва, Панама, Сингапур и Вануату.
    • [14] Организация, созданная в 1999 г. и объединяющая регулирующие органы 12 стран: G7, Австралии, Гонконга, Нидерландов, Сингапура и Швейцарии.
    • [15] Financial Stability Forum / Report of the Working Group on Offshore Centers. April 5, 2000.
    • [16] От propagare (лат. – "расширять") и possessio (лат. – "овладение").
    • [17] Валютный дилинг (от англ. deal – "сделка, операция") – осуществление конверсионных и депозитно-кредитных операций в иностранных валютах. См.: ПискуловД. Ю. Теория и практика валютного дилинга. М., 1996.
    • [18] Хеджирование (от англ, hedge – "ограда") – деятельность по зачету возможных рисков и защите от них. См.: Тьюлз Р. Дж., Брэдли Э. С., Тьюлз Т. М. Фондовый рынок / пер. с англ. М., 1997; Томсетт М. С. Торговля опционами: спекулятивные стратегии, хеджирование, управление рисками / пер. с англ. М., 2001.
    • [19] См., например: Баев С. А. Соглашения об избежании двойного налогообложения между Россией и государствами – членами ЕС: сравнительноправовое исследование. М., 2007.
    • [20] Трансфертная цена (от англ. – transfer price) – цена, устанавливаемая при торговле товарами и услугами во внутрифирменных отношениях, например, при торговле между структурными подразделениями единого предприятия и его аффилированными лицами, находящимися в разных странах. См.: Непесов К. А. Налоговые аспекты трансфертного ценообразования: сравнительный анализ опыта России и зарубежных стран. М., 2007; Суругин Д. Н. Правовое регулирование налогового контроля трансфертного ценообразования: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2007.
    • [21] См., например: Федчук В. Д. De facto зависимость de jure независимых

    юридических лиц: проникновение за корпоративный занавес в праве ведущих зарубежных стран. М., 2008.

  • [22] Контокоррентный счет – единый текущий и ссудный счет, открываемый клиенту банка.
  • [23] Республика Кипр с 2003 г. вступила в ЕС и формально отменила офшоры, однако их функции выполняют "компании-нерезиденты" с пониженной ставкой на доходы. См., например: Рубченко М. Изгнание из рая // Эксперт. 2002. № 22; Чувыкин М. Кипрский офшор не умирает // Ведомости. 2002. 31 окт.
  • [24] Uniting and Strengthening America by Providing Appropriate Tools Required to Intercept and Obstruct Terrorism – USA Patriot Act. См.: Ильясов И., Петров A., Буланцев В. Актуальные вопросы деятельности офшорных банковских структур / Международные банковские операции. 2006. № 3; Зубарева И. Е. Россия "офшорная": за и против // Ваш налоговый адвокат. 2008. № 10.
  • [25] От captive (англ. – "пленный") – дочерний либо аффилированный, действующий по указанию и в интересах основной организации.
  • [26] См.: Sesit М. U. N. Targets Offshore Centers: Plan Aims for Minimum Standards // The Wall Street Journal. January 25, 2000.
 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы