Орудийная деятельность и интеллектуальное поведение человекообразных обезьян в естественных условиях

Наблюдения многих исследователей показывают, что шимпанзе в природе оперируют предметами интенсивнее всех млекопитающих, исключая, конечно, человека. Они отлавливают муравьев и термитов ветками, которые тщательно выбираются, очищаются от листьев и побегов протяжкой через собранную в кулак кисть. Такой же очищенной веткой шимпанзе достает и мед из пчелиного гнезда. Более того, когда шимпанзе добывает палочкой кусающихся муравьев, он, чтобы не стоять перед муравейником, устраивает на рядом растущем молодом дереве насест из веток и уже оттуда, недосягаемый, достает себе вкусных насекомых. Японские этологи, наблюдавшие за шимпанзе в горах Танзании, описывают, как обезьяна использовала листья как стержни для добывания муравьев, причем, что очень существенно, это делалось во время отдыха, без особого рвения к добыванию пищи, просто ради забавы.

В. Кёлером было сделано еще много интересных наблюдений за орудийной деятельностью шимпанзе в колонии на Тенерифе вне экспериментов. В частности, он писал о том, что обезьяны для разных целей часто пользовались палками. Так, например, доставая палкой зеленые ветки через сетку, которой был обнесен двор, один из шимпанзе как-то повредил эту сетку. Вскоре дыра при помощи той же палки была расширена настолько, что шимпанзе стали выходить через нее на свободу, возвращаясь затем добровольно в колонию.

Шимпанзе использовали палку и для того, чтобы копаться в земле. Они делали это с большим старанием, при этом они держали ее руками, прибегая иногда к помощи зубов, и часто нажимали на ее конец ногой, налегая на нее, как на лопату. Обезьяны палкой выкапывали из земли свежие корни растений, которые охотно поедали. Очевидно, этот же прием шимпанзе используют и в природе. Палка служит им также в качестве средства обороны или нападения. В колонии на Тенерифе шимпанзе убивали палками ящериц или лягушек, случайно забежавших на игровую площадку. В. Кёлер отмечал, что никто из обезьян не дотрагивался до жертвы руками, а при малейшем ее движении все отскакивали в сторону.

На игровой площадке находилось отверстие для стока воды, прикрытое деревянной крышкой с кольцом. Шимпанзе научились поднимать крышку палкой, используя ее в качестве рычага, подобно тому как это делают люди, и лизали грязную воду.

Для развлечения обезьянам давали солому и небольшие палочки. Шимпанзе обмакивали соломинки в воду и облизывали их по несколько раз. Как-то в поилку с водой добавили красного вина. Обезьяны начали пить обычным способом, но, видимо, напиток показался им слишком резким на вкус. Тогда шимпанзе взяли соломинки и стали обмакивать их в поилку и затем облизывать.

В экспериментальной колонии шимпанзе на Тенерифе вдоль решетки забора проходила муравьиная тропа, по которой муравьи бегали в одну и в другую сторону. Один из шимпанзе опустил палец в муравьиную дорожку, и муравей, видимо, укусил его. Тогда шимпанзе взял палец в рот и съел муравья. Затем он взял соломинку и положил ее в место скопления муравьев, а когда несколько из них оказались на соломинке, съел их. Облизанная соломинка опять была положена к муравьям, но так как теперь она была влажной от слюны, муравьи сразу же облепили ее конец. Шимпанзе вновь отправил их себе в рот. Другие шимпанзе тотчас же заинтересовались этим занятием, и вскоре можно было наблюдать целую группу обезьян, сидящих возле забора каждая со своей соломинкой, ловящих и поедающих муравьев (рис. 16.6). Это увлечение продолжалось некоторое время, а затем постепенно прошло.

Шимпанзе использует прутик для доставания муравьев

Рис. 16.6. Шимпанзе использует прутик для доставания муравьев

Некоторое время у обезьян наблюдалась привычка бросать различные предметы, чаще всего камни. Вначале бросание было весьма неловким, но позже Чика, например, вообще отличавшаяся прекрасной координацией движений, хорошо овладела этим искусством, обнаруживая все большую экономность движений и все большую меткость бросков.

Можно отметить, что бросание различных предметов на воле зарегистрировано не только у человекообразных обезьян, но и у низших: павианов, макаков, капуцинов и др. Однако различия высших и низших обезьян в этом поведении вполне отчетливы. По свидетельству Дж. Гудолл, шимпанзе целенаправленно бросали палки и камни в павианов, но павианы в шимпанзе – никогда.

Веткой или палкой шимпанзе часто прикасаются к тому, к чему не хотят прикасаться руками. Они бьют палкой врага (своего или чужого вида) или дружески касаются ею партнера во время игры. Если палка, например, не лезет в трещину, то шимпанзе подгрызают конец своего орудия.

Разнообразные предметы, в том числе и палки, активно используются для очищения тела. Наступившая в грязь или фекалии обезьяна, не наступает на испачканную конечность до тех пор, пока не очистит ее от налипшей грязи, для этой цели чаще всего употребляются палки. Шимпанзе очищают тело от крови, остатков пищи, фекалий, спермы, смолы при помощи палок, травы, листьев (аналогичное поведение известно и у павианов). Шимпанзе мнут рукой листья и траву для приготовления "губки", с помощью которой добывают дождевую воду для питья из дупла или углубления в развилке дерева. В некоторых случаях они используют эту губку и для мытья, например, во время дождя.

Шимпанзе используют различные орудия и для оказания себе первой помощи. Так, по наблюдениям С. Брюер (1982), шимпанзе Уильям прочищал себе уши палочками или птичьими перьями, предварительно покрутив их между большим и указательным пальцем, как это делают люди, изготавливая ватные тампоны. Если у него был насморк, то Уильям засовывал глубоко в ноздри стебельки травы и оставлял их там, пока они не выскакивали при чихании. Он часто ковырял в зубах палочками, иногда предварительно заострив их.

Наблюдения за карликовыми шимпанзе бонобо показали большое разнообразие их орудийной деятельности. Так, один из них, содержавшийся в большой вольере, сооружал настоящие качели. Для этого он делал бечеву из мягких длинных прутьев, забрасывал ее через перекладину и прилаживал концы таким образом, что мог повиснуть на них. Этот же бонобо легко перепрыгивал двухметровый водоем, используя шест.

Л. А. Фирсов собрал целую коллекцию предметов, которыми пользовались шимпанзе в природных условиях, и подробно описал "работу" обезьян с ними. Он отмечал, что шимпанзе, по-видимому, единственные из всех человекообразных, которые используют орудия в природе регулярно в различных целях, причем это регистрируется в различных местах обитания: в густом лесу, саванне, лесистой местности. Применение орудий следует сразу же за их изготовлением, но пригодившийся предмет хорошо запоминается. В своей книге "И. П. Павлов и экспериментальная приматология" Л. А. Фирсов описывает интересный случай. Шимпанзе Тарас долго не мог дотянуться до плодов на столике, установленном на воде, затем вдруг убежал и вернулся с байдарочным веслом, пытаясь достать им приманку. Он воспользовался предметом, которым когда-то уже что-то делал и достигал успеха. Многие авторы отмечают различное использование орудий в зависимости от пола: если самки более энергично употребляют их для добывания пищи, то самцы – чаще как оружие.

Порой самцы, передвигаясь на задних конечностях, руками швыряют "снаряды" в противников. Дж. Гудолл описала 44 образца подобных действий против других шимпанзе, павианов, варанов и человека. В большинстве случаев метались камни. Давно известно, что шимпанзе используют камни для разбивания орехов. Так, в Гвинее для разбивания орехов они используют два камня – "наковальню" и "молот". Причем, как правило, камни соответствуют друг другу для такой работы. Возле плодоносящих пальм в местах постоянной кормежки обезьян обнаружены "рабочие площадки", где на расстоянии до 10 м находят камни-молотки, чаще всего округлые. Сами шимпанзе камни не видоизменяют и на большие расстояния их не переносят. Камни-молотки встречались самые разнообразные по весу – от 160 до 1580 г. Случается, что шимпанзе используют для разбивания орехов и деревянные дубинки. Есть предположение, что традиция разбивания орехов заимствована обезьянами у местных жителей. В разных районах Гвинеи и Сьерра-Леоне имеются свои особенности разбивания орехов шимпанзе, причем не все популяции животных стабильно производят эту работу. Вообще шимпанзе, живущие вблизи людей, благодаря подражанию часто вполне успешно обучаются разнообразным действиям, которые вполне органично вписываются в их поведение.

Известный американский приматолог и антрополог У. Мак Грю, много изучавший поведение обезьян, произвел очень интересное сопоставление изготовления и использования орудий для добывания пищи у вымерших в прошлом веке племен аборигенов Тасмании и шимпанзе Танзании. Автор использовал классификацию технологии по Освальту. Считалось прежде само собой разумеющимся, что шимпанзе несопоставимы даже с первобытными людьми в подобной сфере. Действительно, выявлены важнейшие различия: только орудия человека состояли из более чем двух компонентов, и только они изготовлялись с помощью других орудий. Однако, однако... "Результаты демонстрируют удивительное сходство в наборе орудий, сырье, доле изготовленных орудий в сравнении с уже готовыми, в степени сложности, виде добычи и т.д."[1] При этом автор обнаружил множество параллелей. Так, соотношение искусственных орудий (артефактов) и естественных (не требующих для использования предварительной обработки – натурфактов) было у людей и обезьян почти одинаковым –10:3 и 10: 2 соответственно. Орудия базировались на одном и том же сырье: дерево, камни, кустарники. Люди и обезьяны пытались "перехитрить" добычу – у человека это было укрытие, у шимпанзе – насест. Но только люди пользовались огнем, только у них встречались завязанные узлы и прикрепленные приманки, все артефакты шимпанзе приготовлялись с помощью рук и зубов, тогда как у людей – преимущественно (но не всегда) с помощью других орудий. Орудия шимпанзе не имели сцеплений, не состояли из соединенных форм, т.е. более чем из одной "техноединицы". У. Мак Грю в итоге пришел к выводу, что, несмотря на более сложную технологию добывания средств у тасманийцев по сравнению с антропоидами, разрыв между технологией тех и других не столь велик, а главное – определяется нс филогенезом, а культурой. Учитывая все, что известно о шимпанзе в неволе, ученый делает заключение: "Они способны сделать и использовать все средства материальной культуры тасманийцев и пользоваться производством путем соединения". Во всяком случае, считает автор, теперь уже нельзя понять происхождение культуры без обращения к антропоидам, равно как и приматологи не поймут использование орудий шимпанзе без информации о народностях, добывающих себе пищу охотой.

Созвучно этому и мнение Б. Бека, который, проанализировав многочисленные факты использования и изготовления орудий шимпанзе, сделал вывод, что не было качественных различий в этих действиях гоминоидов до тех пор, пока в отличие от высших обезьян предок человека не начал применять орудия на основе иной энергии, чем образующаяся только из процессов собственного метаболизма и силы тяжести.

Любопытно, что при лесных пожарах, когда случайно поджариваются плоды, орехи или дичь, шимпанзе правильно постигает пользу огня и лакомится "приготовленной" пищей. У. Мак Грю считает, что шимпанзе – единственные из всех антропоидов, у которых социальная группа основана на прочной дружбе самцов. Мы уже упоминали об охоте на животных, о дележе мяса и о взаимопомощи родственников у этих приматов. В Гомбе, где их наблюдает Дж. Гудолл, каждый пятый самец стал вожаком благодаря помощи старшего брата.

По наблюдениям С. Брюер, шимпанзе самостоятельно обучались умываться водой из таза, используя при этом мыло, после чего вытирались полотенцем. Некоторые обезьяны проявляли необычайный интерес к костру. Уильям пристрастился к горячей воде, он быстро научился заполнять водой чайник и подогревать его. Шимпанзе Пух научился греться у костра. Когда стало холоднее, он проводил утренние часы лежа на остывающей золе, расположив ее вокруг себя в форме звездообразного гнезда.

Совершенно поразительны наблюдения С. Брюер за молодым самцом шимпанзе Уильямом, которому нравился кофе: "Я сидела возле очага с чашечкой кофе, шимпанзе кормились на соседнем с кухней дереве... Осторожно взяв чайник и держа его подальше от себя, он подошел к сундучку. В чашку, уже наполненную на треть молоком, он положил две ложечки кофе и четыре ложечки сахарного песка и добавил туда из чайника кипящей воды, перелив немного через край... Чашка была очень тонкой и чересчур горячей. Даже нс пытаясь поднять се, Уильям наклонился и начал строить над кофе невероятные гримасы. Ему не терпелось попробовать кофе, но он понимал, что напиток еще очень горячий. Тогда он зачерпнул кофе ложкой, поднес ее ко рту и сделал быстрый глоток. Напиток, должно быть, все еще был слишком горячим – шимпанзе непроизвольно вздрогнул и выронил ложку. Я думала, что сейчас он с досады выльет весь кофе, но этого не произошло. Он огляделся, поднял несколько небольших камушков и опустил их в чашку.

...Он опустил ложечку в кофе, помешал его и снова попытался отхлебнуть из чашки, но, поднеся ее к губам, почувствовал, что жидкость еще горяча. Тогда он подошел к резервуару, в котором мы хранили воду, набрал полный рот холодной воды, вернулся к чашке и выплюнул в нее воду. Жидкость полилась через край, Уильям быстро наклонился и отхлебнул немного кофе, еще не вполне остывшего, но, по-видимому, подходящего для питья. Затем взял чашку, осторожно подошел к кустам, растущим возле кухни, сел и начал не спеша пить"[2].

  • [1] Цит. по: Фридман Э. П. Этюды о природе обезьян. М.: Знание, 1991.
  • [2] Брюер С. Шимпанзе горы Ассерик. М., 1982. С. 163–164.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >