Культ предков, представление о посмертном существовании, ритуалы

Культ предков, несомненно, образует "центр тяжести" в африканских традиционных верованиях. Составляющими этого культа являются поклонение духам и останкам умерших родственников, а также почитание первопредков – родоначальников человечества, племени, правящей семьи и т.п. Таким образом, духи умерших образуют сложную иерархию, на которую сориентированы соответствующие культовые действия; место в этой иерархии обусловлено также тем реальным статусом, который имел человек при жизни, а кроме того характером его смерти – была ли то естественная или насильственная смерть, в бою или от болезни и т.п. Духи предков, продолжающие свое существование после смерти, по представлениям африканцев, находятся где-то неподалеку от живущих родственников. Часто они предпочитают оставаться в родных местах, участвуют в земных делах соплеменников, помогают им в повседневной жизни, в принятии личных и коллективных решений, предостерегают от неверных и дурных поступков и даже наказывают за них. Духи могут существовать невидимо, а могут сохранять тот облик, который имел человек при жизни, могут переселяться в тех или иных живых существ, в растения, источники, скалы. Души умерших почитали, их боялись, поскольку считалось, что от них во многом зависят благополучие и удача живущих; прогневить души умерших – означало навлечь на себя беду.

С обычаями почитания предков тесно сопряжены представления о смерти и загробном существовании, а также ритуалы погребения. В основе их нередко лежит сложная и оригинальная антропология – система представлений о природе человека, о том, что является истоком его жизни и в чем заключается смысл смерти.

Характерно, например, представление о том, что человеку присуще множество душ. Так, племена ашанти верили, что человеку присущи душа-тень – саман, душа-дыхание – кра (или окра), душа-кровь – могья и душа-личность – нторо. Душу могья человек получает от матери, это телесная душа, она определяет физический облик человека, а также его положение как члена рода. Душу нторо он получает от отца – это личная сила, характер, благополучие, удача; тем же словом обозначается мужское семя, а акт зачатия понимается как соединение материнской могья с мужской нторо. После смерти человека нторо и могья освобождаются друг от друга. Нторо после смерти присоединяется к своей группе нторо. Могья сохраняет прежний облик, и после смерти человека она становится саман; саман – духи предков, которые обитают в особом мире, где ожидают реинкарнации. Словом "саман" обозначают также дух рода, понимаемый как нечто единое, составляющее основу рода. Кра сопровождает саман некоторое время после смерти, но покидает его во время похоронного ритуала. Из всех саман особым почитанием пользуются саманфо – души родовых старейшин; они, хотя и умерли достаточно давно, продолжают пристально следить за всеми событиями в жизни живых и активно вмешиваться в них.

В верованиях йорубу, во многом близких к ашанти, также имеется представление о множественности душ. Человек наделен смертной душой оджиджи, которая умирает вместе с физическим телом, а также душами оккан (связанной с сердцем) и эмми (связанной с дыханием), которые бессмертны. Кроме того, душа эмми способна и при жизни на время покидать тело человека и подвергаться различным превращениям. Как и ашанти, йоруба верят в реинкарнацию, но считают, что возродиться вновь в человеческом теле оку (так называют душу умершего человека) может только после того, как побывает в образе какого-либо животного.

Две души – мойа (дух) и хика (дыхание) – присущи живому человеку и по представлениям племени тсонга. После смерти душа человека получает другое название (душа умершего – шиквембу), и ее сопровождает душа-тень (называемая нтжхути или шитжхути); душам умерших предков по обеим линиям родства тсонга совершали каждодневные жертвоприношения. Так, заготавливая себе запас табака, тсонга ссыпал несколько ложек в горшок для отцовских предков и столько же для предков матери, приговаривая при этом: "Вот табак. Приходите все, возьмите по щепотке и не завидуйте мне, когда я нюхаю, смотрите, я кладу вам вашу долю".

Множеством душ человек обладает также по представлениям племени бамбара. Душа ни проявляется в дыхании, в биении пульса, при жизни она неотделима от тела. В отличие от нее, душа дья – двойник человека – может оставлять его тело на время, пока он спит или впал в беспамятство; этот двойник – противоположного человеку пола, и брак рассматривается не только как воссоединение супругов, но и как воссоединение их дья. Душа тере – эго характер, отличительные свойства данного человека, сознание; обиталищами тере считаются голова и кровь. Тере отделяется от человека, когда он проявляет вовне свою деятельность, особенно когда он говорит. При этом тере превращается в силу ньяма, которая, согласно верованиям, оказывает воздействие на внешний мир. Наконец, еще один элемент – ванзо – входит составляющей в природу человека: эго злое начало, элемент врожденной скверны, который расстраивает добрые начинания человека. Ритуал инициации, который проходят все подростки, призван освободить их от ванзо. Смерть, по представлениям бамбара, означает разделение этих элементов, или расторжение единства душ. Душа дья уходит в воду, представляющую для нес изначальную стихию; когда в семье умершего родится ребенок, она возвращается и входит в этого нового члена рода. Душу ни старейшина рода, обычно присутствующий при кончине сородичей, старается "поймать", проводя рукой по лицу умирающего, чтобы перенести ее в семейное святилище. Эта душа также воплотится в первого же новорожденного в семье, но в святилище останется ее оболочка (именуемая фоло) – нечто вроде кожи, которую сбрасывает змея. Душа тере полностью превращается в ньяму и присоединяется к общей ньяме предков.

Представления о посмертном существовании в той или иной форме имеются практически у всех африканских племен. Бушмены, например, верят в то, что после захоронения трупа плоть снова оживает и из нее возникает двойник умершего (называемый гауа), который по образу жизни мало отличается от живого человека: он охотится, чтобы обеспечить себя пищей, а утомившись, опять возвращается в могилу. В религии зулусов есть представление о загробной жизни, но нет представления о бессмертии души; веруя в то, что душа продолжает свое существование после смерти, зулусы не дают точных ответов на вопрос, как долго это существование продолжается. Почитание оказывают главным образом душам отца, деда – ближайших родичей по мужской линии.

Многие народы связывают с образами душ умерших представление о постоянной или возможной враждебности по отношению к живым. Гереро верят, что в спинном хребте человека живет тонкий червь, который, если его не убить, становится враждебным духом после смерти человека. Поэтому трупу перед погребением ломают позвоночник. Умершие колдуны и враги всегда становятся враждебными духами (их называют овируру); они приходят к родичам либо в человеческом образе, либо в образе неких странных животных (собаки с глазами на затылке) с самыми злокозненными намерениями – принести болезнь, засуху, навести порчу на скот и т.п. Души же умерших предков (овакуру) живут иод землей в своих могилах и могут оказывать на жизнь живых как благотворное, так и негативное влияние. Чтобы задобрить их, им приносят жертвы. Особенно почитаются духи родовых старейшин и вождей племени. Прибыв на их могилы с женами, детьми и стадами, члены племени обращались к умершему с увещеванием: "Отец, вот мы здесь, здесь твои дети с быками, которых ты нам оставил и которые целы". После этого в жертву приносили быка.

Именно африканские народы дали европейцам материал для наблюдений, позволивший выделить и описать фетишизм как особую форму первобытных верований. В середине XVIII в. французский ученый Шарль де Бросс, возвратившись из путешествия в Африку, опубликовал свои впечатления, в которых традиционные верования африканских народов были названы фетишизмом. Это явление, действительно, широко распространенное в Африке, далеко не исчерпывает всего содержания африканских традиционных верований и не является их отличительной особенностью. Оно встречается практически по всему миру. Однако специфическим для данного континента является то, что изготовление фетишей породило у африканских племен самобытную изобразительную культуру, стало основой для развития особенного, неповторимо яркого искусства. Не только знаменитые ритуальные маски и барабаны – множество других предметов высокой художественной ценности, пластических и графических изображений составляют материальную сторону африканских культов. Африканская ритуальная скульптура и наскальная живопись уходят корнями в глубокую древность, что подтверждается удивительными археологическими находками. Так, в Нигерии в 40-х гг. XX в. были обнаружены фрагменты фигур и скульптурные портреты из камня и обожженной глины, терракотовые статуэтки, датируемые приблизительно V в. до н.э. – II в. н.э. Известна также терракотовая и бронзовая скульптура города-государства Ифе (на территории современной Нигерии), расцвет которого приходится на XII–XV вв. н.э. Традиции Ифе наследует широко известная бенинская бронза – скульптуры и барельефы, изображающие правителей, вождей, жрецов и имеющие ярко выраженный культовый характер.

И в современных традиционных обществах Африки скульптуры, маски, барабаны, амулеты являются органичной частью всей их жизни, они становятся объектами художественного творчества, а иногда и высокого искусства. Их роль в традиционных африканских религиях трудно переоценить. Они не только выступают эмблемой мифологического существа, которого представляет одевающий маску во время ритуального танца, но и сами являются объектами поклонения и почитания, их воспевают в ритуальных гимнах и рассказывают о них мифы.

Наиболее распространенными в повседневном быту фетишами были всяческие амулеты и талисманы. Фетиши-амулеты могли быть разными но своей значимости и признаваемой за ними силе. Чаще всего их получали или покупали у колдунов, знахарей и прорицателей, которые освящали фетиши и отвечали за их действенность. Фетиши были призваны помогать своим обладателям, оберегать от врагов, болезней, сглаза, других напастей. Некоторые фетиши могли действовать самостоятельно, без посредничества колдунов, но самыми сильными считались те, которые подчинялись им. Поскольку поведение фетишей часто непредсказуемо, их старались задобрить и побаивались. Если же приобретенный фетиш "изнашивался" или вообще не действовал, его возвращали изготовителю. Иногда "провинившиеся" фетиши даже наказывали. Фетишистское отношение существовало также к барабанам, использовавшимся в ритуальных действиях. Роль барабанов не сводится к простому ритмическому сопровождению религиозных шествий, танцев и песнопений: они считаются существами, наделенными душой, личностью. Их освящают, время от времени в них вливают новую силу путем приношения даров и жертв. Если барабан во время церемонии опрокидывается, то церемонию тотчас же прерывают. У каждого барабана есть свой исполнитель, которому разрешается играть на нем лишь после особого посвящения и длительного обучения. Наряду с фетишизацией "искусственных" объектов, созданных руками человека, фетишами становились также предметы естественного происхождения. Фетишистские свойства приписывались камням и раковинам, деревьям и травам, животным и птицам, черепам умерших предков, рекам, озерам и водопадам, горам, скалам, пещерам и т.п.

Разнообразие и сложность значений, связанных с системой фетишей в африканском культе, можно увидеть на примере фетишей народов ашанти. Одним из наиболее важных предметов в культе этого народа были деревянные скамеечки; считалось, что душа человека связана с его скамеечкой. Скамеечки делались из дерева. У людей победнее они были простыми, богатые украшали их резьбой, серебряной аппликацией. Обязательной деталью такой скамеечки были висевшие на ней цепи, которым придавался вполне определенный практический смысл: они удерживали душу внутри предмета, не давали ей покинуть его. Скамеечки эти были безусловно табуированы: на них не только никогда не садились, но и держали всегда перевернутыми, чтобы на них не мог сесть злой дух – это означало бы, что он завладел душой человека; хранили их в особом помещении. Когда хозяин скамеечки умирал, ее чернили сажей и ставили в "дом скамеек" – святилище, игравшее огромную роль в религии племени. В нем хранились кроме прочих скамеечки вождей, почитаемых родовых предков.

Во время всех важных церемоний скамеечки вождей, обернутые в ценные ткани, несли впереди процессии под особыми ритуальными зонтами, также бывшими объектом фетишистского поклонения. Центральную роль играли скамеечки в церемонии аде – главном ритуале, смысл которого заключался в принесении жертв предкам. Вождь торжественно закалывал жертвенную козу или овцу, кровью которой мазали скамеечки, затем он клал в углубления скамеечек немного каши из вареных плодов и произносил слова: "Духи предков, сегодня адэ, придите и получите это приношение и кушайте; да благоденствует наш род, да родятся дети, да будет наш народ богатым".

Главной же святыней племен ашанти был так называемый золотой трон – скамеечка, заключавшая в себе дух всего рода. Кроме деревянной резьбы его украшали массивные золотые аппликации, золотые колокольцы и оковы, призванные удерживать душу народа. Считалось, что сохранность золотого трона служит залогом благополучия страны. На золотой трон также никто не мог садиться, даже сам царь ашанти – во время коронации он лишь делал вид, что садился на него.

В свое время широкую известность получила драматическая история золотого трона, ей была посвящена обширная литература. Ашанти вели упорные войны против колонизаторов-англичан. В 1896 г. во время седьмой англо-ашантийской войны трон был вынесен из хранилища и тайно зарыт. Ашанти потерпели сокрушительное поражение в войне. В 1900 г. британский губернатор колонии Золотой Берег, в которую вошли земли ашанти, потребовал, чтобы ему принесли "золотую скамью", чтобы он мог на ней сидеть. Это было расценено как национальное оскорбление и вызвало массовое восстание ашанти. В 1921 г. трон был случайно обнаружен грабителями, золотые украшения и цепи с него были сорваны. Ашанти переживали это как всенародную трагедию.

Другим разрядом фетишей, почитаемых ашанти, были так называемые суман – предметы, которые могут защитить человека от враждебного колдовства или спасти его от гибели в случае нарушения табу. Величайший суман ашанти Кункума представляет собой веник из волокон листьев пальмы виниферы. Знахарь, изготовлявший этот суман, произносил перед ним запрещенные имена и другие табуированные слова. "Кункума может предохранить вас от всего плохого, – утверждает знахарь, – он принимает на себя любой вред". Над Кункумой приносят жертвы, произнося при этом следующие слова: "Получи эту птицу и съешь. Если кто- нибудь отравит меня [т.е. заставит нарушить табу], не позволь ему иметь силу надо мной". Другие многочисленные суман изготовляются из когтей, зубов, хвостов, клыков, раковин, волокна, орехов. К ним привязывают бусы, куски железа, их обмазывают красящими веществами, кровью, яйцами и т.п.

Общенародные фетиши, почитавшиеся как высшие святыни, были и у других африканских народов. Так, народы бамбара (Мали), йоруба и некоторые другие почитали найденные ими каменные топоры времен неолита – считалось, что это окаменевшие молнии божества воды и грома (у бамбара его называли Фаро). Более 20 общеплеменных фетишей было у народа бамилеке (Камерун), в том числе священные камни, барабаны и гонги, табуретки и троны предков, глиняные трубки, слоновьи бивни, шкуры леопардов, кожи питонов и т.д. В средневековом государстве Лунда наибольшее распространение получили деревянные изображения животных и людей.

У народа бамбара существовал также характерный фетишистский культ, именуемый пемба. Пемба олицетворяет землю и воплощено в обрубке дерева или деревянном брусе, называемом пембеле. На этом брусе наносятся черточки и разные знаки, символизирующие образы космогонической мифологии. Верхняя плоскость пембеле изображает небо, нижняя – землю, а четыре боковых поверхности – север, юг, восток и запад. Этот брус называют богом шала, потому что он содержит всю силу и мощь (ньяма) божества, которое этот брус представляет.

Ньяма – сила, которая одушевляет все существа и представляет ипостась земли. После смерти каждого члена семьи старейшина собирает его силу ньяма и передает ее брусу пембеле; здесь она содержится до тех пор, пока в семье не родится новый ребенок, в которого она входит. Наибольшее количество ньямы содержится в углах четырехгранного бруса. В случаях, когда необходимо получить максимум ньямы, с углов пембеле стесываются небольшие стружки. Однако это делается лишь при крайней необходимости по решению совета старейшин. Ведь если злоупотреблять изъятием частиц пембеле, то уменьшится количество ньямы всей земли, которую символизирует этот брус. А если земля потеряет ньяму, то все живое и растущее лишится своей сущности: злаки будут расти, но в колосьях не будет зерна, женщины не смогут рожать живых детей, люди обессилят, земля хотя и будет существовать, но окажется бесплодной. Таким образом, пембеле отступает в тень, на первый план выходит почитание материального предмета не столько из-за его символической связи с образом пембы, сколько благодаря силе ньяма, содержащейся в земле, в дереве, т.е. в материи.

Весьма часто представление о могуществе фетишей связывалось с верой в то, что фетишизируемый предмет наделен душой. Наличие души приписывалось и искусственным фетишам, и природным явлениям, и объектам – небу и солнцу, радуге и зарнице, грому и молнии, дождю и граду. Фетишистские верования здесь вплотную смыкаются с анимистическими – с представлением о том, что мир населен духами и что всеми процессами вокруг, в первую очередь теми, которые значимы для жизни человека, управляют духи. Каждый дух имел свое имя и "сферу влияния". Были духи, которые покровительствовали отдельным семьям, общинам, племенам, племенным союзам и их правителям. Со временем представления о духах трансформировались в представления о богах; пандемониумы превращались в пантеоны.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >