Понятие законности требований прокурора и основания постановки вопроса об административной ответственности за их невыполнение.

В последние годы появилось ряд публикаций, авторы которых озвучивают идею о том, что требования прокурора обязательны к рассмотрению, но не обязательны к исполнению. Исходя из содержания приведенной выше ст. 6 Закона о прокуратуре, а также установленной законодателем административной (и не только, как отмечено выше) наказуемости умышленного невыполнения законных требований прокурора напрашивается совершенно противоположное умозаключение. В этом смысле вопрос о рассмотрении (нерассмотрении) документа, содержащего прокурорские требования, когда об этом прямо указано в законе (например, срок рассмотрения требования, протеста или представления прокурора, установленный соответственно ст. 9.1, 23 и 24 Закона о прокуратуре), лежит в плоскости выполнения (невыполнения) требования законодателя, изложенного в соответствующей норме, а не самого прокурора (исключение составляет реализация прокурором предоставленного ему ст. 23 Закона о прокуратуре права при исключительных обстоятельствах, требующих немедленного устранения нарушения закона, устанавливать сокращенный срок рассмотрения протеста). При этом вполне понятно, что, не рассмотрев исходящий от прокурора документ, невозможно выполнить и требования, содержащиеся в нем, а это уже основание для постановки вопроса об административной ответственности.

Вместе с тем, принимая во внимание далеко не однозначную практику, связанную с рассматриваемым вопросом, необходимо определиться с критериями, которым должно отвечать понятие "законность требований прокурора". Речь идет в первую очередь:

  • – о требованиях, вытекающих из полномочий, предусмотренных ст. 9.1, 22, 27, 30 и 33 Закона о прокуратуре[1];
  • – праве прокурора формулировать те или иные требования с учетом реально возложенных на него полномочий, что предопределяется статусом прокурора (руководитель или исполнитель) и компетенцией (кругом поднадзорных ему объектов и субъектов);
  • – надлежащем выборе адресата, которому предстоит исполнять требования прокурора;
  • – правильной (грамотной, не допускающей двусмысленности, логически безупречной) формулировке прокурором своих требований;
  • – реальности (возможности к выполнению, разумности устанавливаемых сроков) адресуемых требований.

Типичные случаи невыполнения законных требований прокурора.

В 2003 г. Генпрокуратурой РФ были подготовлены и направлены в нижестоящие прокуратуры методические рекомендации[2], в которых подробно освещались вопросы оценки фактов невыполнения законных требований прокурора, вытекающих из его полномочий, предусмотренных ст. 22, 27 и 33 Закона о прокуратуре. Поскольку объем настоящего параграфа ограничен, имеет смысл рекомендовать названную работу в качестве объекта более углубленного изучения и остановиться на тех типичных в правоприменительной практике случаях, с которыми наиболее часто встречаются прокуроры в своей деятельности. К таковым относятся:

  • – воспрепятствование к допуску на проверяемые объекты. Здесь следует принимать во внимание то обстоятельство, что речь действительно идет о поднадзорном конкретному прокурору объекте, в силу чего посещение прокурором иных объектов может быть обусловлено необходимостью подчинения сложившемуся пропускному режиму. Кроме того, рекомендуется предварительно уведомлять (телефонограммой, факсимильной связью) руководителя проверяемого объекта о планируемом визите, чтобы при возникновении конфликтной ситуации вопрос о виновности не вызывал сомнений;
  • – непредставление истребуемых прокурорами документов, материалов, сведений либо нарушение установленных прокурором сроков их представления. Необходимо отметить, что вопрос о направлении на регулярной (например, принятых нормативных правовых актов для изучения) или систематической (форм статистической отчетности) основе тех или иных документов решается прокурором путем установления надлежащего взаимодействия с руководителями поднадзорных ему органов и при должной организации такой работы проблем, как правило, не возникает. При проведении проверки следует иметь в виду, что в соответствии с п. 15 приказа Генпрокурора РФ от 07.12.2007 № 195 прокурорам предписано исключить случаи истребования излишних материалов, документов и сведений, которые могут быть получены непосредственно в ходе проверки с выходом на место. Прокуроры также не должны возлагать на контролирующие и иные органы (статистики и др.), а также организации и их должностных лиц обязанность по представлению в органы прокуратуры сведений, не относящихся к предмету проверки или выходящих за ее пределы, а также не предусмотренных законодательством статистических данных. Что касается соблюдения устанавливаемых прокурором сроков, то они должны быть разумными с учетом сложности поставленной задачи и наличия возможности у адресата имеющимися силами решить ее вовремя;
  • – неявка по вызову прокурора для дачи объяснений по поводу нарушения закона и отказ отдачи объяснений. При оценке виновности неявки следует принимать во внимание, что вызванное в прокуратуру лицо было надлежащим образом уведомлено, а к назначенному времени посещения от него не было информации об уважительных причинах, препятствующих посещению прокуратуры. В то же время нужно учитывать, что согласно высказанной ВС РФ в определении от 06.06.2003 № 86-ВОЗ-2 позиции, основанной на ч. 1 ст. 51 Конституции РФ, вызванное в прокуратуру лицо, которое совершило нарушение закона (на которое указано в рассматриваемой прокурором жалобе или ином обращении), вправе отказаться от дачи объяснений (не свидетельствовать против самого себя). Игнорировать требование о явке в прокуратуру такое лицо не может, если не уведомило предварительно о своей неявке (по мотиву отказа отдачи объяснений) и это подтверждается телефонограммой (факсограммой);
  • – невыполнение требований, изложенных в актах прокурорского реагирования. Нельзя рассматривать как невыполнение требований прокурора ситуацию, когда лицо, которому адресованы требования, представило прокурору мотивированный ответ с изложением обоснования несогласия с позицией прокурора. Кроме того, необходимо иметь в виду, что непривлечение работодателем к дисциплинарной ответственности работника по требованию, изложенному в представлении об устранении нарушений закона, не является основанием для постановки вопроса о возбуждении прокурором дела по ст. 17.7 КоАП, поскольку ст. 192 ТК закрепляет право, а не обязанность работодателя применять дисциплинарные взыскания.

Некоторые вопросы судебной практики рассмотрения дел об административных правонарушениях, связанных с невыполнением законных требований прокурора.

Статья 2.9 КоАП, предусматривающая возможность освобождения виновного лица от административной ответственности по причине малозначительности с вынесением ему устного замечания, имеет неединичные случаи применения судьями. В качестве основных причин ее применения в соответствующих решениях фигурируют:

  • – отсутствие тяжких последствий в результате невыполнения законных требований прокурора;
  • – отсутствие последствий в результате несвоевременного предоставления прокурору сведений, информации;
  • – отсутствие отягчающих вину обстоятельств;
  • – малозначительность в незначительном нарушении сроков представления ответов на запросы прокуроров об истребовании документов;
  • – характер правонарушения;
  • – устранение нарушений к моменту рассмотрения дела судьей; исполнение нарушителем требований прокурора после возбуждения дела об административном правонарушении;
  • – совершение административного правонарушения впервые;
  • – наличие у виновного на иждивении детей.

Подобные решения с точки зрения закона нельзя в буквальном смысле рассматривать как отказ в удовлетворении требования прокурора о привлечении соответствующих лиц к административной ответственности. Ведь сам факт умышленного невыполнения законных требований прокурора судьями признается, однако по причине малозначительности они ограничиваются устными замечаниями. Другое дело, когда налицо наметившаяся определенная тенденциозность в вынесении решений. В подобных случаях необходимо корректировать судебную практику путем опротестования заведомо "мягких" решений.

Среди причин вынесения судьями постановлений о прекращении производства по делу об административном правонарушении по основаниям, предусмотренным ст. 24.5 КоАП, отмечаются:

  • – истечение сроков привлечения лица к административной ответственности;
  • – отсутствие умысла у лица, в отношении которого велось производство по делу;
  • – установление прокурором нереальных сроков для представления документов, сведений, статистической информации;
  • – возбуждение прокурором дела об административном правонарушении в отношении ненадлежащего субъекта;
  • – отсутствие состава правонарушения в действиях лица, направившего ответ на представление, но не согласившегося с требованиями прокурора.

Следует отметить, что факты невыполнения законных требований прокурора, если они носят системный и (или) массовый характер, являются симптоматичными и свидетельствуют не только о наличии низкой правовой культуры соответствующих должностных и иных лиц, но и об уровне авторитета прокуратуры в целом и ее конкретного органа в отдельности. Поэтому наличие устойчивой на протяжении длительного периода практики реагирования прокурора, пусть даже и поддерживаемой соответствующими судебными решениями, – не повод для победных реляций в борьбе с правовым нигилизмом, а основание для глубокого анализа складывающейся ситуации.

  • [1] Поскольку в параграфе 5.11 настоящего пособия рассмотрено основание для постановки вопроса об ответственности за умышленное невыполнение требований прокурора, вытекающих из полномочий, закрепленных в ст. 9.1 Закона о прокуратуре, не имеет смысла повторяться.
  • [2] Основания наступления административной ответственности за неисполнение законных требований прокурора: методич. рекомендации. М.: Генпрокуратура РФ. 2003.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >