Принцип расположения аргументов (доводов, доказательств) в оптимальном для доказывания главной мысли (тезиса) порядке (очередности), усиливающем убеждающее воздействие

Известный российский специалист по психотехнологии убеждающего воздействия, доктор психологических наук А. Ю. Панасюк, полагает, что при определении последовательности предъявления аргументов следует руководствоваться следующими правилами:

  • 1) если неизвестна исходная установка собеседника, то сильные аргументы следует поместить в начало и в конец;
  • 2) если исходная установка собеседника не негативная, то начинайте со слабых, а заканчивайте сильными;
  • 3) если исходная установка собеседника негативная (явно не дружественная), то начинайте с сильных аргументов, а заканчивать можно и слабыми [23. С. 120–124].

Представляется, что эти рекомендации не в полной мере могут быть использованы в суде с участием присяжных заседателей, поскольку здесь необходимо учитывать исходную установку не собеседников, а присяжных заседателей и председательствующего судьи. В начале судебного разбирательства присяжные заседатели относятся к государственному обвинителю и защитнику с большим или меньшим недоверием, т.е. критически. При таком критическом отношении логическую аргументацию своей позиции прокурор и адвокат никогда не должны начинать со слабых доказательств. На это обращал внимание еще Цицерон:

"Открывать сражение слабыми доказательствами... значит обманывать ожидания слушателей: судьи должны составить себе хорошее мнение о деле с самого начала, иначе они могут не отнестись к нему с должным вниманием" [35. С. 250].

В судебной речи следует избегать и нисходящего порядка расположения аргументов (от сильного к слабому). Чаще всего целесообразно придерживаться "гомерова порядка" расположения доводов, доказательств, который считался наилучшим в классических риториках: сначала сильные аргументы, затем (после завоевания доверия слушателей) масса доказательств средней силы, в конце – один наиболее мощный аргумент [18. С. 24].

Слабые доводы в судебной речи лучше не приводить вообще, даже когда судебному оратору удалось завоевать доверие присяжных заседателей, потому что внимательный процессуальный противник в своей реплике может обратить внимание присяжных заседателей и председательствующего судьи на сомнительность или полную несостоятельность таких доводов.

Требования, предъявляемые к подготовке текста судебной речи

В теории и практике судебного ораторского искусства существуют разные точки зрения по вопросу о целесообразности предварительного составления текста судебной речи. Противники письменной подготовки к выступлению в суде полагают, что судебный оратор должен уметь говорить в суде без всякой подготовки, экспромтом, что заранее написанная речь в суде безжизненна, бледна, не производит должного впечатления – это "яркий цветок с запахом бумаги и клея". Кроме того, они считают, что письменная форма подготовки речи неудобна для оратора, так как стесняет, гипнотизирует его, особенно при изменении обстановки в суде; у всякого оратора, пишущего свои речи, появляются ревностно-любовное отношение к своему труду и боязнь утратить из него то, что достигнуто иногда усидчивой работой. Исходя из этих соображений, А. Ф. Кони высказывался против того, чтобы речь была заранее написана:

"Я, никогда не писавший своих речей предварительно, позволю себе в качестве старого судебного деятеля сказать молодым деятелям... не пишите речей заранее, не тратьте времени, не полагайтесь на помощь этих сочиненных в тиши кабинета строк, медленно ложившихся на бумагу, а изучайте внимательно материал, запоминайте его, вдумывайтесь в негои затем следуйте совету Фауста: "Говорите с убеждением, слова и влияние на слушателей придут сами собою" [11. С. 128].

Но большинство ораторов, в том числе юристов, отстаивают диаметрально противоположную точку зрения. Цицерон, основываясь на собственном богатом опыте и опыте других выдающихся ораторов, считал, что "перо – лучший учитель, написанная речь лучше только продуманной".

Видный судебный деятель П. С. Пороховщиков в свое время настоятельно рекомендовал судебным ораторам писать свои речи по сложным делам от начала и до конца, не полагаясь на свою гениальность, вдохновение, импровизацию:

"Знайте читатель, что, не исписав несколько сажен али аршин бумаги, вы не скажете сильной речи по сложному делу. Если только вы не гений, примите это за аксиому и готовьтесь к речи с пером в руке.

...Остерегайтесь импровизации. Отдавшись вдохновению, вы можете упустить существенное и даже важнейшее.

Можете выставить неверное положение и дать козырь противнику. У вас не будет надлежащей уверенности в себе.

...Импровизаторы, говорит Квинтилиан, хотят казаться умными перед дураками, но вместо того оказываются дураками перед умными людьми.

Наконец, имейте в виду, что крылатый конь может изменить.

Люди знающие и требовательные и в древности, и теперь утверждают, что речь судебного оратора должна быть написана от начала до конца" [29. С. 289].

Подобное мнение разделяли и известнейшие судебные ораторы того времени С. А. Андреевский, В. Д. Спасович, А. Я. Пассовер и Π. Н. Обнинский. Последний в работе "Судебная речь" объявлял все возражения против предварительного письменного составления текста судебной речи "самонадеянным оправданием собственной лени".

Представляется, что спор между сторонниками и противниками письменной формы подготовки судебной речи не может быть решен абстрактно, без учета конкретных особенностей рассматриваемого дела и индивидуальных особенностей каждого судебного оратора. В зависимости от степени сложности рассматриваемого уголовного дела, опыта и квалификации государственного обвинителя, особенностей его памяти и мышления, умения или неумения в достаточной степени "словом править и держать мысль на привязи свою" могут быть использованы следующие формы подготовки к выступлению с судебной речью:

  • а) написание речи целиком;
  • б) написание тезисов выступления;
  • в) составление письменного плана речи.

При выступлении с краткой речью по несложным уголовным делам опытные судебные ораторы могут использовать и такую форму подготовки к выступлению, как составление мысленного плана речи.

Определенную специфику имеет подготовка и выступление с обвинительной речью, когда согласно ч. 4 ст. 246 УПК РФ обвинение поддерживают несколько прокуроров. В приказе Генеральной прокуратуры РФ от 20 ноября 2007 г. № 185 указано, что по наиболее сложным уголовным делам необходимо создавать группы государственных обвинителей, распределяя их обязанности применительно к особенностям дела. Такой способ организации поддержания государственного обвинения целесообразно применять по многосоставным и многоэпизодный уголовным делам, особенно когда по делу проходят несколько подсудимых. По таким делам распределение обязанностей между государственными обвинителями может выражаться, в частности, в том, что каждый из них готовит определенную часть обвинительной речи и выступает с ней. Целесообразно сначала подготовить главную часть речи, содержащую обоснование обвинения по определенным составам, эпизодам и подсудимым. При этом каждый прокурор разрабатывает фрагменты речи, содержащие обоснование обвинения по тем эпизодам преступлений, в исследовании которых он принимал наиболее активное участие. После изучения составленных ими фрагментов главной части обвинительной речи поддерживающие обвинение прокуроры совместно разрабатывают вступительную и заключительную части обвинительной речи, определяют очередность выступления. Из тактических соображений целесообразно, чтобы первым и последним выступали наиболее опытные и подготовленные прокуроры, владеющие ораторским искусством.

Для подготовки и произнесения убедительной по содержанию и форме судебной речи государственный обвинитель должен учитывать копозиционно-стилистические особенности различных видов убедительных судебных речей прокурора.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >