Журналистские жанры

Определение жанра и его природообразующие признаки

Существует множество определений жанра. "Жанр, – пишет Е. И. Пронин, – тип журналистских публикаций, различаемых в потоке сообщений прессы, телевидения, радиовещания, рекламы и т.п. по устойчивым приемам организации текста: отбору материала и характеру интерпретации, которые предопределяются интересами аудитории и намерениями автора"[1]. "Идеальный тип или логически сконструированная модель конкретного литературного произведения, которые могут быть рассмотрены в качестве его инварианта, то есть когда мы не только констатируем факт принадлежности к нему данного произведения, но и объясняем, в чем состоит его сущность"[2], – утверждает автор статьи "Жанр" в "Словаре актуальных терминов и понятий" Н. Д. Тамарченко. "Жанры журналистики, – подчеркивает Е. В. Ахмадулин, – это своеобразные формально-содержательные модели текстов, сложившиеся в журналистской практике и обозначающие тип журналистского произведения"[3].

А вот что пишет о жанрах Е. П. Прохоров: "Будучи исторически сложившимися, устойчивыми творческими формами, жанры публицистики – это не застывшие, не омертвевшие формы, они способны к изменению и развитию. <...> В рамках жанровой определенности своего решения публицисту предстоит творчески обработать вычлененный фрагмент действительности и выразить свое понимание, оценку и свое мнение об этом фрагменте. Причем в творческом процессе он в равной мере использует и образноэмоциональные средства, и логико-понятийные"[4]. Наконец, в русско-немецком справочнике "Жанры журналистики Германии и России" жанры рассматриваются как "более- менее устойчивые, ставшие привычными и формально стандартизированными посредством учебников формы повествования в профессиональном журнализме. <...> Жанры являются рабочей техникой, которой возможно научиться"[5].

Нетрудно заметить, что во всех определениях жанра исследователи обращают внимание на то, что жанру присущи некие устойчивые признаки, что они являются рабочим инструментом автора, исследующего реальную действительность, и что они обладают рядом типоформиру- ющихся признаков. Сущностные типоформирующие признаки жанра таковы: предмет, функция, метод, содержание, форма.

Предметная основа жанра – конкретный фрагмент реальности, представляющий с точки зрения автора интерес для аудитории. В качестве предмета исследования в жанре выступают отдельные факты действительности, определенные события, проблемы, характеры, идеи, процессы, протекающие в обществе. Существенной особенностью предмета исследования в публицистическом произведении является его отобранность автором для предстоящего диалога с аудиторией. Отобранность жизненного материала автором – первый этап анализа реальной действительности, первый шаг к ее осмыслению.

А. П. Чехов писал: "Художник наблюдает, выбирает, догадывается, компонует – уже одни эти действия предполагают в своем начале вопросы. Если с самого начала не задал себе вопрос, то не о чем догадываться и нечего выбирать"[6]. Сказанное относится не только к художественному творчеству, но и к творчеству публицистическому. В публицистическом творчестве неразрывны реальная ситуация и ее анализ субъектом высказывания. Ситуативность высказывания – основа публицистического выступления. Чеховские глаголы "наблюдает", "выбирает", "догадывается", "компонует" передают сущностное содержание любого творческого процесса. Предопределенность авторского исследования связана с теми задачами, которые ставит перед собой автор.

Функции публицистического высказывания, воплощенного в конкретном жанре, – выявление закономерности происходящего, установление причинно-следственных связей, породивших данный факт, событие, проблему; предоставление аудитории возможности почувствовать актуальность воспроизводимой автором картины мира, помощь читателю, слушателю, зрителю в выработке своего отношения к реальности.

В самом общем виде функция публицистического произведения – это постижение закономерностей социально- нравственного бытия общества в пределах тех возможностей, которые предоставляет конкретный жанр. Ресурсы этого постижения в каждом жанре свои. Заметка, фиксируя факт, подталкивает аудиторию к самостоятельному его осмыслению. Статья системой своих рассуждений предлагает аудитории вариант авторского обстоятельного исследования происходящего; очерк воспроизводит образную картину описываемой ситуации.

Природа осуществляемого автором познания мира зависит от метода, применяемого им в исследовании, постижении действительности. В основе метода публицистического исследования лежит движение от факта к явлению, осмысление единичного как типического. В самом отборе жизненного материала, взятого автором для осмысления, заложены ресурсы будущего анализа, вытекающего из природы конкретного жанра.

Ресурсы обобщения в публицистических жанрах следующие:

  • – опора на представительные факты реальности, дающие представление о сущности процессов, протекающих в обществе;
  • – система логических рассуждений (тезис – аргументация – демонстрация – вывод), свойственная большинству жанров;
  • – сопоставление внешне разнородных фактов, позволяющих увидеть за их совокупностью определенную проблему;
  • – выстраивание аналогий, ассоциативной, сопоставительной системы рассуждений, включающих как образные ресурсы повествования, так и ресурсы понятийные;
  • – создание образной картины происходящего (беллетризация факта), позволяющей аудитории наглядно представить то, что предлагает ей увидеть, понять и осмыслить автор произведения.

Варианты предложенного публицистом исследования определяют содержание произведения в различных модификациях: содержание текста – это модель реального мира в том виде, в каком он зафиксирован воспринимающим сознанием. Если уж совсем просто – содержанием публицистического произведения выступает объективная реальность, воспринятая публицистом. Итак, методом исследования в публицистике выступает преобразование реального мира в некую виртуальную модель, составляющую содержание публицистического текста. Естественно, что это содержание отливается в конкретные жанровые формы.

Форма жанра – это система композиционных и стилевых приемов, с помощью которых публицист фиксирует свое представление об окружающем мире и процессах, в нем происходящих. Важнейшие признаки формы – это характер повествования, эстетическая фиксация авторской модальности, структура повествования (включающая и заголовочный комплекс), индивидуальные особенности авторского слова. Следует подчеркнуть, что форма публицистического произведения неразрывно связана с его содержанием. Единство формы и содержания (содержательность формы) – непременное свойство публицистического высказывания.

Целостность публицистического произведения обеспечивается взаимодействием всех его природообразующих концептов – предмета, функции, метода, содержания и формы. В связи с этим не представляется достаточно убедительной позиция Е. И. Пронина, который выводит структурные признаки текста за пределы жанра. "Жанр, – пишет исследователь, – бесспорно, весьма важен для адекватного выражения смысловой основы журналистского произведения. Но вряд ли его можно называть структурным элементом текста. <...> “Факт”, “образ”, “постулат”, “опорная идея”, “рабочая идея”, “журналистский образ”, с одной стороны, и жанры журналистики – с другой, диалектически взаимодействуют друг с другом и противостоят друг другу как выразительные средства структурного уровня и выразительные средства структурирующего уровня. Первые отражают закономерности, порождение типологической структуры журналистского текста. Второе – закономерности размыкания ее и включенности текста в конкретную коммуникативную ситуацию социальной практики"[7].

Жанр не просто "способ для адекватного выражения смысловой основы журналистского произведения", он при этом и особый способ эстетической организации представлений автора об окружающем мире. А составной частью этой организации является образ, создание которого немыслимо без выразительных средств, в составе которых непременной принадлежностью выступает структура повествования. Размыкание пределов текста и включение его в конкретную коммуникативную ситуацию – это существенное свойство публицистического образа. Речь в данном случае идет не столько о двух подходах к определению понятия "жанр", сколько о понимании того, что жанр как категория поэтики представляет собой "относительно устойчивые типы высказываний"[8] и что в основе этих высказываний лежат их стилистическое особенности.

Говоря о жанре как о категории поэтики публицистики, можно выделить ряд признаков, объединяющих эту категорию в некое единое целое, обладающее общими свойствами и функциями.

Жанр – категория исторически конкретная. Жанры, как люди, рождаются, развиваются, обновляются; одряхлев, умирают для того, чтобы со временем вновь появиться на свет. Μ. М. Бахтин писал: "Жанр живет настоящим, но всегда помнит свое прошлое, свое начало. Жанр – представитель творческой памяти в процессе литературного развития"[9]. Это наблюдение относится и к публицистическим жанрам. Кому нужна сегодня передовая статья – этот указующий перст государственной власти, если исчезла самодержавная градация соподчинения прессы, свойственная советским временам? Отечественная пресса возникла в свое время как инструмент воздействия на общество. Сегодня власть и общество разведены. Пропагандистская функция СМИ ослаблена, ушли в тень соответствующие жанры и их разновидности – передовая статья, редакционная статья, обзор печати, обозрение, корреспонденция.

Жанр – особая форма организации жизненного материала. Эта организация осуществляется по двум осям: проблемно-тематическим и структурно-коммуникативным. Е. И. Пронин справедливо заметил: "Журналистское произведение как тип сообщения – это, во-первых, презентация актуальных явлений и обстоятельств общественной жизни, а во-вторых, ангажированное истолкование их смысла по законам массового общения"[10]. Ось проблемно- тематическая – осмысление событийного пространства произведения, прочтение реальности с помощью определенной системы знаков. Ось структурно-композиционная – выстраивание повествования в соответствии с жанровыми возможностями анализа.

Жанр – оптимальный способ решения конкретной творческой задачи. Эффективность решения этой задачи зависит прежде всего от характера диалога автора с аудиторией. Характер эффективного диалога обеспечивается внятностью сформулированных автором положений, выражающих его позицию, и теми особенностями изложения, которые вовлекают текст в раздумья, приглашают к со-размышлению. Обратимся в связи с этим к заметке "В воинской части иод Краснодаром погиб солдат" (Известия. 25.07.2006).

Инцидент случился в воинской части № 3373 города Железногорска. Как рассказали "Известиям" в военной прокуратуре Сибирского военного округа, один из двух солдат срочной службы, находящийся в карауле, случайно нажал на курок и выстрелил товарищу в голову.

– О дедовщине речи здесь нет – обоим ребятам оставалось служить по полгода, – подчеркнули в прокуратуре.

За последние два года произошло уже несколько трагических случаев, большая часть которых была расценена как самоубийство.

Вероника Баграмян.

На первый взгляд бесхитростное повествование о нередком, к сожалению, происшествии: вся страна знает, в российских вооруженных силах убивают не только во время боевых операций. Но суть заметки не только в информационном поводе. Автор выстраивает текст заметки как корреспонденцию. Заголовок выполняет функцию информационного лида – "В воинской части под Краснодаром погиб солдат". Автор знает, что солдата убили, но заголовок об этом не сообщает. Вероника Баграмян пишет "погиб". Гибель может быть и героической. Читателя приглашают к чтению. Интонация повествования подчеркнуто эпическая: географические координаты части, где убили солдата- срочника, номер части, маленькая подробность – убили выстрелом в голову случайно. Но – на посту.

Сообразительный читатель догадывается: очередной случай дедовщины. "О дедовщине здесь речи не идет", – успокаивают люди из военной прокуратуры. Как будто родителям погибшего (и нам, читателям) легче от того, что в российской армии можно погибнуть от случайного выстрела в голову? А как же удалось часовому, стоящему на посту, выстрелить в голову? Ведь автомат у часового по уставу караульной службы должен находиться за спиной. В крайнем случае на груди. Играли с оружием два сослуживца, которым оставалось служить по полгода? А как же устав? Финальная фраза снимает все вопросы: "За последние два года в этой части произошло уже несколько трагических случаев, большая часть которых была расценена как самоубийство". Самоубийство выглядит в отчетах командира части "приятнее", чем убийство? Или самоубийство – чисто психологическая проблема, порожденная неустойчивой психикой солдат-срочников?

А между прочим (и об этом газета "Известия" незадолго до публикации заметки писала) в Железногорске расположен завод но переработке и утилизации списанного с боевых дежурств ядерного оружия. За всей этой недоговоренностью ощущается дыхание очень серьезной стратегически важной проблемы: в вооруженных силах страны происходит что-то неблагополучное. А отцы-командиры с этим неблагополучием смирились.

Жанр – категория типологическая, т.е. жанр обладает набором повторяющихся устойчивых признаков. Устойчивость признаков – не только знак живучести жанра, но и возможность поддерживать жанровые ожидания аудитории. Права Н. С. Валгина, обратившая внимание на то, что текст "оказывается одновременно и результатом деятельности (автора), и материалом для деятельности (читателя-интерпретатора)"[11]. Сказанное относится к тексту любого жанра – от заметки до эссе. Любой жанр, напомним, содержит в себе не только "событие рассказывания", но и "событие восприятия". Между двумя этими событиями существует, естественно, зазор, позволяющий аудитории расширять смысл авторского высказывания, заложенного в восприятие думающей аудиторией.

Типологическое начало в жанре реализуется прежде всего в преобладающем в каждом жанре эстетическом качестве. В заметке таким преобладающим эстетическим качеством является предельно ограниченный хронотоп повествования: время-пространство сжато до пределов события, исчерпавшего свой информационный ресурс. В интервью преобладающее эстетическое качество зафиксировано в демонстративном двуголосии. В репортаже преобладающим качеством является знаменитый "эффект присутствия"; в корреспонденции – лично наблюдаемые факты, объединенные размышлениями автора; в статье – это система максимально широких обобщений, опирающихся на информацию, почерпнутую из самых различных источников. В обозрении аудитории предлагают панорамное изображение событий; в комментарии – отклик на произошедшее; в колонке – максимально субъективированное высказывание автора по поводу случившегося; в фельетоне – комическое иносказание; в очерке – эмоциональное окрашенное повествование; в театральной рецензии – образный анализ произведения искусства; в эссе – переживание субъекта высказывания; в письме содержится публичная демонстрация полемики адресанта и адресата.

Литературовед С. С. Аверинцев обоснованно называй типологическое свойство жанра "жанровой инерцией".

Жанр – категория гносеологическая. Познавательная специфика жанра заключается в том, что он отражает действительность не зеркально, а фиксирует отношение к этой действительности субъекта высказывания. Появление жанра на газетной полосе (а также и в теле-, радиоэфире) всегда обосновано теми задачами, которые в данный момент решает публицист. Решение этих задач зависит от того, что именно познается, на каком уровне, с какой целью и какими средствами. Прав В. Солганик, заметивший, что жанр – "это всегда установка на определенный тип, способ изображения, характер и масштаб обобщений, вид подхода, отношение к действительности"[12].

Один и тот же факт, одно и то же явление может стать предметом исследования в разных жанрах в зависимости от задач, стоящих перед публицистом, и реальных его возможностей. Невозможно написать корреспонденцию и репортаж, не побывав на месте события, – эти жанры требуют воспроизведения лично наблюдаемых фактов (так называемых фактов первого информационного порядка), нельзя создать путевой очерк, пользуясь только сведениями участников поездки. Но самое главное: познавательное основание любого жанра – это тот уровень восприятия реальности, который определяет степень интереса к постижению мира самого творца текста. Жанр вырастает из очевидного стремления публициста что-то увидеть, услышать, почувствовать, понять.

Жанр – категория морфологическая. Публицистические произведения – это особая форма существования произведения (морфология – наука о строении и форме вещи). Объемы информации в каждом жанре различны, характер ее оценок – тоже. Морфология жанра – это, во-первых, определение места факта в повествовании; во-вторых, специфика разработки проблемы (характер конфликта); в-третьих, нарративные особенности повествования (его понятийно-образный строй); в-четвертых, структура повествования (композиция, взаимодействие описываемых и повествовательных компонентов, архитектоника текста).

Жанр – категория аксиологическая. Жанр содержит оценку описываемых фактов, событий, проблем, процессов, идей. Точка зрения публициста может быть явно выраженной или латентной (скрытой), но она есть или подразумевается всегда. Публицистическое произведение – это высказывание с определенной целью, его характер напрямую зависит от мировоззрения и мироощущения субъекта речи. Именно поэтому один и тот же факт или проблема анализируются по-разному (да и воспринимаются тоже). Разнонаправленность оценок происходящего определяется не столько информационным сбоем (недостаток полученной информации зачастую влияет на характер ее оценки), сколько теми мировоззренческими установками, на которые опирается публицист.

Жанр – категория творчески созидательная. Специфика отображения реальности в публицистическом произведении связана с тем, что автор представляет аудитории личный взгляд на мир, свою модель мира или отдельных его фрагментов. Публицист стремится к достоверному познанию и воспроизведению реальности. Но если факт, как известно, инвариантен, то его трактовка вариантна. Текст изначально предполагает наличие в своих пределах субъективного компонента. Именно поэтому, рассматривая документальную природу публицистического жанра, возможно использовать понятие "опора на факты", но не "факты и только факты". Это понятие расширяет творческие пределы повествования, давая возможность публицисту реконструировать события, высказывать гипотезы, прогнозировать ситуации, тем самым побуждая аудиторию к со-твореству.

  • [1] Пронин Е. И. Жанр журналистики // Библиотека журфака. URL: faculty.nm.ru.
  • [2] Тамарченко Н. Д. Жанр // Поэтика. Словарь актуальных терминов и понятий. М., 2008. С. 69.
  • [3] Ахмадулин Е. В. Краткий курс теории журналистики. М.; Ростов н/Д, 2006. С. 183.
  • [4] Прохоров Е. П. Искусство публицистики. М., 1984. С. 308, 320.
  • [5] Bespalova A. G., Kornilov Е. A., Pottker Н. Journalistische Genres in Deutschland und Russland. Handbuc (Беспалова А. Г., Корнилов E. А., Пётткер X. Жанры журналистики Германии и России. Справочник). Koln, 2010. S. 35.
  • [6] Чехов А. П. Поли. собр. соч. и писем: в 30 т. Т. 3. М., 1975. С. 45.
  • [7] Социальная практика и журналистский текст / под ред. Я. Н. Засурского, Е. И. Пронина. М., 1990. С. 49.
  • [8] Бахтин М. М. Эстетика словесною творчества. М., 1990. С. 237.
  • [9] Бахтин Μ. М. Проблемы поэтики Достоевского. М., 1972. С. 179.
  • [10] Пронин Е. И. Жанры публицистики.
  • [11] Волгина Н. С. Теория текста. М., 2004. С. 2.
  • [12] Кохтев Н., Солганик В. Стилистика газетных жанров. М., 1978. С. 9.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >