Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow История международных отношений

Подготовка к войне с Францией. Франко-прусская война. Провозглашение Германской империи.

Если победа над Австрией сплотила Северную Германию, то война с Францией — вековым врагом немцев — должна была, по замыслу О. фон Бисмарка, объединить всю Германию. Подготовка к войне с Францией велась Бисмарком по той же схеме, что и подготовка к Австро-прусской войне. И важнейшей составной частью этой схемы была внешнеполитическая изоляция потенциального противника.

Конечно, изоляция "прекрасной Франции", страны, которая на протяжении многих столетий была гегемоном европейской политики, — это не то же самое, что и изоляция "лоскутной империи", которая сталкивалась с серьезнейшими внутри- и внешнеполитическими проблемами. И здесь (как и во многих других случаях) на помощь Бисмарку пришли просчеты его противников.

У Франции был шанс создать единый антиирусский фронт: еще в 1866 г. русское правительство предлагало Англии и Франции протестовать против предполагавшегося уничтожения Германского союза и аннексии Ганновера и других немецких государств. Князь Александр Михайлович Горчаков предлагал поставить этот вопрос на международном конгрессе (разумеется, на этом конгрессе русский канцлер предполагал поднять и вопрос о черноморском флоте, и о ситуации на Балканах). Его, однако, ожидал отказ.

Лондон же в тот период, после смерти лорда Пальмерстона (1865 г.), вообще не усматривал никакой пользы во вмешательстве в события на континенте: гораздо большее беспокойство у англичан вызывали проводимые французами работы по прокладке Суэцкого канала. И если у Лондона и были какие-то намерения вмешаться в конфликт между Берлином и Парижем, то после того как 25 июля в 1870 г. О. фон Бисмарк опубликовал проект франко-прусского договора, подготовленного В. де Бенедетти, в соответствии с которым Бельгия должна была отойти к Франции, британский кабинет занял позицию нейтралитета во франко-прусском конфликте, причем весьма недружественного по отношении к Парижу.

Наконец, что касается Италии, бонапартистский режим, находившийся в зависимости от клерикалов, упорно отказывался дать свое согласие па присоединение Рима к Итальянскому королевству. Тем самым изоляция Франции накануне Франко-прусской войны была предопределена - что и требовалось О. фон Бисмарку.

Известная Эмская провокация О. фон Бисмарка была направлена на создание максимально благоприятных политико-дипломатических условий для войны против Франции.

Эмская депеша, или как делаются войны

[1]

Эмская депеша — фальсифицированная и опубликованная Бисмарком телеграмма короля Вильгельма I. послужившая предлогом для начала Франко-прусской войны 1870-1871 гг.

В 1870 г. испанское правительство пригласило на вакантный престол Испании принца Леопольда Гогенцоллерна, офицера прусской армии и родственника короля Вильгельма I. Правительство Наполеона III заявило резкий протест в Мадриде против воцарения там немецкого принца и одновременно потребовало от Пруссии, чтобы Леопольду Гогенцоллерну было запрещено занимать испанский престол.

12 июля Леопольд отклонил приглашение испанского правительства. О. фон Бисмарк, рассчитывавший использовать дипломатический конфликт для развязывания войны, в ходе которой он сумел бы объединить германские государства под господством Пруссии, был разочарован таким мирным исходом дела. Наполеон III со своей стороны считал войну с Пруссией необходимой для укрепления своей династии. Обе стороны продолжали провоцировать друг друга.

Французское правительство после получения удовлетворительного ответа от Леопольда предъявило новые требования Пруссии; в высказываниях министров и парижской печати содержались открытые угрозы в адрес Пруссии. Французский посол В. де Бенедетти но поручению своего правительства передал Вильгельму I, находившемуся в Эмсе, требование, чтобы прусский король обязался "на все будущие времена" не давать своего согласия на кандидатуру Леопольда Гогенцоллерна. Вильгельм I отказался дать такие гарантии, но заявил послу, что прусское правительство "продолжает оставаться в стороне".

Изложение беседы В. де Бенедетти с королем было 13 июля сообщено из Эмса но телеграфу О. фон Бисмарку в Берлин. І Іолучив от начальника прусского генерального штаба X. фон Мольтке-ст. заверения в готовности армии к войне, О. фон Бисмарк решил использовать переданную из Эмса депешу для провоцирования Франции. Он изменил текст сообщения, сократив его и придав ему более резкий, оскорбительный для Франции тон. В новом тексте "Эмской депеши", фальсифицированном О. фон Бисмарком, конец был составлен так: "Его величество король отказался затем еще раз принять французского посла и приказал дежурному адъютанту передать ему, что его величество не имеет ничего более сообщить".

Этот оскорбительный для Франции текст был передан О. фон Бисмарком в печать всем прусским миссиям за границей и на следующий день стал известен в Париже. Как и ожидал О. фон Бисмарк, Наполеон III17 июля объявил Пруссии войну, закончившуюся разгромом Франции.

Узнав об Эмском инциденте, Александр II сказал французскому послу в Санкт- Петербурге: " Вы ведете себя так, как будто только у вас есть самолюбие". Действительно, требования Парижа к прусскому королю о публичных гарантиях того, что ни один принц из династии Гогенцоллернов никогда не будет претендовать на испанский престол, были унизительными и оскорбительными для Вильгельма I. Оскорбительна была и та форма, в которой эти требования были заявлены. А это-то и надо было О. фон Бисмарку: в глазах не только немцев, но и всей Европы именно французы выступили как провокаторы и поджигатели войны.

Подстрекая Париж к объявлению войны Пруссии, "железный канцлер" добился полной изоляции Франции даже по отношению к тем немногим странам, которые были еще готовы ее поддержать, а именно Австрии и Италии. После объявления Францией войны (17 июля 1870 г.) в Вене французским представителям было заявлено, что, поскольку нападающей стороной выступает Франция и, кроме того, австрийский кабинет не был должным образом осведомлен о намерениях Парижа, Австрия не может поддержать Францию. Фактически и Австрия, и Италия выжидали, когда

франко-прусская война перейдет в затяжную фазу — и вот тогда-то Вена и Рим собирались выступить на сцену...

Эти расчеты, однако, оказались неверными. Военная кампания 1870 г. оказалась чрезвычайно быстротечной и очень невыгодной для Франции. Как сказал но этому поводу императору Наполеону III его министр иностранных дел герцог де Грамон: "С побежденными не заключают союзов!"

Выводы

Разгром Франции в 1870 г. стал не только военным поражением, по и крахом всей европейской политики Франции, начиная по крайней мере с 1815 г. Выявилась вся тщетность претензий Парижа на "лидерство" на европейском континенте, на какую-то "особую роль" в германских делах. Все потуги такого рода, которые шли еще со времен герцога де Ришелье, оказались навсегда похороненными под Седаном и Мезем. Особенно смешной после 1871 г. выглядела принятая на себя Парижем роль "покровителя" южногерманских государств — ведь в ходе Франко-прусской войны вся южная Германия, в едином порыве с северной Германией, поднялась на борьбу против исконного, векового врага на Западе.

Франции отныне приходилось мириться с ролью державы второго эшелона, которая вынуждена противопоставлять германской мощи нс собственную силу, а дипломатическое маневрирование. Отсюда — прорусский крен во французской внешней политике, который проявился после 1871 г.

Но не меньшее впечатление произвело и на санкт-петербургский кабинет внезапное появление в центре Европы — на месте кучки слабых и зависимых немецких государств — 40-миллионного германского колосса. И подумать только — еще 20 лет тому назад Пруссию публично унижали в Ольмюце, а за 15 лет до того ее просто не пустили на порог Парижского конгресса! Теперь же Санкт-Петербургу приходилось с беспокойством констатировать, что времена покровительственного отношения российского императора к прусскому королю прошли. Па Западе Россия граничила не со слабой и зависимой Пруссией, а с могущественной и растущей как на дрожжах Германской империей. При этом самой России приходилось в то время не только преодолевать последствия крымского разгрома (вплоть до конца 1880-х гг. у России фактически не было Черноморского флота, т.е. южные рубежи империи не были защищены), но и сталкиваться с нарастающими трудностями при проведении внутренних преобразований. Отсюда — постепенное нарастание профранцузских тенденций в российской внешней политике после 1871 г.

Да и другие члены "европейского концерта", и прежде всего Англия, испытывали понятную озабоченность, глядя на успехи Берлина. Тем не менее, на протяжении 20 лет после Седана "железный канцлер" умудрялся, действуя методами превентивной дипломатии, расстраивать потенциальные антигерманские коалиции. Его преемники, однако, не были столь искусны, и уже через несколько лет после ухода О. фон Бисмарка с политической арены вокруг Германской империи начала складываться враждебная коалиция иностранных держав.

  • [1] История дипломатии : в 5 т. Т. 1. С. 727—742.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы