Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow История международных отношений

КРАХ ВЕРСАЛЬСКОГО МИРОПОРЯДКА (1933-1939 ГГ.)

Нацисты приходят к власти. Внешняя политика Берлина в первые годы диктатуры (1933—1935 гг.). Зарождение очага новой мировой войны в Европе.

31 января 1933 г. никто в Европе и мире не рассматривал приход А. Гитлера к власти в Германии как пролог к глобальной катастрофе. Совсем наоборот — на протяжении 1930-х гг. во многих влиятельных европейских кругах А. Гитлера и Б. Муссолини рассматривали как респектабельных политиков, способных эффективно противостоять "большевизму".

Так, осенью 1935 г. в Англии было создано "Общество англо-германского содружества". В пего вошли представители английского финансового капитала (среди них руководители крупнейших банков) и ряд видных деятелей консервативной партии. Общество вело пропаганду за сближение Англии и гитлеровской Германии. Один из его руководителей — Чарльз Вейн-Темпест-Стюарт, лорд Лондондерри заявил, что общество считает своей задачей содействовать заключению пакта между Англией, Францией, Италией и Германией. Британские правящие круги, и в особенности консервативная партия, заняли покровительственную позицию по отношению к английскому фашизму. "Поскреби консерватора и ты обнаружишь фашиста" — эти слова Д. Ллойд-Джорджа никогда не теряли актуальности. Фашистские организации создавались на деньги крупных английских капиталистов и пользовались их поддержкой. В частности, "Британский союз фашистов" в основном существовал на средства газетного магната Джонатана Хармзуорта, лорда Ротермира.

Вполне благосклонно на новый германский режим взирали и в США. Вскоре после нацистского переворота в Германии, в мае 1933 г. президент Рейхсбанка Ял мар Шахт в качестве эмиссара А. Гитлера и германских монополистов посетил Соединенные Штаты, где имел встречи с президентом Франклином Делано Рузвельтом, членами его кабинета и заправилами Уолл-стрита. Отбывая из США в Европу, Я. Шахт заявил, что он вполне удовлетворен результатами своего визита.

Сейчас все это выглядит как курьез; возникает, однако, вопрос: "Почему на протяжении 1930-х гг. А. Гитлеру и Б. Муссолини удавалось водить за нос лидеров западных демократий?" На наш взгляд, тому есть несколько причин:

1. Чувство вины за Версаль, которое испытывали многие представители западного истэблишмента. В конце концов, па первых порах Берлин требовал всего лишь, чтобы с Германией обращались как с равной и равноправной великой державой. Вот почему западные демократии так легко

"проглотили" и германский военный закон от 16 марта 1935 г. (который подвел правовую базу под немецкую программу перевооружения), и ремилитаризацию Рейнской зоны, и Саарский плебисцит, и аншлюс Австрии, и Мюнхен (в конце концов, и то, и другое, и третье было проявлением "права на самоопределение").

  • 2. Нацистский режим, декларируя свои захватнические замыслы для целей "внутреннего потребления", тщательно следил за соблюдением приличий на международной арене, где фашистские главари стремились выглядеть "респектабельно" (в отличие от "товарищей" большевиков в первые годы советской власти). Берлин никогда не заявлял публично о своих намерениях перекроить карту Европы, аннексировать и полностью ликвидировать суверенные государства, завоевать мировое господство. В каждый конкретный момент претензии нацистской Германии были умеренны и не предусматривали полный слом сложившейся системы международных отношений. Берлин требовал — "всего лишь" — сначала перевооружения Германии, потом Рейнской зоны, потом Австрии, потом Судет и т.п. И каждый раз лидерам западных держав казалось, что эта очередная незначительная уступка с их стороны нe стоит развязывания новой войны.
  • 3. Гитлеровская Германия искусно играла на противоречиях между великими державами (а таких противоречий в то время было более чем достаточно): между победителями в Первой мировой войне (Англией и Францией) и неудовлетворенной Версалем Италией; между капиталистическими демократиями и коммунистическим Советским Союзом; между морской державой — Великобританией — и континентальной Францией; между великими европейскими державами и малыми странами Востока Европы. Вот почему нацистская дипломатия упорно отказывалась от участия в многосторонних договорно-правовых структурах, декларируя в то же время готовность урегулировать разногласия на двусторонней основе. Таким образом, дипломатия Третьего рейха становилась своего рода "дипломатической подготовкой" перед атакой вермахта на очередную жертву: действительно, разъединив своих противников и натравив их друг на друга, проще добиться победы.
  • 4. Нацистский Рейх, как и любой другой тоталитарный режим, фактически имел две внешние политики — официальную, по линии Министерства иностранных дел Германии, и тайную, по линии НСДАП, Службы безопасности (СД, от нем. БО — Б1с11егЬек5сБеп51;) и Абвера (немецкой военной разведки). И если Москва для своей тайной внешней политики активно использовала Коминтерн и "братские" коммунистические и рабочие партии, то Берлин на протяжении всего существования "тысячелетнего Рейха" находил поддержку в многочисленных немецких землячествах, разбросанных по всему свету — от Аргентины до Трансильвании. На фоне динамичной и целеустремленной внешней политики нацистской Германии действия западных демократий выглядели старомодными и инертными.

Первым (и последним) многосторонним договором, который был подписан гитлеровской Германией, был так называемый Пакт четырех.

Пакт согласия и сотрудничества. заключенный между Германией. Соединенным Королевством, Францией и Италией в Риме 15 июля 1933 г.

Статья 1. Высокие договаривающиеся стороны будут согласовывать между собой все относящиеся к ним вопросы. Они обязуются прилагать все усилия, чтобы осуществлять в рамках Лиги Наций политику эффективного сотрудничества между всеми державами в целях поддержания мира.

Статья 2. Что касается Статута Лиги Наций и. в частности, ст. 10, 16 и 19, то высокие договаривающиеся стороны решают рассматривать между собой и без ущерба для решений, которые могут приниматься только регулярными органами Лиги Наций, всякое предложение, касающееся методов и процедуры, способных придать надлежащее действие этим статьям.

Статья 3. Высокие договаривающиеся стороны обязуются приложить все усилия, чтобы обеспечить успех Конференции по разоружению, и сохраняют за собою право в случае, если по окончании этой конференции специально их касающиеся вопросы остались бы открытыми, возобновить их рассмотрение между собой путем применения настоящего пакта в целях обеспечения их разрешения соответственными путями.

Статья 5. Настоящий пакт заключен на десятилетний срок, считая с его введения в действие. Если до конца восьмого года ни одна из договаривающихся сторон не известит другие о своем намерении прекратить его действия, то он будет считаться возобновленным и останется в силе без ограничения срока, причем каждая из высоких договаривающихся сторон будет иметь право прекратить его действие путем заявления об этом с предварительным предупреждением за два года.

Этот составленный в крайне обтекаемых выражениях документ не мог, разумеется, удовлетворить никого: ни Германию и Италию, которые желали изменения Версальского миропорядка, ни Великобританию и Францию, которые хотели его сохранить. Однако в Берлине пошли на его подписание, рассчитывая (и не без оснований) вбить клин между западными демократиями и их восточноевропейскими союзниками, с одной стороны, и между Лондоном с Парижем и Москвой — с другой. Этот замысел завершился полным успехом: непосредственным результатом "Пакта четырех" стал кризис доверия между державами- победителями и их партнерами на Востоке Европы. Подписание Польско-германской декларации о необращении к силе (26 января 1934 г., Берлин) — свидетельство тому, что в Варшаве больше нe верили французским гарантиям, предпочитая договариваться непосредственно с западным соседом. Сближение с Польшей позволило нацистской дипломатии успешно срывать планы но созданию системы коллективной безопасности в Европе.

Успех затеи с "Пактом четырех" уверил нацистскую верхушку в том, что Запад весьма податлив на откровенный шантаж. В ответ на требование немцев на Конференции Лиги Наций по разоружению обеспечить равные возможности в вооружениях германская сторона развернула пропагандистскую кампанию под лозунгом борьбы с дискриминацией Германии в мировой политике. 14 октября 1933 г. правительство Гитлера заявило о прекращении своего участия в работе Конференции но разоружению, а 19 октября Германия вышла из Лиги Наций. Хотя фашистская Италия не последовала этому примеру нацистов, действия Берлина нашли полное понимание и поддержку в Риме.

Новым успехом Берлина стал исход плебисцита в Сааре 13 января 1935 г.

[1]: 90,8% участников высказались за включение области в состав Германии. 1 марта Саарская область была присоединена к рейху. Это был крупный внешнеполитический успех гитлеровцев. Фашистская пропаганда стала еще более открыто требовать возвращения Германии других территорий и ревизии границ, установленных Версальским договором.

Ровно через две недели, 16 марта 1935 г., Берлин заявил об отказе от соблюдения военных статей Версальского договора. Это было вопиющее нарушение одной из важнейших основ послевоенного мирного урегулирования, и державы-победители не могли не реагировать. 11 — 14 апреля 1935 г. в Стрезе состоялась встреча лидеров Англии, Франции и Италии, по итогам которой было принято коммюнике, которое подтверждало общее стремление не допускать нарушений Версальского договора и предупреждало об "опасности для мира в Европе". Однако никаких конкретных мер в отношении гитлеровской Германии не было принято.

Более того, буквально через несколько месяцев после встречи в Стрезе было подписано британо-германское морское соглашение (18 июня 1935 г.), означавшее, по сути дела, молчаливое одобрение действий нацистов по разрушению Версальского миропорядка. Соглашение предусматривало признание права Германии иметь флот, тоннаж которого будет составлять 35% британского. Кроме того, разрешаюсь создавать германский подводный флот, который не должен был превосходить совокупный подводный флот Британского содружества. Таким образом, Германии было позволено располагать военно-морской мощыо, сопоставимой с французским потенциалом в этой области. От пресловутого "духа Стрезе", таким образом, не остаюсь и следа.

7 марта 1936 г. последовал новый вызывающий шаг со стороны Берлина — ввод войск в демилитаризованную, в соответствии с Версальским договором, Рейнскую зону. Фактически в распоряжении нацистов было лишь 36 000 солдат и офицеров, которые и были введены в зону. Это было слишком мало, чтобы противостоять возможной военной акции со стороны Франции и Великобритании.

Правительство Великобритании, однако, отказалось выполнять обязательства но Локарнскому договору, поскольку ремилитаризация Рейнской зоны будто бы не затрагивала "жизненно важных британских интересов". Франция не получила поддержки и со стороны Лиги Наций. После долгих словопрений Лига Наций ограничилась лишь признанием факта нарушения Версальского и Локарнского договоров. А в одиночку Париж не решился дать отпор гитлеровцам, ограничившись лишь словесными протестами.

  • [1] По Версальскому мирному договору 1919 г. Саар был передан в управление комиссии Лиги Наций на 15 лет.
 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы