ВТОРАЯ МИРОВАЯ ВОЙНА И НАЧАЛО "ХОЛОДНОЙ ВОЙНЫ"

Кризис Версальско-Вашингтонской системы и вступление стран Европы и Азии во Вторую мировую войну

С начала 1930-х гг. начался рост напряженности в международных отношениях, спровоцированный действиями Германии, Италии и Японии.

Первые признаки приближения новой войны обозначились на Дальнем Востоке, где японская армия захватила принадлежащую Китаю Маньчжурию и создала на ее территории марионеточное государство Маньчжоу-Го. Требования Лиги Наций вывести оккупационные войска японцы игнорировали (а в 1933 г. и вовсе ушли из Лиги), а западные державы никаких конкретных действий против агрессора не предпринимали. Они надеялись, что до мировой войны не дойдет, а некоторые полагали, что японцы ограничатся Китаем и СССР, тогда как европейским государствам нечего опасаться. Активного противодействия ни росту внешнеполитических агрессивных устремлений Италии, ни планам немецкого руководителя А. Гитлера расширить территорию своей страны за счет соседей "великие державы" не оказали; они не сумели оценить реальную угрозу миру, исходившую от реваншистских политиков. США, в свою очередь, вернулись к политике изоляционизма и не желали участвовать в делах Восточного полушария, в 1935 г. они объявили о своем нейтралитете.

Это лишь придало уверенности другим государствам, намеревавшимся пересмотреть границы, сложившие на основе Версальско-Вашингтонских мирных договоров. Германия вслед за Японией покинула Лигу наций и демонстративно отказалась участвовать в конференции по разоружению. Нарушая условия Версальского мира, немцы ввели всеобщую воинскую повинность и начали открыто производить тяжелое вооружение, а затем и массово строить военный флот.

Внешнеполитические амбиции итальянского фашистского лидера Б. Муссолини строились на смаковании истории Древнего Рима и мечте возвратить ее в новых условиях. Однако итальянский диктатор понимал, что военных возможностей для расширения своих владений в Европе у него практически нет, поэтому он все чаще говорил о том, что для возрождения величия Италии ей нужны колонии, а так как отнять их у Британии или Франции Италия была не в силах, то его внимание сосредоточилось на Эфиопии — одном из немногих независимых государств в Африке. Боевые действия против этой страны начались 3 октября 1935 г. Несмотря на полное техническое превосходство, итальянским вооруженным силам с трудом удалось сломать сопротивление эфиопских войск в 1936 г. При этом действия эфиопских партизан продолжались вплоть до освобождения страны англичанами в 1941 г. Однако эта "победа" позволила Муссолини заявить в восстановлении Римской империи.

Для европейских стран вновь оказалась важной идея коллективной безопасности. Поскольку ключевым элементом подобной системы должны были стать Малая и Балканская Антанты, к лету 1936 г. дипломатии государств, не придерживающихся профашистской ориентации, сконцентрировались на решении региональных проблем южной Европы.

В июне 1936 г. начала работу международная конференция в Монтре. Италия в знак протеста против экономических санкций, примененных в ее адрес Лигой Наций, от участия в работе саммита отказалась. После продолжительных дебатов стороны договорились о введении нового режима прохода через черноморские проливы.

7 марта 1936 г. Германия ввела войска в демилитаризованную Рейнскую зону, предполагая, что европейские державы не решатся ей противодействовать. Расчет Гитлера оправдался: очередное нарушение Версальского мирного договора получило лишь устное осуждение.

Еще одним символом зарождающего кризиса Версальско-Вашингтонской системы стала гражданская война в Испании, которая началась после того, как в июле 1936 г. в Испанском Марокко вспыхнул мятеж во главе с генералом Франсиско Франко, направленный против правительства Народного фронта. Мятеж поддержали Италия и Германия.

Правительство Испании обратилось за помощью к международному сообществу. В ответ на обращение Мадрида в сентябре 1936 г. был создан Комитет но невмешательству, который ввел запрет на поставки вооружений противоборствующим сторонам. Однако ни Германия, ни Италия, оказывавшие франкистам военную помощь, ни Португалия, предоставлявшая свои порты в распоряжение мятежников, не спешили выполнять рекомендации и решения Комитета но невмешательству.

Москва серьезно опасалась расширения нацистского блока за счет новых членов, поэтому старалась поддержать законное правительство Испании и в знак протеста против неэффективной деятельности Комитета, фактически способствовавшей затяжному характеру гражданской войны в Испании, заявила о выходе из Соглашения о невмешательстве в испанские дела.

Со своей стороны, фашистские государства стремились придать своей внешней политике антикоммунистическую и антисоветскую окраску, посылая таким образом сигнал западным странам, что предстоящая война не будет направлена против них. Именно в рамках этой политики 25 ноября 1936 г. в Берлине между Германией и Японией был подписан "Антикоминтерновский пакт". Через год, 6 ноября 1937 г., к соглашению присоединилась Италия, которая также вышла из Лиги наций. Спустя почти два года, 24 февраля 1939 г., Венгрия также подписалась под "Антикоминтерновским пактом".

Несмотря на рост напряженности, международному сообществу не удавалось скоординировать свои действия настолько, чтобы сдержать агрессивный напор Германии, Италии и Японии. Последняя 7 июля 1937 г. начала войну против Китайской Республики (что ряд авторов склонен расценивать как начало Второй мировой войны), хотя больших успехов при этом добиться не смогла. В дальнейшем благодаря военно-технической помощи СССР, США и героизму китайских солдат война стала затяжной и тем самым отвлекла сухопутные силы Японии от участия в боях на других театрах военных действий. Датой окончания войны считается 9 сентября 1945 г., когда японцы признали свое поражение в Китае.

Особой недальновидностью в этих условиях отличалась внешняя политика Великобритании, где в 1937 г. премьер-министром стал Невилл Чемберлен (1869—1940), убежденный сторонник политики "умиротворения" агрессора.

В 1937 г. в условиях надвигавшейся войны и дальнейшего расхождения с Англией и Францией по вопросам создания антифашистской коалиции, СССР начал уделять более пристальное внимание развитию отношений с США, которые, в силу своего геополитического положения, оказывались потенциальным союзником Советского Союза в борьбе с Японией.

Своевременность советско-американского сближения подтвердил новый этап японской агрессии в Китае. И в Вашингтоне, и в Москве пристально следили за развитием событий. США и СССР, стремясь поддержать Китай, начали поставлять ему технику и вооружения, направили в регион конфликта военных советников и добровольцев.

В 1937 г. СССР продолжил попытки преодолеть недоверие Англии и Франции, препятствовавшее созданию работоспособной системы коллективной безопасности. В очередной раз эту задачу советская дипломатия попыталась решить на Нионской международной конференции, которая проходила в Швейцарии с 10 но 14 сентября 1937 г.

Причиной созыва форума с участием Великобритании, Франции, СССР, Турции, Югославии, Египта, Румынии, Греции и Болгарии стали действия Италии в Средиземном море. И хотя на конференции была принята резолюция, позволяющая английскому и французскому флоту обеспечивать безопасность морских перевозок в Средиземном море, придать антифашистскую направленность этому решению не удалось. Подобное развитие событий нанесло серьезный удар но республиканскому правительству Испании, единственным реальным защитником которой на международном уровне оставался Советский Союз.

Как это не парадоксально звучит, по европейские демократии, стремясь предотвратить неумолимо надвигавшуюся войну, демонстрировали готовность к теснейшему взаимодействию с фашистскими режимами.

В марте 1938 г. глава британского МИДа Э. Галифакс во время встречи с министром иностранных дел Германии И. Риббентропом откровенно дал понять, что Великобритания не намерена вмешиваться во взаимоотношения Германии и Австрии. Это означало фактическое одобрение политики аншлюса (присоединения), осуществление которого было запрещено Версальским договором. В марте 1938 г. части германских вооруженных сил

вступили в Австрию, которая перестала существовать как субъект международных отношений. СССР предложил воспрепятствовать аншлюсу военной силой, однако страны Запада не захотели последовать советскому призыву.

Известие об установлении германского контроля над Австрией было с тревогой воспринято не только Москвой, Парижем и Прагой, но и другими странами, которые не одобряли политику "умиротворения" агрессора. Однако протестные заявления не могли поколебать уверенности британского лидера Н. Чемберлена в том, что путь к миру в Европе лежал через достижения договоренности с А. Гитлером.

Со своей стороны Гитлер, делая ставку на антисоветскую и антикоммунистическую направленность в своей внешнеполитической пропаганде и одновременно пугая западного обывателя стремительно растущей военной мощью Германии, давал понять, что предотвратить новую мировую войну можно только решив "немецкий вопрос". Германская пропаганда всеми средствами стремилась убедить рядовых англичан и французов в том, что во имя "справедливого" решения немецкого вопроса, а значит, и для того, чтобы избежать кровопролитной войны, необходимо было пожертвовать интересами Чехословакии и, возможно, Польши, и, конечно же, СССР.

Одновременно гитлеровская дипломатия стремилась усугубить противоречия между малыми европейскими странами, обещая им свою поддержку при решении той или иной проблемы. Одной из первых на такую уловку попалась Польша. Так, 17 марта 1938 г. Варшава предъявила ультиматум Литве, требуя от нее территориальных уступок. Вероятность военного столкновения была крайне высока. Москва, естественно, не желала увеличения влияния Польши — вероятной союзницы Германии, поэтому СССР сделал все возможное, чтобы в тот момент защитить независимость литовского государства. О нежелательности польско-литовского конфликта заявили также Париж и Лондон. Столкнувшись с угрозой потерять западных союзников и быть втянутой в войну с Советским Союзом, Польша отказалась от своих воинственных планов в отношении Литвы.

Мирное разрешение польско-литовского конфликта продемонстрировало высокую эффективность совместных действий СССР, Англии и Франции по обеспечению международной безопасности. Данное обстоятельство давало другим малым странам Европы надежду на то, что их суверенитет и территориальная целостность будут сохранены. Более других этого ожидала Чехословакия, которую после аншлюса Австрии Гитлер избрал своей мишенью.

Однако коллективным усилиям по противодействию агрессорам Франция и Англия предпочли односторонние шаги по обеспечению собственной безопасности. Так, 12 апреля 1938 г. Франция закрыла свои границы с республиканской Испанией, считая, что окончание гражданской войны в этой стране обеспечит стабильность французских границ на Западе. Подобная политика вызывала большое одобрение Италии и Германии, агрессивность которых отчаянно пугала Париж. А 16 апреля 1938 г. англичане пошли на заключение соглашения с итальянцами, в котором стороны как подтверждали старые договоренности, так и договаривались о взаимодействии в регионе Средиземного моря. Но самое главное — Англия признавала захват Эфиопии Италией.

Правительство Чемберлена тешило себя надеждой, что договоренности с Римом послужат основой для установления доверительных отношений с Берлином. Видя, что Лондон проявлял явную заинтересованность в сближении, Гитлер шантажировал англичан заявлениями о том, что единственным препятствием на пути сближения с Англией являлась проблема судетских немцев, проживавших в Чехословакии и желавших присоединения к Германии (сама область была одним из важнейших центров военного производства).

С мая 1938 г. началось обострение обстановки вокруг Чехословакии. Попытка Праги использовать имеющие у нее возможности для защиты своего суверенитета были с одобрением встречены в Москве и вызвали резко негативную реакцию Лондона, который 22 июля 1938 г. потребовал от Чехословакии сделать все возможное, чтобы не спровоцировать Германию к началу новой мировой войны. При молчаливом согласии Парижа англичанине начали оказывать давление на Прагу с тем, чтобы добиться от нее уступок в судетском вопросе.

Несмотря на то, что в Москве пристально следили за развитием событий в центре Европы, в этот период СССР пришлось сконцентрироваться на разрешении очередного инцидента в советско-японских отношениях. Попытка советских пограничников в 29 июля 1938 г. взять под свою защиту неприкрытый участок советско-китайской (советско-маньчжурской) границы в районе озера Хасан привела к открытому столкновению с применением тяжелой техники. Поняв, что силой добиться от СССР отвода своих войск от линии границы не удастся, Япония 11 августа согласилась подписать перемирие на условиях, больше устраивающих советскую сторону.

К концу лета 1938 г. на Дальнем Востоке наступило относительное затишье, в том числе, из-за того, что основные силы ведущих дипломатий мира были брошены на борьбу вокруг Чехословакии.

Мюнхенская конференция начала свою работу 29 сентября 1938 г. В течение одной ночи Н. Чемберлен, Э. Даладье, А. Гитлер и Б. Муссолини вчетвером решили судьбу Чехословакии. Одна из сильнейших в военном отношении стран Европы была фактически предана своими главными союзниками — Англией и Францией. Однако в тот момент, осенью 1938 г., этот шаг Чемберлена и Даладье воспринимался многими в Западной Европе как дальновидное и мудрое решение. И только реалистически настроенные политики понимали, что роковая черта, отделявшая мир от войны, пересечена и что теперь вопрос заключался лишь в том, кто, когда, в союзе с кем и против кого будет воевать в предстоящей войне.

В Москве с напряжением ожидали развития событий в Чехословакии (у которой был с СССР и Францией договор о военной помощи) и, в случае обращения Праги и Парижа, готовы были двинуть войска навстречу немецкому вермахту. Однако предательство французов и англичан настолько потрясло Чехословакию, что та даже не пыталась отстоять свои интересы. Важным обстоятельством чешской драмы было и то, что Польша, которая также имела территориальные претензии к Праге, заявляла, что не допустит прохода советских войск через свою территорию, а затем, 2 октября 1938 г., вслед за немцами и венграми ввела свои войска на территорию Чехословакии.

Мы потерпели полное и сокрушительное поражение... Мы находимся в центре грандиозной катастрофы. Путь вниз по Дунаю... дорога к Черному морю открыты... Все государства Центральной Европы и бассейна Дуная одно за другим будут попадать в орбиту широкой системы нацистской политики... которая диктуется из Берлина... И не надо думать, что этим все кончится. Это только начало.

Из речи британского политика Уинстон Черчилля в Палате общин 5 октября 1938 г.

Мюнхенские соглашения оказали серьезное влияние на развитие дальнейших событий не только в Европе, но и в Азии. Между сентябрем 1938 и августом 1939 г. "Мюнхенский сговор" стал для западной дипломатии эталоном, в соответствии с которым планировалось умиротворять не только Германию, но и Японию.

Вследствие всех этих событий низкий уровень доверия западным демократиям, установившийся в СССР еще со времен торпедирования идей Восточного пакта, неудержимо стремился к нулю. Единственной крупной демократической страной на Западе, которой в Советском Союзе продолжали доверять, были Соединенные Штаты Америки.

Тем временем, добившись уступок от Англии и Франции в чехословацком вопросе, Германия с января 1939 г. начала предпринимать дипломатические и военно-политические действия, направленные на ликвидацию "польского коридора". Вначале немцы пытались решить этот вопрос, используя желание поляков добиться установления союзнических отношений с Германией, однако расчеты Берлина оказались ошибочными. Варшава вскоре поняла, что дальнейшее сближением с нацистами может обернуться для поляков подписанием таких же унизительных соглашений, что были навязаны Праге. Тем более, что 15 марта 1939 г. немцы начали ввод войск в еще не оккупированные к тому моменту области Чехословакии, предварительно инициировав провозглашение независимости Словакии и Карпатской Украины.

Министр иностранных дел Германии Йоахим Риббентроп: Нам нужен Данциг или коридор?

Фюрер Германии Адольф Гитлер: Нет! Нам нужна война! Речь идет не о Данциге, а о расширении жизненного пространства на востоке.

Создавая последнее квазигосударство, гитлеровцы готовили плацдарм для действий не только против Полыни, но и Советского Союза. В СССР отчетливо понимали смысл этих действий.

Обострение германо-польских отношений наконец-то заставило активизироваться английскую и французскую дипломатии. Правда, к этому моменту немцам уже удалось добиться определенных геополитических успехов в деле подготовки к войне с Польшей. 22 марта 1939 г. был заключен немецко-литовский договор о включении в состав Германии порта

Мемель (Клайпеда) с прилегающими территориями. Кроме того, Венгрия, с которой Польша в течение долгого времени стремилась всеми средствами заполучить единую границу, присоединилась к антикоминтерновскому пакту, то есть практически признала себя союзницей Германии. Кроме того, окружение Польши продолжилось подписанием 23 марта 1939 г. германо-румынского хозяйственного договора.

Заключенный 6 апреля 1939 г. англо-польский договор о взаимной помощи уже не мог ни ключевым образом изменить расклад сил на европейском континенте, ни остановить агрессоров. На следующий день, 7 апреля 1939 г., началось итальянское вторжение в Албанию, в кратчайшие сроки эта европейская страна была разгромлена и подчинена Италии.

Рост агрессивности фашистских стран способствовал началу в Москве 23 марта 1939 г. англо-советских, а затем и англо-франко-советских переговоров по координации усилий в предстоящей войне с фашистской Германией. Проходили они тяжело. Западные страны не доверяли Советскому Союзу и опасались укрепления его военно-политического влияния в Европе. Москва, в свою очередь, была уверена, что британцы и французы ведут за ее спиной переговоры с Гитлером.

Встревоженный развитием событий в Европе, президент США Ф. Д. Рузвельт 15 апреля 1939 г. направил руководителям Германии и Италии телеграмму, в которой призывал последних в течение десяти лет не нападать на тридцать государств, названия которых он перечислил в своем послании.

Гитлер и Муссолини каждый на свой лад отвергли предложения Рузвельта. Более того, два фашистских государства заключили между собой 22 мая 1939 г. "Стальной пакт", который имел ярко выраженный анти- английский и антифранцузский характер.

Большую заинтересованность в присоединении к военному союзу Германии и Италии проявляла и Япония. 11 мая 1939 г. войска страны Восходящего Солнца вторглись на территорию Монгольской народной республики — союзника СССР. Благодаря советской помощи Монголии, японцам не удалось достичь молниеносных побед, и бои на Халхин-Голе приняли затяжной характер.

Тем временем в Москве с переменным успехом шли англо-франко-советские переговоры. В конечном итоге они закончились безрезультатно. Фактором, способствовавшим их краху, стала позиция ряда стран Восточной Европы. Без одобрения Польшей, Эстонией и Латвией советского военного транзита через их территорию СССР не мог вступить в вооруженную борьбу с агрессором, под которым подразумевалась Германия. В СССР были уверены, что Лондон и Париж могли бы легко склонить эти страны к уступкам в этом вопросе.

Отсутствие видимых результатов в переговорах с Лондоном и Парижем в начале мая 1939 г. заложило основы радикального изменения вектора европейской политики Москвы. С этого момента Советский Союз меньше всего был озабочен сохранением статус-кво в Европе — на повестке дня остро стояли вопросы собственной безопасности.

В отличие от Лондона и Парижа в Берлине быстро заметили озабоченность Москвы и постарались извлечь из сложившейся ситуации максимальную выгоду. Уже 19 августа 1939 г. между Советским Союзом и Германией было заключено торговое соглашение, а через несколько дней немцы предложили СССР заключить Пакт о ненападении, который, кроме обычных для подобного соглашения пунктов, предусматривал раздел сфер влияния в Восточной Европе.

В данном соглашении советскую сторону привлекала и возможность вернуть под контроль Москвы территории, отнятые у нее в результате Рижского мира 1921 г. Кроме того, немцы обещали стать посредниками в урегулировании конфликта на Дальнем Востоке, где в районе Халхин-Гола еще продолжались бои между советско-монгольскими и японо-маньчжурскими войсками.

Советско-германский "Пакт о ненападении", был заключен 23 августа 1939 г. в Москве. Подписи под этим документом поставили министр иностранных дел Германии И. Риббентроп и народный комиссар СССР по иностранным делам Вячеслав Михайлович Молотов (1890—1986). Отличительной чертой данного соглашения было наличие секретного протокола, в котором Германия и СССР договаривались о разделе сфер влияния в балтийско-черноморском регионе с линией размежевания но северной границе Литвы, рекам Нарев, Висла и Сан в Польше и западной границе румынской Бессарабии. Благодаря пакту "Риббентропа-Молотова", как стали называть вскоре это соглашение, Берлин получил возможность не опасаться вмешательства СССР в германо-польскую войну, которую он планировал в любом случае начать 1 сентября 1939 г.

Заключение "Пакта о ненападении" между Германией и СССР было негативно воспринято в Лондоне, Париже и Вашингтоне. Политики и средства массовой информации Англии, Франции и ряда других стран не могли простить Сталину его сближения с Гитлером. Советская пресса, в свою очередь, обвиняла англичан и французов в желании развязать новую мировую войну. Так или иначе, подписание пакта подвело черту под попытками создать систему коллективной безопасности в Европе. Мир стоял накануне повой мировой войны.

При этом ни в Лондоне, ни в Париже, ни в Вашингтоне, тем более в Москве никто не хотел признавать, что германский нацизм с одинаковой ненавистью относился как к либерально-демократическим, так и коммунистическим идеям и ценностям. Окончательное же объединение усилий Англии, СССР, США и Франции в борьбе с фашизмом произошло уже в годы Второй мировой войны, которая началась 1 сентября 1939 г. с нападения нацистской Германии на Польшу.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >