Формирование нового облика Латинской Америки

В конце 1970-х — начале 1980-х гг. в Латинской Америке в целом завершилась вторая волна модернизации. На этот раз она была не национал-реформистской, а консервативной. Большинство стран региона оставались в это время под властью жестких военных режимов, которые физически уничтожали оппозиционеров. Левое и реформистское движения были серьезно ослаблены. Экономическая политика власти базировалась на постулатах так называемой "Чикагской школы" (одним из самых известных представителей которой являлся Милтон Фридмэн) и предполагала повышение эффективности экономики за счет ее транснационализации, укрепления возможностей крупного капитана и сокращения социальных программ. Оборотной стороной ускорения развития стали увеличение внешнего долга и высочайшие социальные издержки. В тех странах Латинской Америки, где сохранялись конституционные устои (Мексика, Венесуэла и Коста-Рика), консервативная модернизация не повлекла, однако, за собой столь же негативных социальных последствий. В начале 1980-х гг. регион оказался охвачен мощным экономическим кризисом, который свел на нет ряд прежних успехов в деле консервативной модернизации экономики.

К началу 1980-х гг. латиноамериканский континент стал в значительной степени "уставать" от насилия со стороны как военных диктатур, так и их оппонентов из левых партизанских группировок. Масштабы давления на авторитарные режимы со стороны профсоюзов и партий (как легальных, так и загнанных в подполье) существенно усилились. К протестам в ряде случаев присоединялась влиятельная католическая церковь, недовольная регулярным нарушением прав человека при военных режимах. Забастовочное движение вновь стало настолько мощным, что обычные репрессивные меры переставали давать эффект. Добавились и внешние факторы. Революционные события в Центральной Америке (прежде всего крах жестокой диктатуры Анастасио Сомосы в Никарагуа в 1979 г.) ускорили демократизацию в Южной Америке. Традиционно обеспечивавшие политическое прикрытие многим военным диктатурам в условиях "холодной войны" США стали пересматривать свое отношение к латиноамериканским авторитарным режимам. Известных фактов нарушения прав человека оказывалось так много, как и свидетельств "грязной войны", развязанной военными против оппонентов в собственных странах и за рубежом, что даже консервативное правительство Р. Рейгана не могло закрывать на них глаза. В условиях же возрождающейся "разрядки" американцам стаю совсем сложно поддерживать одиозные террористические режимы, объясняя это необходимостью борьбы с "коммунистической угрозой свободе и демократии".

Еще на рубеже 1970—1980-х гг. вернули власть гражданским правительствам военные Эквадора и Перу, затем — Боливии. Проигранная

в 1982 г. аргентинскими военными во главе с Леопольдо Галтиери авантюра — попытка силового восстановления национального суверенитета над Мальвинскими островами, контролировавшимися Великобританией, — не позволила хунте снизить волну протестов против неэффективной экономической политики. В 1983 г. дискредитированное морально военное правительство было вынуждено организовать полусвободные выборы, на которых триумф одержал представитель Радикального гражданского союза Рауль Альфонсин. Либерализация политической системы продолжилась в Бразилии, где военные находились у власти с момента переворота 1964 г. Власти разрешили восстановление ряда оппозиционных партий, возвращение на родину политических эмигрантов, а также провели амнистию политзаключенных. На выборах 198,5 г. к власти пришел альянс оппозиционных партий, президентом стал их кандидат Жозе Сарней. В последующие годы произошло восстановление конституционного порядка в Уругвае, Гватемале, Гондурасе, на Гаити. При этом на Гаити свержение кровавой диктатуры Дювалье не привело к политической стабильности ввиду слабости оппозиционных сил и намерения военных и дальше играть ключевую роль в управлении страной. В январе 1989 г. рухнула старейшая латиноамериканская диктатура — режим генерала Альфредо Стресснера в Парагвае. В конце 1980-х гг. окончательно утерял стабильность военный кабинет Аугусто Пиночета в Чили.

"Экономическое чудо" чилийской хунты, достигнутое ценой государственного переворота, массового уничтожения оппозиционеров военному режиму, резкого сокращения социальных программ и снижения реальной зарплаты многих чилийцев, пришло к своему финалу. Чили уже ие находилась на первых местах по темпам роста экономики, она уступила ряду стран, причем некоторые из них добились рывка в экономическом развитии без установления авторитарной власти и диктатуры. К 1989 г. не менее 40% чилийцев жили за чертой бедности — столько же, сколько составлял средний класс. Общество оставалось сильно поляризованным в социальном плане. Число открытых протестов против правительства А. Пиночета росло, даже несмотря на их жестокое подавление. Часть политических партий (за исключением левых) власти были вынуждены легализовать еще в 1980-е гг. В 1988 г. — неожиданно для диктатуры — более половины участников референдума сказали "нет" продлению полномочий А. Пиночета, что вынудило хунту назначить на декабрь 1989 г. выборы президента. Сам Пиночет баллотироваться не стал, однако сохранил за собой пост главнокомандующего армией на восемь лет и статус пожизненного сенатора. В 1989 г. оппозиция сумела добиться отмены части чрезвычайных президентских полномочий и запрета на создание идеологических партий, после чего смогли легализоваться Социалистическая и Коммунистическая партии.

На президентских выборах центристы и социалисты выдвинули единым кандидатом в президенты от оппозиции умеренного христианского демократа Патрисио Эйлвина, который и стал новым главой государства, собрав 53% голосов. Причины голосования весьма разнородной оппозиции за христианского демократа были очевидны: задачей номер один для противников режима оставалось обеспечение ухода от власти хунты, без чего было бы невозможно проведение серьезных политических и экономических реформ. Впоследствии коалиция между ХДП, СПЧ и рядом других партий "Согласие во имя демократии" обрела постоянный характер, ее кандидаты выиграли несколько выборов подряд. Альянсу удалось добиться устойчивого роста экономики, сокращения безработицы и снижения инфляции, расширить социальные программы в области здравоохранения, образования и жилищного правительства. Число бедных сократилось до 24%, пенсии и зарплаты возросли почти на 50%. В оппозиции правительству в 1990-е гг. оставались правые, возражавшие против попыток демонтажа "достижений" Пиночета, и коммунисты, полагавшие масштаб изменений слишком узким, а скорость — медленной. Важным достижением демократических властей Чили, а также ряда других латиноамериканских государств стало постепенное предание суду организаторов и участников преступлений и нарушений прав человека, совершавшихся в годы военных диктатур.

Важные изменения происходили в Центральной Америке. Летом 1979 г. Сандинистский фронт национального освобождения, поддержанный и рядом буржуазных партий, сумел свергнуть диктатуру А. Сомосы. Определенным отражением новых тенденций развития региона стало то, что США, пытавшиеся не допустить победы "марксистских повстанцев", не сумели задействовать механизм ОАГ, как они не раз это делали ранее. Большинство членов ОАГ отказались вмешиваться во внутриникарагуанский конфликт. Правительство национального возрождения Никарагуа поначалу включало не только сандинистов, но и другие партии, выступавшие против Сомосы. Со временем, однако, политические разногласия в стране стали весьма заметны. Сохраняя многопартийность в политической сфере, СФНО взял курс на национализацию значительной части экономики и расширение связей с социалистической Кубой, после чего умеренные антисомосисты покинули правительство. Госсектор оказался неэффективен, а общий язык с бизнесменами сандинистскому кабинету найти не удалось. Вследствие масштабных социальных расходов в стране стремительно увеличивались бюджетный дефицит и внешний долг. Значительная часть крестьян не поддерживала планы создания кооперативных хозяйств. Число противников сандинистского режима, возглавляемого президентом Даниэлем Ортегой, быстро увеличивалось. При этом наиболее радикальные оппозиционеры (многие из них были прежде соратниками Сомосы, но некоторые — сражались в рядах сандинистов против диктатуры), так называемые "контрас" взялись за оружие, получив поддержку и оружие от США, опасавшихся распространения влияния левых на остальную Центральную Америку. В ходе гражданской войны погибло около 50 тыс. человек, ущерб от войны составил 17 млн долл., внешний долг Никарагуа (11 млрд долл.) многократно превышал ВВП, импорт намного превосходил экспорт, каждый второй житель страны оставался без работы, в Никарагуа наблюдалась гиперинфляция (1500%).

Триумф сандинистской революции привел к активизации левого партизанского движения в соседнем Сальвадоре, также находившемся под

властью авторитарного военного режима правого толка, а затем правого гражданского правительства. В 1980 г. партизанские группы, объединившиеся в Фронт национального освобождения Фарабундо Марти, начали наступление на правительственную армию и взяли под контроль ряд территорий. В ходе долгой гражданской войны погибло около 75 тыс. человек, стали беженцами 1 млн сальвадорцев, общество оказалось еще больше расколото и поляризовано, умеренные правые и крайние консерваторы объединились против левых. В Сальвадоре активно действовали проправительственные "эскадроны смерти", уничтожавшие левых и профсоюзных активистов, их жертвой стал также архиепископ Арнульфо Ромеро, не раз критиковавший социальное неравенство и нарушения прав человека. Активизация партизанского движения произошла и в Гватемале, где в 1981 г. было создано Гватемальское Национально-революционное единство.

Вооруженный центральноамериканский конфликт не только подрывал стабильность стран региона, но и мешал продвижению Латинской Америки в целом по пути демократизации. В итоге несколько латиноамериканских стран предприняли совместные действия по его прекращению. В 1983 г. министры иностранных дел Мексики, Венесуэлы, Колумбии и Панамы, собравшись на о. Контадора, призвали страны Центральной Америки прийти к компромиссным решениям в ходе внутриполитического диалога. Приход к власти гражданских правительств в Гватемале и Гондурасе в 1986 г. и присоединение Бразилии, Аргентины и Уругвая к Контадорской инициативе создали благоприятный фон для выработки приемлемого для всех соглашения. Мирный план, предложенный в 1987 г. коста-риканским президентом Оскаром Ариасом, предусматривал прекращение боевых действий и амнистию их участникам, демократизацию стран Центральной Америки и отказ от вмешательства внешних сил в центральноамериканский конфликт. В том же году этот план лег в основу подписанных в гватемальском городе Эскипулас мирных соглашений.

В 1989 г. саидинистское правительство Никарагуа взяло на себя обязательство реализовать масштабную демократизацию страны и провести досрочные выборы с соблюдением нрав всех оппозиционных партий и под международным контролем; контрас должны были быть разоружены. Кандидат СФНО Даниэль Ортега проиграл в 1990 г. Национальному союзу оппозиции, объединившему самые разнородные силы (от правых до коммунистов), новым президентом стала Виолета Барриос де Чаморро, вдова убитого при режиме Сомосы известного журналиста. Сандинисты, получив 40% голосов, стали крупнейшей оппозиционной силой, при этом сохранили свою массовую базу в профсоюзах и армии. Постепенно в Никарагуа были выработаны формы сотрудничества между либерально-реформистским правительством и левой оппозицией в лице сандинистов. Барриос де Чаморро и ее сторонники признали проведенную СФНО аграрную реформу, в то же время начали постепенный перевод экономики на рыночные рельсы. В октябре 1990 г. правительство, профсоюзы и организации предпринимателей подписали соглашение, предусматривавшее сочетание антиинфляционных мер с сохранением социальных достижений.

В Сальвадоре в 1992 г. удалось добиться соглашения о прекращении боевых действий. Фронт национального освобождения Фарабундо Марти превратился в легальную оппозиционную партию, армия была поставлена под контроль гражданских властей и серьезно сокращена. Власти предприняли меры по ликвидации "эскадронов смерти" и инкорпорировали часть бывших партизан в ряды гражданской полиции. Правительство обязалось осуществить аграрную реформу и демократизацию политической системы. Контроль за выполнением соглашений осуществляла ООП.

Открытое вмешательство США во внутренние латиноамериканские дела произошло в 1989 г. в связи с политическим кризисом в Панаме. Фактически руководивший страной генерал Мануэль Норьега (командующий Национальной гвардией) во многом определял, кто будет формальным лидером страны, а также правящей Революционно-демократической партии. В то же время в Панаме постепенно восстанавливали свою деятельность оппозиционные партии, настаивавшие на демократизации и снижении роли военных в политической жизни. США обвиняли Норьегу в участии в наркотрафике, однако ОАГ не захотела принимать резолюцию об осуждении Панамы, считая ее вмешательством во внутренние дела страны. Конфликт обострился в 1989 г., когда власти фальсифицировали итоги выборов, не желая признавать победы оппозиционного кандидата Гильермо Эндары, настроенного проамерикански. В условиях масштабных уличных столкновений между активистами Гражданского демократического союза оппозиции и правящей РДП ОАГ попыталась примирить стороны, но не достигла успеха. 20 декабря 1989 г. американские военнослужащие осуществили интервенцию с целью свержения Норьеги и "восстановления демократии". После нескольких дней боев им удалось добиться своего. Эндара вступил в должность главы государства, восстановил конституционный порядок, провел чистку госаппарата от лиц, обвиненных в нарушении прав человека и коррупции, а также поставил армию под контроль правительства. Норьега сдался американцам, был отправлен в город Майами, где суд США приговорил его к долгому тюремному заключению за коррупцию и участие в наркотрафике. Воинские подразделения США были отозваны с панамской территории в 1990 г. Генассамблея ООН, ОАГ и ряд латиноамериканских государств (даже тех, кто раньше критиковал режим Норьеги) осудили американскую интервенцию. В то же время она оказалась последним масштабным актом прямого военного вмешательства Вашингтона в латиноамериканские политические кризисы. В Панаме же экономический курс Эндары на сокращение бюджетных расходов и расширение приватизации госсектора спровоцировал серьезное недовольство. Новое правительство, как и свергнутые власти, оказалось подвержено коррупции. В итоге в 1994 г. оно проиграло выборы РДП, которая к тому времени отмежевалась от Норьеги и его окружения и трансформировалась в обычную партию.

Социалистическая Куба на протяжении всего послереволюционного периода выстраивала экономику па основе планирования. В политической сфере сохранялась однопартийная система: правящей и единственной партией была Коммунистическая партия, возглавлявшаяся Фиделем Кастро

Рус, который также являлся главой Госсовета (президентом). Кубинцам удалось полностью ликвидировать безграмотность (в отличие от других стран Латинской Америки), создать развитую систему здравоохранения и обеспечить полную занятость. При этом она сильно зависела от связей с социалистическими государствами (прежде всего СССР), откуда получала энергоносители, немалую часть промышленной продукции, средства транспорта и металлическую руду. Экономика социалистической Кубы испытывала серьезные трудности ввиду неэффективности бюрократической системы. Сохранявшееся торгово-экономическое эмбарго, введенное США после национализации американской собственности, подрывало экономику острова. В 1980-е гг. диспропорции в экономическом развитии усилились, многие предприятия являлись убыточными, рост зарплат опережал рост производства. Планы Третьей пятилетки были провалены. Производство основного экспортного продукта — сахара-сырца — к 1990 г. оставалось на уровне десятилетней давности. В 1986 г. Куба объявила о неспособности выплачивать внешний долг в размере 7,5 млрд долл, (без учета многократно превышавшего его долга соцстранам), после чего ряд зарубежных кредиторов отказал ей в предоставлении новых займов. На III съезде КПК (1986 г.) была анонсирована кампания "ректификации" (исправления ошибок): усилена борьба с расхищениями собственности и коррупцией, предприняты меры но повышению трудовой дисциплины. При этом "ректификация" не являлась аналогом советской "перестройки". Ф. Кастро не отказывался от доминирования государства в экономике, а частный сектор был вновь сокращен, были возобновлены кампании бесплатного добровольного труда. Однопартийная система не подверглась изменениям. В то же время КПК постепенно инициировала поиск путей к возобновлению отношений с католической церковью и провозгласило частичное совпадение христианских и социалистических идеалов. В 1991 г. верующим было разрешено вступать в компартию.

Тяжелым испытанием для Кубы стал распад Советского Союза и мировой системы социализма. Стремясь к улучшению отношений с США, Россия, но сути, отказалась от кубинцев, резко сократив объем связей с ними по всем направлениям. Еще раньше эго сделали бывшие социалистические страны Восточной, Центральной и Юго-Восточной Европы. Кубинская экономика в один момент оказалась наедине со своими проблемами, практически без энергетических ресурсов, оборудования для промышленных предприятий, транспорта, продовольствия и лекарственных средств. Промышленное производство в 1991 г. рухнуло на 24%, в 1990-е гг. спад продолжился. Этот тяжелейший этап истории получил название "особого периода в мирное время". Ф. Кастро и его соратники отреагировали ужесточением политической риторики, лозунг революции "Родина или смерть!" сменился на "Социализм или смерть!". Куба взяла на себя роль защитника идеалов социализма во всем мире.

Страна была вынуждена резко сократить производство и вновь лимитировать распределение товаров широкого потребления, ограничить использование электроэнергии учреждениями и населением (это привело к запретам на использование бытовой электротехники), продовольственные

рационы были снижены. Одновременно правительство разрешило индивидуальную трудовую деятельность. На незанятых городских территориях, промышленных предприятиях кубинцы начали сажать овощи и фрукты, чтобы улучшить ситуацию в продовольственной области. В политической сфере, напротив, было заметно ужесточение. Власти провели показательные судебные процессы, на которых к тяжелым наказаниям, вплоть до расстрела, были приговорены несколько высокопоставленных лиц, в том числе Герой Кубы дивизионный генерал А. Очоа, министр внутренних дел X. Абрантес, вице-председатель Совета министров Д. Торральба, обвиненные в хищениях, спекуляции, взяточничестве, контрабанде наркотиков и оружия, других преступлениях. Многие кубинцы и противники Кастро за рубежом не сомневались в том, что казненные являлись сторонниками политических перемен и поплатились именно за это. Попытки оппозиционных выступлений студентов и интеллигенции в 1991 — 1993 гг. были подавлены.

Американское давление на Кубу увеличилось. В 1992 г. президент США Дж. Буш подписан закон, запрещавший филиалам американских компаний в других государствах, осуществлять торговую деятельность в отношении Кубы (ежегодно объем данных торговых операций составлял почти 1 млн долл.). Американские власти объявили о возможности ограничения посещения своих портов судам стран, торгующих с Кубой. Эта мера, однако, вызвала резкие протесты со стороны европейцев, канадцев и китайцев, полагавших, что Вашингтон тем самым нарушает их суверенные права. Проживающие в США представители кубинской диаспоры активизировали политическую деятельность, надеясь на то, что коллапс социалистического блока повлечет за собой перемены на Кубе и уход Ф. Кастро и его соратников от власти. Среди американских кубинцев имеются влиятельные политики-конгрессмены, многие из которых в значительной степени определяли политику США за рубежом. В то же время в 1990-е гг. они не сумели создать серьезной базы на острове. Большинство кубинцев продолжали сохранять лояльность правящему режиму, хотя в целом было заметно чувство апатии и утраты веры в значительную часть социалистических идеалов.

IV съезд КПК (1991 г.) подтвердил политическую монополию коммунистов на власть и отказ от "реставрации буржуазного общества". Ф. Кастро вновь был переизбран на руководящие посты, заместителем традиционно стал его младший брат Рауль. На выборах парламента (Ассамблеи народной власти) по-прежнему не допускалось выставление альтернативных кандидатур, однако сами выборы стали прямыми. Несмотря на политические декларации, Куба начала постепенно ослаблять административно- командную модель экономики (ориентируясь на китайский и вьетнамский опыт) и активизировала поиск альтернативных рынков сбыта и источников инвестиций, в первую очередь в государствах Латинской Америки, Канаде, Испании, Нидерландах и Китае. На острове появилось несколько совместных предприятий и свободных зон торговли, власти начали привлекать на Кубу туризм и разрешили кубинцам получать денежные переводы в долларах от родственников, проживающих за іраницей.

Декабрь 1997 г.: V съезд компартии Кубы подтвердил неизменность социалистического выбора и предостерег от "идеологических шатаний"; зарождавшееся частное предпринимательство сошло на нет из-за новых ограничений и повышения налогов.

В сфере внешней политики, напротив, "Остров свободы" демонстрировал сохранение традиционных приоритетов: укрепление контактов с Движением Неприсоединения (в 1979—1983 гг. Ф. Кастро являлся президентом Движения), солидарность с левыми силами. Сократив ввиду экономических трудностей свое военное присутствие в Латинской Америке и Африке, Гавана не отказалась от помощи странам "третьего мира" в деле обучения кадров и медицинской помощи. С европейскими странами бывшего советского блока отношения в 1990-е гг. зримо ухудшились, в то же время Куба восстановила дипломатические связи с Уругваем и Бразилией, а в 1990-е гг. — почти со всеми государствами Латинской Америки.

В 1980-е гг. произошло расширение политического сотрудничества государств Латинской Америки. Функционировавшая с 1986 г. "группа Рио" (в ее состав входили Мексика, Панама, Колумбия, Венесуэла, Бразилия, Аргентина, Перу и Уругвай), разрабатывала перспективные направления межамериканского сотрудничества, лишь после этого они передавались в Организацию американских государств для дискуссии. Вопрос о ликвидации ОАГ (главном орудии влияния СЛНА в полушарии) не ставился, однако ее панамериканская роль постепенно начала сокращаться. "Группа Рио" также выдвинула проект трансформации Латинской Америки в зону мира и декларировала отказ латиноамериканских стран от производства и размещения оружия массового уничтожения.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >