Происхождение права

Право, будучи выражением воли новой властвующей знати, групп людей, класса, возникает вместе с государством. Создается система норм поведения, выполнение которых обеспечивается применением государственного воздействия. Эти нормы регулируют общественные отношения нового общества.

В догосударственном обществе нет особого аппарата для систематического применения власти, нет, следовательно, и норм права. Однако и здесь складывается определенный порядок, вырабатываются определенные правила поведения (мононормы), регулирующие взаимоотношения людей в обществе. Правила эти нигде не записаны, они составляются из неписаных обычаев.

В науке теории государства и права к этим правилам (нормам) относятся: ритуалы, обряды, мифы, традиции, обычаи, религиозные нормы.

Ритуалы – это церемонии, демонстративные действия, порядок выполнения определенных действий в определенной форме. Они были призваны внушить определенные чувства, побудить человека совершить определенные действия. Через обряды выражались радость, жалость, память об умершем. У многих народов существовал обряд инициации (посвящения). Он проводился при переходе из одной возрастной группы в другую, при приеме в род или племя. Многим народам были известны свадебные обряды, обряды захоронения. В мифах закреплялись способы изготовления орудий, сведения о географически значимых местах, о нормах семейно-брачных отношений, половые, пищевые и возрастные табу. В мифах соединялись и подлинные знания, и художественные образы, и нравственные предписания, и религиозные представления.

В первобытном обществе все обычаи считались правильными и необходимыми. В качестве примера можно привести обычай кровной мести. Поскольку род ставил всех сородичей под защиту, то обычай кровной мести осуществлялся всеми членами рода обиженного в отношении членов рода обидчика. В нормах первобытного общества еще не было разделения на права и обязанности. Они преимущественно исполнялись добровольно. Санкции существовали в виде общественного порицания, укора, наказаний, нанесения телесного повреждения, смертной казни.

По способу выражения социальные нормы того периода можно разделить на три вида: запреты, дозволения и обязывания.

Запреты связывались с недопустимостью совершать те или иные поступки. Например, запрещалось нарушать разделение функций в общине между мужчинами и женщинами, взрослыми и детьми. Также запрещались убийство, телесные повреждения, каннибализм, кровосмешение, колдовство (им могли заниматься лишь особые лица – колдуны), похищение женщин и детей, применение оружия на стоянках, воровство, систематическая ложь, нарушение супружеской верности. Дозволения (разрешения), определяя поведение человека или объединений людей в присваивающей экономике, касались, например, видов животных и времени охоты па них, видов растений и сроков сбора плодов, выкапывания корней, пользования той или иной территорией, источниками воды, допустимости добрачных половых связей (в некоторых обществах). Обязывание имело цель организовать необходимое поведение в процессах приготовления пищи, строительства жилищ, разжигания костров и поддержания огня, изготовления орудий, средств передвижения. Однако все эти способы регулирования не были направлены на изменение природных условий, на выделение человека из природы, а лишь обеспечивали наиболее эффективные формы присвоения продуктов природы[1].

В то же время А. Б. Венгеров считал, что правила (нормы) поведения в первобытном обществе не могут быть отнесены ни к категории правовых, ни к категории моральных норм. Это мононормы, т.е. единые, еще не расчлененные специфические нормы первобытного общества[2]. Эту позицию подвергает сомнению Т. В. Кашанина. Она считает, что идея о мононормах скорее фантазия ученых, нежели реальность. Жизнь людей и в тот далекий период регулировалась различными социальными нормами (обряды, ритуалы, мифы, обычаи), хотя многие из них не получили еще своего целостного развития.

Думается, что мононормы – не исчезнувшее явление первобытной культуры, а вполне реальный современный феномен. Для конкретного человека императивы "не убий", "не укради", "не лги" соединяют в себе и религиозную заповедь, и максиму, и правовое требование, являются тем, другим и третьим[3].

Очевидно, что правил, регулирующих поведение первобытного человека, немного. В действительности все стороны жизни человека в догосударственном обществе детально нормируются сложным комплексом норм, которые являются одновременно и правилами общежития, и предписаниями религии, и требованиями приличия и правов. Кроме того, это мифы, запреты, дозволения, ритуалы и обряды.

Несмотря на отсутствие государственного принудительного воздействия, правила эти строго соблюдаются. Их выполнение обеспечивается силой привычки, традиции, авторитетом, уважением, которым пользовались старейшины рода. Всякие конфликты, раздоры, споры и столкновения между людьми легко улаживаются коллективом тех, кого они касаются. Воспитание, унаследованные наклонности, создавшиеся с детства привычки, а также сила общественного мнения оказывают свое могущественное воздействие. Всякое отступление от обычного, твердо установленного образца поведения вызывает резкую реакцию общества и болезненно отражается в сознании самого нарушителя. У члена догосударственного общества нет стимула к тому, чтобы отступать от вековых обычаев. Вследствие имущественного равенства нет противоположности частных интересов, нет антагонизма отдельных групп общества, нет противоречия между интересами личности и интересами общественного целого. Все это вырабатывает в человеке чувство солидарности с остальными членами общества, его преданность интересам коллектива в целом.

Правила поведения, существовавшие в негосударственном обществе, нс были навязаны сознанию первобытного человека извне, они с детских лет жили в его сознании, и он не испытывал их как нечто ограничивающее проявление его собственных сил, противоречащее его личным интересам. Он не чувствовал потребности отступать от этих правил, вести себя иначе, чем было предписано обычаями данного общества.

Старые обычаи этого общества были правилами, созданными в интересах всего коллектива в целом. Появившиеся в результате разложения первобытнообщинного строя лидеры, элита, знать вместо старых обычаев устанавливали правила, выражавшие одну только их волю, а не волю всего коллектива. В отдельных случаях обычаи первобытнообщинного строя не исчезают с образованием государства, а извращаются, приобретая не только новую форму (принуждение, обеспечивающее их соблюдение), но и новое содержание, отвечающее интересам новых лидеров, знати.

В соблюдении этих правил заинтересованы теперь далеко не все члены общества. Интересам большинства населения противоречат правила, которые продиктованы, навязаны обществу его верхушкой, выделившейся в процессе дифференциации общества. Господствующие слои, группы людей не могут поэтому рассчитывать на добровольное соблюдение этих правил всеми членами общества. Вот почему теперь уже недостаточно тех средств воздействия на человека, которые обеспечивали прочное воздействие обычаев на сознание людей. Поэтому становится необходимым систематическое применение власти, для того чтобы обеспечить соблюдение этих правил всеми членами общества.

Появляется особый орган государства – суд и специальные должностные лица, которые привлекают к суду нарушителей правовых норм, налагают на них штрафы, взимают налоги и поборы с населения, казнят тех, кто допустил особенно тяжкое нарушение установленных правил.

Через суд, санкционирующий обычаи, господствующие группы людей начинают создавать и навязывать обществу новые нормы права, вырабатываемые судебной и иной практикой. Позднее появляется закон как прямое, закрепленное в письменном акте предписание государственной власти, издаваемое в интересах нового общества. Первоначально законы были главным образом записью обычаев, уже приспособленных к новым условиям, и записью судебной практики. Они содержали также предписания относительно правил поведения, налогов, сборов, которые должны были взиматься в пользу государства чиновниками, назначаемыми для целей суда и наказания.

Писаное право чаще всего появляется уже при самом образовании государственного аппарата. Таковы законы Солона в Афинах, законы XII таблиц в Риме, "Салическая Правда" в государстве франков. На этой ступени развития общества возникает потребность охватить правовыми правилами повторяющиеся изо дня в день процессы производства, распределения и обмена продуктов, позаботиться о том, чтобы люди подчинялись общим условиям труда. Эти правила, вначале выражающиеся в обычаях, становятся затем законами. Вместе с законами возникают и органы, которым поручается его соблюдение, – публичная власть, государство.

Социальный характер норм права, вытеснивших собой старые родовые обычаи первобытнообщинного строя, был ярко и открыто выражен в них. С появлением частной собственности и расслоения людей правила поведения отражают и закрепляют общественное неравенство. Так, обычай замещения общественных должностей членами определенных семей превратился в право знатных и богатых на исключительное занятие высших должностей в государственных органах. Задолженность невольников-бедняков богатым привела не только к закладу земли и обезземеливанию крестьян, но и породила право закабаления свободных должников и даже право задолжавших отцов продавать своих детей за границу в неволю. Это право было закреплено обычаями, а позднее – выражено в законе. Нормы права стали охранять собственников и дали неодинаковую оценку интересам имущих и малоимущих и неимущих людей.

Например, в догосударственном обществе существовал обычай кровной мести. Он одинаково распространялся на всех членов этого общества и защищал в равной мере жизнь каждого из них. С развитием производства возникает возможность откупиться от угрожающей члену рода кровной мести. Вырабатывается обычай замены кровной мести передачей каких-либо ценных предметов (скота, орудий труда) или, еще позднее, уплатой денежного вознаграждения семье убитого (так называемая компенсация).

С появлением богатых, бедных, свободных людей устанавливается для различных слоев общества различный размер этого вознаграждения (вещами или деньгами). Кроме того, наряду с вознаграждением семье убитого штраф взимают в свою пользу и органы государственного управления. Такие различия мы видим, например, в "Гортинской Правде" (памятник древнегреческого рабовладельческого права середины V в. до н.э.). По "Русской Правде", за убийство свободного человека уплачивается штраф-вира в размере 40 гривен, за убийство княжеского дружинника – 80 гривен, а за убийство раба виры совсем не полагалось. Платили только вознаграждение его хозяину в размере 5 гривен. По "Салической Правде" (начало VI в. н.э.) за убийство свободного франка полагалось платить вергельд – 200 солидов, за убийство полусвободного – лита – 100 солидов, а за убийство зависимого крестьянина – колона – 63 солида, за убийство раба – 35 солидов, и притом в пользу хозяина. В то же время за убийство королевского дружинника полагается тройной вергельд, т.е. 600 солидов, за убийство графа – королевского чиновника – также 600 солидов, за убийство его помощника – 300 солидов.

Так, вместо прежнего обычая кровной мести складываются уголовно-правовые нормы с ярко выраженным социальным, классовым характером.

Обычай передавать имущество умершего членам его семьи или сородичам также закрепляется в принудительных предписаниях закона или нормах признанного государственной властью обычного права. Иногда устанавливается при этом неодинаковый порядок наследования для лиц различного социального положения (например, для свободных и рабов по законам Хаммурапи, для крестьян и бояр по "Русской Правде").

Вновь возникшие нормы права уделяют особенное внимание защите частной собственности, угрожая нередко смертной казнью за малейшее посягательство на нее. Нормы права предоставляют даже кредитору право убить неисправного должника. Складывается совокупность норм, отражающих социальный, классовый характер общества, пришедшего на смену первобытного строя. С возникновением неравенства и деления людей на классы и образованием государства появляются правила поведения, исполнение которых обеспечивается всей силой государственного аппарата.

  • [1] Радько, Т. Н. Теория государства и права. Закон и право / Т. Н. Радько. – М., 2004. – С. 35-37.
  • [2] Там же. – С. 37.
  • [3] Пять лекций о происхождении и ранних формах права и государства. – М., 2001. – С. 32.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >