Право в системе регулирования общественных отношений

Необходимость регулирования общественных отношений с помощью социальных норм. Понятие и виды социальных норм

При исследовании проблемы соотношения и взаимосвязи права и иных социальных норм, теоретики права иногда кратко освещают либо вообще опускают вопросы о том, с помощью каких средств упорядочивались древние человеческие сообщества, как представлялись людьми ненормативные и нормативные регуляторы общественных отношений, на каких принципах базировались понятия человеческой веры, нормы и нормативности, что собой являли и что сегодня есть социальные нормы. От этого страдает общее исследование проблемы права и социальных норм. Поэтому мы остановимся на этих общих вопросах. И посмотрим, откуда появляется необходимость в регулировании общественных отношений с помощью социальных норм.

Известно, что с древних времен человеческие сообщества упорядочиваются на основе процессов регулирования (регуляции) поведения людей, общественных отношений, в которых ясно выражены начала самоорганизации систем, действующих в условиях возрастания факторов сознательности и субъективности. Уже в тот период в суждениях человека присутствовало четко выраженное представление того, что за всяким порядком стоят законы и закономерности бытия, действующие в природе и в обществе. А жившие в те времена люди, вынужденные сами регулировать свое поведение, опираясь не столько на точные знания, сколько на интуицию, воображение и фантазию, неведомо как нашли и установили основные парадигмы нормативного мышления, сформулировали универсальные понятия (типа "обычай", "закон", "справедливость", "преступление", "наказание"), которые сегодня наша наука подтвердила и не собирается опровергать. Они продолжают существовать, несмотря на смену научных представлений и даже научных взглядов на мир.

Онтологический подход гласит: все, что в природе и обществе возникает в соответствии с законом, все сообразно закону, все имеет право на существование и на место в пространстве и во времени. И наоборот: что является в мир вопреки законам либо вне законов, поздно или рано исчезает, выпадает из процессов самоорганизации и упорядочения жизни.

Положение вещей в мире долгое время ассоциировалось у людей с совершенным естественным правом, с источниками ненормативных, а потом и нормативных требований к обществу, общественной жизни и человеку. Люди всегда верили, да и сегодня многие верят в то, что общественные законы в виде социальных норм, императивов, религиозных, моральных, правовых и иных установок являются продолжением законов общего миропорядка, "правовой материи", преломляемых через наше сознание и трансформируемых в рамках культурного опыта. Хотя эта вера с древних времен подвергалась серьезнейшим испытаниям, претерпела существенные изменения, у человечества нет причины отказываться от нее как от заблуждения либо как наследия давно прошедшего времени, когда люди относились к миру якобы примитивно, прямолинейно. Мысль, которую эта вера в себе несет, совсем не проста: люди и XXI в. в попытках разобраться, что есть право и связанные с ним общественные явления, обращаются к окружающему миру также упорно и часто, как это делали наши предки во втором и первом тысячелетии до нашей эры[1].

Понятия веры человека, ненормативности, нормы, нормативности неотделимы от сознательной деятельности людей, от их общественных связей, контактов, способов их бытия. Сама же норма в этом смысле не есть нечто стоящее вне общества, общественных отношений над ними; она органично вплетена в жизнь и поведение людей и выражает наиболее типичные, устойчивые связи и общественные отношения. Поэтому исследование социальных норм сопряжено с анализом общественных отношений, бытия каждого человека. Общество всегда является результатом взаимодействия людей, выражает итог связей и отношений индивидов, их деятельности.

Из этого логически вытекает, что изучение практического бытия, деятельности людей – необходимая предпосылка исследования общественных отношений, социальной организации общества. Общественные же отношения и деятельность в этом смысле неотделимы друг от друга, они тесно взаимосвязаны, хотя и не тождественны. Общественные отношения выступают в качестве формы человеческой деятельности. Это применимо к характеристике всех видов общественных отношений – и моральных, и религиозных, и политических, и правовых. Все они выступают как формы различной по характеру социальной деятельности.

Люди нс просто "общаются" друг с другом; за категорией "отношение" стоят интересы человека, его потребности в общении, во взаимном обмене материальными и духовными ценностями. В постоянном живом взаимодействии человека с окружающим миром – природой и обществом – осуществляется его индивидуальное, "личностное" развитие, реализация его потребностей и способностей.

Действуя сознательно, люди не свободны в выборе характера поведения, так как должны считаться с объективными предпосылками общего бытия и человеческого существования. Ставя перед собой конкретные цели, люди не могут не учитывать той объективной детерминации, которая предстает как социальная необходимость. В объективной обусловленности социального поведения людей, с одной стороны, и в его сознательном целенаправленном характере – с другой, содержится известное противоречие, преодолеваемое в процессе общественного развития и социального регулирования. Отмеченное противоречие дает основание для понимания социальной реальности как естественно-исторического развития общества, которое не сможет осуществиться без целеполагающей человеческой деятельности.

Социальное взаимодействие людей проявляется в повторяющихся актах производства, обмена, распределения, многообразных общественных связях и отношениях. На самых ранних этапах развития общества, одновременно с возникновением труда и обмена, появляется и потребность их упорядочить. Сделать общество упорядоченным.

Многократная повторяемость определенных актов поведения, деятельности и событий – особая черта исторического процесса, выявляющая внутреннюю закономерность его развития. Одним из проявлений этой закономерности выступает нормативность явлений, связей и отношений, которая выражает объективно необходимые способы их взаимодействия.

Нормативность выступает нс только формой объективно необходимых связей и способов поведения и взаимодействия людей, но и формой развития всех необходимых явлений, процессов. Взаимодействие людей охватывает как их отношения между собой, так и их отношения к природе. Поэтому закономерные связи, возникающие в ходе этого взаимодействия, приобретают универсальную форму нормативности, которая органически присуща всему процессу естественно-исторического развития общества.

Нормативность человеческих отношений, формирующаяся в процессе социального поведения, деятельности людей – одна из важнейших закономерностей общественного бытия, его универсальное качество. Нормативность по своей сущности непоследовательна и противоречива, поскольку всякое поведение людей и воспринимает унаследованные формы и связи, и воспроизводит новые, которые могут отрицать либо блокировать уже оформившиеся нормативы. Нормативные образования развиваются в процессе преодоления этой непоследовательности и противоречивости.

Таким образом, система регулирования общественных отношений на основе социальных норм возникает, формируется в ходе сознательного, целенаправленного поведения, деятельности людей, обусловленных объективными факторами, придающими указанным нормам объективную направленность[2].

Поэтому под социальными нормами, исходя из всего изложенного выше, следует понимать все нормы, возникшие в обществе в результате взаимодействия объективных и субъективных факторов и устанавливающие правила должного поведения людей. Должное при этом всегда присутствует в социальной норме, но его императивное существование и действие может быть не непосредственным, а обусловленным наличием каких-либо обстоятельств (стремлением достичь поставленной цели – в технических нормах, доброй волей – в рекомендательных нормах).

Социальные нормы, так же как и выражаемое ими человеческое долженствование, являются результатом социального поведения, деятельности людей и всегда предстают как социальные целостности, образования, включающие не только осмысленные и признанные правила поведения, но и практику их реализации. Эти нормы выступают в качестве механизмов непрерывного процесса социальной взаимосвязи, они отражают типичные и социально значимые образцы поведения и объективируются в самых различных текстах. Но как явления информационные, становящиеся, эти нормы никогда не тождественны самим текстуальным правилам как знаковым системам.

В зависимости от способа объективации нормы могут восприниматься или как правила, возникающие независимо от человека, например, как результат Божественной воли, или как исключительно человеческий институт, например, нормы договорного права. В любом случае эти нормы существуют как образ, идеальное отражение модели реального поведения в сознании и закрепление результатов такого отражения в виде письменного источника.

Но, как показывает анализ, отдельные теоретики права до конца не определились в видах данных норм.

Так, например, в учебнике "Проблемы общей теории права и государства" (под ред. В. С. Нерсесянца), в связи с рассмотрением общего и специфического соотношения разных социальных норм с правом, исследуются такие социальные нормы, как правовые (нормативные, установленные и защищаемые государством правила поведения) и политические (где присутствует конкуренция политических программ и идей); правовые и моральные (в аспекте их единств и различия с позиции оценки добра, зла, справедливости); правовые и религиозные[3].

В. В. Оксамытный, со своей стороны, выделяет и рассматривает более широкий перечень социальных норм, а именно: прежде всего нормы морали (систему принципов и правил, формирующихся в обществе и регулирующих на основе общественного мнения поведение людей с позиций суждений о добре и зле, справедливом и несправедливом, совести, достоинстве, долге и чести); нормы обычаев (устойчивые и привычные в исполнении правила поведения, которые складываются в результате частого повторения и сохраняются в течение длительного времени); нормы традиций (правила поведения, опирающиеся на силу общественного мнения, требующие длительного закрепления и отражающие стремление людей к сохранению своих идей и ценностей); нормы религии (совокупность принципов и правил, основанных на вере в высшие силы и высший смысл жизни); нормы политики (правила, регулирующие отношения между людьми, группами и их объединениями в процессе достижения, осуществления и удержания власти); корпоративные нормы (правила поведения, содержащиеся в программных документах и решениях общественных организаций); нормы эстетики (правила, регулирующие ценностные отношения между людьми и миром посредством их художественной деятельности)[4].

Л. В. Поляков различает нормы формальные и неформальные; по степени осознанности – явные и латентные (скрытые); по характеру (универсальности) действия – общие и специфические; по характеру требований – императивные (обязывающие), императивно-атрибутивные (предоставительно-обязывающие), рекомендуемые, допускаемые[5].

Одновременно все социальные нормы подразделяются на моральные, нравственные, правовые и целесообразные (утилитарные, технические). Во всех этих нормах вектор ценностного значения постепенно сдвигается от "внутреннего", аксиологически мотивированного поведения к поведению "внешнему" (формальному, легальному).

При этом в нормах морали значимо не столько "внешнее" поведение, сколько его внутренние мотивы. В нормах нравственности значимо "внешнее" поведение, но при этом предполагается, что ему сопутствуют соответствующие внутренние мотивы. В праве существенно "внешнее" поведение, а внутренние мотивы интересуют постольку, поскольку могут прояснить "внешнее" поведение. Наконец, в правилах целесообразности внутренние мотивы практически не играют роли, а значимость поведения определяется достижением цели. Религиозные же нормы относятся и к правилам морали (религиозная мораль), и к нравственности (религиозная нравственность), и к праву (нормы канонического права). Их специфика определяется особенностями генезиса и легитимации.

В разряд целесообразных правил попадают и так называемые технические нормы: нормы гигиены, правила дрессировки собак, нормы произношения и правописания[6].

Думается, что здесь все же не должно быть путаницы и должна быть выработана какая-то одна, обобщающая классификация. Причем, учитывая, что социальные нормы – это результат исторического соотношения и взаимосвязи объективного и субъективного факторов естественно-исторического процесса, – здесь необходимо, на наш взгляд, взять за исходный критерий принцип историзма. То есть здесь необходимо исследовать соотношения и взаимосвязи права с другими видами социальных норм с момента их появления и развития.

  • [1] Мальцев, Г. В. Развитие права: к единению с разумом и наукой / Г. В. Мальцев. – М., 2005. – С. 38, 39.
  • [2] Лукашева, Е. А. Право в системе социального регулирования / Е. А. Лукашева // Теория государства и права / под ред. Г. Н. Манова. – М., 1995. – С. 92-98.
  • [3] Проблемы общей теории права и государства / под ред. В. С. Нерсесянца. – М., 2001. – С. 199–216.
  • [4] Оксамытный, В. В. Теория государства и права / В. В. Оксамытный. – М., 2004. – С. 328.
  • [5] Поляков, А. В. Общая теория права / А. В. Поляков. – СПб., 2003. – С. 675, 676.
  • [6] Поляков, А. В. Общая теория права / А. В. Поляков. – СПб., 2003. – С. 682.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >