Из истории становления языка деловой сферы

Термин "русский государственно-деловой язык" мы встречаем уже в описании языковой ситуации на Руси после появления в X в. письменности на славянском языке. Важной чертой этой ситуации в XI—XII вв. было, согласно академику В. В. Виноградову, развитие письменного языка в двух направлениях. С одной стороны, на основе созданного Кириллом и Мефодием старославянского языка (хронологически это событие привязывают, как правило, к 60-м гг. IX в.) все более кристаллизуется славянорусский литературный язык, или иначе церковнославянский, вобравший в себя элементы живой речи восточных славян. С другой стороны, в сфере бытовой и государственной практики используется язык, тесно связанный с живыми наречиями восточного славянства и почти свободный от церковнославянских элементов [1].

Становление государственности — именно этим отмечено начало второго тысячелетия для будущего российского государства — непреложно ведет к необходимости выработки законодательных норм, вызывает к жизни нормативно-правовые документы, которые служат основой для судебных разбирательств, руководством для юридической оценки действий и поступков граждан и деятельности институций.

Появление и становление деловой речи, языка письменных документов можно проследить по тому, как его элементы и характерные черты проявлялись в различных памятниках письменности. Важным памятником славянского права, историческим источником сведений о традициях и укладе повседневной жизни различных слоев населения Руси стала "Русская правда" — первый письменный документ Древней Руси, датируемый XI в. Он вобрал в себя законы, княжеские указы, правовые акты предшествующего периода, закрепляющие нормы уголовного, торгового и наследственного права. Происхождение и авторство "Русской правды" представляется ученым несколько спорным, поскольку документ сохранился, к сожалению, лишь в более поздних, многократно переписанных его версиях.

Хотя язык деловых памятников киевского периода являлся результатом взаимодействия книжной и живой разговорной речевых систем и был стилистически неоднородным, смешанным по своему составу (это относится и к языку "Русской правды"), он тем не менее "не абсолютно свободен от воздействия книжной древнеславянской стихии" и может рассматриваться как источник сведений о письменно-деловой культуре государства, которая на тот момент только зарождалась [2].

По мнению В. В. Виноградова, в языке, использовавшемся в сфере права, юридических норм и делопроизводства в XI—XII вв., не были столь очевидными и яркими черты официально-делового стиля [3], которые приобрели со временем статус характерных признаков деловой речи. Более ощутимой в этот период была "струя устной русской речи", недопустимая в современной сфере официально-деловых отношений. Деловой язык, язык грамот и договоров, который с течением времени вырабатывает некие клишированные формулы, далекие от живого языка, занимает пока промежуточное положение между народным языком, в котором начинает прорастать опыт книжной литературы, и славяно-русским языком, пополняющимся элементами живой восточнославянской речи [4].

Сборник правовых норм Киевской Руси под названием "Русская правда" стал своего рода образцом правового текста, представляющим определенный этап в становлении и развитии языка деловых документов. В его текстах уже отмечается одна из важных черт деловой речи — наличие штампов и устойчивых выражений.

Весьма необычный письменный исторический источник, вызывающий большой интерес филологов, историков, многих наших современников, — это новгородские грамоты на бересте, датируемые XI—XV вв. Преимущественно это частные письма времен Киевской Руси, разнообразные по содержанию и жанрово-стилистической принадлежности, во многом воссоздающие картину реальной жизни того времени. В частности, из документа № 724 можно узнать о натуральных и денежных обложениях, об отношениях между смердами (плательщиками дани) и людьми, ее сборщиками, — как это следует из терминологии рассказа 1166—1167 гг. [5] Краткие и несущие только самую важную информацию грамоты содержат деловые указания и поручения (приводится, например, перечень товаров, которые необходимо приобрести и доставить автору письма), напоминания о необходимости расплатиться и указание на возможный исход в случае неуплаты, перечни долговых обязательств. Из берестяных грамот можно почерпнуть сведения о форме расписок, купчих, челобитных, о языке судебной бюрократии и делопроизводства. Хотя грамоты частной переписки обычно не рассматриваются как принадлежащие деловому стилю, многие из них носят деловой характер, а их язык демонстрирует в своих основных чертах те же функциональные особенности. Историки русского языка, анализируя новгородские грамоты, утверждают, что в этих частных письмах обнаруживается "несомненное воздействие книжных, письменных традиций на язык переписки простых древнерусских людей" [6].

Изучение обиходного русского языка Московской Руси XVI—XVII вв. в аспекте лексики и фразеологии показывает, как в это время, т.е. в начальный период формирования русского национального языка, в деловых документах, закреплявших важные имущественные отношения (право собственности, владения) и фиксировавших сделки купли-продажи, дарения и др., утверждаются повторяющиеся формулы, клишированные обороты, обретающие статус фразеологических единиц деловой сферы. Это были как общедeловые формулы, те, что встречаются в составе разных актов, так и специфические, касающиеся урегулирования имущественных и финансовых отношений в определенных жизненных сферах: формулы справедливого отвода земельных участков при пожаловании земли, специальные формулы запрета па вмешательство представителей власти в хозяйствование монастырей, формулы завещаний и вкладных грамот в монастырь на помин души, формулы обещаний и присяги и т.д. [7] Это свидетельствует о становлении в сфере русского приказного делопроизводства официально-делового письма и проявлении его важных признаков — устойчивости некоторых формулировок, закрепленной последовательности смысловых фрагментов текста и т.д.

В ходе поглощения удельных княжеств Московское государство в XV—XVI вв. насаждало на присоединяемых территориях общегосударственный язык и, следовательно, "язык правительственных учреждений, язык московской администрации, бытового общения и официальных сношений" [8]. Весьма показательны тексты деловых бумаг — челобитных, жалованных грамот, приговоров и пр. [9]

Особенно значительный вклад в развитие делового языка вносит эпоха Петра I, когда сложный процесс формирования национального русского языка складывается из ряда процессов, связанных с установлением контактов с европейскими странами, а также обусловленных государственными и общественными преобразованиями: окончательного разрушения книжно-церковного стиля, активизации западноевропейского языкового влияния и обогащения словарного состава за счет заимствований, стилистической неупорядоченности [10]. Петровская эпоха отмечена реформой графики и созданием светской азбуки, появлением газетной печати и многочисленных переводов с иностранных языков научных публикаций, появлением новой литературы и книг нерелигиозного содержания, формированием новых литературных стилей, занимающих промежуточное положение между возвышенным славянским слогом и простой разговорной речью, смешением и объединением "живой разговорной речи, славянизмов и европеизмов на основе государственно-делового языка", вытеснением из области науки славяно-русского (церковнославянского) языка приказным языком [11].

К началу XVII в. деловой язык применяется уже очень широко. На нем ведется переписка московского правительства, пишутся разнообразные статьи и книги различного назначения, в том числе своды законов; он используется в юридических и государственных актах. Как отмечает В. В. Виноградов, этот язык расширяет круг стилистических вариаций и постепенно "усиливает свои притязания на литературное равноправие с языком славяно-русским". В Петровское время наблюдается активный процесс "смешения и объединения — несколько механического — живой разговорной речи, славянизмов и европеизмов на основе государственно-делового языка". Это способствует формированию новых стилей "гражданского посредственного наречия", т.е. литературного стиля, занимающего промежуточное положение между возвышенным славянским слогом и простой разговорной речью. Все эти процессы подготавливали создание общенационального литературного русского языка, в котором деловая речь будет уже существовать на правах одного из функциональных стилей.

Однако в это время процесс становления делового стиля нельзя было считать законченным. Унификация языка документов и формуляров продолжается. Потребности растущего Российского государства, развитие самых различных отраслей знания, пауки и техники требуют дальнейшего стилистического упорядочения и кристаллизации деловой речи. Постепенно происходит отделение разговорно-обиходной лексики от словника делового языка, усиливается степень клишированности, формируются синтаксическое своеобразие и стилистическая специфичность официально- делового языка.

С появлением министерств (коллегий) и коллежского делопроизводства [12] возникают новые по форме и лексическому оформлению документы. В свете общей ориентации в сфере деловой речи на западные образцы вполне закономерны и процесс активного пополнения лексики иностранными заимствованиями, и появление в структуре документа реквизитов, а на самом документе — пометок, свидетельствующих о различных стадиях его прохождения по соответствующим инстанциям. Изменение административного устройства страны повлекло за собой появление ряда наименований новых чинов и званий, вошедших в "Табель о рангах", речевых черт чиновнической субординации.

Обязательность языка делопроизводства была законодательно закреплена принятием в 1811 г. документа "Общее учреждение министерства", унифицирующего язык деловых бумаг [13]. Таким образом, изменения в сфере делопроизводства логически подвели к необходимости реформы канцелярского стиля. Расширение в XIX в. круга официально-деловых бумаг (векселя, реляции, закладные, протоколы, инструкции и пр.) повлекло за собой и расширение лексики, усиление тенденции к единообразию деловых бумаг и введение новых шаблонов, бланков, формуляров — типовых форм и образцов, в соответствии с которыми писались соответствующие документы.

Среди прочего были определены общие правила исполнения и отправления дел: например, какие бумаги относятся к переписке Сената и министров, каковы функции по отношению к министру директора соответствующего департамента, как и какие составляются описи документов и пр. Были регламентированы и формы письмоводства, т.е. правила оформления писем с учетом статусных различий адресанта (пишущего) и адресата (получающего письмо). Этим были определены четыре формы и, соответственно, четыре шаблона. Так, форма III предлагает шаблон написания письма департаменту министром, а форма IV, наоборот, показывает, что должно включать в себя представление департамента министру

[14]. Принципы расположения информации в подобных письмах напоминают размещение реквизитов в современных бумагах.

Форма III. Предписания министров их департаментам

Министерство или Главное управление NN Департаменту такому-то

Канцелярия Содержание

Отделение N Подпись министра

Стол N Скрепа директора канцелярии

Месяц, число, год, №

О том-то

Форма IV. Представление или докладная записка от департамента министру

Министерство или Главное управление NN Содержание дела со

всеми принадлежащими к тому обстоятельствами

Департамент N Подпись директора

Заключение департамента Скрепа начальника отделения

Отделение N

Стол N

Месяц, число, год, №

О том-то (здесь означается кратко содержание дела. Если же представление есть ответ на предписание, то означается: Ответ на № такой-то)

Изменения, последовавшие за событиями 1917 г.: образование новых государственных структур, изменение социального состава носителей русского языка и чуждость литературной речи значительной части населения, — нe могли не отразиться на языке сферы делопроизводства. Потоки документации были неупорядоченными по форме и содержанию [15], что потребовало обязательной регламентации норм и унификации форм официально-делового письма. В 1931 г. был разработан проект "Общих правил документации и документооборота", имевший целью стандартизировать различные типы письменных документов. Предполагалось использование единых правил делопроизводства в общегосударственном масштабе, однако автор проекта — Институт техники управления — в 1932 г. был расформирован, правила не были утверждены и отсутствие единого центра разработки проблем делопроизводства не способствовало решению насущной проблемы

[16].

Попытки решить ее предпринимались в 1960—1970-е гг., но лишь в 1988 г. была утверждена "Единая государственная система документационного обеспечения управления", содержавшая рекомендации по осуществлению работы с различными документами. Однако и сейчас продолжается разработка нормативных правовых актов, регулирующих документационное обеспечение административной деятельности, освещаются вопросы правильного, стандартного применения единых шаблонов при работе с документами в различных организациях, органах городского самоуправления и государственной власти. Актуальным, в частности, является вопрос о специфике использования при администрировании электронной документации. Речь, таким образом, идет преимущественно о государственных стандартах в отношении письменной речи, в которой наиболее ярко проявляется главная черта официально-деловой речи — ее стандартизированность. К характеристике деловой речи в целом, а не только языка документов, стилевым чертам этой разновидности русского литературного языка мы обратимся позже — в гл. 7 и 8.

  • [1] Виноградов В. В. Основные этапы истории русского языка // Избранные труды. История русского литературного языка. М., 1978. С. 18.
  • [2] Мещерский H. A. История русского литературного языка. Л.: Изд-во ЛГУ, 1981. С. 58.
  • [3] В своем анализе В. В. Виноградов опирался на древнейший список "Русской правды" 1282 г.
  • [4] Виноградов В. В. Указ. соч. С. 24.
  • [5] Янин В. Л., Зализняк А. А. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1990— 1996 гг.). Палеография берестяных грамот и их внeстратиграфическоe датирование. М. : Русские словари, 2000. С. 22-23.
  • [6] Там же. С. 69.
  • [7] Зиновьева Е. И. Очерки по фразеологии обиходного русского языка Московской Руси XVI-XVII веков. СПб., 2012. С. 23-26.
  • [8] Виноградов В. В. Указ. соч. С. 28.
  • [9] Например, собрание деловых бумаг, в том числе челобитные царю Михаилу от разных лиц о вспомоществовании но случаю различных обстоятельств (см.: Русское самодержавие. Приложения. URL: samoderjavie.ru/node/260).
  • [10] Николаева Т. М. История русского литературного языка : учеб.-метод, пособие. Казань: Изд-во КГУ, 2005. URL: ribof.ru/book/75.'
  • [11] Слово "приказ" помимо значений "официальное распоряжение органа власти (начальника учреждения), обращенное обычно к подчиненным и требующее выполнения определенных действий, соблюдения правил или у era на вливающее какой-нибудь порядок" и "бумага, на которой изложено такое распоряжение", располагает еще одним, устаревшим, значением: "учреждение, ведавшее отдельной отраслью управления в Московском государстве, ведомство" (Толковый словарь русского языка : в 4 т. / под ред. Д. Н. Ушакова. Т. 3. М. : Гос. изд-во иностр. и нац. словарей, 1935—1940).
  • [12] Вспомним должность коллежского асессора — сравнительно высокий гражданский чин в Российской табели о рангах, нередко упоминавшийся в произведениях русской классической литературы.
  • [13] Это огромный циркуляр, состоящий более чем из 200 параграфов, детализирующий особенности оформления отчетов, записок, результатов ревизий, секретных дел и т.д. Подробнее см. материалы, разработанные Владивостокским государственным университетом экономики и сервиса (см.: Царева И. Л. Документоведение : хрестоматия по специальности "Документовсдсние и документационное обеспечение управления" : в 3 ч. Ч. 1. Владивосток : Изд-во ВГУЭС, 2005. URL: abc.wsu.ru/Books/dokumentovecl_hrestomat_chl).
  • [14] Формы представлены на сайте МГУ по изданию: Российское законодательство X— XX вв.: в 9 т. / отв. ред. О. И. Чистяков. Т. 6. Законодательство первой половины XIX века. М.: Юридическая литература. 1988. URL: hist.msu.ru/ER/Etext/ministry.htm.
  • [15] Введенская Л. А., Павлова Л. Г., Катаева Е. 10. Русский язык и культура речи : учеб, пособие для вузов. 10-е изд. Ростов н/Д : Феникс, 2004. URL: sci-book.com/yazyik- russkiy/ru sskiy-yazyik-kultura-rechi-uchebnoe-posobie.html.
  • [16] Делопроизводство (организация и технологии документационного обеспечения управления) : учебник / под ред. нроф. Т. В. Кузнецовой. М.: ЮНИТИ-ДАНА. 2000. URL: bibliotekar.ru/deloproizvoclstvo-l/index.htm.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >