Городское население.

В первой половине XIX в. численность городского населения России продолжала увеличиваться. Особенно быстро возрастало население крупных торгово-промышленных центров, речных и морских портов. Рост городского населения происходил за счет притока крестьян, отправлявшихся на заработки.

В рассматриваемое время официальное разделение населенных пунктов на города и села совершалось исключительно по административному признаку. Многие уездные и заштатные города фактически представляли собой большие села, жители которых занимались преимущественно сельским хозяйством и отчасти торговлей. Вместе с тем, было немало крупных торгово-промышленных селений, которые по характеру занятий своих жителей и даже по своему внешнему облику были настоящими городами: Иваново, Павлово, Кимры и др. Однако они продолжали оставаться на положении сел, причем в большинстве своем сел помещичьих. Право помещиков на владение этими селами сохранялось феодальным государством и тормозило процесс градообразования.

Увеличение городского населения, усложнение городского хозяйства, рост буржуазных элементов не изменили правового положения отдельных групп населения. Однако феодальное государство, заинтересованное в развитии торговли и промышленности, наделяло богатое купечество особыми правами. В 1832 г. для наиболее богатых и влиятельных представителей нарождающейся буржуазии и для некоторых других категорий населения было учреждено личное и потомственное почетное гражданство. В разряд потомственных почетных граждан входили крупные капиталисты, ученые, художники и дети личных дворян; в разряд личных почетных граждан — низшие чиновники, а также окончившие высшие учебные заведения. Купечество стало делиться не на три, а на две гильдии: к первой относились оптовые, ко второй — розничные торговцы. Купцы сохраняли свои привилегии, могли награждаться орденами и чинами.

Граждане, которые получили новое состояние в составе сословия городских жителей, освобождались от рекрутской повинности, подушного оклада и телесного наказания. В этот разряд населения входили верхи горожан и низы дворянства. Созданием нового привилегированного сословия правительство стремилось оградить дворянство от наплыва в его среду недворянских элементов, дать отдушину растущим буржуазным слоям и несколько смягчить резкий контраст между верхами общества и простым народом, а также встроить буржуазные элементы в рамки старой феодальной организации.

Все ремесленники были приписаны к цехам и делились па мастеров и подмастерьев. Как и в средневековых западноевропейских цехах, переход из разряда подмастерьев в мастера был весьма затруднителен. Для этого необходимо было проработать подмастерьем не менее трех лет, достичь совершеннолетия и выдержать соответствующие испытания на мастерство. Цехи имели свои органы управления.

Большинство городского населения составляли мещане, значительная часть которых работала на фабриках и заводах по найму. Правовое положение их не изменилось по сравнению с концом XVIII в.: они не имели права владеть землями, населенными крестьянами. Наконец, самую низшую группу городского населения составляли так называемые "рабочие люди", к которым законодательство того времени относило порочных и подозрительных лиц дурного поведения, не принятых в состав мещанских обществ за их пороки и неисправный платеж податей и других сборов. Эта фактически бесправная группа городского населения находилась под постоянным и бдительным надзором полиции.

Итак, городское население в первой половине XIX в. делилось на пять групп: почетные граждане, купцы, цеховые мастера, мещане — мелкие собственники и рабочие люди, т.е. работавшие по найму. Законодательство о городах рассматриваемого периода, создавая привилегии торгово-промышленной верхушке, содействовало росту промышленности и торговли. Вместе с тем, сохранение сословного деления населения служило помехой развитию буржуазных отношений.

Городское управление в первой половине XIX в. не стало всесословным, а по-прежнему находилось в руках торгово-промышленной части городского населения. Понятие "градское общество", включавшее все городское население, исчезло не только из городской практики, но и из законодательства. Свод законов 1842 г. причислял к нему только купцов, мещан и ремесленников. Выборная служба оставалась обязательной, тяжелой и непрестижной, поэтому право отказаться от избрания на городские должности, полученное в 1824 г. купцами первой и второй гильдий, рассматривалось как привилегия.

В первой половине XIX в. общественное городское управление как таковое практически не существовало. Реальной властью обладали не шестигласные думы во главе с городскими головами, а полицейские учреждения и бюджетные комитеты, созданные в 1802 г. и ведавшие распределением городских средств. В отличие от городских дум в состав бюджетных комитетов входили как выборные, так и назначенные члены; в этом отношении они больше напоминали городские учреждения Павла I.

В связи с этим необходимо заметить, что в 1820 1840 гг. все проекты переустройства городских учреждений предусматривали усиление государственного начала и включение в их состав представителей дворян и чиновников. В 1846 г. один из этих проектов получил силу закона и был введен в Петербурге.

В новых думах получили представительство пять разрядов избирателей, включая домовладельцев из дворян, разночинцев и духовенства. Эти многочисленные собрания (насчитывалось до 750 человек) были разобщены (сословия заседали отдельно) и неравноправны. Несмотря на участие в Петербургской думе всего городского населения, она была по своему характеру не всесословным, а сословным учреждением. И еще одно существенное новшество, которого не знала Жалованная грамота 1785 г. (Грамота на права и выгоды городам Российской империи): в состав думы входил представитель администрации (член от короны), что отражало общую тенденцию к совместной деятельности общественных и коронных властей.

Такая политика всецело диктовалась интересами государственного бюджета. Министерство финансов с 1824 по 1844 г. возглавлял граф Е. Ф. Канкрин, опытный и осторожный финансист, считавший своей основной задачей поддержание выгодного торгового баланса и увеличение доходных статей бюджета. Повышением прямых и косвенных налогов, протекционистским тарифом, восстановлением питейных откупов (сбор казенных доходов с питейных заведений купцом или торговцем за определенную сумму денег, вносимую им в казну), девальвацией упавших в цене ассигнаций (признание частичного банкротства государства), введением серебряного рубля как главной монеты (1839 г.) и выпуском кредитных билетов, которые свободно обменивались на серебро, правительству удалось на время стабилизировать денежную систему. Протекционистские тарифы, продиктованные фискальными интересами казны, способствовали развитию некоторых отраслей промышленности; строительство шоссейных и железных дорог, необходимых для военных и других целей, было благоприятно для торговли и промышленности.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >