Правовое регулирование вексельных обязательств

Нормы вексельного законодательства о вексельных обязательствах также, очевидно, регулируют далеко не весь спектр тех отношений, которые на их почве могут возникать. Так, например, ни в Законе, ни в Положении о векселях, равно как и ни в одной из международных вексельных Конвенций, нельзя найти ни слова по вопросам об основаниях и моментах их возникновения, о возможности и основаниях изменения условий вексельного обязательства, о возможности и способах их обеспечения, а также об основаниях прекращения способом иным, чем исполнение (зачетом, соглашением о новации, предоставлением отступного и др.). Это означает, что подобные вопросы регламентируются общими положения ГК РФ и иных нормативных актов об обязательствах.

Так, например, в силу принципа недопустимости одностороннего отказа от обязательства или одностороннего изменения его условий, вексельные обязательства, будучи однажды принятыми (возникшими), не могут быть в одностороннем порядке (без согласия векселедержателя) отменены или изменены обязанным лицом. Казалось бы, неужели кому-то может прийти в голову нечто иное? Оказывается, может. "Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что векселя им аннулированы, в связи с чем он как векселедатель не должен нести ответственность за отказ в платеже, не могут быть признаны обоснованными, поскольку Положением о переводном и простом векселе аннулирование обязательств векселедателем не предусмотрено" Добавим от себя; и не только поэтому, но в первую очередь потому, что институт одностороннего аннулирования каких бы то ни было обязательств, будь он допущен в качестве общего правила, начисто лишил бы смысла само понятие "обязательства".

Вот еще некоторые разъяснения упомянутых вопросов, данные судебными инстанциями.

а) Возникновение вексельных обязательств

"...Обязательство векселедателя уплатить денежную сумму, удостоверенное векселем (в том числе выданным сроком по предъявлении), возникает с момента выдачи векселя. – Обязательство акцептанта оплатить переводный вексель считается возникшим с момента совершения акцепта. В случае, если акцепт не датирован, для целей квалификации денежного обязательства акцептанта в качестве текущего платежа следует исходить из даты выдачи векселя, пока не доказана иная дата совершения акцепта" (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 "О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве"). И хотя данные разъяснения даны в целях "...решения вопроса о квалификации платежей по векселям в качестве текущих", т.е. для применения в рамках рассмотрения дел о несостоятельности (банкротстве), безусловно, они имеют и более общее значение.

В практике же окружных судов есть примеры и абстрактных рас- суждений о значении выдачи векселя для целей возникновения вексельных обязательств, суть которых заключается в том, что если суд установит, что вексель фактически не был выдан первому векселедержателю, то он не является ценной бумагой и потому не порождает каких-либо обязательств.

Некоторые сомнения возбуждает разъяснение, данное в отношении вексельных обязательств перед бывшими вексельными должниками, оплатившими вексель в порядке регресса (на примере авалиста). "Если платеж по векселю, выданному до даты возбуждения дела о банкротстве должника-векселедателя, обеспечен полностью или в части вексельной суммы посредством аваля и авалист оплатил вексель после указанной даты, то требование авалиста против должника-векселедателя, за которого он дал аваль, не является текущим платежом и подлежит включению в реестр требований кредиторов". Иными словами, несмотря на то что юридический фактоснование возникновения требования оплатившего вексель авалиста – наступил после даты возбуждения дела о банкротстве, такое требование ... все равно не считается текущим! Почему? Из разъяснения можно почерпнуть только один довод: на том лишь основании, что сам вексель, на котором был поставлен аваль, был выдан до этой даты. Понятно, что оно было дано для того, чтобы предотвратить соблазн искусственного перевода реестровых требований векселедержателя в текущие (удовлетворяемые вне конкурса) требования, т.е. во имя достижения, несомненно, благой цели. Поэтому, по всей видимости, в целях реализации принципов, заложенных в законодательстве о банкротстве, высшая судебная инстанция применила не формально-юридическое толкование норм вексельного права (с опорой на дату возникновения соответствующих требований), а, скорее, ориентировалась на экономическое существо отношений – вексельное обязательство возникло до возбуждения дела, к авалисту, уплатившему векселедержателю за того, за кого был дан аваль, по существу переходит именно оно (хотя с точки зрения конструкции регресса – это совершенно новое требование), поэтому положение авалиста-кредитора не должно улучшаться по сравнению с положением векселедержателя-кредитора.

б) Прекращение вексельных обязательств

"Обязательство уплатить по векселю является денежным обязательством и прекращается исполнением, то есть уплатой обязанным лицом суммы вексельного долга"; "...по смыслу закона уплата обусловленных векселем сумм прекращает право векселедержателя на получение с обязанного по векселю лица процентов и пени со дня погашения вексельного долга". Вексельное обязательство может быть прекращено также и по иным (общегражданским) основаниям.

Тот же тезис, но изложенный чуть более подробно, выглядит так: "...обязательство уплатить по векселю является денежным обязательством и прекращается исполнением, то есть уплатой обязанным лицом суммы вексельного долга (ст. 408 ГК РФ). Вместе с тем следует учитывать, что обязательство, вытекающее из векселя, может быть прекращено по иным основаниям, предусмотренным гл. 26 ГК РФ, в частности посредством предоставления отступного по соглашению между вексельным кредитором и должником (ст. 409 Кодекса), зачетом встречного денежного требования (ст. 410–412 Кодекса). – Такие способы прекращения вексельного обязательства порождают те же последствия, что и оплата по векселю. – При рассмотрении споров, связанных с прекращением общегражданских обязательств зачетом встречных требований, вытекающих из векселей, судам следует учитывать следующее. – Требования, вытекающие из векселя, являются денежными. Следовательно, для зачета требований необходимо, чтобы и обязательства, прекращаемые зачетом таких требований, также являлись бы денежными, то есть чтобы встречное вексельное и основное общегражданское требование обладали бы предметной однородностью. – Сторона, инициирующая зачет, должна доказать наличие у нее прав требования по векселям. При решении вопроса о том, был ли совершен зачет, необходимо устанавливать, сопровождалось ли направление заявления о зачете представлением доказательств наличия встречных вексельных требований" (п. 26 постановления № 33/14).

К сожалению, практика применения этих, в общем-то, незатейливых, можно сказать, общеизвестных гражданско-правовых норм к вексельным отношениям порою оставляет желать лучшего. Пример категорически неправильного толкования ст. 408 ГК РФ дают нам несколько надзорных и кассационных судебных актов. Если следовать этому "толкованию", то получится следующее: если простой вексель хотя бы на минуточку попал к своему прямому должнику (векселедателю), то он, хотя бы и был бы в последующем возвращен его держателю без всякой оплаты, перестает быть векселем! Обязательства из него нужно предполагать прекращенными, а обстоятельства возврата векселя – подозрительными, нуждающимися в выяснении и проверке:

"При разрешении спора ни одна из судебных инстанций не дана оценки тому обстоятельству, что по индоссаменту, датированному 28.01.98, вексель был передан Г. заводу, который 30.01.98 предъявлял вексель к платежу векселедателю. Это подтверждается письмом завода от 28.01.98 X" 73-ФО, актом приема-передачи от 30.01.98 векселя векселедателю и отметкой на самом векселе о принятии его к погашению 30.01.98. – Платеж по векселю производится против его вручения. – Как следует из ст. 408 ГК РФ, нахождение долгового документа у должника удостоверяет, пока не доказано иное, прекращение обязательства. – Спорный вексель находился у векселедателя с 30.01.98 по 14.01.99 и был возвращен заводу, что подтверждено актом приема-передачи. – При новом рассмотрении дела арбитражному суду следует выяснить цель этой сделки, поскольку не исключается возможность погашения векселя (прекращение обязательства) посредством отказа векселедержателя, в данном случае завода, от своих прав по ценной бумаге.... – Кроме того, необходимо оценить правомерность возврата векселя векселедателем и последующее его индоссирование".

Свое мнение по этому вопросу мы уже высказывали; для целей настоящего комментария достаточно отметить, что ст. 408 Кодекса, говоря про нахождение долгового документа у должника, ведет речь, конечно, о процессе происходящем, по состоянию на известный момент времени (например, на дату рассмотрения дела) еще незавершенном, протекающем, продолжающемся. Чтобы сказанное выглядело нагляднее, возьмем дату написания этих строк – 2 ноября 2013 г. – и рассмотрим два примера.

  • (1) Пусть известный долговой документ (документ № 1) сейчас находится у когда- то подписавшего его должника. Что это означает? В полном соответствии с реальным смыслом ст. 408 ГК РФ данное обстоятельство является основанием для предположения о прекращении удостоверенного этим документом обязательства.
  • (2) Пусть другой долговой документ – под номером 2 – по состоянию на это же самое 2 ноября 2013 г. находится у кредитора по нему. Что это означает? Только то, что документ продолжает выполнять свое назначение – удостоверять описанное в нем обязательство.

Меняется ли что-нибудь в последнем примере квалификации от того, что когда-то (скажем, неделю назад) этот же документ № 2 находился у должника, но затем (допустим, 30 октября 2013 г.) снова каким-то образом оказался у кредитора? Ничего не меняется, поскольку ст. 408 ГК РФ говорит о нахождении векселя у должника как о таком фактическом обстоятельстве, которое реально имеет место быть, а не о таком, которое когда-то было, но сегодня уже стало достоянием прошлого. Если документ находится в руках кредитора, он является поводом к презумпции существования долга-, ее, разумеется, можно опровергать, но эта возможность свидетельствует только о том, что сама презумпция все-таки есть. Находился ли при этом документ прежде в руках должника (например, потому, что кредитор передал его должнику, надеясь на оплату), или нет – вопрос каждого конкретного случая, но не общего правила, для существования и содержания которого это обстоятельство никакого значения не имеет.

Вот еще пример применения общих положений и принципов обязательственного права к вопросу о прекращении вексельных обязательств, который дают нам несколько судебных актов:

"Согласно п. 1 ст. 408 ГК РФ обязательство прекращается его надлежащим исполнением. – Вексельное законодательство предполагает участников вексельных правоотношений добросовестными и исходит из того, что вексельное обязательство прекращается надлежащим его исполнением обязанными по векселю лицами – уплатой предусмотренных векселем сумм в установленный срок. Просрочка платежа по векселю дает векселедержателю право требовать от того, к кому он предъявляет иск, в частности, проценты и пеню со дня срока платежа, предусмотренные ст. 48 Положения о переводном и простом векселе. По смыслу закона уплата обусловленных векселем сумм прекращает право векселедержателя на получение с обязанного по векселю лица процентов и пени со дня погашения вексельного долга.Судебное решение о взыскании сумм по векселю, процентов и пени не прекращает вексельные правоотношения, так как подобное решение не заменяет вексельные обязательства новыми, а представляет собой способ обеспечения государственного принуждения неисправного вексельного должника к исполнению обязательств по векселю".

ФАС МО продолжает: "...исполнение вексельного обязательства должно осущесталяться в соответствии с принципами, закрепленными в гражданском законодательстве: реального и надлежащего исполнения (ст. 309 ГК РФ). – Принцип реального исполнения означает предоставление предмета обязательства в натуре. Поскольку предметом вексельного обязательства являются денежные средства, моментом исполнения этого обязательства следует считать вручение денег должником кредитору либо зачисление их на счет кредитора". В свете более поздних тенденций арбитражной практики следовало бы внести небольшую поправку – достаточно будет зачисления денег на корреспондентский счет банка, обслуживающего кредитора, – но принципиально здесь все, безусловно, правильно.

Наконец, ФАС МО добавляет еще и следующее: "Ссылка заявителя на ст. 8 ГК РФ [в той части, где говорится, что основаниями динамики гражданских прав и обязанностей могут являться судебные решения] является несостоятельной, поскольку ... гражданские права и обязанности возникают не из всех решений суда, а только из такого судебного акта, которым установлено фактическое обстоятельство, порождающее обязательства сторон. – ... Являющийся основанием требования истца судебный акт не изменяет и не порождает новых гражданско- правовых отношений".

В ряде постановлений окружных судов описываются случаи прекращения вексельных обязательств посредством confusio, т.е. в результате совпадения должника и кредитора в одном лице.

ФАС ДО, исправляя заблуждение нижестоящих инстанций, нашел необходимым специально обосновать возможность прекращения вексельных обязательств путем зачета встречных однородных (денежных) требований: "...поскольку обязательства по кредитному договору и векселям являются денежными обязательствами, применение зачета как основание прекращения взаимных денежных обязательств возможно в соответствии со ст. 410 ГК РФ, согласно которой обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил или определен моментом востребования. Для зачета достаточно заявления одной стороны".

А вот какой случай пришлось разрешать ФАС ЦО. Со всех точек зрения очевидный, но оттого еще более любопытный.

"12.11.97 истец заключил с ответчиком соглашение о новации долга [возникшего из акцептованного переводного векселя] в заемное обязательство, по условиям которого ответчик признал денежную сумму долга ... и обязался возвратить ее до 01.01.2000. – Неисполнение ответчиком обязательств по соглашению о новации долга в заемное обязательство явилось основанием предъявления к нему настоящего иска. – Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции исходил из того, что для осуществления прав, вытекающих из переводного векселя, необходимо его предъявление, как того требуют и. 37, 77 Положения о переводном и простом векселе, и лицо, не обладающее векселем, не является обладателем прав по нему. – Рассматривая спор, суд первой инстанции пришел к выводу, что Соглашение о новации долга в заемное обязательство от 12.11.97 ничтожно в силу ст. 168 Гражданского кодекса РФ, поскольку противоречит ст. 414, 818 ГК РФ.

По мнению кассационной инстанции данный вывод суда является ошибочным. – Согласно ст. 70 Положения о переводном векселе исковые требования, вытекающие из переводного векселя против акцептанта, погашаются истечением трех лет со дня срока платежа. – В течение трехгодичного срока стороны заключили соглашение о новации долга [из акцептованного переводного векселя] в заемное обязательство, в котором предусмотрели все существенные условия договора займа. – В силу ст. 818 ГК РФ, по соглашению сторон, долг, возникающий из купли- продажи, аренды имущества или иного основания, может быть заменен заемным обязательством. – Замена долга заемным обязательством осуществляется с соблюдением требований о новации (ст. 414) и совершается в форме, предусмотренной для заключения договора займа (ст. 808). – Соглашение от 12.11.97 составлено в соответствии с требованиями названных норм Гражданского кодекса. – Путем его заключения, вексельный долг акцептанта трансформировался в заемное обязательство но воле сторон. – Наличие долга на день заключения соглашения подтверждено решением Арбитражного суда Калужской области ... фактом акцепта векселя ответчиком. – Материальное право истца на взыскание долга в данном случае основано не на обладании векселями (право вексельного регресса), а на Соглашении о новации долга в заемное обязательство".

Трудно, конечно, судить, в чем именно нижестоящий суд усмотрел "противоречие закону" соглашения о новации вексельного долга (долга из акцепта) в общегражданское заемное обязательство и по какой причине этот суд упорно пытался вернуть стороны в акцептное (вексельное) русло, несмотря на наличие такого соглашения. По всей видимости, суд просто перестраховался, смутившись самой ситуацией, в которой вексельный долг прекращает свое существование без оплаты векселя. Л перестраховался по той причине, что о такой возможности ни словом не упоминает Положение о векселях, в то время как ГК РФ (в ст. 815) напрямую отказывается регулировать отношения по векселям, в том числе, следовательно, и отношения, связанные с новацией вексельных обязательств. Почему это мнение неверно – уже неоднократно говорилось: ГК РФ отказывается от регулирования вексельного обращения, но только в той мере, в какой оно урегулировано специальным законодательством. Общие нормы Кодекса, этим законодательством не отмененные и не измененные, никуда не исчезают, продолжая применяться ко всем – в том числе вексельным – гражданским отношениям; а иначе какие же они "общие"?

в) Обеспечение исполнения вексельных обязательств

А вот разъяснение, касающееся применения общегражданских способов обеспечения исполнения вексельных обязательств: при недействительности подобных условий, включенных в сам вексель (как неизвестных вексельному законодательству и не признаваемых его нормами обстоятельствами, имеющими вексельное правовое значение), ничто и никто не мешает заключению соответствующих соглашений по общим правилам ГК РФ. "...Необходимо принимать во внимание допустимость и возможность заключения облеченных в простую письменную форму вневекселъных соглашений о залоге, неустойке или поручительстве, обеспечивающих исполнение конкретным должником по векселю своего обязательства перед конкретным вексельным кредитором" (п. 33 постановления № 33/14).

г) Кредиторская просрочка векселедержателя

Завершая иллюстрацию, относящуюся к общегражданским нормам об обязательствах, зададимся следующим вопросом: вексельное законодательство не определяет, возможно ли (и если да, то по каким основаниям) впадение векселедержателя в кредиторскую просрочку? Как ответить на него? С учетом сказанного выше ответ не представляет затруднений: да, вексельная кредиторская просрочка возможна, но ... по общегражданским основаниям (за отсутствием специальных вексельных). "...Кредитор, который не в состоянии опровергнуть возражения прямого должника об отсутствии надлежащего предъявления векселя к платежу, считается просрочившим. Суду в этом случае необходимо исходить из правил ст. 406 ГК РФ. Аналогичным образом суду следует оценивать доводы и возражения сторон тогда, когда требование платежа по векселю заявлено прямому должнику непосредственно в исковом порядке. – При отказе кредитора выдать расписку, вернуть долговой документ (вексель) или отметить в расписке невозможность его возвращения должник вправе задержать исполнение. В этом случае кредитор считается просрочившим (ст. 406, 408 ГК РФ)" (п. 23 постановления № 33/14).

д) Давность

"Существующие в российском законодательстве правила применения исковой давности (перерыв, приостановка давности) в отношении сроков, установленных в ст. 70 Положения о переводном и простом векселе, применяться не могут в силу приоритета Конвенции о единообразном законе о переводном и простом векселе перед нормами ГК РФ". Иначе поступил тот же суд три месяца спустя, признав многочисленными постановлениями от 20 и 21 мая 2002 г. перерыв давности, имевший место из-за признания ответчиком вексельного долга путем его уплаты. При этом суд сослался на ст. 203 ГК РФ как норму, "подлежащую применению по аналогии", а также на то, что "фактически" суд применяет не ее, а ст. 71 Положения о векселях. Здесь мы лишь обозначаем возникший вопрос, а за ответом на него отсылаем читателя к комментарию практики применения ст. 71.

 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >