Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Психология arrow Психоанализ. Т. 1. Фрейдизм и неофрейдизм

Межличностные связи

Характер межличностных связей К. Хорни сводит к трем формулам – "на людей", "от людей", "против людей". Стратегия "на людей" характеризуется зависимостью от других, нерешительностью и беспомощностью. В ее основе лежит убеждение: "Если я уступлю, меня не тронут". Стратегия "от людей" выражается стремлением к уединенности, независимости, самодостаточности. В ее основе лежит убеждение: "Если я отстранюсь, со мной будет все в порядке". Стратегия "против людей" характеризуется стремлением к доминированию, враждебности и манипуляции другими людьми. В ее основе лежит убеждение – "у меня есть власть, никто меня не тронет".

Хорни не считала оправданным фокусировать исключительное внимание на детстве, прибегая к некоторой односторонней зачарованности началом человеческой жизни. Неврозы, считала она, порождаются не только отдельными переживаниями человека, но и теми специфическими условиями, в которых мы живем. Она развивала различные стратегии межличностных отношений, фиксируя внимание на болезненных, невротических состояниях людей.

Самоанализ

В книге "Самоанализ" (1942) исследовательский интерес К. Хорни смещается с описания механизмов формирования и проявления неврозов к проблеме личностного развития и создания условий для более полной самореализации человека. Этот путь оказался созвучным для нового направления в психологии – гуманистической психологии. Оно развивалось в полемике с бихевиоризмом и психоанализом, разрабатывая собственную концепцию личности и ее становления. Наиболее широко гуманистическая психология была представлена в США. Ее лидирующими фигурами стали Р. Мэй, А. Маслоу, Г. Олпорт, К. Роджерс.

Гуманистическая психология оказалась не только сводом теоретических воззрений, но и своеобразной психотерапевтической практикой. Предметом изучения психологов этой школы стала уникальная и неповторимая личность, постоянно созидающая себя, осознающая свое назначение в жизни, регулирующая границы своей субъективной свободы. В этом же русле развивается и исследовательская мысль К. Хорни. По ее мнению, самодостаточная, ответственная личность не нуждается в постоянной помощи терапевта. Она способна сама осуществлять анализ своего внутреннего мира.

Здесь К. Хорни полемизирует с З. Фрейдом, который считал, что самому человеку трудно освободиться от своих неврозов. Если кому-то кажется, что он в состоянии самостоятельно решить собственные психологические проблемы, то Фрейд расценивал это как проявление нарциссизма, склонности к само- возвеличиванию и превосходству над другими. Почему же К. Хорни спорит с З. Фрейдом? Она убеждена в том, что в поле зрения классического психоанализа находился слабый, мятущийся человек, одолеваемый диктатом влечений. Но ведь гуманистическая психология выставила в качестве объекта изучения человека другого типа. Ему присуща ответственность, зрелость. Так стоит ли ограничивать пациентов в их потребности самоанализа?

Если оценивать этот спор с позиции современного психоанализа, то надо отметить все-таки правоту З. Фрейда. К. Хорни утверждает в работе "Самоанализ", что древние очень мало знали о тайнах человеческой психики. Однако это заблуждение. В истории философии и психологии мы можем отыскать немало важнейших теоретических прозрений, которые сохранили свою ценность и в наши дни. Возьмем, к примеру, девиз Сократа "Познай себя!". Можно полагать, что здесь озвучена элементарная потребность заглянуть в себя. Однако мысль Сократа гораздо глубже. Ведь его призыв обращен не ко всем людям, а только к тем, кто имеет отвагу заглянуть в бездны психики. Процесс самопознания не только труден, но и трагичен. Древние гностики, обретшие мистический опыт, давали клятву никому не передавать обретенное знание. Это каралось смертной казнью. Но почему? К подвигу самопознания готовы лишь немногие люди. И здесь Сократ безоговорочно прав: многие люди живут сегодня на самом низком градусе самопознания. Именно поэтому гностическое знание нельзя передавать другим. Люди, не имеющие опыта самопознания, не способны понять, о чем идет речь. Они могут лишь обесценить мистический навык погружения в глубины психики.

Древние буддисты учили медитации, т.е. глубинному духовному сосредоточению. Внешне, кажется, что такое научение не требует посторонней помощи. Однако в духовном становлении личности важен гуру, учитель. Ведь речь идет вовсе не о том, чтобы освоить некоторые навыки. Духовный подвижник служит примером для начинающих. Выходит, древние неплохо знали тайны человеческой психики. Однако есть и другие соображения, которые ограничивают возможности самоанализа. Согласно юнгианской типологии, каждый человек является носителем определенной типажности. Именно поэтому он является заложником сильной стороны своей личности, которая выражается в предельной мыслительности, эмоциональности, интуитивности или способности к ощущению. Человек мыслительного типа окажется в процессе самоанализа заложником этой ведущей функции. Он будет в основном анализировать свое состояние, а человек эмоционального типа – главным образом проживать собственные чувства.

Конечно, К. Хорни специально отмечает, что самоанализ желателен для тех, кто из-за денег, времени или места жительства не может проходить постоянного лечения. Разумеется, если речь идет о самоанализе как определенной стадии общего терапевтического процесса, тогда можно согласиться с К. Хорни. Работая с пациентом, можно предоставить ему определенную возможность самостоятельно осознать или прочувствовать процесс совместной работы, дать ему свободу принять окончательное решение.

Вместе с тем можно признать, что стремление К. Хорни признать потенциал внутренних сил пациента в изживании неврозов заслуживает признания. Ведь опыт современной медицины приучает людей к тому, что больной является пассивной фигурой в лечении. Доктор выпишет ему сладкую таблетку, и она окажет чудодейственное воздействие на его организм. Вот почему многие пациенты, страдающие невротическими реакциями, уповают на гипноз. Ведь как просто – доктор внушит мне правильные мысли, и я перестану пить, страдать наркозависимостью, мучиться от несчастной любви, чувствовать себя одиноким. Современный пациент нередко спрашивает: "Может быть, на меня напустили порчу?". И опять проявляется бессознательное состояние: "Я-то тут ни при чем. Злые люди заколдовали меня, а вы расколдуйте...".

Между тем эффективное лечение настоятельно требует встречного движения пациента, его трезвого и мужественного взгляда на свой внутренний мир, готовность к личностному росту. И вот когда К. Хорни рассуждает о личности, она предполагает в любом человеке такую серьезность, ответственность. Она отмечает, что стремление к совершенству человеческих способностей действительно заслуживает наших самых энергичных усилий.

Читатель, надо полагать, оценит желание К. Хорни создать определенную классификацию невротических наклонностей. Она задумывается над тем, до какой степени невротические наклонности могут определять характер человека, влиять на его жизнь. Совершенно ясно, что каждая невротическая наклонность порождает не только специфическую тревожность, но также и специфические формы поведения, специфический образ Я, специфическую форму уязвимости и специфические внутренние запреты.

К. Хорни показывает, что каждый человек является заложником собственной структуры чувств, которая называется характером. На самом деле зона спонтанности, непредсказуемости, самостоятельности нашего поведения ограничена. Человек склонен "беречь" свою невротическую структуру, прибегая к различным притворствам, самообманам и иллюзиям. В глубине души каждый невротик осознает свою ущербность. Однако за долгие годы он свыкается со своим неврозом, осознает его как часть собственной личности, испытывает желание сохранить привычки. Он яростно сопротивляется терапевтической работе, болезненно переживает расшатывание своего характера.

Описывая процесс аналитического понимания, К. Хорни полагает, что обязанность терапевта выявлять каждую невротическую наклонность и спускаться в глубинные слои психики. Знакомясь с терапевтической практикой американской исследовательницы, читатель, как можно полагать, оценит ее достоинства и недостатки. Порой клиническим историям не хватает загадочности и настоящей драматургичности, которые присущи классическому психоанализу. Но справедливости ради надо отметить, что К. Хорни обладает жесткой и последовательной логикой, которая придает ее клиническим примерам глубину и оригинальность.

Путь ее аналитического продвижения – от выявления и пониманию взаимосвязей между различными невротическими наклонностями к осознанию специфики внутрипсихи- ческих конфликтов. Далее усилия терапевта сводятся к тому, чтобы ослабить интенсивность конфликта. Именно это освобождает пациента от челночного движения взад-вперед между различными позициями. Но что требуется от пациента? Он решает три главных задачи: выражает себя как можно полнее и откровеннее, осознает собственные бессознательные движущие силы и их влияние на его жизнь, вырабатывает способность менять те отношения, которые нарушают отношения с самим собой и с окружающим миром.

Сильная сторона анализов К. Хорни – в интеллектуальной глубине. Однако она понимает, что терапия – это одновременно и мыслительный процесс, и эмоциональное переживание. Без катарсического очищения анализ не будет полным. Отсюда огромная роль инсайта в терапевтическом процессе. Понимание и интерпретация в самоанализе являются единым процессом. И здесь К. Хорни сталкивается с новой и серьезной проблемой. Человек может осознать свои невротические наклонности, он может их пережить заново и понять их ущербность. Но способен ли он преодолеть свои собственные сопротивления? Вот действительно реальный вопрос, от ответа на который зависит сама возможность самоанализа. Без поддержки со стороны, разумеется, пациент вряд ли справится с этими трудностями. Сопротивление – мощный защитный механизм, который огораживает болезненные состояния человека, не позволяет прикоснуться к ним.

Работы К. Хорни написаны хорошим, легким языком. Они всегда логичны и последовательны. Формы неврозов (так называемых неврозов нашего времени) определяются, как она считает, избранной индивидом позицией или способом защиты от изначально враждебной человеку среды. Таковы, к примеру, позиции бегства от общества, конформистского подчинения, стремления к власти. Главным источником невроза К. Хорни считала разрыв между реальным положением индивида в обществе и созданным им своим идеализированным внутренним образом как неадекватной формой социальной защиты.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 
Популярные страницы