Криминологическое прогнозирование

Нет большего врага прогнозов, чем самоуверенный оптимизм.

Владимир Федорович Тендряков (19231984), русский писатель

Всякое зло, которое легко предвидеть, очень трудно предотвратить.

Пьер Буаст (17651824), французский лексикограф

Способность предвидеть то, что нам не нравится, мы называем пессимизмом.

Уолтер Липман (18891974), американский журналист, общественный деятель

Чем дольше я живу на свете, тем больше склоняюсь к мысли о том, что в Солнечной системе Земля играет роль сумасшедшего дома.

Джордж Бернард Шоу (18561950), английский писатель

Понятие криминологического прогнозирования

Громкий научный термин "прогнозирование" – это, по сути, повседневное бытовое действо практически каждого человека. Мы всегда стараемся предвидеть возможные последствия своих действий. Переходя дорогу, мы соотносим свое движение с движением автомобильного транспорта и прикидываем возможность перейти. Этому учат с детства. Человек, пренебрегающий подобным, может попасть под колеса движущийся автомашины, даже если водитель и не нарушил правил движения. А когда и водитель их не соблюдает, трагедия неизбежна. В 2005 г. по вине пешеходов случилось 49 610 автопроисшествий, погибло 7898, ранено 43 920 человек, а по вине водителей соответственно 323 342 происшествия, с гибелью 33 957 и ранением 274 864 человек. Таким образом, пострадало всего 360 639 человек, из них 84% – по вине водителей и 16% – по вине пешеходов. В прошлые годы цифры были намного выше. Причина, как правило, заключалась в отсутствии прогнозирования последствий. А ведь чтобы предотвратить нежелательные последствия, нужно было совсем немного – осторожность, выдержка и соблюдение элементарных правил перехода улиц. Сиюминутные интересы калечат жизни.

Если обратиться к менее очевидным тяжким последствиям беспечности человека и более сложным условиям прогнозирования в быту, на производстве, в спорте, то нежелательные последствия существенно умножатся. И хотя человек от природы одарен прогностическими способностями, он их плохо использует. Все осознается потом, когда ничего изменить уже нельзя.

Успех любой деятельности во многом определяется надежностью прогноза будущих событий, с которыми она связана. Прогностика, или футурология (от нем. futurum – будущее), давно разрабатывается учеными применительно к различным сферам деятельности[1]. Прогностические выводы дают возможность заблаговременно подготовиться к этим событиям, рационально распределить свои силы и средства, принять оптимальное решение, спланировать свою деятельность и в итоге обеспечить выполнение поставленных задач. Чем глубже мы познаем закономерности и тенденции развития природных или общественных явлений, тем больше возможностей открывается для прогнозирования их вероятных изменений, то же касается и криминологии.

Прогнозирование (от греч. prognosis – знание наперед, предвидение, предсказание) – вероятностные суждения, основанные на знании законов развития, изменения и движения объекта изучения, эволюции его тенденций и закономерностей в прошлом и настоящем. Поэтому основным содержанием предмета криминологии являются тенденции и закономерности преступности, причин преступности, личности преступников и других его составных частей, которые детально исследовались в предыдущих главах. Только опираясь на криминологические тенденции и закономерности, можно прогнозировать криминологическую обстановку на ближайшее будущее и принять меры для предотвращения нежелательных криминальных последствий.

Научная разработка прогнозирования была обусловлена не только социальными потребностями в предвидении антиобщественных явлений для возможного упреждающего противодействия им, но и теми возможностями, которые открылись на основе определенных достижений мировой и отечественной криминологии[2], которой, как любой эмпирической науке, внутренне присущи три важнейшие функции: описательная, объяснительная и прогностическая. Не последнюю роль в становлении ее прогностической функции сыграло развитие методов прогнозирования в других науках, особенно в экономике, социологии и политологии[3].

Криминологическое прогнозирование представляет собой научное предсказание основных изменений развития преступности или вероятности совершения преступлений конкретными лицами в обозримом будущем на основании предшествующих им тенденций и закономерностей. Оно может включать в себя также: прогнозирование возникновения новых общественно опасных явлений, требующих своевременной криминализации; прогнозирование утраты общественной опасности отдельными видами преступлений, требующих декриминализации; прогнозирование эффективности действия уголовно-правовых норм, профилактических мер; прогнозирование развития самой криминологической науки и ее возможностей.

В Курсе рассматриваются три широко известных вида криминологического прогнозирования:

  • 1) прогнозирование преступности;
  • 2) прогнозирование индивидуального преступного поведения;
  • 3) прогнозирование возможного развития некоторых видов человеческого поведения в новые нежелательные общественно опасные формы, требующие своевременной криминализации.

Прогнозирование означает, с одной стороны, разработку конкретного прогноза, с другой – сам процесс специального исследования, приводящего к тем или иным прогностическим выводам. Наряду с термином "прогнозирование" в литературе употребляются понятия "предвидение", "предсказание", "пророчество" и др. Различаясь между собой по исходной информации, методам, объему и другим параметрам, все они связаны с процессом опережающего отражения действительности, с предположением о необходимости или возможности наступления некоторых событий в будущем. Поэтому они чаще всего употребляются как синонимы.

В результате прогностических операций рождается прогноз – суждение о вероятностном изменении преступности, о возможности совершения (несовершения) преступления конкретным лицом (группой лиц) или о предположительном появлении новых форм общественно опасного поведения. Представляя собой итог прогнозирования, прогноз, в свою очередь, служит исходной базой для принятия соответствующих практических решений по планированию борьбы с прогнозируемыми преступными и общественно вредными проявлениями.

Криминологическое прогнозирование может быть научным и обыденным. Обыденное, или эмпирическое, предсказание опирается на повседневный опыт практических работников правоохранительных органов и других лиц, каким-то образом связанных с контролем над преступностью и укреплением правопорядка, на их житейские наблюдения, обыденное сознание, интуицию. Оно постоянно используется в повседневной жизни и деятельности органов системы уголовной юстиции. Научный прогноз разрабатывается на основе системных знаний тенденций преступности, причин преступности и отдельных преступлений, мотивации преступного поведения, закономерностей развития криминогенных и антикриминогенных факторов в прогнозируемом будущем, на основе общенаучных и частнонаучных методов прогнозирования. Научный прогноз выводится из объективных данных, а не из субъективных представлений, которые нередко доминируют в обыденном предсказании будущего. Хотя и в научном криминологическом прогнозировании всегда есть изрядная доля субъективизма.

О каких же объективных данных может идти речь, если прогнозируемое будущее еще не существует? При анализе любого общественного явления, в том числе криминологически значимого, в процессе его развития в нем всегда можно обнаружить остатки прошлого, основы настоящего и зачатки будущего. Преступность, отдельное деяние, трансформация социально терпимого поведения в общественно опасное формируются в настоящем, имеют глубокие корни в прошлом и предопределяются (в известной мере) возможным будущим. Необходимо научиться отбирать предполагаемые варианты будущего, которые закономерно вытекают из прошлого и настоящего и согласуются с будущим. Это непросто, но в определенных пределах и на соответствующем уровне теоретической подготовки и практического опыта возможно.

Если структуру криминологического прогнозирования представить в виде упрощенной схемы, то она может выглядеть следующим образом (рис. 11.1).

Судя по этой схеме, научное криминологическое прогнозирование может зависеть:

  • 1) от анализа содержания основных криминологически значимых закономерностей и тенденций прошлого и настоящего;
  • 2) глубины (периода) анализируемого прошлого в динамике преступности, поведении субъекта и других криминологически важных явлений;
  • 3) совокупности известных криминогенных и антикриминогенных факторов прошлого и настоящего;
  • 4) глубины (срока) прогноза;
  • 5) полноты знаний о закономерностях развития известных криминогенных и антикриминогенных факторов, которые могут действовать в прогнозируемом будущем.

В советское время перечень демографических, экономических, социальных, психологических, правоохранных и других сведений, которые были бы желательны для обоснованного криминологического прогнозирования, включал в себя около 450 конкретных признаков. Сейчас содержание многих признаков серьезно меняется, но их число не становится меньше. Каждый из признаков, и особенно их взаимосвязанная совокупность, так или иначе влияют на реальный, а следовательно, и на прогнозируемый уровень преступности и ее структуру.

Структура криминологического прогнозирования

Рис. 11.1. Структура криминологического прогнозирования

Учитывая включение нашей страны в глобализационные процессы, особенно в условиях планетарного экономического и финансового кризиса, за которым следует кризис социальный, в структуре прогнозной информации важное место начинают занимать мировые финансовые, экономические и социальные процессы, снижение производственной и финансовой активности, рост безработицы, сокращение социальных программ и т.д. Все это может оказать существенное влияние на финансовое, социальное, психологическое состояние общества, рост социальной несправедливости, неравенства, недовольства народа, увеличение нищеты, неустроенности людей, преступности. Недавно, прогнозируя криминогенные процессы глобализации, автор издал книгу "Эпоха глобализации и преступность" (М.: Норма, 2007). В ней прогностически были рассмотрены: проблемы глобализации мира и ее последствия, криминологические проблемы негативных и позитивных сторон глобализации, мировые тенденции интенсивного роста преступности, тенденции преступности в индустриально развитых странах, организованная преступность, терроризм и другие виды преступности, обусловленные криминогенными факторами глобализации. И хотя мировые тенденции в 2006 г. были относительно благоприятными, но усиление глобализации со стороны США и некоторых европейских стран, которые получали от нее большие выгоды, давали достаточно оснований для неблагоприятного социально-экономического и криминологического прогноза. И этот прогноз оказался верным[4]. Бунты населения в Таиланде, Греции, во Франции, Италии и других странах – убедительное свидетельство прогностических предположений. Россия своевременно сориентировалась в мировой ситуации, спрогнозировала возможные последствия кризиса, обеспечив страну ресурсами, поэтому финансово-экономический кризис затронул нашу страну в меньшей степени, чем другие страны.

От криминологического прогнозирования не следует ожидать точных данных о количестве возможных преступлений, о детальной характеристике предполагаемого деяния конкретного лица, о точных сроках криминализации или декриминализации деяний. Цель криминологического прогнозирования заключается не в получении точных количественных и иных показателей, а в выявлении тенденций и закономерностей возможного развития преступности, поведения конкретных лиц или других криминологически значимых процессов.

Прогнозы преступности главным образом отвечают на вопрос, как могут изменяться ее показатели в зависимости от предполагаемых трансформаций всей совокупности причин и условий, которые определяют преступность. Прогнозы индивидуального преступного поведения еще менее точны и более вероятностны. Они могут колебаться в больших пределах: "может совершить преступление", "может совершить преступление в определенной криминогенной ситуации", "не совершит преступления" и т.д. Прогнозы появления новых форм общественно опасного поведения или "отмирания" старых форм могут быть более определенны в конкретный исторический период. Например, совсем не трудно было прогнозировать криминализацию ложных банкротств, ложного предпринимательства или декриминализацию спекуляции в России, когда она избрала рыночную экономику, поскольку в мире существовало достаточное число рыночных моделей и всем им в той или иной мере это было свойственно. Хотя некоторые процеесы возможной криминализации и декриминализации деяний в нашей стране в 90-е годы ушедшего столетия не были столь очевидными.

Таким образом, криминологическое прогнозирование не устраняет неопределенности возможных явлений, а лишь позволяет (при более или менее надежном прогнозировании) минимизировать ее, представляя прогнозируемое будущее в виде нескольких объективно возможных вариантов. В силу этого криминологическое прогнозирование всегда является вероятностным и многовариантным (пессимистическим, усредненным и оптимистическим). Варианты могут значительно различаться, что объясняется многозначностью вероятных изменений в течение прогнозируемого периода как криминогенных, так и антикриминогенных факторов. Это дает основание считать криминологическое прогнозирование вторичным по отношению к прогнозированию социально-экономических, социально-демографических, социальнопсихологических и иных явлений, с которыми причинно связано противоправное поведение.

Криминологические прогнозы относятся к категории "саморазрушающихся" предсказаний, особенно тогда, когда они раскрывают негативные, нежелательные тенденции. Такие прогнозы требуют от государственных органов принятия определенных мер, которые разрушили бы прогнозируемые тенденции. Естественно, не на бумаге, скажем, путем выборочной регистрации преступлений (что имеет широкое распространение в правоохранительных органах России), а в действительности – путем принятия адекватных и эффективных мер. Вероятностная достоверность прогностических выводов о возможном наступлении криминологически значимого явления, позволившая своевременно разработать и спланировать необходимые меры по его предупреждению, предотвращению или пресечению, и будет искомым социально полезным результатом криминологического прогнозирования.

Научное криминологическое прогнозирование только тогда оправдает свое социальное назначение, когда оно будет процессом творческим и непрерывным, включенным в общую систему борьбы с преступностью, ее предупреждения и контроля.

Организация данной деятельности должна иметь следующие этапы: анализ криминологической обстановкипрогнозирование преступности, ее отдельных видов и других криминологически значимых явлений в определенном будущемразработка и планирование мероприятий по их предупреждению и пресечению –> практическое проведение запланированной работы, а далее по той же "кольцевой" схеме: анализ криминологической обстановки с учетом результатов проведенной работы, коррекция прогностических выводов и т.д.

Реализация жизненного прагматизма – необходимого условия становления демократического общества – невозможна без "закольцованного" систематического анализа и прогноза всех сфер социальной деятельности. Только на этой основе оно может выжить и развиваться. Это положение имеет непосредственное отношение к стратегиям борьбы с преступностью, ее предупреждению и контролю. И в указанных стратегиях криминологическому прогнозированию должна отводиться важная роль. Намного важнее той, которую оно играет сегодня. В настоящее время научного криминологического прогнозирования в системе уголовной юстиции практически нет. Единственное успешное российское ведомство, деятельность которого построена на системном открытом анализе и прогнозе, – это МЧС России. Несмотря на то что эта структура ведет борьбу со стихией паводков, лесных пожаров, техногенными чрезвычайными ситуациями, эпидемиями, сходом лавин, взрывами газа, авиакатастрофами, землетрясениями и т.д., прогнозировать которые намного сложнее, чем преступность, МЧС России, подводя под свою деятельность научную базу, нередко добивается положительных результатов. Это министерство было организовано с нуля всего несколько лет назад, но уже создало свою школу прогнозирования.

Все важные решения по контролю преступности, в том числе криминализация и декриминализация деяний, затрагивают интересы многих слоев и групп населения. В этих условиях практическая (законодательная) реализация даже самого точного прогноза о надвигающейся криминальной опасности и принятие адекватных решений отдельными политическими силами могут быть отодвинуты на неопределенное время. Так получилось, например, при криминализации организационной преступной деятельности или при разработке более эффективного контроля коррупционной деятельности в России. И в том и в другом случае принимаемые меры оказались недостаточно адекватными и чрезвычайно запоздалыми, хотя прогноз интенсификации этих явлений давно высказывался многими учеными и практиками и был очевиден. Провальными криминологическими прогнозами было обусловлено принятие несовершенного УПК РФ 2001 г. и решения об исключении конфискации имущества из видов уголовного наказания в 2003 г., а также других законодательных актов о гуманизации борьбы с преступностью[5]. Приведенные факты свидетельствуют о низком уровне прогностической деятельности Государственной Думы и Совета Федерации. Их действия можно квалифицировать как классический пример отставания социального контроля над преступностью от ее интенсивных количественно-качественных изменений.

  • [1] Впереди XXI век: перспективы, прогнозы, футурологи. Антология современной классической прогностики 1952–1999 гг. / под ред. И. В. Бестужева-Лады. М., 2000.
  • [2] Кудрявцев В. Н. Причинность в криминологии. М., 1968. С. 151–174; Аванесов Г. А. Теория и методология криминологического прогнозирования. М., 1972; Лунеев В. В. Криминологическое прогнозирование и планирование борьбы с правонарушениями в войсках. М., 1979; Кайзер Г. Криминология : пер. с нем. М., 1979. С. 134–144; Фокс В. Введение в криминологию : пер. с англ. М., 1980. С. 246– 278 и др.
  • [3] Методологические проблемы социального предвидения. Киев, 1977; Рабочая книга по прогнозированию. М., 1982.
  • [4] Лунеев В. В. Эпоха глобализации и преступность. M., 2007. С. 7–215.
  • [5] Лунеев В. В. Преступность XX века. Мировые, региональные и российские тенденции. М., 2005. С. 213–233.
 
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ     След >