Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Криминология

Статистика политических репрессий

Статистика политических репрессий ведется с 1918 г., но является неполной, неоднородной и противоречивой. Учитывая недостатки учета, тем не менее можно полагать, что динамика зарегистрированных "политических преступлений" более или менее адекватно отражает основные тенденции реальных репрессий в 1918–1958 гг. За эти годы к уголовной ответственности было привлечено 7 024 936 человек, арестовано 6 280 281, осуждено 4 806 427, в том числе к смертной казни 839 772 человек.

Расправа была приостановлена лишь 17 ноября 1938 г. с ликвидацией "троек" и обвинениями НКВД и Прокуратуры в злоупотреблениях и в попытке выйти из-под партийного контроля. Путем очередных политических злоупотреблений они получили свое. Центральные власти избавились от многих свидетелей-соучастников и "реанимировали" себя.

Последний всплеск учтенных репрессий был в 1946–1947 гг., когда они обрушились на репатриированных граждан. В эти годы продолжались массовые репрессии против неугодных народов и военнопленных, но сведения о них были вне официальной статистики.

Политические репрессии вкупе с другими составляющими тотального контроля, с одной стороны, сдерживали реализацию криминальных мотиваций, а с другой – с избытком компенсировали низкий уровень уголовной преступности массовой преступностью властей против народа. Это косвенно подтверждается сильной корреляционной зависимостью (около -0,8) между статистическими рядами уровня идеологических репрессий и уровня уголовной преступности, т.е. чем выше был уровень политических репрессий, тем ниже уровень общеуголовной преступности. Статистика свидетельствует, что снижение уровня идеологических репрессий сопровождалось соизмеримым ростом уголовной преступности. Идеологические репрессии выступают здесь как индикатор снижения тотальности контроля за поведением и деятельностью людей.

Мы завершаем краткий анализ "политической преступности" прошлых лет, однако остался без ответа вопрос об общем числе пострадавших от коммунистического режима. Глубоко изучавший эту проблему русский писатель А. И. Солженицын считает, что жертвами государственных репрессий и терроризма с 1917 по 1959 г. стали 66 700 000 человек[1]. Аналогичную цифру – более 60 млн человек – называет А. Н. Яковлев, бывший председатель комиссии по реабилитации репрессированных лиц[2]. Какой бы ошеломляющей ни была эта цифра, она не так далека от реалий, если учитывать всех пострадавших от советского режима – убитых, искалеченных, посаженных, ссыльных, находившихся в "рабочих батальонах", умерших под пытками, от голода и холода по вине властей, а также страдавших в психушках, оставшихся без родителей сирот и т.д.

Согласно постановлению Правительства РФ от 3 мая 1994 г. № 419 "Об утверждении Положения о порядке предоставления льгот реабилитированным лицам и лицам, пострадавшим от политических репрессий", к ним относятся не только реабилитированные, но и пострадавшие от этих репрессий: репрессированные народы; дети, находившиеся вместе с родителями в местах лишения свободы, ссылке, высылке, на спецпоселении; дети, оставшиеся в несовершеннолетнем возрасте без попечения репрессированных родителей; дети, супруга (супруг) и родители лиц, расстрелянных или умерших в местах лишения свободы и реабилитированных посмертно.

Если во время красного террора было уничтожено около 2 млн, раскулачивание коснулось свыше 20 млн, изгнано со своих земель около 6 млн, наказано за пленение и проживание на оккупированной территории не менее 5 млн, то даже при самых грубых подсчетах (без неучтенных репрессий) число пострадавших выходит за пределы 30 млн. Есть сведения, что с января 1935 г. по июнь 1941 г. было репрессировано 19 840 000 человек, причем в первый же год после ареста были казнены, погибли от пыток и умерли около 7 млн человек[3]. А. Антонов-Овсеенко полагает, что жертвами повальной коллективизации стали 22 млн человек. Он прибавляет к ним 20 млн репрессированных в 1935–1941 гг. В вину сталинскому режиму он ставит также 30 млн, погибших на фронте и в тылу во время войны (в связи с обезглавливанием армии перед войной) и 9 млн репрессированных в период войны и послевоенные годы. Всего, по подсчетам исследователя, режим уничтожил 80 млн человек[4]. В дневнике академика В. И. Вернадского, который в январе 1939 г. оценивал события второй половины 30-х гг. XX в., приводится цифра 14–17 млн ссыльных и заключенных. Есть и другие сведения о жертвах коммунистического режима, именуемого "террориадой"[5].

Официальные сведения многократно занижены. В феврале 1954 г. впервые объявлено, что с 1921 по 1953 г. за контрреволюционные преступления было арестовано 3,8 млн человек. В последующих отчетах официальных лиц, независимо от охватываемого периода, звучала примерно одна и та же цифра, что, безусловно, настораживало. Последнее заявление было сделано начальником Центрального архива Министерства безопасности РФ А. А. Краюшкиным в 1993 г. И вновь та же цифра, хотя речь шла о гораздо более продолжительном периоде. Начальник Архива заявил, что если исходить из имеющихся уголовных дел, за контрреволюционные преступления с 1917 по 1990 г. было осуждено 3 853 900 человек, из них 827 955 расстреляно. Однако, по его словам, реальное число[6] людей, чьи судьбы были исковерканы репрессивной машиной, во много раз больше. По нашим подсчетам, официально объявленное число незаконно репрессированных и пострадавших вместе с ними близких следует увеличить по меньшей мере на порядок. Оно составляет около 40 млн человек[7].

Человечество, видимо, никогда не откажется от поиска более совершенного и справедливого варианта организации общества, но последнее не может быть организовано путем попрания законов социально-экономической и политической эволюции, путем кровавого насилия над инакомыслящими.

  • [1] Книга рекордов Гиннесса. М., 1989. С. 215.
  • [2] Яковлев А. Если большевизм не сдается... // Российская газета. 1996. 17 окт.
  • [3] Антонов-Овсеенко А. Противостояние // Литературная газета. 1991. 3 апр.
  • [4] Антонов-Овсеенко А. Сталин без маски. М., 1990. С. 506.
  • [5] Капустин М. Конец утопии? Прошлое и будущее социализма. М., 1990. С. 113-149.
  • [6] Лубянка открывает свои архивы // Российская газета. 1993. 17 апр.
  • [7] Лунеев В. В. Преступность XX века. Мировые, региональные и российские тенденции. М., 2005. С. 377.
 
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы