Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Педагогика arrow Педагогика и психология ненасилия в образовании

Создание ненасильственной образовательной среды и организации обучения на ненасильственной основе в концепции Л. Н. Толстого

Прежде чем перейти к современному анализу проблемы создания безопасной ненасильственной образовательной среды, полезно обратиться к опыту, накопленному в России в рамках концепции свободного воспитания. И, прежде всего, хотелось бы остановиться на взглядах Л. Н. Толстого и его опыте реализации идей ненасилия

в Яснополянской школе, другими словами, создания такой атмосферы, которая благоприятствовала бы проявлению духа ненасилия и исключала всякое понуждение и принуждение.

Образование, по Л. Н. Толстому, составляет совокупность всех тех влияний, которые развивают человека, дают ему более обширное миросозерцание. Детские игры, работа, учение (насильственное и свободное), искусства, науки – все образовывает, созидает человека. Говоря об образовании, о совокупности всех влияний на становление человека, Л. Н. Толстой фактически имел в виду ту среду, которую необходимо создать для ненасильственного развития человека. Им были сформулированы и специфические принципы организации обучения и воспитания на ненасильственной основе:

  • 1) принцип свободы в обучении и воспитании, означавший новый тип отношений между учителем и учеником. В его школе царил дух свободы, не было жесткой дисциплины ("дух" школы, по Л. Н. Толстому, обратно пропорционален жесткому регламенту). Свободу Л. Н. Толстой считал "главным критериумом педагогики";
  • 2) принцип ненасилия. Единственный случай наказания (насилия) он применил в связи с воровством в школе, приказав нашить на кафтанчик вора табличку "вор". И увидел страдание в глазах ребенка. Воровство же продолжалось;
  • 3) принцип учета личного опыта ребенка, опоры на этот опыт. Толстой не раз подчеркивал вред знаний, оторванных от жизненного опыта ученика;
  • 4) принцип развития интереса к учению в ребенке;
  • 5) принцип индивидуализации обучения и др.

Охарактеризуем основные положения его концепции, как их понимал сам Л. Н. Толстой [4, с. 146–148].

В Яснополянской школе не задавали домашних заданий. Поэтому, идя в школу, "с собой никто ничего не несет – ни книг, ни тетрадок. Уроков на дом не задают. Мало того, что в руках ничего не несут, им нечего и в голове нести. Никакого урока, ничего, сделанного вчера, он не обязан помнить нынче. Его не мучает мысль о предстоящем уроке. Он несет только себя, свою восприимчивую натуру и уверенность в том, что в школе нынче будет весело так же, как вчера. Он не думает о классе до тех пор, пока класс не начался".

У учащихся не было постоянного места в классе. "Садятся они, где кому вздумается: на лавках, столах, подоконнике, полу и кресле. Девочки садятся всегда вместе. Друзья-односельцы, особенно маленькие (между ними больше товарищества), – всегда рядом. Как только один из них решит, что садится в тот угол, все товарищи, толкаясь и ныряя под лавками, пролезают туда же, садятся рядом и, оглядываясь кругом, представляют на лице такой вид счастья и удовлетворенности, как будто они уже, наверное, на всю остальную жизнь будут счастливы, усевшись на этих местах". С приходом учителя в класс "все обступают его у доски или на лавках, ложатся или садятся на столе вокруг учителя или одного читающего. Если это письмо, они усаживаются поспокойнее, но беспрестанно встают, чтобы смотреть тетрадки друг у друга и показывать свои учителю".

Расписание уроков предварительно составлялось, но часто нарушалось. "По расписанию до обеда значится 4 урока, выходит иногда три или два, а иногда совсем другие предметы. Учитель начнет арифметику и перейдет к геометрии, начнет священную историю, а кончит грамматикой. Иногда увлечется учитель и ученики, и вместо одного часа класс продолжается три часа. Бывает, что ученики сами кричат: нет, еще, еще!". Отношение Л. Н. Толстого к школьному учебному плану было следующим: "Я не верю в возможность теоретически придуманного гармонического свода наук, но верю в то, что каждая наука при свободном ее преподавании гармонически укладывается в свод знаний каждого человека".

Начало урока часто задерживалось из-за беспорядка и неготовности учащихся. Как Л. Н. Толстой относился к такому беспорядку? "По моему мнению, внешний беспорядок этот даже полезен и незаменим, как он ни кажется странным и неудобным для учителя. О выгодах этого устройства мне часто придется говорить, о мнимых же неудобствах скажу следующее. Во-первых, беспорядок этот, или свободный порядок, страшен нам только потому, что мы привыкли к совсем другому, в котором сами воспитаны. Во-вторых, в этом, как и во многих подобных случаях, насилие употребляется только вследствие поспешности и недостатка уважения к человеческой природе. Нам кажется, беспорядок растет, делается все больше и больше и нет ему пределов, кажется, что нет другого средства прекратить его, как употребить силу, а стоило только немного подождать, и беспорядок (или оживление) сам естественно улегся бы и улегся бы в порядок гораздо лучший и прочнейший, чем тот, который мы выдумываем".

Некоторые уроки срывались из-за массового ухода с них учащихся. "Такие случаи повторяются раз, два в неделю. Оно обидно и неприятно для учителя, кто не согласится с этим; но кто не согласится тоже, что вследствие одного такого случая насколько большее значение получают те пять, шесть, а иногда семь уроков в день для каждого класса, которые свободно и охотно выдерживаются каждый день учениками. Только при повторении таких случаев можно быть уверенным, что преподавание, хотя и недостаточное и одностороннее, не совсем дурно и не вредно. Ежели бы вопрос был поставлен так: что лучше – чтобы в продолжение года не было ни одного такого случая или чтобы случаи эти повторялись больше, чем наполовину уроков? Мы бы выбрали последнее. Я, по крайней мере, в яснополянской школе был рад этим, несколько раз в месяц повторявшимся случаям. Несмотря на частые повторения ребятам, что они могут уходить всегда, когда им хочется, влияние учителя так сильно, что я боялся в последнее время, как бы дисциплина классов, расписаний и отметок, незаметно для них, не стеснила их свободы так, чтоб они совсем не покорились хитрости нашей расставленной сети порядка, чтобы не утратили возможности выбора и протеста". "Наверное, если бы и везде ходить в школу считалось не обязанностью, а привилегией, то дети гораздо выше ценили бы школу. Если бы и везде ученики могли уходить домой, когда им угодно, то самое чувство свободы заставляло бы их оставаться в школе. Их не толкала бы туда насильственная власть, их притягивала бы туда личность учащегося".

Первоначально составленные учителями планы уроков часто менялись по ходу урока. "Учителя составляют дневники своих занятий, которые сообщают друг другу по воскресеньям, и сообразно тому составляют себе планы преподавания на будущую неделю. Планы эти каждую неделю не исполняются, а изменяются сообразно требованиям учеников".

Критерием правильного выбора метода обучения считалось отношение к нему учащихся. "Учитель всегда невольно стремится к тому, чтобы выбрать самый для себя удобный способ преподавания. Чем способ преподавания удобнее для учителя, тем он неудобнее для учеников. Только тот образ преподавания верен, которым довольны ученики".

Понимая всю сложность практической реализации созданного им проекта реформирования системы образования, Л. Н. Толстой иногда в дискуссионной форме высказывал пессимистические взгляды на этот счет: "Не бойтесь, будет и латынь, и риторика, будут еще сотню лет, и будут только потому, что лекарство куплено, надо его выпить (как говорил один больной). Едва ли еще через сто лет мысль, которую я, может быть, неясно, неловко, неубедительно выражаю, сделается общим достоянием; едва ли через сто лет отживут все готовые заведения – училища, гимназии, университеты – и вырастут свободно сложившиеся заведения, имеющие своим основанием свободу учащегося поколения". Но в целом он твердо верил в свое дело и считал, что, несмотря ни на что, следует идти в данном направлении: "Знаю я, что это трудно, но что же делать, когда поймешь, что всякое отступление от свободы губительно для самого дела образования? Да и не так трудно, когда твердо решишься не делать глупого".

Конечно, в своем исходном виде идеи свободного воспитания, в том числе и взгляды Л. Н. Толстого, не могут быть ни заимствованы, ни перенесены в современную школу, но сам факт, что представителям этого направления удавалось создавать психологически безопасную ненасильственную среду, заслуживает внимания и пристального изучения.

 
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Предыдущая   СОДЕРЖАНИЕ   Следующая >
 

Популярные страницы