Предисловие

Суицидальное поведение — это многофакторный и сложный феномен, который присутствует во всех исторических эпохах и во всех обществах и проявляется в различных поведенческих формах в континууме, который образуется из идей, мыслей, фантазий, получающих различное выражение, и, проходя через угрозы, жесты и попытки, завершается, наконец, актом самоубийства. Присутствие любого из этих показателей (идеи, угрозы, жесты и попытки) следует рассматривать как признак риска.

Ни для кого не секрет, что неолиберальная экономическая модель привела к обнищанию значительной части населения земного шара и обогатила только привилегированное меньшинство. Нет работы для молодых людей, которые только что окончили школы и университеты, многих увольняют, нет условий, которые позволяли бы достойно выйти на пенсию, растет торговля наркотиками, социальное и семейное насилие, снижается доверие к социальным институтам (церковь, государство, политические партии, школы, система здравоохранения) и процветает коррупция на всех уровнях.

По оценкам ученых, почти 1 млн человек в мире умирает от самоубийства, количество смертей из-за самоубийств больше, чем от дорожно- транспортных происшествий, и число самоубийств продолжает расти. Каждые 40 с в мире один человек убивает себя, а в большинстве стран самоубийство — вторая по распространенности причина смерти молодых людей в возрасте от 15 до 29 лет (Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ), 2013). По данным Государственного научно-исследовательского центра имени Сербского в Москве, Россия занимает второе место в мире по уровню самоубийств, уступая только Литве. За период с 1990 по 2010 гг. в России из-за суицида умерло порядка 800 000 человек. В 2010 г. эксперты Всемирной организации здравоохранения и детского фонда Организации Объединенных Наций (ООН) — ЮНИСЕФ — констатировали, что Россия вышла на первое место в мире по числу самоубийств среди детей и подростков^[1].

«По данным ВОЗ, в 2013—2014 гг. в России на 100 000 жителей приходилось 19,5 случаев самоубийства. За первые девять месяцев 2015 г. этот же показатель равнялся 17,7. В 2016-м этот же показатель упал уже до 15,4, что составляет самый низкий уровень с начала 1960-х. В 2017 г.

этот показатель начал падать примерно до 14.2 случаев самоубийств»¹. Однако валидность этих данных остается дискуссионной.

Самоубийство представляет собой серьезную проблему государственного и международного общественного здравоохранения. В Соединенных Штатах Америки (США) в документе «Национальная стратегия предотвращения самоубийств» говорится, что самоубийство входит в число первых 10 причин смерти в стране, и только в 2013 г. было зарегистрировано около 41 000 самоубийств, или 1 смерть каждые 12,8 мин. Самоубийство занимает 11-е место в ряду причин смерти для всех возрастов в Соединенных Штатах и 3-е в ряду причин смерти среди подростков. В период войны во Вьетнаме число американцев, умерших от самоубийства, было в четыре раза больше, чем погибших в бою^{[2] [3]}.

Хотя американские психиатры обнаружили, что 90 % самоубийств в США, по-видимому, связаны с психическим заболеванием, данные из Китая показывают, что, вероятно, менее половины самоубийств имеют такую корреляцию. В Китае, в отличие от большинства стран, убивает себя больше женщин, чем мужчин. В странах Восточной Европы уровень самоубийств в А—6 раз выше, чем в Соединенных Штатах. В то время как в Венгрии существует очень высокий уровень самоубийств, а также в странах, бывших частью Советского Союза, повышенные темпы коррелируют с периодом глубоких и разрушительных социальных изменений. Самоубийство может совершаться в состоянии депрессии или злоупотребления психоактивными веществами, но оно одновременно обусловлено социальными факторами, такими как дезинтеграция сообщества, потеря ключевых социальных отношений, экономический кризис или политическое насилие. Важно учитывать сложность этого феномена, если мы хотим разработать эффективные программы по предотвращению самоубийств. Предотвращение самоубийств имеет медицинское, социальное, психологическое, экономическое, моральное и политическое значение.

Многое стало известно о факторах риска, способствующих самоубийству, биологических особенностях, связанных с самоубийством, связях между детской травмой и самоубийством, а также о влиянии социального и культурного ландшафта, медицинских и психосоциальных вмешательств. Однако фундаментальное понимание процесса самоубийства остается неизвестным и усилия государства по профилактике не всегда бывают успешными.

Официальные показатели смертности от самоубийства значительно варьируются от одной страны к другой. Традиционно самые высокие показатели самоубийств относились к пожилым людям и мужчинам. Однако за последние 20 лет наблюдается общая тенденция к росту суицидальных действий среди молодежи и подростков. Это, по-видимому, связано с увеличением регистрируемых попыток самоубийства, которые в некоторых странах удвоились или даже утроились за последние два десятилетия.

На фоне общего роста числа самоубийств особую тревогу вызывает суицид детей в возрасте до 13 лет. Самоубийство у детей трудно диагностировать, потому что симптомы остаются незамеченными, а дисфункциональное поведение рассматривается как несчастные случаи, причем многие родители, учителя и даже исследователи считают, что дети не совершают самоубийства.

«Потенциально суицидальный» индивид, считая себя свободным от общественных санкций, с большей легкостью может выбрать путь самоиндуцированной смерти. Однако в настоящее время отношение к самоубийству весьма противоречиво и для большого числа людей самоубийство — это, в лучшем случае, абстрактный предмет. Когда самоубийство или угроза самоубийства персонализируются, оно переходит из разряда абстракции к табу.

Такое ненаучное отношение к самоубийству затрудняет изучение фактов, обстоятельств, мотивов и т. п., которые ему сопутствуют, и, следовательно, затрудняет раннее выявление, профилактику и лечение. Поскольку самоубийство — это поведение, заканчивающееся смертью, оно представляет собой важнейшую социальную проблему, которую следует изучать, насколько это возможно.

Самоубийство несет социальный и моральный смысл во всех обществах. Как на индивидуальном, так и на популяционном уровнях уровень самоубийств уже давно понимается как связанный с культурными, социальными, политическими и экономическими силами. Самоубийство не везде связано с патологией, но представляет собой культурно признанное решение в определенных ситуациях. Таким образом, понимание самоубийства и попытки предотвращения рисков требует понимания того, как самоубийство варьируется в зависимости от этих сил и как оно относится к индивидуальному, групповому и контекстуальному опыту.

Общество и культура играют огромную роль в определении того, как люди реагируют и рассматривают психическое здоровье и феномен самоубийства. Культурные переменные оказывают далеко идущее влияние на самоубийство. Они формируют риск и защитные факторы, а также применяемые виды лечения, чтобы уменьшить число самоубийств.

Исследователи утверждают, что уровень самоубийств выше в тех обществах, которые подчеркивают важность индивидуальности, и ниже в обществах, которые подчеркивают важность таких коллективов, как семья. Действительно, уровень индивидуализма нации является мощным предиктором уровня самоубийств^[4].

Недавние исследования выявили еще одну социокультурную переменную — важность чести, которая статистически связана с показателями самоубийств. Культура чести — это принятые в обществе или социальной группе представления о важности репутации человека или «чести». В культурах чести люди особенно вежливы и избегают оскорблять других. Они также стремятся наказать тех, кто обесчещивает их.

Социальными психологами^[5] было установлено, что люди, придерживающиеся идеологии чести, чаще страдают от депрессии. Они особенно эмоционально переживают, когда их честь оскорбляется. Они также склонны использовать насилие в попытке восстановить свою честь. Эта опасная комбинация делает их более склонными наносить вред другим, но также они могут нанести вред себе, когда другие попытки восстановить их честь потерпели неудачу.

Самоубийство начинается, прежде всего, с мысли о нем. Поэтому научный интерес представляет процесс формирования суицидального мышления в связи со всей совокупностью психосоциальных переменных. Какие личные, психологические и социальные переменные определяют суицидальные мысли? Знание того, как зарождается суицидальная мысль, позволило бы воздействовать на эти факторы и, как следствие, предотвращать самоубийство.

В рамках междисциплинарного подхода можно говорить о множестве причин самоубийства. Настаивая на определяющей роли культурных и политических факторов наряду с психолого-психиатрическим расстройством, генетической предрасположенностью и, что наиболее важно, исторической обстановкой, следует ответить на вопрос, может ли причина самоубийства быть признана по-разному в других культурно-временных рамках. Эта концептуализация самоубийства побуждает исследовать социальные и культурные изменения, которые управляют пониманием жизни и самоиндуцируемой смертью. В истории Европы, например, отношение к самоубийству закладывалось не только королевскими и теологическими предписаниями, но и социальными правилами, моральными оценками, которые регулировали целый ряд повседневных и философских понятий относительно жизни и смерти. Законы, правила и социальные конвенции, регулирующие самоубийство, меняются во времени, например, бесчестное погребение на отдельном кладбище как «наказание», налагаемое на самоубийц. Хотя эта практика принимает разные формы в разных странах и регионах, она отражает теологическую перспективу, выражаемую в пространстве: тела самоубийц предавали земле вдали от нормативных священных мест в городах, за пределами городских стен. В течение нескольких столетий такое наказание смягчилось в некоторых странах, тела самоубийц разрешали хоронить в установленных местах на краю церковных кладбищ. Некоторые исследователи считают, что такое смягчение наказания привело к увеличению числа самоубийств.

Самоубийство является сложной, но и, возможно, решаемой проблемой здравоохранения и социологии. Усилия по предотвращению самоубийств должны основываться на исследованиях, которые показывают, какие факторы риска и защиты могут быть изменены, а также какие группы людей наиболее подходят для профилактического вмешательства.

Суицидальное поведение имеет определенную закономерность: оно начинается с некоторых спорадических представлений о смерти, сопровождаемых вопросами о своем месте и действиях в мире. Если такая ситуация сохранится и будет укрепляться со временем, это может сопровождаться депрессивными кризисами, которые приводят к планированию и суицидальным попыткам. И чем чаще это повторяется у человека, не получающего эффективного лечения, тем больше возможностей для совершения суицидального акта.

Предотвращение суицидального акта является проблемой не только научных и медицинских учреждений, но всего общества в целом. Многозначность феномена суицида предполагает, что стратегии профилактики также должны быть многомерными. Поэтому превентивный подход должен начинаться с полидисциплинарного подхода с опорой на учреждения здравоохранения.

Предотвращение самоубийств на индивидуальном уровне предполагает установление диагноза, лечение и мониторинг психического расстройства (депрессии, шизофрении, наркотической зависимости и стресса).

В подходе учреждений здравоохранения предусмотрены разные стратегии по предотвращению самоубийств, такие как мероприятия в области психического здоровья, скрининг в школах, ранняя диагностика злоупотребления наркотиками, депрессии и стресса, ограничение доступа к средствам совершения самоубийства и коррекционное освещение в средствах массовой информации (СМИ), с тем чтобы информация была адаптирована к восприятию широкой аудиторией.

Социологическое понимание суицида основано на идее, что реальность социально сконструирована. Она возникла из концессионных лингвистических процессов. Поэтому значения, которые мы приписываем тому, что происходит с нами, поведению других и самим словам, не являются стабильными или не означают одно и то же для всех. Таким образом, все люди интерпретируют реальность, в которой мы живем, и среди значений, которые у нас есть, мы выбираем события, которые становятся частью нашего опыта, который описывают как «историю, насыщенную проблемами».

Авторы: Касьянов Валерий, Нечипуренко Виктор

• [1] Россия занимает второе место в мире по числу самоубийств. URL: http://www.rosbalt.ru/main/2011/10/10/899285.html.
• [2] Статистика суицидов в России 2017. URL: https://bcb.su/statistika-suitsidov-v-rossii—2017.htm.
• [3] Jovenes en riesgo. URL: https://www.elnuevodia.com/suplementos/bienestar/nota/jovenesenriesgo—2169302/.
• [4] Zambrano, Z., White, L. I Estimating suicide rates in nations that do not report suicidestatistics // Undergraduate Research Journal for the Human Sciences. 2009. Vol. 8. URL:http://www.kon.org/urc/v8/zambrano.html.
• [5] Osterman, L. L., Brown, R. Р. Culture of honor and violence against the self. Personalityand Social Psychology Bulletin. 2011. Vol. 37 (12). P. 1611—1623.