Введение

Человек — существо общественное и общительное.

Именно потребность общаться побуждает нас дружить и обмениваться духовными и материальными ценностями. И одним из эффективных способов подобного обмена являются традиции гостеприимства, уходящие своими корнями в глубокую седую древность. По истории гостеприимства можно изучать нравы и обычаи народов, расшифровывать их культурные коды и социально-политические традиции.

Гостеприимство является одной из древнейших традиций, с положительной стороны характеризующей отношения в режиме «свой — другой — чужой». Это особый код культурных отношений, концентрирующий вокруг себя этические, эстетические, гастрономические, культурные и политические традиции. Посредством этого кода древние регулировали свои отношения, устанавливая необходимые социокультурные связи. Еще отец истории Геродот уделял этому вопросу повышенное внимание, поскольку в традиции гостеприимства в сжатом виде обнаруживались суммарные сходства и различия народов и их правителей, что позволяло идентифицировать «своих» и «других» и отделить их от совсем «чужих»[1].

Традиции гостеприимства восходят еще к дописьменным фольклорным временам (сказки, былины, песни, пословицы), в которых народ выразил свое отношение к щедрости своих правителей, угощающих свой народ, или к иноземным гостям, с миром прибывшим к ним, или сформулировал свою критику недостойного поведения на пиру своей знати (бояр и иных знатных вельмож), и т. д., и т. п.

История знает немало примеров, когда «чужих» встречали не как гостей и друзей, а как врагов, и бывали случаи с трагическим исходом подобных встреч. Поэтому обратной стороной гостеприимства является ксенофобия (два греческих слова xenia — «гостеприимство» — и xenios — «чужой, чужеземный» — звучат практически одинаково). Для гостя в подобных случаях важно было показать, что он не «чужой», а просто «другой», и что сам факт его существования и пребывания в их стране не угрожает безопасности встречающей стороны.

Гостеприимство — это не только этика приема и эстетика развлечений (песни, танцы), но еще и весь ассортимент гастрономических угощений. Принимающая сторона в знак своего уважения предлагает гостям наиболее изысканные блюда своей национальной кухни, которые выражают не только их вкусовые пристрастия, но и образ их жизни и ход их мысли.

Гостеприимство имеет глубоко законспирированную символику, и его семиотическое понимание требует глубинной расшифровки всех его кодов. Еще Ю. М. Лотман предлагал понимать под семиотикой науку о коммуникативных системах и знаках, используемых в процессе общения[2]. Традиция организации и проведения пира как раз и нуждается в подобной расшифровке. Пир, как социокультурное явление, в максимальном объеме концентрирует в себе и вокруг себя все остальные знаки, смыслы и значения. Особое значение приобретает искусство перевода. Речь при этом идет не только о взаимодействии различных инородных языков, но и о взаимодействии понимания различных культурных особенностей. Подобная интерпретация знаков затрагивает гносеологические вопросы правильного понимания, неправильного понимания и непонимания «своих», «других» и «чужих».

Документальные свидетельства гостеприимства затрагивают самый различный характер письменных источников — от исторических хроник и летописей до мемуарной и публицистической литературы. Эта тема звучит на всем протяжении античности, Средних веков и Нового времени. Многие культурные традиции и стереотипы поведения правящих элитных группировок были целиком построены в духе придворного этикета гостеприимства. Для аристократов придворная жизнь означала вечно длящийся праздник[3]. Некоторые только и занимались тем, что сами веселились и веселили своих гостей. Образ жизни таких людей диктовал им особое понимание морали поведения и определенном устройстве эстетики своего жилища.

Повествующие о гостеприимстве тексты отражают всю культурную палитру своих времен, а поскольку многие являются иностранными авторами, то и культурные традиции других стран и народов. Приходится преодолевать не только языковые барьеры, но и культурные, религиозные и политические стереотипы. С научной точки зрения гостеприимство есть одновременно и действие (конкретный акт), и некий текст, фиксирующий его традиции. В настоящей работе мы будем иметь дело со вторым — с текстом, содержащим описание традиции гостеприимства. Текст преимущественно исторический, а потому требующий крайне деликатного герменевтического отношения.

Если рассматривать гостеприимство в системе герменевтических координат контексттекстподтекст, то в качестве контекста здесь выступает социокультурный ландшафт конкретного этноса, в качестве текста — культурные традиции самого застолья, а в качестве подтекста выступает влияние, которое он оказывает на политическое, социальное и психологическое поведение людей, объединяет оно их или, напротив, разъединяет.

Гостеприимство есть двусторонний акт, в котором задействованы два участника: принимающая сторона («хозяин») и прибывшая сторона («гость»). Их общение измеряется дружеской или официальной заданностью приема, использованием казенных или частных средств, ограниченностью встречи временными или территориальными рамками и т. д., и т. п.

В типологии принимающей стороны следует выделять несколько ее видов:

  • 1) официальный (государственный) или частный статус;
  • 2) профессиональный (тамада, ательер, ресторатор и т. д.) или случайный (ситуативный) тип хозяина.

В типологии гостя обнаруживается более широкая палитра:

  • 1) официальный гость (дипломат, официальный VIP и т.д.) и неофициальный (частный визит);
  • 2) иностранец или соотечественник;
  • 3) специально прибывший или случайно заехавший.

Соответственно с этим и само гостеприимство может носить как

формальный (деловой), так и дружественный характер, оно может быть вынужденное или добровольное, может приобретать вид шумного пира (банкета, бала, маскарада, приема и т. д.) или тихой семейной посиделки, может соблюдать предписанный по этому случаю протокол церемоний или выходить за его рамки... Многообразие форм гостеприимства заставляет считать приведенную типологию условной и неполной. Обозначены лишь наиболее часто повторяющиеся сюжеты.

Раздел I

  • [1] Геродот. История. М. : ACT, 2001.
  • [2] Лотман Ю. М. Люди и знаки // Лотман Ю. М. Семиосфера. СПб. : Искусство-СПБ., 2010. С. 6.
  • [3] См., например: Хейзинга Й. Осень Средневековья : исследование форм жизненного уклада и форм мышления в XIV и XV вв. во Франции и Нидерландах. М. :Наука, 1988. С. 44—46.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >